Я буду приносить тебе камни

Кара облачается в костюм в безлюдном переулке у своего дома и долго стоит на месте, задумавшись над тем, что сказала некоторое время назад Кэт. Это было рискованно, но девушка слишком устала носить столько всего внутри себя, не имея возможности отдать хотя бы сотую часть того, что хранит её сердце. Это мёртвое море внутри Кары разъедает своей солью измученную плоть, слишком больно даже для того, кто подобен стали. Ибо даже сталь ржавеет. Дэнверс делает глубокий вдох перед тем, как взлететь. Толчок выходит слабым, и Кара пролетает всего пару метров перед тем, как упасть на асфальт. Сжимает кулаки, чувствуя злость, поднимается. Снова пытается взлететь — не выходит. Кара плотно сжимает губы, убеждая себя, что может сделать это. Она может взлететь. Закрывает глаза, прислушиваясь к поднявшемуся ветру, он приятно обдувает лицо, развевает волосы. Кара представляет, что рядом находится Кэт, которая верит в неё так сильно, что ни одна Земля не удержала бы Супергёрл. На мгновение Кара задумывается над тем, что странно искать силу в том, кто её обычно отнимает. Но это же Кэт Грант — сияющий абсолют, существуют ли ещё те, кто способен вызвать несколько состояний одновременно? Кара знает, что нет. Она пытается сосредоточиться на образе Грант: на точёном профиле; золотистых завитках её волос; на том, как женщина разглаживает складки на юбке, считая совершенно уместным поправлять её в присутствии Кары, когда та задирается выше; на её серьёзном лице, когда она работает, и это действительно помогает. Это даёт ей надежду, что однажды она сможет с этим жить, не испытывая боли, но надежда — это не больше, чем благословение и проклятье одновременно, и гораздо позже Кара это поймёт. Она отрывается от земли, наконец, поднимаясь высоко в небо. Она так давно не была под звёздами и ничего не чувствовала, кроме слоя эмоций, связанных лишь с одним именем, что забыла, каково это ощущение полёта в ночном небе, когда её глаза способны узреть даже дальние светила. Но сегодня она как никогда чувствует, насколько они холодны. Так же, как руки Кэт, когда в её стакане остаётся лишь лёд, но она всё равно продолжает держать его, Кара знает, что они холодные, потому что каждый раз женщина отдаёт его ей, задевая кончиками пальцев пальцы Кары. И тогда Дэнверс обхватывает стеклянные края там, где держала Кэт, чтобы прикоснуться к ней снова, хотя бы таким образом. _________________________________________________________________________ Встреча с Лордом проходит сумбурно и немного грубо, потому что он заявляет о том, что больше не собирается помогать Супергёрл, считая, что сделал достаточно, чтобы искупить свою вину. Кара бросается на него, едва ли в силах контролировать себя, и тогда он говорит, что больше не может ничего сделать физически, так как ресурсы паразита исчерпаны. Будь он жив, такой проблемы не возникло бы, но больше у них ничего нет. Руки Кары слабеют, к ней возвращается дрожь и страх, что, когда у неё не останется иллюзий, ей будет нечем спасаться. Она хватает пузырёк с токсином и благодарит Рао, что смогла взлететь. _________________________________________________________________________ Она возвращается домой, долго бродит по комнатам, держа в руке гладкий стеклянный предмет. Во время полёта Кара всё думала о том, как доберётся и сделает инъекцию, но сейчас она не может решиться, но только из-за страха, что у неё осталось лишь несколько краткосрочных иллюзий, и чем раньше она начнёт, тем быстрее утратит их. В её руках всего несколько встреч с Кэт, в месте, где ни один закон не властен, где только самые потаённые желания, раскрывшиеся, подобно розовым бутонам. Отвратительное чувство нерешительности тихо стучит в груди, борясь с дикой жаждой наплевать на всё и просто использовать всё сразу, потому что тогда ей не придётся покидать иллюзорный мир. Взгляд Кары падает на блузку Кэт, лежащую на подушке, и девушка замирает у постели, смотря на тонкую ткань. На ней всё ещё жив запах Грант и пятно от кофе. Дэнверс осторожно протягивает руку, перебирая пальцами по ткани, и вспоминает о том, как начальница сделала то же самое с её рукой. В тот обнажающий момент Кара была не способна понять и почувствовать, что произошло на самом деле, будто прикосновения Кэт стали для неё чем-то запредельным. Но ведь вся сложность состоит именно в том, что мисс Грант