Несколько историй моей жизни

На Чеджу меня приняли очень хорошо. Все хвалили мои работы, внешность, парочка альф пыталась флиртовать. Но два месяца вокруг меня был туман, рассеивающийся только на работе, где я пытался забыться, ни на секунду не отключая звонок телефона. Родители тоже помогали, с ними я стал проводить довольно много времени. Иногда я ощущаю себя престарелым омегой, одиноким и никому не нужным. Наверное, именно это состояние и заметили отчим с папой, когда стали упорно пытаться отправить меня на свидание "в слепую". Через полгода, изнывая от двоякого желания: вернуться в Сеул и надавать пощечин одному зазнавшемуся мальчишке, или спрятаться от него, чтоб никогда не видеть и не вспоминать, я согласился. И вот сижу в салоне под болтовню папы и парикмахера, который покрасил мои каштановые волосы в жемчужный блонд (папе показалось, что с этим светом я должен выглядеть счастливее) и посадил в кресло под тепловой луч, а в голове опять пусто и ни одной позитивной мысли, только "вот ты и отчаявшийся омега, кидающийся на каждого встречного!" Конечно, я понимал, что это слишком громко сказано, но легче от этого не становилось. Пытаясь набраться решимости я набрал Чунмена. - Лу, ты как? Ничего не случилось? - ну, вот, дождался, что мои звонки воспринимают только как какое-то происшествие. - Нет, Мен-а, просто хотел посоветоваться. Родители отправляют меня на свидание, "в слепую". - Я давно тебе говорил бросить свои глупости и найти уже себе кого-нибудь. Тебе скоро 30, пора рожать, а не то твоя омега умрет. Это я тебе как врач говорю. - Если бы ты встретил своего истинного, ты бы понял меня, - прошептал я, боясь, что меня услышит папа. - Мен-а, мне страшно, а вдруг я больше его не увижу, а вдруг он уже нашел кого-нибудь. - Лу, он альфа, конечно, нашел. Неужели, брат ничего не говорил? - Про него молчит, а я боюсь спрашивать. - И забудь, послушайся родителей и иди на свидание. Кстати, мне предложили открыть филиал клиники на Чеджу, подожди пару недель, я скоро приеду и буду рядом, по крайней мере в паре часов от тебя. Я почувствовал облегчение. Врач и друг в одном лице, Чунмен в последнее время заменил мне братьев, которых иногда очень не хватало. Но потребность о ком-то заботиться осталась невостребованной. Родители отселили меня от себя. Недалеко, на соседней улице, я бегал к ним по выходным и иногда вечерами. Но так хотелось кого-то рядом, под бочок, гладить взъерошенные пряди, трогать губами горячую кожу, обвивать конечностями, прижимаясь каждым кусочком тела, смешивая запахи, делясь вкусами и мыслями. Да мне хватило бы даже (наверное!) просто смотреть, не притрагиваясь, наливать чай, слушать пахлаву своим способностям не только в работе, смотреть на пухлые губы, обхватывающие край чашки, обветренные от постоянного облизывания, смотреть на длинные пальцы, постукивающие по краю стола, с обрызганными ногтями и потрескавшейся на кончиках пальцев от постоянного игнорирования перчаток кожей. Я понял, что очень соскучился. И пока вымывали мои волосы от остатков краски, окончательно решился на свидание. Чтоб забыться. Или забыть. *** Он оказался красивым и высоким, улыбчивым и с добрыми глазами. Вежливый, воспитанный, умный. Идеал, но, к сожалению, не мой. Я не знал, как себя вести. Было видно, что я ему понравился, Шивон активно ухаживал, посылал цветы в компанию, вызывая завистливые вздохи коллег, приглашал в кино, рестораны, на прогулки. А я соглашался, так как все было на людях и вроде бы без каких-либо обязательств, а сам думал, как бы объяснить, что он мне нужен только как друг. Помог мне, как ни странно, отчим. Будучи на деловой