The Worst Neighbourship Ever

Не то чтобы Фрэнку очень часто попадались на его жизненном пути слишком уж странные люди, и не то чтобы он не надеялся, что на Джерарде его знакомство с такими как бы и закончится, и не то чтобы он считал себя прям нормальным… Но Майкиуэй. Оу боже мой, Майкиуэй, как известно, это брат Джерарда, и их родство правда, правда очень заметно. Ну, он вроде как похож на панкующего спокойного робота (пока вы не достанете из холодильника помидоры черри, конечно) (Фрэнк бы отдал полжизни, лишь бы узнать историю отношений братьев Уэев и помидоров черри), который — вау! — отлично обращается с гитарой и слушает всю ту же музыку, что и Фрэнк. Но, вообще-то, для полноты представляемой картины надо вернуться в утро этого же дня и посмотреть на мирно спящего Фрэнка, который прижимал к себе Джерарда как плюшевого зайца и, собственно Джерарда, пускающего слюни Фрэнку на футболку. Затем можно увидеть, как Джерард открывает глаза и ничего не понимает, потом немного пугается, потом отталкивает от себя руки Айеро, каким-то чудом его не разбудив, идет в ванную, разговаривает с котом на кухне о жизни, делает Тэофасту тост с вареньем, а себе — кофе, и принимает ужасно важное решение (потому что по его виду было понятно, что он напряженно думал все это время, да). А думал он о том, какой линии поведения ему теперь надо придерживаться с Фрэнком, после того, как они проговорили чуть ли не до утра, открыли друг другу души и все такое. И после того, как Джерард понял, что Фрэнк вовсе не плохой парень, а его странности… Ну, у всех есть странности, разве нет? Джерард панически понимал, что он, наверное, теперь не так уж и хочет, чтобы Фрэнк съебался поскорее. Эта квартира вряд ли останется такой же уютной без него. А Тэофаст, как назло, поющий дифирамбы такому милому и умненькому Айеро, вообще никак не спасал ситуацию. Ведь если говорить честно, то ситуация была не очень, потому что запредельно глупо начинать влюбляться в человека, который съедет через пару дней, и вы, скорее всего, больше никогда в жизни с ним не увидитесь. Возможность, где Фрэнку бы тоже понравился Уэй, Джерард и не рассматривал, потому что он с подростковых лет гордился своим гей-радаром, который безошибочно определял, к кому можно подкатить, а кто и в нос может дать за это. (Не очень хочется раскрывать все карты так сразу, но можно немного намекнуть, что в этот раз радар сломался ко всем ебаным чертям). Но Джерард этого не знал, и поэтому все утро чувствовал себя очень несчастным, пока Фрэнк спал, а кот играл на ноутбуке в какую-то игру по Наруто. Майкиуэй пришел именно тогда, когда Джерард решил, что будет вести себя с Фрэнком, как и раньше, чтобы тот ничего не заподозрил и не начал смеяться над его чувствами (хотя так было бы даже лучше, потому что кому нужен мудак, смеющийся над чьими-то чувствами). И когда Майки пришел, Джерард посадил его за стол, дал ему в руки тост и началось. — Нет, Майки, ты не понимаешь, — он говорил шепотом, чтобы кое-кто, все еще спящий, но мало ли, не услышал. — Он совсем не такой засранец, каким может показаться на первый взгляд. — Ты обязан сказать ему об этом. — Ни за что! Тогда он поймет, что нравится мне! — Так и я про это! Ты не должен вести себя с ним так, будто ты ненавидишь его! — Ты не помогаешь! — Господи, — сказал Майки с любовью в голосе. — Ты иногда такой тупой. — Он тупой всегда, — сказал кот, не отрывая взгляд от ноутбука. — А Фрэнк ведь даже красивый, — не слушая его, прошептал Джерард, рассматривая потолок. — Это потому что ты смотришь на него через фильтр под