всегда вторгается в личное пространство, делая своё присутствие невыносимым для того, кто хочет быть ещё ближе, но не имеет возможности. Кто обречён лишь на иллюзии и боль. Кара думает о тех, кто любил Кэт, и ненавидит каждого за то, что те были любимы в ответ; о тех, кого она целовала и кому позволяла быть рядом. Но Кара тоже всегда рядом, потому что Кэт не умеет без неё, но едва ли способна это признать. У Кары столько противоречивых эмоций, что тяжело дышать. Будто она совершенно обычный хрупкий человек или состоит из тонкой оболочки, которую Кэт способна прорвать лёгким вздохом, остановившись позади. Она невыносима, совершенно невыносима. Каре нельзя ни рядом, ни без. Замкнутый круг, внутри которого вращаются бесконечные спирали. А у Кары нет сил, чтобы следить за оборотами, поэтому они превращаются в мощный бурав, который разрушает нутро. Дэнверс зажмуривает глаза, закрывая лицо руками, в которых зажата блузка, и пытается побороть острый приступ боли, сковавший её изнутри. Она чувствует себя так, будто в её утробе плавится сталь. Этого достаточно, чтобы решиться. Кара нервными движениями достаёт шприц с иглой, которую сделал для неё Лорд, чтобы она могла продеть её кожу. Вскрывает стеклянный флакон и набирает шприц. Чёрное милосердие быстро абсорбируется в крови, и она обессиленно падает на кровать, разжимая пальцы и выпуская блузку на пол. Её невидящий взгляд устремлён в тёмный потолок, она слышит собственное дыхание, которое раздаётся подобно эху в её ушах. Тяжесть одолевает её тело, разливается теплом, будто жидкие солнечные лучи скользят по коже. Окружающий мир становится подобен серой дымке, извивающейся над реальностью бытия. Боль постепенно отступает, обращаясь шумом дождя за окном. Мелкая дробь по стеклу, вперемешку с музыкой, ласкают слух. В полумраке витает запах мокрой улицы, потому что окно закрыли совсем недавно, и тонкий шлейф её духов тянется отовсюду, потому что Кэт всегда здесь и все вещи вокруг хранят её запах. Кара открывает глаза, когда Кэт начинает играть «Лунную сонату». — Моя любимая, — шепчет Кара, наблюдая за тем, как тонкие пальцы женщины скользят по клавишам. — Я или соната? — Кэт улыбается, вынуждая девушку посмотреть ей в глаза. Кара молчит, откидываясь на крышку рояля, отчего простынь соскальзывает на живот, обнажая её. Она лежит на спине, глядя в потолок с потрясающей лепниной, но Дэнверс не чувствует восхищения. Она опускает руку, на ощупь находя пальцы Кэт, из-за чего она не попадает по клавише. Звук выходит резким и смазанным, но кого это волнует? — Ты не любимая, — произносит Кара с закрытыми глазами. Она проводит пальцами от запястья женщины до костяшек, после сжимает в своей ладони, — ты моё всё. Она, поднимая простыню выше, садится, опуская ноги прямо на клавиши, и тянет Кэт на себя, вынуждая подняться. Женщина обхватывает её руками, когда чувствует поцелуи на своей шее. Кара целует ключицы, проводит языком вверх по шее, прижимается губами к выступающей челюстной косточке, отчего Кэт порывисто выдыхает, сжимая плечи девушки руками. Она отстраняет её от себя и смотрит в голубые глаза. — Тогда почему ты не остаёшься? — Кара замирает, думая о том, что действительно могла бы остаться. И сам факт того, что она раздумывает об этом, становится пугающим, потому что любит она настоящую, реальную Кэт Грант, в которой нет ни капли любви к ней, девушке, выбравшей путь саморазрушения. Но к счастью, у Кары нет никого, кто мог бы поставить её перед выбором между реальностью и иллюзией. Она накрывает губы Кэт своими, считая, что это лучшее, чем она может ответить. — Пойдём полетаем, — шепчет Дэнверс, впервые за долгое время чувствуя желание полёта, — я покажу тебя своим звёздам. Кэт снова отстраняется. — Кара, но ты не умеешь летать, — в её глазах непонимание и страх, и это заставляет Дэнверс вернуться к боли. Когда девушка пытается сказать что-то в ответ, то понимает, что не может произнести ни слова. Она снова пытается, но не выходит, потому что теряет контроль над своим телом. Кэт становится такой далёкой и тонкой, словно образ, запечатленный совершенно случайно краем глаза. Кара чувствует, как её трясёт, а всё вокруг постепенно исчезает. Когда она распахивает глаза, над ней возвышается Алекс, её лицо искажено то ли гневом, то ли ужасом, и сердце пропускает удар, когда Кара понимает, в каком положении её нашла сестра.