За тебя платит он

Не бечено. Беременность Оберина не мешала Долену требовать от него исполнения супружеских обязанностей. Ребенок все равно защищен плотным коконом, и секс ему не повредит. Так что свободное время Ригарт посвящал старшему мужу. Сегодняшний день исключением стать не должен был, но неожиданность поджидала правителя в собственной спальне, где Оберин с компанией демонов азартно резались в карты. - И что тут происходит? – Долен с недоумением смотрел на высших демонов, развалившихся на его постели. - Драконий покер, - коротко объяснил Ронве, явный виновник учиненного безобразия. - Так что, дорогой муж, присоединяйся или проваливай, - широко улыбнулся Оберин супругу. Когда Долена выбивали из привычного образа чем-нибудь неожиданным, он казался вполне человечным. – Мне идет карта, и прерываться я не собираюсь. - Принц уже сорвал банк и если вы помешаете ему сорвать второй, мы будем благодарны вашей милости, - льстиво залебезил барон де Ри, муж той самой прославившейся дамы. - Принц-консорт умелый игрок, - генерал второго дивизиона Велиар смотрел на повелителя без страха. – Если позволите совет, то насладитесь его мастерством. - Принц несносен, и беременность не сделала его характер мягче, - хмурый Долен постоял у постели и, достав кошель, сел возле Оберина. – Какая минимальная ставка? Серьезно разозлил Ригарта только обнаруженный в спальне стол с рулеткой. Рассердил даже не стол, а то количество демонов, которое его обступило. Оберин банковал и за общим шумом даже не заметил появления Долена. - А вы не обнаглели, дорогой брат, - подцепил Ронве за ухо Долен. – Это еще что? - Я развлекаю нашего принца. Ваши пожелания трудно понять. То вы требуете почтения к нему, но когда я бросаю все силы на его увеселение – вы опять недовольны, - младший Ригарт пытался освободить многострадальное ухо. - Еще раз спрашиваю, это что? - Подпольное казино, судя по всему, - ответил Оберин. Он все так же сидел на цепи и спасать друга от гнева мужа мог только словесно. - Какое же оно подпольное, если я так легко его нашел? – поинтересовался ехидно Долен. – Тем более не помню, чтобы в Неблагом дворе запрещались азартные игры. - Но это только вы нашли его, ваша милость, а никто другой не смеет искать в спальне правителя, - склонилась высокая гарпия. Как и прочие она готова защищать принца Неблагого двора даже от недовольства правителя. - И только в вашей спальне невозможно скрыть источник колдовства. Значит, магического жулика легко выгнать. А играть с магией скучно всем. Слишком предсказуемый результат, - объяснил демон с двумя парами крыльев и спешно спрятался за соседями. - Значит так, - правитель демонов строго посмотрел на обнаглевших подданных и толкнул брата прямо на разложенные фишки. – Чтобы вы провалились прямо на этом месте! Оберин благоразумно отступил к кровати, чтобы оттуда удивленно наблюдать, как исчезает и компания, и стол, и лежащий на нем Ронве. - Ты слишком нервный, Долен, может, не высыпаешься? – эльф прижал руки к выпирающему животу. – И ребенка напугал своим ором. - Он двигается? – Ригарт немедленно притянул мужа к себе, ощупывая его растущее чрево. – Такой маленький, а пинается, словно мул. - Настоящий демоненок, - улыбнулся Оберин. Скорая смерть заставляла его на все смотреть по-философски. – У нас остался месяц. Скоро сможешь насладиться пеленками, погремушками и ночным плачем. Суккубы подбежали к господам, помогая эльфу обнажиться. Правитель любил видеть мужа голым, его брат старался заходить почаще, чтобы развлечь принца-консорта. И девушки только и делали, что одевали и раздевали господина, словно куклу. - Ты становишься желаннее. Не думал, что такое возможно, - поглаживая живот, Долен не забывал ласкать и член Оберина. Контраст между раздувшимся животом