дорога домой.

       Блядские -10. У Енджэ распахнута куртка, открывая белую, чуть рваную, в крови, футболку. Ему категорически жарко — он пять минут назад подрался с тремя парнями из хоккейной секции, потому что друг одного из них — футболист. А Чхве сегодня умудрился еще и пролететь на игре, причем с заметным подсуживанием другой команде. Только вот после матча этот самый друг хоккеиста не захотел выяснять отношения с темпераментным Енджэ, а вот парень с клюшкой — очень даже взбесился. Для хоккеистов — это нормально. Да и в одиночку они не дерутся. Чхве тряс рукой. Она вот, кстати, уже замерзла, вместе с кровью на костяшках и запястьях. Машины проезжали мимо, а те, которые все-таки останавливались, через некоторое время аналогично покидали брюнета. Водители спрашивали: "Вам куда?" Енджэ отвечал: "В Мокпо, пожалуйста, довезете?" Ага, конечно. Парень обрек себя на гибель от переохлаждения у трассы, потому что никакой адекватный человек не стал бы ехать так далеко с незнакомцем. А Чхве надо было домой. Срочно. На душе так херово, что ничего лучше, чем пребывание в родном месте быть не может. Енджэ вчера бросила девушка: так и начался этот его апокалипсис. Брюнет так думает. Она ведьма, прокляла его. Уже десяток машин пронеслись мимо: сначала они останавливались, конечно, водители не хотя высовывались из окна, но когда слышали куда Чхве надо было "подбросить", залезали обратно в салон автомобиля и тут же трогались с места. Енджэ начал мерзнуть: застегнул куртку, укутался в шарф, аккуратно закрывая вроде как сломанный нос. Губу жгло огнем, так же, как и заднюю сторону правого бедра, по которой ударили шибко сильно. — Долбанные хоккеисты, — вслух произнес Енджэ, немного подпрыгивая на месте от жуткой холодрыги. Он уже отчаялся, он все понимал. Никому он не нужен. Чхве сидел на каком-то пеньке недалеко от трассы. Уже минут десять он не ловил попутку. Ему хотелось плакать или снова подраться, но больше всего — домой и в тепло. Обнять маму и папу, которые единственные на свете, кто не бросят его. Пенек был жутко холодный, заледеневший и уже примерз практически к джинсам брюнета. Енджэ попытался встать, потому что действительно умирать ему как-то перехотелось. И вроде как ему удалось сделать это, не без потерь, конечно. Немного надорванный задний карман — не беда вовсе по сравнению с остальным. Подползая обратно к дороге, брюнет подумал, что на этот раз он скажет "на вокзал" и пошло оно все нахер. Только вот теперь загвоздка — уже практически не было мимо проезжающих машин. Вообще пусто. Похолодало конкретно. Возможно, -15, но добавился ветер, а с ним все -25 и что сегодня за день такой. Даже погода в Корее сошла с ума. Наконец, через минут пять-семь, на горизонте появилась небольшая такая машинка. Енджэ отчаянно замахал рукой, чувствуя уже, что даже слюна заледенела и через несколько глотков она застрянет в его горле ледышкой. И если не сейчас, то потом может быть поздно. Для большей вероятности Чхве выбежал на трассу: ему, если честно, сегодня вообще нечего терять. Собьет, так собьет. Свет от фар ослепил брюнета очень сильно, отчего он закрыл глаза ладонью и немного нагнулся вниз. Машина, понятное дело, остановилась, а дальше случилось то, чего Енджэ и не ожидал вовсе. Его обхватили сильные руки и подняли над землей, поддерживая за ноги и талию. У Чхве перед глазами только светлые блики — он не мог понять, кто рядом с ним. Но точно понял, что попал в салон автомобиля с охеренно разогретой печкой. В голове почему-то раздался тонкий, протяжный писк, как бывает, когда поднимается давление. Оно и не мудрено — перепад