названием «любовь» — пропел Майки противным голосом, за что в него кинули ложкой. — Ауч! Я пытаюсь заставить тебя признаться во всем, а ты кидаешься в меня посудой! Это не по-братски. У Уэя старшего хотя бы поднялось настроение, и он даже перестал страдать ненадолго. Ровно до того момента, как Фрэнк, сонный и теплый даже на вид, пришел на кухню. — Привет, — голос Майки не выражал вообще ничего, когда он это сказал. — Привет, а ты брат Джерарда, да? Майки, да? — Да, Фрэнк, это Майки. А ты бы хоть оделся, — раздраженно прицепился к нему Джерард, чтобы скрыть свое желание срочно пообниматься с Фрэнком. Он яростно отмахивался от этого чувства, но оно никуда не девалось. — Я у себя дома, — Фрэнк был прав, но Джерард не собирался сдаваться так просто. — У нас гости. — Это твой брат, он наверняка видел тебя голым. — Вот именно, придурок! Мой брат, меня голым, не тебя, а ты просто возьми и надень что-нибудь на свою задницу, пожалуйста, — дымился Джерард, сжимая в руке чашку. — Меня не смущает вид его полуголой задницы, Джерард, — сказал Майки немного улыбнувшись Фрэнку и больно пнув под столом Джерарда. — О, так у тебя нормальные родственники? Не такие как ты, Уэй? — Фрэнк ответил Майки маленькой улыбкой и сел за стол. — То есть я ненормальный? — Именно! — Ночью ты так не считал! Фрэнк вдруг затих, Джерард опустил глаза, а Майки поднял брови так вопросительно, как только сумел, и смотрел то на одного, то на другого. — Вы типа… Спали вместе? Ты не рассказывал мне, Джи. — Да! — Нет! — Не в этом смысле! — Да! — Они просто разговаривали всю ночь, а потом уснули в обнимку, я видел, — из комнаты вдруг вышел Теофаст, бесшумно ступая мягкими лапами по паркету. — В обнимку? — Фрэнк уронил свою вилку, и она со звоном упала под стол. — Между прочим, это ты меня обнимал, — сообщил Джерард, который, на самом деле, ужасно хотел раствориться в воздухе. — Я не верю, ты противный! — Я, конечно, дико извиняюсь, но это ты противный, фу! — Как ты вообще мог подумать, что я хочу обнимать тебя? — Меня никто не хочет обнимать, я знаю, — неожиданно травмированным голосом сказал Джерард и положил голову на руки. — Эй… Эй? — Фрэнку стало неловко. — Ты расстроился? — Он просто хочет, чтобы ты обнял его еще раз, — сказал Майки и встал из-за стола. — Майки, сейчас тут произойдет братоубийство, если ты не замолчишь, — голос Джерарда звучал приглушенно, потому что его лицо было зарыто в рукава свитера. — Так ты правда хочешь пообниматься со мной еще? — Фрэнк резко и напряженно улыбнулся. — Майки, ты не хочешь со мной погулять? — спросил Тэофаст. — Что? Ты ненавидишь гулять! — Я обожаю гулять иногда, пошли. — Но ты не выходил из этой квартиры ни разу, насколько я знаю? — Неужели есть кто-то тупее твоего брата, Майкиуэй, — грустно сказал кот и пошел к выходу, оборачивая и смотря на Майки очень выразительно. Когда до Майки наконец дошло, то было уже поздно, потому что Джерард и Фрэнк сидели и ржали над этой картиной. Они больше не хотели обниматься, момент прошел, понимаете. Но Майки и кот все равно ушли, потому они всегда надеялись на лучшее. — Мне кажется, или они хотят нас свести? — Фрэнк посмотрел озадачено. — Пф, разве они не видят, что я тебя недолюбливаю? — ответил Джерард, с, как он думал, безразличным видом. — Сделай что-то со своим лицом, а то сейчас оно такое тупое. — Но не такое тупое, как ты! — По телевизору идет Властелин Колец! Ой, то есть. Я хотел давно пересмотреть его. В общем, отъебись, я не намерен больше разговаривать с тобой. Вообще-то Джерард тоже давно хотел пересмотреть этот фильм, и они оба порядком