Сильная девочка

Ванду бросает вперед, но ремень удерживает ее. В кабине быстро поднимается вода. Бартон отстегивает ее ремень - она смотрит вверх и давится криком - самолет уже почти весь под водой. Бартон выдергивает из-под кресла спасательный контейнер, пробегается пальцами по кнопкам на пульте, смотрит на приборы и на секунду замирает в замешательстве. -Вдохни поглубже, - командует Клинт.- Он бьет кулаком по кнопке, и прозрачный колпак кабины открывается, выпуская остатки воздуха и двух людей. Как только Ванда оказывает в воде, ее охватывает дикий, животный страх - при мысли от том, сколько километров зеленой воды отделяют их от дна. Когда они выныривают, она намертво вцепляется в Бартона, как в спасательный круг. -Ванда что ты? - она кричит, захлебываясь, пальцы, вцепившиеся в майку Бартона, сводит судорога. -Тише-тише-тише, - его голова уходит под воду, потом снова оказывается на поверхности, а он говорит так же спокойно, как будто успокаивает истеричного ребенка. - Тшш, девочка, - он каким-то образом разжал ее пальцы и оказался сзади - она слышит его голос у самого уха, чувствует его руки, поддерживающие ее на воде. - Вдохни глубоко. Выдохни. Еще вдохни. Я держу тебя. И вода тебя держит. Ложись на нее. Ты не утонешь, если сама не нахлебаешься воды. Так, молодец. Держи - он ловит правой рукой какой-то предмет и подтягивает к ним. Это надувной спасательный плотик, и Ванда, стуча зубами, вцепляется в него. Бартон, прищурившись, провожает взглядом затихающий звук реактивных двигателей. - Сейчас они развернутся и зайдут на второй заход, - говорит он. - Попробуем нырнуть, как у тебя с этим, Ванда? -Никак, - клацает зубами она. - Я не умею плавать. -Ты серьезно?! Как это? - в его округлившихся глазах такое удивление, как будто не уметь плавать - это как не уметь читать или ходить. Он сейчас похож на сову: взъерошенный, мокрый, удивленный. Ну да, он-то суперагент, который умеет все. Может быть, даже управлять космическими кораблями. Ванде вдруг становится смешно, невзирая на всю серьезность ситуации. - У нас в Заковии с бассейнами как-то... не сложилось, - фыркает Ванда. Они висят в воде на спасательном плоту, ждут, пока неизвестные истребители выйдут на второй заход, чтобы расстрелять их... и ржут как сумасшедшие. Приехали, думает Ванда. Гром реактивных двигателей едва слышно ворочается на горизонте, на запад-северо-запад - и затихает. - Улетели, - удивленно констатирует Бартон. - Они не возвращаются. Я сейчас вызову помощь с Хеликерриера. Он снимает с пояса и поднимает над поверхностью воды маленький пластиковый черный шарик, нажимает кнопку на его боку. Ничего не происходит. - Он не работает, - говорит Бартон. - И тревожный вызов в самолете не сработал тоже. Я почему-то думаю, что и маячок на плоту будет отключен. Ее снова охватывает паника, но она старается, чтобы ее голос не дрожал, когда спрашивает: -Что мы будем делать? -Для начала - вылезем на плот. *** Они сидят на плотике, рассчитанном на одного, вдвоем, поэтому приходится прижиматься спиной к спине. Ванда не сказала бы, что это неприятно. Бартон щурится на горизонт: он потерял свои черные очки. -Как я и думал, аварийный маячок тоже не работает. Кто-то хорошо поработал на Хеликерриере. И судя потому, что нас не добили, этот кто-то очень хочет увидеть нас живыми. Вернее, я думаю, тебя, Ванда. -Почему именно меня? -Я не так интересен. Я обычный человек. А ты... м... - он осекается. -Мутант, - спокойно говорит Ванда, хотя в груди у нее нарастает ноющая боль. Я - мутант. Сверхоружие, которое надо спасти, так?! - Ты все еще девочка, хоть и