Я буду приносить тебе камни

Несколько мгновений ей кажется, что стало легче. Но потом Кара открывает глаза, привыкая к яркому свету, имитирующему солнечные лучи. Энергия пронизывает её, наполняет каждую клеточку её существа, но приятное тёплое чувство разбивается о пороги боли, которая никуда не исчезла, тщательно маскируясь лишь для того, чтобы в момент, когда возникнет ощущение покоя, раскрыть свою безобразную пасть. Кара морщится, закрывая лицо ладонью. Вторая крепко сжата в чужой руке. Алекс. Лицо сестры выглядит обеспокоенным, и младшей Дэнверс хочется, чтобы она перестала так смотреть на неё, будто под этим взглядом скрывается нечто совершенно иное, что заставляет Кару думать, словно Алекс известно обо всём, что с ней происходит. Кара чует жалость, и это хлёсткое ощущение рождает в ней злобу, но она не может обрушить всё это на сестру, которая лишь переживает за неё. — Сколько я пробыла здесь? — голос девушки хриплый от жажды, сковавшей горло. Она садится на холодной поверхности и не решается задать другой вопрос. Но ей не приходится: — Мы взяли его, — будто прочитав мысли, произносит Алекс, — четыре часа назад. Я ждала, пока ты очнёшься, стоит провести пару анализов… — Нет, — Кара отвечает резче, чем рассчитывала, но не извиняется за свой тон, считая, что Алекс не станет настаивать после этого, — только не сегодня, пожалуйста. Я просто хочу домой. Агент Дэнверс соглашается, подавив желание оспорить решение сестры. Она чувствует, что что-то не так, но не хочет давить, боясь только усугубить положение. Кара облегчённо вздыхает, понимая, что никто не станет её принуждать. Меньше всего ей хочется, чтобы тесты выявили следы инородного вещества. Она не знает, как сможет объяснить. Когда Алекс уходит, Кара задирает рукав костюма, замечая, что на её коже не осталось и следа. Она обнаруживает это с некоторой досадой, потому что, нанося себе раны, Кара пытается помнить, что способна чувствовать что-то ещё, помимо того, что уничтожает её изо дня в день. Помнить, что когда Кэт рядом, ей достаточно просто надавить на свежие порезы, чтобы почувствовать, как боль играет на краях её повреждённой кожи. Сначала она считает это проявлением слабости и неспособностью справиться с собой, но потом ей попросту становится всё равно. Неважно, какой путь она выбрала, если это помогает. Физическая боль отрезвляет её, и Каре со временем становится плевать, что это разрушает её способность помогать другим людям. Бесполезная и сломленная, она возвращается в свою квартиру, где полумрак встречает её как неотъемлемую часть себя. Кара долго стоит под холодными струями, смывая с себя грязь и осадок этого дня, как жаль, что она не может смыть разрушительное чувство, въевшееся в сердце. В её телефоне куча пропущенных звонков из КэтКо и несколько сообщений от Кэт. Гневных сообщений. Она не хочет читать остальные, она разберётся с этим завтра. Девушка тяжело выдыхает, направляясь в сторону своей кровати, которая так и осталась разобранной с утра. Она вспоминает, что пришла домой не с пустыми руками, отчего сердце вдруг бешено заходится в ускоренном ритме. Кара ощущает, как оно колотит по рёбрам, будто пытается выбраться из тесной грудной клетки. Оно пытается получить хоть немного свободы, которой лишена уже много времени. Девушка кладёт ладонь поверх груди, будто это может помочь успокоиться, и смотрит в сторону небольшого пакета, где лежит блузка Кэт, которую она так и не отнесла в химчистку. Кара осторожно достаёт тонкую ткань, чувствуя, как она невесомо ускользает сквозь пальцы, и клянётся себе, что не сделает того, о чём думает. Но нарушает клятву, поднося блузку к лицу и вдыхая запах, присущий Грант. Лёгкий, терпкий, как сама Кэт, аромат жасмина, мяты и чего-то цитрусового бьёт по чуткому обонянию, и в какой-то момент она думает о том, что хотела бы уметь рисовать его, но он едва ощутим, что уж говорить о созерцании. И Кара уже знает, что придётся придумать объяснение тому, что случилось с блузкой женщины, потому что Дэнверс её не вернёт. Девушка вдруг смеётся, сотрясаясь всем телом, и уже не понимает, то ли это смех, то ли плач. Она просто продолжает издавать этот сдавленный звук, опускаясь на пол и крепко держа вещь, принадлежащую Кэт Грант. Как она дошла до этого? Разве человек способен иметь такое влияние, такую власть обращать самое светлое и чистое в сплошной тугой узел боли. Всё ещё живой сосуд, наполненный диким отчаянием и самой яркой тоской, такой, что будь у неё физическое проявление, этот город уже полыхал бы в огне. Вот кем является Кара теперь. Бездонная