Легенда о северном лесе

Бледно-розовый рассвет слепил, и Сынхён был вынужден жмурить и без того слипавшиеся со сна глаза, пока шёл к лесу. В эту ночь он не смог уснуть, думая о Сандаре. Хотелось дотронуться до её щеки, снова услышать своё имя из её уст. Сынхён подумал, что, верно, влюбился. На улице снова похолодало, и у парня мёрзли ладони, но собственное тёплое дыхание его очень выручало, пока он шёл к вчерашнему месту встречи. Когда же, наконец, стал виден просвет между деревьев, и Сынхён вышел на поляну, то он сразу увидел, что там никого не было. Сильно упав духом, парень решил побродить вокруг, выискивая нужные лекарю растения. Он уже успел забыть, зачем обычно ходил в лес, так ожидая встречи с девушкой, глубоко запавшей ему в сердце. Растений было просто поразительно много, судя по всему, люди сюда вообще не ходили. Сынхёну было страшно обидно, что он нашёл эти природные богатства только в начале осени, когда уже поздно делать большинство заготовок. Он бродил по лесу вокруг вчерашней поляны и глубоко втягивал носом воздух, стараясь уловить нужный запах уже с полчаса. Наконец, он замер и прикрыл глаза, чтобы сосредоточиться. Какие-то пряные нотки витали в воздухе, не давая ему покоя. Собственные чувства его ещё не подводили, здесь обязательно должно быть ещё что-то, чего нет в их местах... - Эй, Сынхён! Гляди! Парень резко обернулся на знакомый звонкий голос, вглядываясь в деревья за своей спиной. В груди ёкнуло. За несколько метров от него стояла лучащаяся улыбкой Сандара, одетая так же, как вчера, и вновь ничуть не мерзнущая. В болезненно-белых руках она держала несколько удивительно маленьких и тоненьких стебельков полевого хвоща. Только вот откуда она успела появиться? - Его, конечно, нужно собирать в июле, но это единственная трава в северном лесу, которую сейчас можно найти, - крикнула девушка, пятясь назад. Сынхён пошёл за ней, на что она только расхохоталась. - Эй, хочешь хвощ? Тогда сначала догони меня! А ну, что рот раскрыл? Это единственные стебли на весь лес! - мелодично смеясь, она стала шустро пробираться сквозь темные стволы к поляне, выделяясь в темноте леса бледной кожей. Сынхён едва за ней поспевал, а когда, наконец, догнал, то она уже валялась на траве и ждала его, с демонстративно скучающим видом разглядывая зелень в своих руках. Парень потянулся, чтобы её забрать, но девушка отдернула руку. - Лисица ты, Сандара. Я же догнал тебя, - у Сынхёна все трепетало в груди от изящности лежащей перед ним красавицы. В таком не по сезону невесомом платьице, такая соблазнительная... - Ну и что с того? Не хочу отдавать, - она напустила на себя серьезный вид и отвернулась, на деле же едва сдерживая улыбку. От бега у неё разрумянились щёки, а обычно идеальные локоны ужасно растрепались, придавая изюминку. И тогда Сынхён не выдержал. Он опустился рядом и будто невзначай провёл своими длинными пальцами по её волосам, шее. Обвёл тыльной стороной ладони её размеренно вздымающуюся теплую грудь. Девушка вдруг повернулась к нему с непритворно холодным взглядом, но он продолжил, будучи уже не в силах остановиться. Невесомо затронул рёбра, жалея о мешающейся полупрозрачной ткани, провел по изгибу бедра. Сынхён сам не понимал что творил, его так манила эта стройная и светлая, словно веточка, фигурка. Он понял, что часто дышал уже не только от бега. Вся воспитанная в нем матерью робость поблекла перед этой невинной красотой. Он коснулся коленки девушки и, взглянув на её отстранённое лицо, повёл пальцами обратно вверх по гладкой коже, задирая подол платья. Эта коленка была самой эротичностью во всей её красе. Когда неприкрыто оказалось уже больше половины бедра, ладонь парня накрыла рука Сандары. - Ласкай так лучше свою флейту, милый Сынхён. Не уверена, что стоит спешить, - она невесело усмехнулась. Сынхён опомнился, только когда её шаги уже затихли где-то во мраке леса. *** Бом просто не смогла оттолкнуть Сынхёна, когда тот влетел в её дом вместе с леденящим ветром и набросился на неё с поцелуем. Сухим, настойчивым, без капли нежности, полный злости, даже... похоти. Бом не смогла убрать его руки со своей груди, не смогла сомкнуть раздвинутые его коленом бёдра, просто тихо всхлипывала, глотая почти сразу же выступившие слёзы, прижатая к спиной к двери кладовой. Он целовал её остервенело, отчаянно, пока, весь потрясываясь от разочарования, не отстранился. - Дьявол! Я хочу её, почему она не... - у Сынхёна вырвался из груди рык, и он ударил кулаком по стенке. Девушка только чуть сползла вниз по стенке, окончательно убедившись в том, что целовать он хочет вовсе не её. Ёё любимому чудесному Сынхёну, который впервые её поцеловал, хоть и не так, как в её снах, сейчас нужна какая-то другая. Хотелось умереть на месте. - Сынхён, отпусти, - взмолилась она, чувствуя, что хватка ослабела. - Что за чертовщина? Сынхён? Что ты..? - в комнату вбежал Ёнбэ, заметивший происходящее сквозь распахнутую настежь входную дверь и кинулся оттаскивать вяло сопротивляющегося парня. - Ёнбэ, помнишь я вчера тебе рассказывал о... о ней?.. - Сынхён произнёс последнее слово с особым трепетом. - Она оттолкнула меня, Ёнбэ! Играет со мной, чертовка, сначала дразнит, а потом... - Сынхён, Бом плачет, - почти пошептал парень, обнимая дрожащую девушку за плечи. - Она-то что тебе сделала? - Да что мне твоя Бом вообще? Ты не понимаешь... - Сынхён, даже если тебе плевать на её чувства, будь хотя бы благодарен за её заботу, которой ты, кстати, не заслуживаешь, - Ёнбэ не был зол, ему было очень тошно. - Ты завтра снова пойдёшь на север, да? И сколько, скажи на милость, трав ты собрал за эти два похода? Сынхён ничего не ответил, только усмехнулся и хлопнул дверью. Сдалась ему эта забота, ему сейчас совсем не до этого. часть маленькая, но пожалейте автора, у меня нервная система скоро сдаст: кровь идет носом, глаз дергается и мигреень х_х