Осенняя изморось иголками впивалась в онемевшие лица горожан, возвещая о конце холодного лета. Из водостоков на асфальт сбегала ледяная вода, огибая плиты пешеходной зоны и смывая грязь с поребриков. Из-под тумана брызг, поднятых проезжающей машиной, выскочил худой юноша в весенней куртке и спрятался под навесом здания банка. Переминаясь с ног на ногу, молодой человек вертел в руках телефон и наконец набрал номер.
— Мама? — больше он не проронил ни слова, только слушал, поджимая губы и хлюпая носом не то от гриппа, не то от подступающих к глазам слёз. Порывисто захлопнув крышку телефона-раскладушки, парень передёрнул плечами от холода и заскочил в тёплый зев здания. У терминала стояла девушка в форме работника банка и услужливо помогала старушке взять номерок в очередь. Робко улыбнувшись ровеснице, парень скользнул к батарее, обронив на ходу: «Я только погреться».
На скамейке уже сидел представительный мужчина и разглядывал толстую стопку бумаг, вероятно, ожидая своей очереди к окошку кассы, но людей было много, поэтому листы он перебирал неспешно и даже с лёгкой ленью. На мокрого юношу он посмотрел настороженно и отсел чуть подальше, освобождая место у батареи.
— Спасибо, — поблагодарил студент и с тихим стоном наслаждения привалился к теплу. Однако через минуту в кармане зазвонил телефон, и от батареи пришлось отойти в угол — одному чёрту известно, кто и с какими вопросами может звонить.
— Аркадий, я уже говорил вам, что у меня нет ни гроша. Мама перестала высылать деньги, я запретил ей. В настоящее время я должен за комнату… Ты кричишь на меня? Это только ты сиднем сидишь на диване, а я работаю. Всё, не хочу говорить с тобой об этом, заботься о матери, прощай.
Молодой человек к концу разговора повысил голос с шёпота уже со стыда боялся повернуть голову к людям, как вдруг его плеча коснулась тяжёлая ладонь. Позади стоял кучный мужчина в чёрном костюме с надписью на бейдже «Охрана. Никита В.»
— Пройдём со мной, молодой человек, — мужик крепко сжал тощее плечо студента и потащил в сторону служебного выхода.
«Господи, куда он меня ведёт? — юноша в сотый раз сглотнул, в панике всмотрелся в узкое окошко на светлом лестничном пролёте и не заметил, как его втолкнули в небольшой кабинет. - Это из-за кредита?"
— Никита, ты его совсем запугал, — насмешливо протянул глубокий голос и обратился уже к самому гостю. — Присаживайся. Меня зовут Константин Романович, я директор этого банка.
Юноша поднял голову и встретился взглядом с солидного вида мужчиной. Тот выразительно поднял густые чёрные брови и указал рукой на кожаное кресло напротив стола. Студент робко оглянулся за спину, но охранник уже скрылся за дверью.
— Давид, бывший студент, — он опустился на край кресла и озадаченно взглянул на мужчину напротив.
— Что же, Давид, я понял, что у тебя проблемы с деньгами. Я могу помочь тебе с этим.
— Боюсь, что нет. На мне и так висит кредит, я не могу взять еще, — парень попытался возразить, однако натолкнулся на весёлую улыбку собеседника и мгновенно замолчал. — Я не понимаю…
— Я предлагаю тебе сделку. Я помогаю тебе, а ты помогаешь мне, — мужчина поправил галстук и вальяжно откинулся в кресло, из-под ресниц наблюдая за бегом мыслей на лице юноши.
— И что же вы хотите? — просипел студент и робко глянул в сторону кувшина с водой. Константин, не убирая с лица снисходительной улыбки, плеснул воды в стакан и, протягивая его разволновавшемуся парню, шепнул:
— Я хочу, чтобы ты ограбил банк.
Вода стекла по подбородку на куртку и джинсы, так и не попав в рот. Потенциальный грабитель сидел в кресле с приоткрытым ртом и судорожно соображал, пошутили сейчас над ним или нет. Пару раз беззвучно открыв и закрыв рот, Давид всё же набрался смелости и подал голос.
— То есть, вы хотите, чтобы я ворвался в банк, как в фильмах про ковбоев, и спёр золотой запас? У вас странный юмор, — дурацкая шутка немного раскрепостила скованного юношу.
— Это потому, что я не шучу. Я организую всё сам, тебе только нужно будет ворваться в банк и забрать деньги. Их сможешь оставить себе, — мужчина поднял ладонь, предупреждая вопрос, — у меня достаточно наличных, чтобы безбедно прожить до старости.