колыбель безысходности. Кэт нарекла её болью, хрупкая, холодная Кэт. А у Кары оказалось слишком много любви, чтобы она могла выдержать. Так много, что она стала ядовитой, в разы опаснее того яда, что впрыскивает себе Кара каждый вечер перед тем, как заснуть. Вход в иллюзии находится на кончике иглы. Дэнверс поднимается, едва удержавшись от того, чтобы снова оказаться на полу, и направляется к прикроватной тумбочке, в ящике которой хранится её недолговечное спасение, побег от реальности, в которой она загнана собственным сердцем. Совсем немного — и она сможет коснуться её шеи, собрать волосы и поцеловать затылок у самых кончиков корней. И Кэт будет смеяться, забавно поджимая плечи, потому что боится щекотки. Несколько мгновений — и они окажутся под самым звёздным небом, где Кара перечислит все созвездия, которые только знает, а Кэт будет держать её руки в своих. И молчать, глядя на взволнованную девушку, когда нужно смотреть в небо. Но все пузырьки пусты, в них нет ни грамма того, что избавит Кару от обречённости, нещадно жалящей беззащитное нутро. Страх вскипает, сменяясь яростью, и она скользит под кожей так медленно, протягивая свои грубые струны. И вот она вся пронизана ими, как инструмент, играющий только боль. Кара рычит, выдёргивая ящик из тумбочки и швыряя его в другой конец комнаты. Резко садится на кровать, пытаясь угомониться. Ярость ничего не решит. Будет только хуже, но ей нужно попасть к Кэт, и сейчас уже неважно, что эта женщина не носит хризолит. Дэнверс хватает телефон, набирая короткое сообщение «мне нужно ещё», и отправляет его Максвелу Лорду. Затем вновь надевает костюм и подходит к шкатулке, стоящей на зеркале, откуда достаёт нужный предмет. Дрожь охватывает её тело, но Кара крепче сжимает ладонь, едва не раздавив её содержимое, и покидает квартиру. ______________________________________________________________ В офисе ещё горит свет, и это вовсе не удивительно, учитывая, что сейчас только восемь вечера. В городе кипит жизнь, которая никак не касается Кары, рассекающей воздух. Полёт не приносит ей удовольствия или облегчения, она не чувствует ничего, находясь под проступающими в чернеющей синеве звёздами. Супергёрл нависает над балконом КэтКо, замечая Грант, что-то печатающую на ноутбуке. На ней две пары очков, что заставляет Кару улыбнуться впервые за долгое время. Она опускается на балкон, становясь у приоткрытой двери. Кэт поднимает голову, чувствуя пристальный взгляд. Она выглядит немного взволнованной, и Кара понимает причину, но вместе с тем на её лице читается облегчение. Она поднимается из-за стола и направляется к двери, ведущей на балкон. — Что ж, ты жива, — звучит её голос неожиданно мягко, — это радует. — Я не хотела напугать Вас, — произносит Кара, отходя дальше, потому что боится забыться. Она боится, что близость этой женщины может быть ещё более болезненной, но на самом деле за всем этим кроется страх осознать, что на самом деле Чёрное милосердие не способно дать ей настоящую Кэт Грант, что он не может пресытиться той женщиной, которая улыбается в её иллюзиях. Что она потеряет своё последнее спасение. Этого Кара не выдержит. — О, нет, ты меня не испугала, — Кэт закатывает глаза и добавляет, — хорошо, немного испугала, но в конечном счёте ты жива и… — она медлит, оглядывая Супергёрл, которая выглядит сегодня иначе. Даже стоя к ней спиной криптонка отличается от прежней версии себя. Её плечи опущены, а руки плотно сжаты, будто она пытается удержать себя от чего-то, — относительно здорова. Что там произошло? Кара резко оборачивается и делает шаг в сторону Кэт, которая вздрагивает, но не отступает. Взгляд Супергёрл блуждает по её лицу, опускается на скрещенные у живота руки, и Грант чувствует себя неуютно под этим взглядом. Он рождает в ней странные чувства, которые она не может понять. Это что-то новое, непривычное, то, что она ещё не может контролировать. А Кэт не нравится терять контроль. Кара игнорирует её вопрос, протягивая руку. Кэт колеблется, переводя взгляд с Супергёрл на её руку и обратно, но всё же медленно протягивает свою и видит, как девушка, затаив дыхание, будто боясь коснуться её, разжимает ладонь. Кэт чувствует, как в руке оказывается что-то гладкое и тяжёлое. Она смотрит на зелёный камень, поблёскивающий под светом фонаря, и не понимает, что это значит. Женщина собирается спросить Супергёрл об этом, но та бросает на неё умоляющий взгляд, а после поднимается в небо, исчезая среди звёзд. ______________________________________________________________ Утром Кара узнаёт, что Кэт наняла вторую ассистентку.