устали от этих бестолковых, громких и пустых ссор, так что ничего удивительного, что через пять минут они полулежали на диване недалеко друг от друга и устало комментировали фильм. Видимо, такое переключение поведения стало уже нормальным в их странных отношениях. — Скажи мне, ты правда обиделся, когда я сказал, что никто не захочет тебя обнимать? — вдруг спросил Фрэнк, потому что его волновало это. Джерард молчал какое-то время, наблюдая за Агагорном, сыном Араторна, прежде чем ответить. — Нет, потому что ты прав. — Почему ты думаешь, то никто не хочет обниматься с тобой? Кто-то хочет, я уверен. — А я уверен, что нет, — Джерард немного грустно улыбнулся. Он и правда так думал. — Ладно, хорошо, я скажу прямо. Я хочу пообниматься с тобой немного. Сейчас. Если, конечно, ты в настроении. Мне было сложно сказать это. Глаза Джерарда стали огромными от удивления, и он нерешительно и аккуратно приблизился в Фрэнку, устраивая свою голову у него на плече, а Фрэнк неловко обхватил его своими руками. Они по-прежнему почти лежали, только теперь практически друг на друге, и никто не верил, что это и правда происходит, а потом… Одна вещь привела к другой и не то чтобы это было неожиданно, но… Фрэнк его поцеловал. Джерарда. Прямо в губы. Прямо долго. И это было приятно. И горячо. Горячий Фрэнк, хах, представляете? Джерард действительно так думал, и, Иисусе, он так хотел того, что они делали. И они это делали. То есть… Ой, да какая разница! Интересно, как давно это началось? Когда они впервые смотрели вместе фильм? Или когда уснули в обнимку? Или когда Фрэнк только притащил свою задницу в эту квартиру? Никто не знает, да и кого это волнует, если в итоге этот момент, в котором их губы Фрэнка оказались на губах Джерарда, а руки Джерарда на заднице Фрэнка, и поцелуй стал куда более страстным, и они оба были так счастливы, что умный котик и тупенький брат не могли помешать ничему, что собиралось произойти. Через какое-то время Джерард оторвался от Фрэнка, и положил ему голову на грудь, все еще не отрывая взгляда от глаз Айеро. Он не хотел так уж сильно торопить события. То есть он очень хотел, но сначала им стоило объясниться. — Хэй. Привет? — сказал Фрэнк только чтобы что-то сказать. — Фрэнк я. Я хочу что-то сказать. Я скажу это только один раз, хорошо? — Он задержал дыхание, а потом: — Я не хочу, чтобы ты уезжал от меня. — Да? — Фрэнк заулыбался во все зубы. — Я подумаю над твоим предложением. — Ой, иди в задницу! — И над этим я тоже подумаю. — А что тут происходит? — спросил кот, который вбежал в открытую Майкиуэем для него дверь. — Вы наконец занялись жарким сексом? — Нет! — хором заорали парни и отодвинулись друг от друга. — Ни за что, только не с ним, — сообщил Джерард по старой привычке. — Да ладно тебе, признай, что я лапочка и ты меня обожаешь. — Ни за что.

***

Конечно же, Джерард и Фрэнк никуда не разъехались. Нет, вы не подумайте, им просто было слишком лень искать новое жилье и перевозить вещи. И спать они стали в одной кровати и занимались в ней же всякими непотребствами каждую ночь только потому, что Фрэнк, как известно, — жуткий трус и боится спать один. А прижиматься к Джерарду обязательно, также больше шансов, что его не украдут среди ночи вампиры! А делать всякую очаровательную хуйню вместе и друг для друга, типа как попытка найти самую уютную кофейню в мире, держание за руки и мелкие подарки без повода, они делают конечно же не из-за дикой влюбленности друг в друга, а… ну, раз уже так получилось, что они живут в одной дурацкой квартире, то надо приспосабливаться, разве нет?