***
Да, Марко всегда прислушивался к внутреннему голосу. Поэтому когда он увидел Стар, разговаривавшую с красивым трехглазым фиолетовым демоном в довольно модном костюме, и его внутренний голос закричал «ОПАСНОСТЬ!», он не побоялся подойти и отбить ему руку карате-приемом. Ему было противно, но он не смог оторвать взгляд от того, как она просто отвалилась, вместо крови оголяя призрачные кости, но он был демоном. Марко почти пожалел об этом, увидев, как всё его тело напряглось от злости, но, к счастью, демон быстро успокоился, приласкав маленького кролика (до такой степени, что шерсть встала дыбом, и Марко не смог не почувствовать к нему жалость). Тогда Стар объяснила, что он её бывший, и, что ж, Марко мог признать, что выглядел тот неплохо. Но парень точно не мог позволить ему свести её с ума и взять с собой в подземный мир; внутренний голос твердил ему, что с этим парнем лучше не связываться, и будь он проклят, если перестанет его сейчас слушаться. Марко пытался сказать то же самое, но был практически проигнорирован, пока Стар очертя голову бросилась в то, что, он был уверен, станет ещё одной катастрофой, и наконец поддался своему шестому чувству и пошёл её спасать. Наверное, он бы пожалел об этом, если бы не был так потрясен и переполнен адреналином из-за почти случившегося смертельного случая превращения в пепел разъяренным и***
Том снова объявился несколько дней спустя в школе, на этот раз в более повседневной одежде — в джинсах и красной футболке с рваными рукавами и звездой посередине. Он уже успел какое-то время поговорить со Стар, и Марко снова услышал вопли своего внутреннего голоса. Он уже двинулся вперед на демона, но был опережен Стар, которая ударила того палочкой по голове. — Я никуда не пойду, пока ты не извинишься перед Марко за то, что чуть не убил его! — рявкнула она, повернулась к демону спиной и скрестила руки. Марко поморщился и замер, не совсем уверенный в том, что хочет стать свидетелем ответа Тома, но Стар его уже заметила. Её лицо просияло и она поторопилась поймать его. Марко встретился взглядом с Томом и понял, что они оба не хотят сейчас находиться здесь. Он почувствовал странное возмущение на смену предыдущему чувству неудобства. Он заслуживал этих извинений, и тот факт, что Том пришёл не с целью ему их принести, заставил его почувствовать себя обманутым. Он ухмыльнулся и выпрямился, сделав руками движение «Я жду»; может, это и жалко, но если он не может отомстить, сразившись с ним (ему хватало мужества признать, что Том, возможно, победит, несмотря на всё великолепие Марко), то может, по крайней мере, взбесить его. Том одарил его сердитым взглядом, и, казалось, начал вести внутреннюю войну между своей гордостью и привязанностью к Стар, но гордость в конце концов одержала победу. Он усмехнулся. — Без разницы. — Прости, Марко, он всегда был таким. Я надеялась, что он изменится, но… Она замолчала и затем покачала головой, одаривая его извиняющимся взглядом. — Неа, всё нормально, — сказал он, вновь заставляя её улыбнуться. На самом деле всё было не очень-то нормально, он до сих пор чувствовал раздражение, что парень, который пытается завоевать лучшую подругу Марко, хотел убить его, а потом решил, что его гордость важнее извинений. Но он бы никогда не сказал об этом Стар. — И хэй, — сказал он с усмешкой. — Знаешь что, это значит, что моё чутье не подвело. Снова. Он засмеялся, приняв удар Стар, и они оба в приподнятом настроении пошли покупать начос, почти позабыв о Томе.***
На следующий день Марко проснулся из-за чего-то, горящего у него на столе, и в панике закричал, быстро схватив бутылку воды с тумбочки и выливая на огонь. Однако пожар не прекращался, а паника Марко только возросла, и он побежал на кухню. Разумеется, Стар уже была там и готовила завтрак, будучи истинным жаворонком. Она посмотрела на него в замешательстве и открыла рот, чтобы что-то сказать, но была прервана криками Марко. — СТАР! ОГОНЬ! ГОРИТ…И...ВОДА! СТА-А-АР! — с этими очень связными словами он схватил её за руку и потащил наверх в свою комнату. — ОГОНЬ…И...