встрече, он стал невольным свидетелем нашего очередного свидания в ресторане, и вечером вызвал домой на разговор. Начал издалека, осторожно выспрашивая о Шивоне и наших отношениях. А потом, видя мое равнодушие, вздохнул: - Лу, не мучай парня, если он тебе не нравится, скажи ему все. Ведь он уже все уши своему отцу о тебе прожужжал, а тот мне уже на свадьбу намекает. А ты как неживой с ним, я же видел, как привидение! Я еле сдержался, чтобы не расплакаться. Молча кивнул и выбежал из кабинета, попутно набирая Шивона. - Забери меня, я у родителей, нужно поговорить! Он, как всегда, сразу же откликнулся и через 10 минут был у ворот. Я попрощался с родителями, отказавшись от ужина, и сел в машину. - Что-то случилось? - его взгляд был обеспокоенным. - Нет, но мне нужно с тобой серьезно поговорить, - именно в этот момент Чунмену вздумалось мне позвонить. В трубке раздалось радостное: - Через час встречай меня в аэропорту Чеджу, поживу пока у тебя, заодно проверю твое здоровье, - и не дождавшись моего согласия, трубку положили. Он перебил мне весь настрой. Я ошалело смотрел на трубку, а Ши - на меня. - Кто звонил? - Мой друг, его надо встретить в аэропорту через час, - на автомате произнес я. - Ты меня за этим позвал? - улыбнувшись, облегченно вздохнул он. - Тогда пора выезжать, за полчаса доедем, думаю, а там подождем. Я лишь молча кивнул. Кто же знал, что Мен меня спасет и в этот раз. Они оказались парой. Шивон и Чунмен. Я это понял с первого взгляда, с первой секунды их встречи, по застывшему, с вздрагивающими ноздрями, Шивону и распахнутым глазам Мена с плотно сжатыми в одну черту губами. Я обрадовался, честно! За Мена, за Ши, и за себя. Что опять не замудрил, не испортил, не поторопился в выводах. Я их познакомил как своих друзей и увидел благодарность в глазах Шивона. А потом тихонько шепнул ему: "Не обижай его! Он классный!" И еще: "Ты его к себе заберешь?" И увидев решительный кивок, подмигнул Мену и сбежал в сторону такси. Мешать чужому счастью не просто не хотелось, было больно смотреть на них, зная, что мое счастье еще не выросло... *** Так прошло полтора года. Спасала только работа и забота о кругленьком Джунмене, который своими капризами выводил Шивона до того, что тот привозил его ко мне и выгружал, грозно пыхтящего, со словами: "Лу, спасай, вечером заберу!" - и сматывался, не слушая брошенные в спину упреки мужа. Одним таким вечером, вернув Мена мужу и наведя в кухне порядок после наших посиделок, я, завернувшись в плед, лег вздремнуть на диване в гостиной под звуки какой-то дорамы. Звонок в дверь разбудил меня на самом интересном. Неужели эти непутевые что-то забыли? Но открыв дверь, застыл в недоумении. Исин, радостный Исин, бросившийся на меня с объятиями. -Лу, как я рад тебя видеть! Тебе очень идет светлый, выглядишь просто шик! - поток его слов не останавливался, а я все никак не мог прийти в себя. - Я тебе помешал? Ты не один? - он обеспокоенно выглядывал за мою спину, видать, недоумевая, что я не приглашаю его войти. И только тогда я спохватился. - Нет, не помешал, я один, просто задремал и не ожидал тебя увидеть, вот и торможу, прости! Проходи! - я посторонился, пропуская друга внутрь и в каком-то странном ожидании выглянул за порог. Заметив мое движение, Син пояснил: - К тебе я один, Се остановился у родителей. - Он тоже приехал? - встрепенулся я, все же полтора года братишку не видел. - Да, у нас тут конкурс. Можно у тебя остановиться? Конкурс? Значит?.. - Вы вдвоем? - заскрипевшим вдруг голосом произнес я, в волнении ожидая ответа. - Вчетвером, ты же знаешь Кенсу, он Се никуда одного не отпустит, - он прошел в гостиную, оставив