Первозданное

      В это раннее время природа пробуждалась. На улице в такой час было по-особенному тихо, а в домах еще не горел свет. Догорали последние звезды на небосводе, в то время как в небольшой гостинице на окраине Парижа разгоралась нешуточная война за право первым идти в душ. А говорил же Нино, что общий душ — плохая идея, и лучше было бы заплатить в четыре раза больше, но мыться в разных номерах.       — Маринетт Дюпэн-Чэн, если ты не слезешь с меня, клянусь, я защекочу тебя до смерти! — воскликнула Алья, пытаясь столкнуть с себя подругу, которая хотела задержать ее, чтобы попасть в ванную комнату раньше шатенки.       — Мари, давай, я ее придержу, — произнес Адриан, выходя из ванной комнаты в одном полотенце. На несколько минут Маринетт замерла, жадно рассматривая юношеское тело, благодаря чему Алья наконец скинула с себя подругу и резко дернула на нее Адриана. Отогнав непрошеные мысли, Дюпэн-Чэн взяла себя в руки и снова повалила шатенку на пол. За это время Адриан успел натянуть штаны и футболку, подбежал к девушкам и прижал Алю к полу, махая брюнетке рукой, чтобы та спокойно шла мыться. Черноволосая девушка схватила свое полотенце и гель для душа, лежащие на двухспальной кровати. Захлопнув дверь ванной, она принялась раздеваться.       — Ой, кое-что забыла! — воскликнула Маринетт, протягивая из-за двери сжатый кулак.       — Отличная работа, — произнес Адриан вместе с ней, и костяшки их пальцев привычно соприкоснулись. Правда, Дюпэн-Чэн должна признать, без костюма — совершенно другие ощущения.       — О, ребят, вы уже прямо как супер-герои, — пробурчала Аля, смотря на них исподлобья, лежа на спине. Из ванной комнаты послышался ехидный смех, но тут же смолк.       — Сезер, где моя одежда?! — шатенка захохотала, прижимая ладони к животу.       — Ничего не знаю!       — Моя Леди, тебе так идет моя футболка, — ухмыляясь, произнес Адриан, смотря на нахмуренную девушку из-под ресниц.       — Агрест, лучше заткнись, если не хочешь, чтобы на твоем модельном личике красовался след от моего йо-йо, — фыркнула Маринетт, заплетая два привычных хвостика. К сожалению, Алья так и не сказала, куда дела ее одежду, лишь кинула в брюнетку ее розовые бриджи, а серую водолазку не вернула, предлагая ходить перед Адрианом в одном бюстгальтере. Агрест, конечно же, как настоящий джентльмен, отдал Маринетт свою футболку, только вот ситуацию это не улучшило. В черной кофте, что доходила девушке до середины бедра, она выглядела еще более хрупкой и маленькой, чем обычно. Адриан то и дело ловил себя на том, что с плохо скрываемым желанием смотрит на прямую девичью спину, скрытую мешковатой тканью.       — Ну же, ты не посмеешь обидеть своего Кота.       — Ты хочешь проверить, сахарный мальчик?       — То есть ты уже не отнекиваешься, что я твой Кот?       — Ургх, Агрест, еще слово и ты не жилец! — воскликнула девушка и украдкой улыбнулась, вдыхая чудесный запах карамели, исходящий от футболки парня.       — Неужели? — вкрадчиво поинтересовался голос прямо у нее за спиной. Маринетт чувствовала чужое дыхание в районе шеи, и оттого кожа напрочь покрылась мурашками. Адриан обнял ее за талию, мягко прикасаясь губами к ладони брюнетки, сомкнутой на конце небольшой расчески.       — А-Адриан, п-прекрати, — собирая остатки своей силы воли, заикаясь, произнесла Маринетт.       — Зачем, Миледи?       — Хва… ах. хватит, чертов Агрест! — дрожа от желания, как осиновый лист, воскликнула Дюпэн-Чэн, вспоминая, что всего за стенкой от них находится ее подруга, плескающаяся в душе. Слишком громких стонов даже вода порой не может заглушить…       — Ну, если уж тебе противно, — грустно произнес Адриан, отпуская ее и садясь на кровать, пряча лицо в ладонях.       — Дело не в этом, глупый Котенок, — откликнулась Маринетт, мягко улыбаясь и садясь рядом с Адрианом. — Я просто боюсь потерять тебя, — сказала, отводя его ладонь от лица. — Ведь если Сезер увидит, как ты меня целуешь, — брюнетка произнесла это так тихо, словно эти слова были самым сокровенным в ее жизни. — А уж тем более услышит мои стоны, — эти слова вогнали Адриана в краску, ведь он даже и не глядел настолько в будущее. Но Сабина с детства учила свою дочь трезво оценивать ситуацию, и Маринетт уже давно оценила, каковы ее шансы против жадного напора Агреста. А были они, мягко говоря, не в ее пользу.       — М-Маринетт…       — Я люблю тебя, чертов сахарный мальчик, и даже не думай отделаться от меня, не получится, — прошептала брюнетка ему на ухо, крепко обнимая со спины.       — М-Мари… нетт, — Адриан резко развернулся и обнял ее в ответ. — Я люблю тебя, Принцесса.       Эти слова она мечтала услышать с тех пор, как по-настоящему познакомилась с Адрианом Агрестом. Тогда, в тот далекий дождливый день, когда впервые начала заикаться перед ним. Его смех, такой настоящий, как у Кота, запомнился ей надолго. Маринетт Дюпэн-Чэн влюбилась в Адриана Агреста именно за те качества, что он не скрывал в себе когда был Котом Нуаром. Многие этого не замечали, думая, что напарник лишь мешает своей Леди, но Кот был героем, не боящимся умереть ради спасения чужих жизней.       — Глупый Котяра…       — Я готов повторять это хоть миллион раз, Миледи.       — Чертов Агрест…       — Действительно, я люблю тебя, Маринетт.       — Сахарный ма… — Адриан прижался к девушке еще ближе, и их губы соприкоснулись. Это был их первый поцелуй, первый поцелуй Маринетт и далеко не первый Адриана. Благодаря различным съемкам в журналах он в идеале обладал техникой французского поцелуя…       Сердце брюнетки забилось с утроенной силой, когда Агрест посадил ее к себе на колени. Кровь прилила к щекам, окрашивая их в ярко-алый цвет.       — Нино, я же говорила… — Алья остановилась на пороге номера с раскрытым ртом. — Ну, Маринетт, теперь я точно могу сказать, что Адриан будет любить тебя, — громко произнесла шатенка, заставляя подругу резво отскочить от Адриана на другой конец номера. — Будет любить… каждую ночь несколько часов подряд в его кровати! — и дверь опять захлопнулась под хохот Али и Нино, оставляя Маринетт и Адриана один на один.       — Маринетт…       — Ничего не говори, иначе я покраснею еще сильнее.       — Куда уж сильнее…       — Дети, поскольку у нас с вами осталось всего три дня до окончания этого путешествия, я хочу, чтобы они запомнились вам надолго! — мадам Бюстье стояла возле костра и счастливо улыбалась.       — Такое точно не забудется, — хихикая, протянул Нино, хитро поглядывая на Маринетт с Адрианом.       — Поэтому, — продолжала классная руководительница, не обратив внимания на хохочущего ученика. — Мы проведем конкурс талантов, в котором каждый из вас покажет себя с лучшей стороны!       — Знала бы она, что моя лучшая сторона — это спасение Парижа… — тихо пробурчала Маринетт.       — Да брось, у моей Леди наверняка найдется еще множество талантов, — шепнул ей на ухо Адриан, и девушка против воли начала улыбаться.       — Итак, завтра каждый из вас будет продумывать и репетировать свой номер, и вы покажете их мне и ребятам, что будут выбирать лучшего. Судьями, помимо меня, назначаются Аликс, Иван и Милен, — объявила мадам Бюстье. — А сейчас прошу всех подготовиться ко сну!       — Идем, — произнес Адриан, протягивая Маринетт свою ладонь.       — Идем, — откликнулась она и первой пошла к палатке Агреста.       — И куда это ты собралась, Маринетт Дюпэн-Чэн? — послышался за спиной у девушки писклявый голос. Адриан закатил глаза и хлопнул себя по лбу, припоминая, почему отец отпустил его в поход.       — Адрианчик не позволит какой-то дочке пекаря ночевать с ним в одной палатке, так ведь? — Хлоя ревниво посмотрела на Адриана. — Габриэль Агрест попросил меня приглядывать за тобой, Адриан, и если ты помнишь, ни о каких девицах в твоей постели не говорилось. — блондинка схватила Агреста за руку, буквально вешаясь ему на шею.       — Хлоя Буржуа, немедленно отойди от моего парня! — громко и зло заявила Маринетт, прожигая взглядом дочку мэра.       — Твоего кого? — Хлоя побледнела и посмотрела на Адриана. — Что за чушь несет эта девчонка?       — Это не чушь, Хло, — спокойно ответил Адриан, не обращая внимания на то, что воздух так и искрил от напряжения и ненависти. Блондин мягко отодвинул Буржуа и подошел к Маринетт. — Твой парень? Кажется, об этом ты меня не предупреждала, Миледи, — прошептал он на ухо брюнетки, подталкивая ту к палатке.       — А ты не хочешь?       — Хочу. И быть твоим парнем, и тебя.