ВИДИШЬ? — сказал он в отчаянии, указывая пальцем в направлении своего стола и продолжая смотреть на неё, затем на её палочку и снова на неё. Она лишь осмотрела комнату и повернулась к Марко, одаривая того прямым взглядом. — Марко, ты снова ел начос перед сном? — обвинила его она, приподняв бровь. Марко быстро поморгал, прежде чем снова посмотреть на совсем не горящий стол. — Но…но огонь! — настаивал Марко. Стар закатила глаза и начала уходить. — Там правда был пожар, клянусь! — быстро сказал он, схватив её за руку. — Я не сумасшедший! Стар с сомнением посмотрела на него, но в конце концов кивнула. — Хорошо, Марко, ты не сумасшедший, — успокаивающе согласилась она, похлопав его по плечу, как пугливого животного, освободилась из его руки и пошла обратно на кухню. Марко просто стоял там какое-то время с очевидным замешательством на лице. Потом он медленно подошел к столу, будто он мог взорваться (Марко был уверен, что так и будет). Там не было даже следов пожара, а на месте огня теперь стояла маленькая черная коробка. «Это точно ловушка, что-то сейчас выпрыгнет оттуда и съест тебя, НЕ ОТКРЫВАЙ ЕЁ!» — кричал его внутренний голос, и он прикусил губу, не зная, открыть её или выбросить в окно. Любопытство всё же одержало верх, и он медленно открыл её, при этом удерживая как можно дальше от своего тела. Он заглянул внутрь и был шокирован. Внутри был маленький череп на тонкой серебряной цепочке, точно такой же, как маска, которую он надевал на бал. Марко не смог определить, из какого камня сделан череп, но на месте его глаз определенно были рубины. «Сколько это стоило?» — было его первой мыслью, за которой последовали «От кого, блин, это?» и «Это вообще мне?». Марко вряд ли бы узнал ответ на первый вопрос, но он догадался насчет других двух, увидев записку, спрятанную под черепом. Когда он прочитал это одно слово, написанное таким элегантным почерком, которого Марко, наверное, никогда не достигнет в своей жизни, его лицо смягчилось в небольшой улыбке. «Прости». Тем же днём, Марко надел на себя ожерелье и улыбнулся, любуясь на себя в зеркало. Его внутренний голос всё ещё приглушенно твердил, что это может быть ловушка, которая, наверное, задушит его во сне или ещё что-нибудь сделает, но он просто завалился на кровать, всё ещё улыбаясь, как идиот. Он поднял голову и увидел заметку. Марко прикусил губу, и его руки дрогнули. В конце концов он встал, схватил ручку и немного изменил слова, стоя на кровати. Теперь там было написано: «Почти ВСЕГДА СЛУШАЙ СВОЙ ВНУТРЕННИЙ ГОЛОС!!!» «Почти» было небольшим и сжатым между краем бумаги и «всегда», но всё-таки оставалось заметным, так что Марко решил, что этого достаточно.***
Прошло несколько месяцев, прежде чем они снова услышали о Томе, и Марко ни разу за всё это время не снимал ожерелье. Стар, расхвалив его и сказав, как ему идёт, спросила, откуда оно, и слова застряли у парня в горле. Вряд ли сказать «твой бывший парень отправил мне ожерелье с рубинами, чтобы извиниться» было хорошей идеей, так что он просто пробормотал: — Я нашёл его. После чего он отказался говорить ещё что-то по данному вопросу. Стар отнеслась к этому с подозрением, но в конце концов закрыла на это глаза. Когда Том позвонил в дверной звонок дома Марко в жаркую субботу, он снова был в костюме и с букетом пылающих роз. Марко сразу сказал ему не заходить внутрь, потому что он обещал маме не спалить дом, пока она ходит по магазинам. Том нахмурился, но согласился, и они стояли молча добрых тридцать секунд. — Так, Стар..? — наконец предложил Том, пока Марко обездвижено стоял, не спрашивая причину его прихода. Марко встряхнулся, будто выходя из-под действия какого-то заклинания, закивал и залепетал что-то, и затем крикнул в дом: — Стар! Это Том! И у него, эм, розы? И они… горят? Это прозвучало нерешительно, как будто он был не уверен, что Стар поверит в его слова. С лестницы послышался грохот, и затем «ПОГОДИ, ЗАДЕРЖИ ЕГО, Я НЕ ОДЕТА!». Марко не хватило духа сказать, что Том тоже всё это слышал. Он обернулся и прочистил горло, но замер, когда заметил, что Том глазел на его шею. Демон открыл рот, собираясь что-то сказать, и Марко почувствовал, что чем бы это ни было, это вряд ли ему понравится, но его спасла Стар, которая прибежала к двери и уставилась на Тома. — Зачем ты тут? — отрывисто