Who are you

      Полночи Аленка меня отчитывала. Как мама, ей богу. Держу пари, ей просто было страшно сидеть одной дома. И да, покомандовать она ооочень любит. Но мне было так все равно. Я переоделась в любимую пижаму, сделала себе невероятно вкусный кофе, вышла на балкон и, включив мр-3, отключила все неприятные звуки, исходящие от моей сестры. Еще вчера мы с Аленкой вытащили кресло на балкон, и теперь я готова вечно вот так тут сидеть, пить кофе, слушать любимую музыку и просто наслаждаться жизнью, погружаясь в свои мысли.       Я очень мало думала о своем ночном приключении, и почти не пыталась его анализировать. Но я так странно себя чувствовала. Мне было невероятно спокойно. Откуда взялось это чувство легкости и безмятежности? Не знаю. Правда. От размышлений меня отвлекло то, что свет во всей квартире, в том числе и на балконе, погас. Пытаясь понять, в чем же дело, я вглядывалась в темную комнату. Аленка с видом «уже давно пора спать, а спят без света» гордо шагала в свою комнату. Достав один наушник из уха, я недовольно ее окликнула: — Эй, так-то я еще не сплю. — А я — сплю, — огрызнулась Аленка и закрыла дверь в свою спальню. Я раздраженно выдохнула. Вот же маленькая пакость. Но покидать уютное кресло ради того, чтобы снова включить свет, я не стала. Все же действительно, время сна давно настало. Так что, по сути, недовольство с моей стороны неуместно.       Ночь была безумно теплой. Дневная духота спала, палящее солнце давно спряталось. И впервые я заметила, как много звезд на Лондонском небе. В больших городах сложно увидеть звезды даже самой ясной ночью из-за света фонарей и всевозможных зданий. И когда видишь вот столько звезд, ярких, больших и маленьких, начинаешь верить в чудеса. Искренне, всем сердцем. Непоколебимо. Это волшебство. В чистом виде волшебство.       Кофе и плейлист закончились почти одновременно. Словно говоря: «А все, иди спать, Аксюта, хватит тут рассиживаться». И правда. Люди скоро просыпаться начнут, а я даже не ложилась еще. Оставив кружку на широких перилах балкона, я отправилась спать. И, что не удивительно, вырубилась, как только голова моя коснулась подушки. Сон был яркий, красочный, но короткий. А все почему? Правильно, утро — вечера мудренее, и пакостить человеку, который очень хочет спать, приятно. По крайней мере, так считает Аленка. И именно по этому она как можно громче топала, хлопала дверьми, ставила чайник на плиту. Такой шум даже мертвого подымет. Я раздраженно села в кровати, не открывая глаз. Точнее, открыть глаза сразу же, у меня не получилось. Кто имел опыт такого пробуждения, знает, на сколько это сложно. — Ты все же не одна находишься здесь, кое-кому спать хочется, — недовольным тоном обратилась я к Аленке. — Передай этому «кому-то», что спят ночью, — и вдобавок к прочему шуму, Аленка громко включила телевизор. Я обреченно откинулась назад на подушку: — Ну за что мне это? — За то, что не купила молоко и лишила меня завтрака, — важно заявила Аленка и демонстративно потрясла коробкой с шоколадными хлопьями над моим лицом.       Такого начала дня не пожелаешь даже злейшему врагу. Раздраженно скинув с себя одеяло, я, зевая и потягиваясь, отправилась в душ просыпаться. Прохладный душ — хорошая штука, если вам необходимо быстро взбодриться. И упорядочить мысли. Идеально. Через пятнадцать минут я была полностью одета и готова ко всему, что приберег для меня этот новый день. Но в течение всего дня не произошло ничего интересного. На все просьбы Аленки погулять, я отвечала отказом. Она возмущалась, кричала, даже угрожала, представляете? Хотела позвонить родителям, пожаловаться на меня. Как бы ни так. Я была непоколебима и полна решимости перевоспитать эту несносную эгоистку. Или хотя бы преподать урок. Слишком много она о себе возомнила. А все почему? Правильно — за всю жизнь она ни разу не получала отказа. Со мной такое не пройдет, уж извините. — Я все маме расскажу! — Да пожалуйста. — И тебя никогда никуда не отпустят! — Мне скоро двадцать. Я вполне смогу съехать от родителей и делать все, что мне захочется. — Так не честно! — Какая жалость. И так весь день. Но близился вечер. А вечер — это парк, скамейка, восемь вопросов и мальчишка с миллионом веснушек на лице. Знаете что самое неприятное? Я ждала эту встречу. С каким-то непонятным волнением. Я пыталась занять себя чем-нибудь, чтобы время шло быстрее, но оно, как на зло, тянулось невероятно медленно. Тогда я начала задумываться над тем, какие вопросы ему задать? Что меня интересует? И ничего в голову не шло, представляете? Мне надоело ждать. Я решила выйти пораньше, не спеша прогуляться. Глядишь, и назначенный час настанет. Надев белый ситцевый сарафан без бретелек, джинсовую коротенькую жилетку поверх него и, конечно же, кеды, я вышла из квартиры. Да, снова за молоком. А поскольку «за молоком так долго не ходят», еще и за шоколадкой.       