Напарники

Каюсь, момент, когда Ник сорвался, я позорно проморгал. Считал, что делаю для него достаточно, выполняя за нас двоих бумажную работу — Вайлд, в силу криминального прошлого и отсутствия специального образования, не желал понимать терминов «недостаточно улик», хотя, по его мнению, их было достаточно, «невозможность получения допуска на обыск» в ситуации, когда обыск просто необходим, а также необходимость заполнить горы бланков по успешному окончанию какого-нибудь задания — ведь достаточно просто поставить галочку, верно? Когда однажды утром Ник не появился в офисе, я не обеспокоился — тем более, что на утренней летучке шеф сказал, что Вайлд болеет. Ну, заболел, бывает. А то, что мне не позвонил, так он не обязан отчитываться за каждый чих. В то же утро Буйволсон выдал мне материалы по новому делу и велел ознакомиться с информацией, а назавтра высказать свои соображения. Первые нехорошие предчувствия относительно Вайлда появились через пару дней, когда он так и не вышел на связь, а в помощь мне выделили матерого вепря — сотрудника с солидным стажем, который категорически не хотел работать в паре, на все мои идеи советовал не путаться под ногами и к тому же обладал взрывным темпераментом. Тогда я решил проверить пару своих домыслов самостоятельно, а заодно и навестить Ника, однако удача, видимо, покинула меня вместе с лисом — новый напарник забрал машину, так что ездить по городу пришлось общественным транспортом, Вайлд так и не ответил ни на один звонок, и дома его не оказалось, а вечером меня ждал втык от начальства, потому что оказывается, я прохлаждался весь день, свалив на вепря всю работу. Хорошо, хоть успел записать на диктофон утренние вопли моего недонапарника, в коих выражалось его мнение о моих способностях, мозгах и дутой славе, полученной не иначе, как по нелепому стечению обстоятельств. Так что завтра у меня отгул и участие в ночной облаве (информация о торговле запрещенными препаратами в одном из клубов сегодня подтвердилась), а потом то же дело и новый помощник. Домой я вернулся в растрепанных чувствах: поведение Ника напрягало, вепрь наверняка заимел на меня зуб, в настоящей облаве я еще не участвовал ни разу, а мои обожаемые соседи повадились просить одолжить сахар или заварку через дыру в стене. Правильнее всего сейчас было бы воспользоваться берушами, выпить успокоительное и хорошенько выспаться, однако мое сегодняшнее невезение никак не желало меня оставлять, потому что чайник сломался, во время вечернего омовения пропала горячая вода, а напоследок позвонил кто-то незнакомый и попросил забрать «рыжую пьянь». Вообще-то, в характеристике, данной этим кем-то неизвестному лису (я малодушно надеялся, что это все-таки какой-то другой лис), помимо «пьяни» были и другие эпитеты, сплошь нецензурные, из которых я заключил, что лис не только пьян, но и под кайфом. По адресу, который назвал незнакомец, действительно находился Ник — грязный, в порванной одежде и абсолютно неадекватный, к тому же Вайлд сидел на ступеньках того самого клуба со славой наркопритона, где приличному болеющему полицейскому абсолютно нечего делать. Не знаю, что бы я делал, если бы не нашел у Ника ключи — везти его такого к себе в общежитие означало бы поставить над карьерой Вайлда жирный знак вопроса. А учитывая тот факт, что сотрудники нашего отдела давно держат этот клуб на прицеле, вполне возможно, что его мог кто-нибудь видеть, к тому же, непонятно, кто мне звонил? По дороге Ник порывался буянить, приходилось его отвлекать и чесать за ухом, но я никак не мог предвидеть того, что стоит мне открыть дверь, лис повалит меня на пол в прихожей и примется тереться и облизывать с вполне определенной целью. — Ник, отвали! — начал отбиваться я, разозленный злобным роком, из-за которого проблемы сыплются на меня со скоростью пулеметной очереди. Да, мы любовники, но все же я сплю с Вайлдом, а не с пьяным туловищем, которое не понимает, что сейчас творит. — Ник! Лис зло оскалился и сдавил челюстями шею, прижимая к полу. И тут я вдруг понял, что то, что сейчас происходит — это так, легкое недоразумение, вот если он меня ненароком придушит, будет совсем неприятно. — Тихо-тихо, — я успокаивающе погладил Вайлда по голове. Тот, даром, что пьяный, шустро избавил меня от штанов и закинул ноги себе на плечи, потираясь бедрами. Крепкий стояк наводил на мысли о том, что в том дрянном клубе он обожрался виагрой. Горячий член мазнул по сжатому отверстию раз, другой, но как я морально не готовился, все же не сдержал страдальческого стона, когда он начал проталкиваться внутрь. От бессильной злости — на себя, на Ника, на шефа и картонные стены в общежитии, на вепря и на чертову завтрашнюю облаву, на весь этот дурацкий день в целом — хотелось реветь в голос. — Хоппс, — неожиданно раздалось сверху. Лис напряженно хмурился, потом поймал мое запястье, тщательно облизал пальцы и потянул руку вниз. — Смажь. Я послушался, слишком удивленный проявившейся адекватности. Ник подался вперед, медленно вошел, и тут же задвигался резко и размашисто, вырывая стоны. Первый дискомфорт быстро сменился ощущением горячей плоти внутри, а шерсть на брюхе Ника приятно щекотала мой собственный член. Я вцепился Вайлду в плечо, тяжело дыша. Открытая поза позволяла чувствовать каждое движение немыслимо ярко — как Ник вжимается бедрами, задвигая член до упора, как горячо и мокро внутри, как растянуты сейчас мышцы ануса. Я хрипло застонал, когда Ник сжал мою руку и сорвался на мелкие частые толчки. В какой-то момент, уже совсем не соображая и устав от невозможности пошевелиться, я рванулся, обхватил лиса руками, прижал плотнее, и задвигал бедрами, потираясь о Ников живот. И кончил, чувствуя внутри щекотное тепло.