со сверхспособностями, - мягко говорит Бартон. - Глупая девочка. Ванда откидывает голову назад, кладет затылок ему на плечо и всхлипывает, - кажется, впервые, со дня смерти Петро. -Надоело, - шепчет она. - Как же мне все это надоело. -Ничего, ничего, - она чувствует его напряженные закаменевшие плечи. - Давай выберемся отсюда, Ванда. - Как нам это сделать? -Ближайший остров - примерно километрах в 10 отсюда, - оценивает он. - Ветер боковой, будет сносить, надо брать сильно левее. -И что? -И грести. Через час упорной работы короткими веслами они замечают на горизонте парус. Гоночная яхта идет с сильным креном на левый борт, под всеми парусами. Ванда встает на ноги и, держась за плечо Клинта, размахивает веслом. Еще через полчаса яхта подходит к плотику. Бартон смотрит настороженно, но седой загорелый сухощавый джентльмен в белой майке за штурвалом, его пожилая жена и средних лет мужчина, управляющийся с гротом, пожалуй, меньше всех в мире похожи на агентов кошмарных тайных организаций. - Ловите канат! - в них летит свернутая бухта, их подтягивают к корме, им протягивают руки. И вот уже они кутаются в большие белые махровые полотенца, принесенные на кокпит. - Джон Уильямсон, - представляется мужчина за штурвалом. - Это моя жена Джейн и сын Роджер. Как вы оказались в море, сэр? -Наш самолет упал в воду, - не слишком отклоняется от правды Бартон. - Отказали двигатели. - Ох, какой ужас, - всплескивает руками Джейн. Ее глаза наполняются слезами. - С вами был еще кто-нибудь? - Нет, нас было двое, - Бартон откидывается назад, на спинку сидения. - Сейчас я сделаю вам чаю, - пожилая леди спускается вниз, в кают-компанию. - Роджер, поднять грот, - командует Джон. - Я еще включу мотор, пойдем на всей скорости, надо доставить вас на берег. - Где мы? - спрашивает Ванда. - Вон тот остров на горизонте - это Эль Роке, я состою в местном яхтенном клубе, - говорит Джон. - Мы доставим вас на остров к спасателям, два раза в неделю сюда летает местная авиация. Кстати, откуда вы, сэр? - Из США, - отвечает чистую правду Бартон. -И забыл спросить, как ваши имена? -В.. -Джонатан, - глазом не моргнув, отвечает Бартон. -Ванесса, - Ванда удерживает свое настоящее имя, едва не слетевшее с языка и бросает на Бартона удивленный взгляд. -Эй, молодежь, возьмите у меня чашки, - царственно говорит Джейн, выглядывая из двери в кают-компанию. - Пейте чай, а я вам пока найду сухое, чтобы переодеться. Допив чай, Ванда спускается в кают-компанию - переодеться в сухое, которое оставила на столе эта приятная старая леди, с аккуратной высокой прической, похожей на корону. Она натягивает слишком свободные джинсы и берет майку, когда дверь распахивается и по лесенке спускается Бартон. - Ты что это? - щеки у нее мгновенно вспыхивают, она так и застывает, с майкой в руках. Косой луч солнца из иллюминатора ложится на плечо мужчины, который прижимает палец к губам. - Тшшш, Ванда, ты можешь заглянуть в голову кому-нибудь из них? - быстро шепчет он. - Что?! -Примени свои способности и прочитай их. Ванда, тебе не кажется странным, что нас оставили в живых? Что у нас нету связи с Хеликарриером? Что эти люди нашли нас так быстро? - Клинт, тебе не кажется, что у тебя паранойя? Они ведь... - Да, знаю, они кажутся стопроцентно милыми, как в кино. Именно это меня и напрягает. Ванда, ты должна заглянуть в их головы. Она тяжело садится на край диванчика. - Я не могу. - Почему? Она вздыхает и закрывает ладонями лицо. - Понимаешь, после всего этого... после того как Пьетро... во мне что-то сломалось. Я уже пробовала, несколько раз. Двигать предметы, прочитать