Я шла по улице, наслаждалась Нирваной в своих наушниках и никуда не спешила. У меня было достаточно времени в запасе. А на случай, если я приду раньше, у меня есть мр-3, с которым я никогда не чувствую себя одинокой. И это здорово, чертовски здорово. Заиграла быстрая, энергичная песня, я невольно ускорила шаг. И, как это обычно бывает, беда пришла, откуда не ждали. Предательские шнурки снова развязались, и я запнулась о собственную ногу. Так глупо. Я не смогла удержать равновесия и упала, больно ударившись ладошкой и разбив коленки. Точнее, одну я расшибла, а на второй красовалась грязная ссадина. Такое со мной случалось не впервой, неуклюжесть — мой злой рок, но было чертовски больно. Ладошка неприятно саднила, а кленка кровоточила. Все это случилось так не вовремя, я даже чуточку расстроилась. И еще больше расстроилась, когда не нашла по пути ни одной аптеки. Так что все, чем я могла помочь своим болячкам — это протереть бумажной салфеткой. Медицина — определенно не мой конек.       В парк я пришла (а точнее, приковыляла), чуть раньше условленного времени. Но Скандр был уже там. Он расслабленно сидел на скамейке, и у него был такой отрешенно-задумчивый вид, что мне даже неловко стало подходить к нему. Но ведь это глупо, мы же договорились. — Hey, — не помешаю? — я неуверенно села на край скамейки. Скандр тут же оживился: — Of course you aren't, я ведь тебя жду. — Действительно, кого же еще, — с иронией произнесла я и, как и в предыдущей раз, с ногами забралась на скамейку. Скандр хотел было что-то спросить, но заметил мои колени и сразу же как-то переменился в лице. — Каким образом ты умудрилась так себя покалечить? — он нахмурился, и тон его был серьезен. Я хотела натянуть сарафан на колени, чтобы спрятать ушибы, но только испачкала его. — Обычное дело, просто ссадины, — отмахнулась я, — задавай уже свои вопросы. Но он и не думал. Скандр придвинулся ближе ко мне и пристально осмотрел мои колени. Точнее, ссадины на них. — Вопросы подождут, раны нужно обработать. Иначе может попасть какая-нибудь инфекция. А это ни к чему хорошему не приведет. Раны. Ну уж завернул. Так, ранки. — И что ты предлагаешь, — настороженно поинтересовалась я. — Сходим до аптеки, купим пластырь и перекись водорода, — Скандр весело усмехнулся и добавил, — Let's rescue your knees. Встав со скамейки, он протянул мне руку, как истинный джентльмен. Это было довольно мило, правда. — Oh, you so careful, — я приняла его руку и улыбнулась в знак благодарности. — Я просто учусь на хирурга. Считай, ты мой первый пациент. Вон оно что. Я жутко смутилась и отдернула руку. Что за нелепость. Сконфужено проведя рукой по своим волосам (я всегда так делаю, когда мне неловко), я стремительно зашагала к выходу из парка. Скандр несколько секунд стоял на месте, и я прямо чувствовала его пристальный взгляд на себе, от чего почувствовала себя еще более неловко. Мне не нравится это чувство, определенно не нравится.       Мы вышли на тротуар. — Куда теперь? — нахмурив брови спросила я. Скандр лишь кивнул головой в ту сторону, которую нам нужно идти. Что ж, хозяин-барин. Мы перешли дорогу и не спеша зашагали по аллее. — Вы здесь надолго? — наконец-то прервалось это идиотское молчание. Я уже хотела сказать, что это question number tree, но Скандр опередил мои намерения, быстро добавив «мы не играем, этот вопрос не в счет». Что несомненно вызвало у меня улыбку. — На все лееето, — довольно протянула я. — Cool, — Скандр открыто улыбался и я, незаметно для себя, засмотрелась на него. — What? — он поймал мой взгляд и лукаво прищурился. Господи, как же я смутилась. Даже покраснела. А он засмеялся. Вот нахал, никакой даже не джентльмен. Хотя, мы уже разобрались, что он будущий хирург, а не добродетель. К счастью, в поле моего зрения попалась аптека, и я чуть ли не побежала к ней. Мы зашли в аптеку, и я уже открыла рот, чтобы ответить на вопрос аптекаря «What for you?», но Скандр снова меня опередил: — The plaster, cotton wool and hydrogen peroxide, please. Я даже возразить не успела. Он быстро заплатил за товар и указал мне на выход. Я, конечно же, послушалась, но возмущению моему не было предела. — Стой смирно, — Сказал Скандр, как только мы вышли. У меня аж брови на лоб поползли: — Зачем? — Стой, я сказал, — тоном, не допускающим возражений, повторил он.       