сказала она, скрестив руки. Выглядела она совсем не так, будто минуту назад была в пижаме и пела поп-песни в свою палочку вместо микрофона (Марко лучше знал, Том, наверное, нет). Том, не потратив времени впустую, ухмыльнулся и задействовал весь свой шарм. Он начал плавать в воздухе, когда огонь выстрелил из его ботинок и принялся кругами вращаться вокруг неё. — Что ж, я решил, что раз так хорошо извинился, и Марко, похоже, это принял, ты была бы не против пойти со мной на свидание. И конечно, подумал Марко со злостью и болью (?), конечно Том не отправил бы ему ожерелье с рубинами просто так. Разумеется, это было только для того, чтобы впечатлить Стар и вернуть её обратно, ведь он был чертовым демоном, а демоны не станут просто так извиняться. Он стоял и закипал от злости в тишине несколько минут, пока не понял, что Стар и Том выжидающе на него смотрят. — Эм, что? — спросил он, нервно покашливая, попытавшись быть крутым и абсолютно в этом провалившись. — Ожерелье тебе подарил Том? — повторила Стар. Она спрашивала искренне, Марко мог просто соврать и сказать «нет», и она поверила бы ему, а не Тому. Похоже, демону тоже пришло это в голову — его взгляд превратился из самодовольного в обеспокоенный, говорящий: «даже не думай об этом, или я убью тебя». Марко прикусил губу и глядел то на нетерпеливый взгляд Стар, то на угрожающий Тома. «Соври» — сказал его внутренний голос. «Выгони этого ублюдка с твоего крыльца вместе с его горящими розами». Марко уже открыл рот, чтобы сказать это, но вспомнил «Почти» на заметке над своей кроватью. — Ага, — пробормотал он вместо этого. Том явно почувствовал сильное облегчение, и Марко подумал, что на его месте, наверное, почувствовал бы то же самое. Стар была удивлена. — Ты сказал мне, что нашёл его! — сказала она с широко открытыми глазами, и что-то в этом выражении огорчило Марко, заставляя его заметно дрогнуть. — Я нашёл его на своем столе с запиской, — слабо проговорил он, и Том фыркнул, но ничего не сказал. Стар нахмурилась, но, так как она не умела злиться на двух людей одновременно, девушка просто посмеялась, будто он сказал что-то смешное, и снова стала серьезной, повернувшись к Тому. — Хорошо, мы можем пойти, но! — начала она. — Мы идём, куда я хочу и на столько, на сколько я скажу, ни секундой дольше! Лицо Тома загорелось в восторге, и он нетерпеливо закивал, сунул ей букет и потащил за собой. Стар в отчаянии взглянула на Марко, будто пытаясь ему что-то сказать. Он открыл рот, собираясь настоять на том, чтобы он сопровождал их и убедился, что они не попадут в неприятности. Но он замер, вспомнив её слова в конце бала. Мне не нужен герой, мне нужен друг. Его руки сжались в кулаки, но он молчал, игнорируя ещё более отчаянный взгляд Стар, и вернулся в дом только тогда, когда они оба исчезли из его поля зрения. Он поднялся в комнату и сел на край кровати, наклонившись над коленями и рассматривая отметины на полу. Его ожерелье заболталось перед ним, и Марко с внезапной яростью сорвал его и бросил через всю комнату с такой силой, на которую был способен. Заметка осталась над кроватью молчаливым защитником от внешнего мира и боли быть использованным. Той ночью он не видел снов.***
Месяц пришёл и ушёл, и Марко даже не заметил, как ему уже исполнилось 15. Он отпраздновал скромно, но, тем не менее, насладился этим, ведь все подарки, которые ему подарили люди, были такими замечательными и чуткими. Марко был тронут их вниманием. Среди вещей, которые ему подарили, была парочка книг о демонах и монстрах, новая красная толстовка и подарочная карта в его любимый ресторан (любезно подаренная Стар, которая настояла сразу же туда пойти и в итоге потратила денег больше, чем он). Когда они пришли домой, он нашёл ещё одну черную коробочку на столе с запиской рядом с ней: «С днём рождения». Там также было небольшое p.s., где написано «постарайся не сломать его на этот раз». Марко не понял, как Том узнал, что его предыдущий подарок был сломан, но ему было, в общем-то, плевать; он выбросил коробочку в окно, не открывая её. (И то, что он положил эту записку себе в ящик, где он хранит предыдущую записку и те рубиновые глаза - только его дело, ничье больше.)