температур. — Хэй, парень, ты как? — пока Енджэ тер свои глаза, он услышал ужасно приятный голос своего спасителя. Затем его расплывчатый, а через некоторое время четкий образ. — Не очень... — Чхве отледенел настолько быстро, что его сломанный нос невероятно сильно разболелся. От этого Енджэ сморщился и зашипел, оголяя зубы. — Да тебе в больницу надо, — белобрысый молодой водитель быстренько зацепил ремень безопасности, завел машину и бросил такой пронзительный взгляд назад через зеркало, что по коже пробежал табун мурашек. Видно было, что он реально собрался везти его в больницу. — Нет, пожалуйста, нет! Прошу! Все хорошо! — завопил Енджэ, вскакивая со своего сидения и хватая блондина сзади, за плечо. Случайно, не намеренно. Парень в ту же секунду остановился. Неужели он его действительно понял? Следом, он вовсе вышел из машины и открыл багажник. Взял оттуда белую коробочку и отдал ее Енджэ, садясь обратно на водительское место. — Не знаю, что у тебя произошло, но мазь тут точно пригодится. Чхве смотрел вниз на эту самую коробочку с крестиком, а потом и на парня, что также глядел на него через зеркало заднего вида. — Спасибо. Большое. — Не за что. Так куда едем? — блондин легко улыбнулся, мимолетно, трогаясь с места и что-то там тыкая на GPS навигаторе. — В... — Енджэ боялся уже произнести "Мокпо", потому что катиться кубарем из этой машины, ну, вот не было желания. Однако, Чхве хотелось попробовать. Потом, может быть, отшутиться, если спаситель не захочет его туда везти, — ...Мокпо. Блондин округлил глаза, но скорость на спидометре не снижалась. Енджэ смотрел на ярко подсвеченное табло, ожидая, что сейчас стрелка на нем снизойдет до нуля. — Ну...Мокпо, так Мокпо, — блондин потрепал рукой свои грязные волосы, а потом с нетерпением сжал руль. Чхве думал, что спал. Нет, ему все это точно приснилось. Он, наверное, заснул сейчас на том пеньке, ожидая своей участи. — Вы... ты... правда отвезешь меня туда? — Енджэ выглядел, как потерянный щенок и это, видимо, зацепило блондина. — Правда. Я тут как раз хотел развеяться. Так почему бы не съездить в Мокпо, — водителю было явно круто и весело, ему нравилось быть за рулем, не спать целыми ночами, провожая взглядом уличные фонари. Безумец, обожающий путешествия на машине? — Я...очень рад. Спасибо. Енджэ было больно улыбаться, но он не мог сдержать своих эмоций. — Меня Джексоном зовут, а тебя? — регулируя что-то в GPS, парень слегка подался в сторону, поэтому Чхве видел немного его лицо. Он был необычайно красив. — Енджэ. Брюнет достал из аптечки какой-то крем и стал распределять его по носу. — Мм, мне нравится твое имя. Джексон уже во все тридцать два зуба улыбался, а Чхве остановился и замер. У блондина была просто сногсшибательная улыбка, а это "мне нравится" — как-то так в самое сердце. Енджэ, вообще-то, девушки нравились, но он никогда в своей жизни не встречал такого парня. Просто охуеть какого охуенного. То ли пример для подражания, то ли, реально, симпатия возникла у брюнета. — Можно я немного посплю? — тихим таким голосочком прощебетал Енджэ, постепенно снимая шарф и куртку. Джексон видел кровь на его рваной футболке. — Конечно. Его голос был таким мягким, даже можно сказать уютным, и Чхве стало так тепло на душе и спокойно, что совсем неожиданно для него самого захотелось обнять этого парня. Ему казалось, что его голос и объятия похожи. То, что блондин сделал для Чхве — не опишешь словами. Джексон не был исключением. Ему тоже, вполне вероятно, хотелось утешить парня на заднем сидении, потому что Енджэ нуждался в этом, а блондину некуда было девать свое тепло.