чемодан в прихожей. Я пошел следом, ожидая самого главного. Но Исин молчал, как партизан на допросе. Неужели трудно понять, про кого я спрашиваю? Нужен мне больно этот Кенсу! - Чай будешь? Или ужин? Ты голоден? - я решил, что за едой он станет более разговорчивым. - Есть хочу до жути, только можно сначала в душ? После самолета всегда хочется в воде поплескаться... - Конечно, - вздохнул я. - Прямо и направо, дверь с голубым окошком, - еще минут 30 ждать, пока он там намоется, знаю ведь его! Но пока он в душе, достал из холодильника рагу, которое строптивый в этот период Джунмен есть не стал, предпочитая бутерброды с огурцами и вареньем, поставил в микроволновку разогреваться. И вот через 20 минут закуски и посуда на столе, чай почти кипит, рагу подогрелось. И где этот "дельфин"? Сколько можно мыться? И будто в ответ на мои мысли хлопнула дверь и через пару секунд Исин стоял передо мной в моем банном халате. Я невольно смутился, наблюдая голые грудь и ноги. Он заметил мой взгляд: - Лу, извини, я забыл взять из чемодана сменную одежду, поэтому одел твой халат. Ничего? Вот же, хозяин называется! Даже не подумал об этом! - Это ты меня извини, давно гостей не принимал. Давай я покажу тебе гостевую комнату, и ты нормально переоденешься, - я повел его наверх, в дальнюю комнату. Подхватив свой чемодан, он пошел следом. Рассказав, где включается свет, какой кнопкой пульта - кондиционер, какой - телевизор, я спустился вниз, оставляя своего гостя одного. Почти спустившись, вспомнил про остывающий ужин и поднялся вновь. Уже у двери услышал звонок телефона. Звонили Исину, я услышал: "Да, здесь, да, обрадовался, да все нормально, что пытаешь? Я только из душа, переодеваюсь, есть хочу. Давай потом, ладно? Я буду ужинать с Лу, а ты выпендривайся дальше!" Больше я ничего не услышал, только шуршание одежды. Немного отойдя от двери на цыпочках, чтоб не подумали, что я подслушиваю, крикнул: "Ужин уже на столе и остывает, так что поторопись!" В ответ слышу: "Уже бегу!" И я спустился на кухню, все еще надеясь что-нибудь выпытать у Сина за едой. Но и за ужином тот болтал о чем угодно, только не о нужном мне человеке. И я не вытерпел: - А Чонин тоже приехал? - еле дождавшись, когда он остановится. - Да, - он, казалось, был в недоумении. - Я же сказал, вчетвером, кто еще-то! Ну ты и странный... - А где он остановился? - продолжал пытать я. - Да нам комнату дали в пансионе, конкурсанты все там, но Се с Кенсу сразу сказали, что к родителям поедут. Эти кролики с другими комнату делить точно не смогут. Се предложил нам с Нини к тебе поехать, но он отказался, сказал, не хочет стеснять, а меня отправил, сказал, ты мне очень будешь рад. А ты рад? Ах вот как! Сводник малолетний! Вот же, до сих пор в голове бредни! Ну, я ему покажу! - Очень, Син-Син! Я так соскучился, ты не представляешь! Кушай давай, кушай! Когда он поел, я проводил его опять в спальню, уложил в кровать, подоткнув одеяло, как ребенку, и присел ненадолго рядом. - Син, а на сколько вы приехали? - На неделю, если пролетим, а если будем выигрывать, то на месяц, до самого финала, - его рот раздирали зевки, и я чувствовал себя монстром, продолжая допрос. - А где конкурс будет? Ты мне покажешь? А номера покажите? Я так соскучился по вашим выступлениям! - Если хочешь, завтра возьму тебя с собой, - он почти засыпал. - Конечно, хочу, так и сделаем. На сколько мне будильник поставить? - Как тебе удобно, нам только к 12.00. Ну что же, значит, успею на работу заскочить и в салон, осветлить корни. Ну держишь, Ким Чонин! Ты еще пожалеешь, что скрываешься от меня! Пора приводить свой первоначальный план в действие.