Прощай

*Ранее*

      Громкая музыка на пару с алкоголем заполнила каждую клетку организма. Тело требует танцев и непонятных желаний, а трезвый рассудок уже давным-давно пропал, чтобы контролировать данные действия.       Песня за песней, рюмка за рюмкой. Чувствую мужские руки на себе. Похуй на всё. Песня за песней, рюмка за рюмкой, поцелуй за поцелуем и уже хочется большего. Ничего не понимаю, не соображаю. Лиам берёт меня за руку и мы пробираемся через танцпол. Сквозь толпу потных, пьяных людей, которым, как и нам мало. Мало всего. Запираем дверь туалета. Поцелуи перетекают в большое. Наша одежда разбросана по всему белому кафелю комнаты, но становится только жарче.

***

      Всё тело ломит, голова разрывается на маленькие кусочки. Я вчера явно перебухал. Неохотно открываю глаза и мозг постепенно начинает соображать. Комната, как всегда идеально убрана, а запахи с кухни уже вовсю летают в спальне. Так вкусно пахнет, что все неприятные ощущения отходят на второй план и мои мысли становятся только о еде. Придя на кухню, я вижу Гарри, который уже вовсю кашеварит у плиты. При виде кудрявого паренька, у меня на лице появляется улыбка. Я подхожу к нему со спины и начинаю обнимать, и нежно целовать в шею, но за это я получаю локтем в грудь. Стайлс отключает плиту и развернувшись ко мне, начинает сверлить взглядом. Сердцебиение ускоряется, интуиция подсказывает, что ничего хорошего ожидать не стоит. Мысленно начинаю перебирать все свои косяки, но ничего адекватного не приходит в голову, поэтому я непонимающе начинаю смотреть на парня. Гарри из заднего кармана штанов достаёт свой телефон, и пару раз нажав на экран, протягивает смартфон мне. На нём открыты фотографии из клуба. С каждой просмотренной фотографией я только больше вспоминаю, что происходило этой ночь. Дойдя до фотографий, где мы с Пейном целуемся, у меня начинают дрожать руки. — Гарри… мы были пьяные, — начинаю оправдываться я, продолжая рассматривать фотографии. — Я знаю, что вы были в говно. Вы переспали? — не церемонясь, грубо и прямо спрашивает Стайлс.       Его вопрос пронзает в самое сердце и мне становится плохо. Перед глазами всё плывёт. Ноги, руки дрожат. Голова соображает всё хуже и хуже с каждым мгновением. Я не знаю, что ему ответить, ведь я действительно изменил ему. Сказать правду или соврать? А если он уже знает правду и просто решил проверить? Я не знаю, что делать. Если я Гарри скажу правду, это ему принесёт ужасную боль, но и ложь не убережёт от этого. Ведь он все равно узнает. Вопрос во времени. — Да, — со страхом и дрожью в голосе произношу я, — прости.       Гробовая тишина царит в комнате, но это продолжалось недолго. Гарри со всего маху ударяет меня в челюсть. Во рту появляется привкус крови. Я не успеваю, что-либо понять, как начинаю чувствовать боль сначала в одном месте, потом в другом. Всё происходит настолько быстро и вот, у меня уже болит всё тело, на нём не остается ни одного живого места. Единственное, что я понимаю в этот момент, что он со мной делает, я это заслуживаю. Руки Гарольда оказываются на моей шее, с каждой секундой он давит сильнее, с каждой секундой мне становится хуже. Как только я уже начинаю прощаться с жизнью, он меня отпускает и отходит в сторону. — Уходи! — почти крича, говорит Гарри, стоя ко мне спиной.

*Наши дни*

      — Потом мне позвонили из скорой помощи и сказали, что ты в реанимации, — я вздохнул, — переборщил с алкоголем и выпал из окна четвертого этажа, — на этом я закончил рассказ.       Гарольд с пустым взглядом смотрел на стену. Я не мог понять, что он сейчас чувствует и чего ожидать. Он молчал, а его лицо абсолютно ничего не выражало. Стайлс перевёл взгляд на меня и его глаза потемнели, как в тот день. В эту секунду, я понял всё без слов. Молча встав, я направился к выходу, напоследок попросив у него прощения, хотя я понимал, что такое не прощают.