— Но я не понимаю, какая вам от этого выгода? Кто понесёт деньги в банк, в котором было совершено ограбление? — Давид сидел бледный, всё ещё надеясь, что его разыгрывают.
— Потому что ты будешь грабить не мой банк. Всё честно. Ты помогаешь мне избавиться от конкурента, а я предоставляю тебе деньги, — Константин развёл руками и призывно подмигнул соучастнику. — Так что? Тебе ведь очень нужны деньги.
— Я… — Давид хотел отказаться. Даже его нужда в деньгах не будет оправданием ограбления. — А если меня поймают?
— Я разберусь с этим, — от последних слов мужчина отмахнулся как от мухи. - Ох, и ещё... Я могу продлить сроки выплаты твоего кредита.
Заработанных на двух работах денег едва хватало на еду и оплату комнатки на окраине города, что уж говорить о процентах. Но твёрдая уверенность в опасности предприятия сдавливала горло. "Чёрт! - Давид стиснул кулаки. - Не время думать о себе".
— Сколько? — голос дрогнул. — Сколько я получу?
— Как повезёт. От десяти до сорока миллионов, — мужчина уже чувствовал свою победу. Вариант был беспроигрышным: парень — деревенский дурачок в большом городе, который погряз в долгах, теперь стоит только надавить. — Но если тебя не устраивает, я найду кого-нибудь еще. Я просто предложил помочь. Никита, проводи молодого человека!
— Стойте! — юноша вскинул голову и в отчаянии взглянул в чёрные газа. — Я согласен. Что нужно делать?
***
Грузное серое здание находилось в паре кварталов от банка Константина Романовича, рядом с которым мялся незадачливый грабитель. Юноша тёр ладонями щёки, стараясь разогреть сведённую судорогой челюсть. Наручные часы пискнули, подавая сигнал к началу операции. В это же мгновение к парадной подъехала тонированная чёрная машина.
Путь до объекта и само проникновение навсегда сохраняться в памяти туманным маревом, а вот колючая чёрная маска ещё долго будет отдаваться зудящей сыпью на скулах. Ладони вспотели, и тяжёлый пистолет норовил выскользнуть из вялых пальцев подобно самому юноше, который хотел броситься прочь из чёртова банка, проклятого города, к матери в деревню. К матери...
— Всем лежать! Деньги в сумку! — восхитился холодности голоса, тогда как сердце разорвалось на частицы и стучало в пятках, кончиках пальцев, билось в висках. Сопли текли из носа, поэтому грабитель успел порядком надоесть немногочисленным посетителям банка. Дряхлая старушка хрипло вздохнула и протянула кружевной платочек:
— Держи, внучек.
— Н-нет, благодарю, — юноша кивнул старушке и неловко ткнул пистолетом в девушку, которая уже застёгивала карман сумки, забитой деньгами. Подхватив ношу на плечо, парень уже собрался взять заложника, но ладони были мокрые от пота, ватные ноги еле шагали — да он сам скорее был похож на жертву, чем даже та старушка, утиравшая слезящиеся глаза накрахмаленным платком! С грохотом врезавшись в дверь и провозившись с ней с минуту, Давид развернулся на шум и в панике выстрелил в сторону подскочившего на ноги мужчины. Затем, под визг женщин, пулей вылетел из здания и запрыгнул в машину.
***
План был безупречен: у Константина уже были свои люди в фирме конкурента, которые разведут руками на бездействие охраны и выдадут все наличные деньги из запаса. От студента, и правда, требовалось только создать вид грабителя с пистолетом и в чёрной маске, который обречёт на крах ПАО«Н***Банк».
Водитель отвёз переодевшегося Давида к ветхой пятиэтажке в спальном районе и скрылся в туманной дали шоссе. Двор встретил жильца гнетущей тишиной, слегка трещащей от порывистого ветра и скрипа ржавых качелей. Пройдя по тропинке, молодой человек юркнул в парадную, по грязной лестнице скользнул к шаткой двери и медленно потянул на себя медную ручку, стараясь избежать хруста старых петель. Однокомнатная квартирка с обветшалыми полом и стенами, ветхой кухонькой и маленькой спальней, скорее похожей на кладовку. Сумка с наличными полетела под кровать, внутри брякнул пистолет.
— Ч-чёрт, — Давид закрыл лицо руками и сполз по стене. Еще в машине он поменял сумку с деньгами на ту, что стояла на заднем сидении, но надо же было швырнуть в неё это проклятое оружие?.. Хотелось расплакаться, но шок сковал лицо. Он убил человека.