***

Поведение Ника лишний раз доказывало, что он принял чего-то для потенции: лис долго пытался нагнуть меня в душе, понял, что облегчать задачу я ему не собираюсь и в конце-концов трахнул на весу. После приведения себя в порядок, пребывая в уверенности, что повторный секс в ванной мне более не грозит, я проявил недостойную полицейского беспечность, переклонившись через край ванной, дабы сплюнуть зубную пасту. Ник, увидев меня в так навязываемой недавно позе, не сдержался. Правда, на этот раз использовал какую-то хитрую смазку с возбуждающим эффектом, от чего хотелось, чтобы он двигался сильнее и резче, а я снова кончил. Когда мы добрались до кровати, я уже не соображал, кто из нас нуждается в большей помощи — начиналось все с поездки за бедняжкой-Ником, а теперь он поддерживает меня под локоть, чтобы не поймал носом какой-нибудь косяк. Правда, Вайлд продолжает молчать, зрачки у него до сих пор узкие, и иногда он улыбается так, что у меня шерсть на копчике становится дыбом. Я успел подумать, что лис как-то уж чересчур заботливо раскладывает меня на животе и оглаживает задницу, прежде чем провалиться в сон.

***

**** Ник растолкал меня безумно рано. Сунул под нос чашку с кофе и развел кипучую деятельность по приведению в порядок нашей общей одежды. Я чувствовал себя, как андроид, данные которого еще не загрузились для возможности работы. Потихоньку вспомнив, кто я, где я, что это за лис, и что было вчера, я поймал суетящегося Ника и пояснил, что у меня отгул. Вайлд не огорчился, велел ложиться спать, и пошел в офис один. О том, что я собирался расспросить Ника о его поведении и провести разъяснительную беседу на тему недопустимости нахождения полицейского в наркопритонах иначе, чем для выполнения тайной миссии, я вспомнил уже когда хлопнула входная дверь. Ну, и ладно. Вечером поговорим.