Я скрестила руки на груди, всем видом показывая свое недовольство. Но он словно не замечал этого. Если бы я знала, что произойдет дальше, я бы ни в коем случае его не послушала. Скандр присел передо мной на корточки, так что его глаза оказались на уровне моих коленей, смочил вату перекисью и легонько приложил к моей ссадине. Это было неприятно. Нет, вы неправильно поняли. Его жесты были очень приятны, но ссадину начало щипать, что я даже губу прикусила и резко вдохнула. — Больно? — взгляд Скандара был какой-то… заботливый что ли. Не дождавшись ответа, он осторожно подул на мою коленку, а потом так же осторожно наклеил пластырь, — ну вот и все, жить будешь. Скандр выпрямился и улыбнулся мне. Трудно описать мои чувства в тот момент. Смущение, неловкость, благодарность…и еще непонятно что. — Thanks, doctor, — только и смогла сказать я. — Операция прошла успешно, предлагаю отметить это вкуснейшим фисташковым мороженым, — Скандр жестом пригласил меня следовать за ним, — самым вкусным из всех, между прочим. Эта идея мне очень понравилась. — Эй, откуда ты знаешь, что фисташковое мороженное сааамое вкусное? — в шутку спросила я. На что Скандр ухмыльнулся, и, глядя в сторону, сказал: — Гадал по кофейным пятнам на футболке. А потом лукаво посмотрел мне в глаза и подмигнул. Я не придумала ничего лучше, чем локтем в бок: — Сам виноват. — Вот ничего себе, — он наигранно возмутился, — налетела на меня на всем ходу, а я еще и виноват? Я активно закивала головой, на что Скандр засмеялся и начал меня щекотать. Щекотки я до ужаса боюсь, по этому дернула от него со всех ног: — Кто последний добежит, тот платит за мороженное! Очевидно, идея Скандару очень понравилась, потому что несколько мгновений спустя, не смотря на то, что у меня было преимущество в пару метров, он меня обогнал. И все же, как истинный джентльмен, мороженное купил он. Это было невероятно. Здорово. Непередаваемо. Мы шли по ночному Лондону, ели мороженное и просто разговаривали. Легко и непринужденно. Как будто дружим уже миллионы лет. — Все же ты был прав, — доев мороженное сказала я. Скандр вопросительно изогнул бровь. — Мороженное вкуснейшее. — Аа, — протянул он, — видно, по этому большая часть его осталась на твоем лице. Скандр не глядел на меня, снова куда-то в сторону. Но даже по его тону было ясно — он еле сдерживает улыбку. Я торопливо начала тереть лицо, чтобы вытереть мороженое, но Скандр меня остановил. — Кто же так делает? — он закатил глаза, как бы говоря «ничего сама не можешь сделать» и, встав напротив меня, осторожно вытер мороженое с моего лица, — ну вот, другое дело. В очередной раз я смутилась. Ну сколько можно? Ему доставляет удовольствие заставлять людей чувствовать себя неловко? — Уже поздно, меня сестра ждет, — я опустила глаза, чтоб не видеть его странной ухмылки, — мне еще молоко нужно купить. — Но мы еще не доиграли, — возмутился Скандр — Завтра доиграем, — предложила я. Реакция Скандара была странной. Он как-то притих и нахмурился: — Не получится завтра. — Тога послезавтра. — И послезавтра не получится, — он нахмурился еще сильнее и отвел взгляд в сторону, — завтра утром мы едем в тур, в поддержку нового фильма. — Оу, — я даже не знала, что сказать, — и надолго? — На месяц почти. — Эммм… Что ж, удачно съездить. Но, мне все же правда уже пора. Было очень неловко, и мне скорее хотелось очутиться дома. — Скажи свой номер телефона, ты не можешь отказать мне, — Скандр смотрел из-под бровей и выглядел очень милым. Чуть поколебавшись, я продиктовала ему одиннадцать цифр. — Теперь пока? — сухо спросила я. — И ты не спросишь мой номер телефона? — Скандр сильно удивился. — Но ведь ты позвонишь. Я невозмутимо и, наверное, дерзко посмотрела на него. И на этот раз смутился он. — Верно. Так я провожу тебя? Уже поздно и все такое, — Скандр расправил плечи и смотрел мне прямо в глаза. И честное слово, я чуть не сдалась. Но тогда бы я была не я. — Не-а. Должна же хоть что-то сегодня я сделать сама. Отступая назад, я помахала ему рукой, а потом развернулась и быстро зашагала домой.