Легенда о северном лесе

- Ты не уйдёшь отсюда просто так, прости меня, милый Сынхён. Ты ж не откажешься послушать красивую историю о несчастной любви? Она совсем коротенькая, - девушка показала пальцами, на сколько, и с её губ сорвался издевательский смешок. Вот и конец. - Несколько десятков лун назад, - Дара заглянула Сынхёну в глаза из под своих густых ресниц, - одна красавица больно любила одного юношу. Так любила, что спать не могла, есть не могла, не давал он ей покою. Ходила за ним по пятам, одевалась нарядней, к гадалке за приворотными зельями ходила. А юноша играл с её любовью, принимая иногда подарки, заботу, пользуясь её чувствами. Но несмотря на это, всё своё время проводил с другими, всеми подряд. Ты, наверное, подумаешь, что девушка ненавидела этих ветрениц? - Сандара замолчала, давая Сынхёну возможность ответить, но тот не смел шелохнуться, - Если да, то ты ошибаешься, – задумчиво продолжила она. - Это не их грехи были, это были грехи юноши. Однажды она просто убила его. Ножом в грудь, пока они собирали травы в лесу. И себя убила, потому что поняла, что уже никогда не забудет его, истекающего кровью. Но произошло то, чего они оба никак не ожидали… за пороки Северный лес обратил их беспокойные души духами. Девушку сделал духом-хранителем леса, юношу - призраком, являвшимся раз в год, в осеннее равноденствие. А сегодня мы, - Дара ласково провела по руке, обнимавшей её, и расплылась в на удивление мягкой улыбке, - наконец-то, свободны. - Заберём его душу с собой? - сухо поинтересовался Донук, едва рассказ был окончен. Сынхён почувствовал, как бешено застучало сердце в груди. - Он не понял, - покачала головой девушка. – Я хочу, чтобы он запомнил это перед смертью, - Сынхён почувствовал, как из глаз закапали слёзы. Как же так? Сандара… - Я жила здесь, способная покидать Северный лес только в птичьем обличьи. Люди мне были скучны, так что я почти всегда оставалась здесь. Но однажды на мою любимую поляну забрёл учительский сын. Подошёл ко мне, заговорил. Милый юноша был. Правда тоже не ценил заботу близких, тратил время попусту, да за девчонками волочился. Тогда до появления Донука как раз оставалась неделя, и мне пришла в голову идея использовать мальчика. Соблазнить и перед равноденствием приласкать, чтобы вызвать ревность… Но он тогда не повёлся, пришлось его убить. А ты повёлся, и тебя мы тоже убьём. А знаешь зачем? М? – Сынхён отчаянно замотал головой. – А затем, чтобы искоренить порок. Чтобы его больше не было в наших местах. Он передаётся от поколения к поколению, зародившись однажды, и если его не искореним мы, то не искоренит никто. Так что, прости, ты был очень приятным молодым человеком. – девушка подошла к нему вплотную. - Я даже, пожалуй, заберу на память твою флейту. Буду скучать, Сынхённи, - с этими словами Дара провела ногтём по его щеке и шее, и за пальцем потянулся сладковатый сиреневый дымок. Глаза Сынхёна закатились, и последним, что он почувствовал, был зверский холод и запах брусники. – Спи сладко. Два духа, взявшись за руки, растворились в ранних сумерках. *** Когда Сынхён не вернулся домой, Бом сразу всё поняла. И когда его нашли бездыханным посреди северного леса, она уже не плакала, только куталась и куталась в шаль сильнее, сетуя себе под нос на ранние заморозки. Ёнбэ всё это время держался с ней и никак не мог понять до конца, что же будет дальше. И только местный лекарь, продолжая всех уверять, что это всё из-за ядовитых ягод, ещё долго думал об эхе флейты, которое слышалось в тот день словно из-под самой земли… из недр преисподней.