мысли Фьюри. Ничего. Все мои способности... как за толстой стеклянной стенкой, и я не могу к ним пробиться. Я старалась, изо всех сил. Не получается. У нас... м-мутантов, такое бывает. Наши способности связаны с эмоциями. Достигают максимума на пике эмоций, когда раскрывается скорлупа. -Раскрывается что? -Неважно. Важно, что мои способности ушли. Заблокированы. И я не знаю, вернутся они когда-нибудь или нет. Представь, что ты глухой музыкант или слепой лучник, - Бартон вздрагивает. - Как раз теперь, когда я нашла за кого сражаться, я стала обычной. Какая глупая шутка. Она смотрит снизу вверх на мужчину, неподвижно стоящего посреди каюты. -Вы теперь выбросите меня на помойку, да? Я все рассказала, и теперь больше не нужна. -Ну какая же ты глупая девочка, - вздыхает он и проводит ладонью по ее волосам. -Во-первых, не думаю, что тебя бросят на произвол судьбы, ты в любом случае сражалась вместе с нами. Во-вторых, если даже и да, мне вообще плевать, что там решит Фьюри. Лично я - тебя не оставлю. Обещаю. Выволоку, дам новые документы, начнешь новую жизнь. Не так плохо, - он подмигивает. - Почему? -спрашивает Ванда. -А? -Почему ты это делаешь? - За мной долг, - серьезно говорит он, и сердце Ванды почему-то скручивает мучительное чувство разочарования и злости. Ей хочется грохнуть кулаком по столу, но она сдерживается. - И я знаю, что такое быть слепым лучником, - тихо говорит он. *** Следующий час прошел в милых разговорах о Нью-Йорке ("мы там были два раза, но сами мы с Западного побережья", - сказал Джон) и гоночных яхтах. Джейн с материнской нежностью взялась опекать Ванду и смешала ей мартини с грейпфрутовым соком: "Вместо успокоительного, дорогая, сегодня у тебя выдался тяжелый день." Ванда сидела в тени, потягивала коктейль и кивала, наблюдая за тем, как Бартон и Роджер в очередной раз готовятся перебросить стаксель - треугольный парус на носу яхты - слева направо. - Приготовиться к повороту! - весело скомандовал Джон и подмигнул Ванде. Она увидела, как Роджер резким движением сбрасывает шкот со столбика-винча, как Бартон быстро вытягивает свой шкот с противоположной стороны, как ходят под майкой его мышцы... Она моргнула. Она заснула. *** Кто-то потряс ее за плечо. Она проснулась - рядом стоял Бартон, а яхта была уже у причала. -Вы все проспали, Ванесса, - с улыбкой доброго дедушки сказал Джон. - Поднимаетесь, мы поедем к нам домой, надо ведь вам где-то переночевать. Она увидела как губы Бартона сжались. - Я бы не хотел вас стеснять, - начал тот. -О, вы нас ни капли не стесните, - тоном английской королевы сказала Джейн. Ни капли... Ванде почудилась какая-то странность в выражении ее глаз - как тень, мелькнувшая за занавешенными окнами дома. Но она не успела додумать эту мысль. Джон взял их обоих за руки, и вдруг Ванда почувствовала леденящий холод, разливающийся от его руки вверх, к ее плечу, шее и сердцу. Джейн сделала странный жест рукой. Внешность доброго старого джентльмена и его почтенной жены заколебалась, пошла рябью и растаяла, как дым. На Ванду смотрели нечеловеческие сиреневые глаза с женского лица и серебристые - с мужского. По холодным, удлиненным, точеным лицам этой пары возраст не угадывался. Мужчина носил странный металлический головной убор: две металлические накладки на висках, скрепленные обручем. Женщина была одета в длинное и черное, с красным камнем на груди. Ванда увидела, как Бартон опускается на колени, будто марионетка с обрезанными ниточками, и неловко падает лицом вниз, даже не выставив перед собой руки. А потом холод добрался до ее затылка - и она вырубилась.