и неизменившейся грудью, все также узкой спиной и подтянутыми ягодицами мужчины одновременно вызывал некоторое отвращение и непреодолимо манил Ригарта. Отбросив ненужный стыд, эльф раскинулся на постели. У демонов длинный и острый язык, оказалось это безумно удобно и приятно для некоторых ласк. Вот бы еще Оберину удалось узнать об этом раньше. Теперь Долен придумал новую игру, ласкал мужа, не позволяя кончить, пока тот не начинал просить. Такие развлечения занимали больше времени, но вид мечущегося на смятых простынях и раздвигающего ноги эльфа заводил демона невероятно. Еще и года не прошло, как вместо насилия над Оберином, приходилось выслушивать его смиренные просьбы. Долен рассмеялся про себя, со смиренными он преувеличил. Ибор ожидал рядом, пока не наступит момент очистить принца-консорта, только потом удалялся. Оберин встал на колени, подложив под живот большую подушку. Дрочить, конечно, не так удобно, как раньше, но близость с Доленом все так же кружила голову. Наверное, ни один эльф в светлых землях не имел такой растянутой задницы. Как-то он пробовал ласкать себя сзади. Четыре пальца входили, не вызывая ни малейшего дискомфорта. - Больше, - попросил Оберин, не сдерживая стонов. – Ну, же, не скромничай. - Фи, принц, в вашем то положении, - укорил супруга Долен, оборачиваясь в демоническую форму. Сразу стало тесно. Как в изящном эльфе умещался и большой член и уже немаленький ребенок, Ригарт представлять не хотел. В этой форме приходилось быть более осторожным. Живот Оберина и так колыхался в такт их движениям. Но когда Долен брал мужа в полной форме, он просто ходуном ходил. Эльф стонал так громко, что слышала половина Неблагого двора. Беременность заставила его окончательно отбросить предрассудки и наслаждаться всем, начиная от еды и компании, заканчивая сексом. Во время оргазма Ригарт обнимал Оберина и не хотел отпускать. Невероятным и странным было ощущать, как пинается ребенок и одновременно сжимается, кончая муж. Отстегнув ошейник от цепи, Долен перенес Оберина в купальню, где отмыл от спермы. А затем они продолжили. На последнем месяце, секс в воде казался мужчинам удобной альтернативой. Оставив принца Неблагого двора нежиться в горячем бассейне, Долен вернулся в свой кабинет. Он немедленно созвал консилиум докторов и колдунов обоих дворов. Тянуть дальше некуда, а со смертью Оберина смириться так и не удалось. Это эльф находил утешение в высоких идеях и в пожертвовании, а Долен только бесился от бессилия. Ронве с синяком в пол-лица явился сразу за медиками и нахально уселся на стол брата. - Я просил всех подумать и найти решение, позволяющее нам сохранить и наследника, и принца-консорта, - Долен столкнул брата, закрывающего от его взгляда докторов и откинулся на спинку стула. – Готов выслушать. - Это невозможно, ваша милость, - решился говорить первым чернокнижник из нижних сфер. – У ребенка нет иного выхода из кокона-матки. Природа не предусмотрела такого варианта. Маленький демон показывает свою силу и жизнеспособность, пробивая себе путь… - Пф-ш, - правитель стукнул кулаком по столу, и договорить чернокнижнику не удалось. Пепел вообще нестойкая и совсем не разговорчивая структура. – Рекомендую следующему оратору начинать со слов: «сложность в том, ваша милость…». И искать пути решения этой сложности. А то слово «невозможно» меня расстраивает. Колдуны переглядывались и хмуро молчали. Ронве потер синяк и заметил: - А интересно, сколько вас останется до конца консилиума? Его милость, мой дорогой брат, сильно не в духе. - Мы не повитухи, ваша милость, - сжал губы Гамигин Уварский. – Можно сделать уход принца безболезненным, можно попробовать собрать и сшить куски его плоти, если он не успеет истечь кровью до окончания родов. Но невозможно остановить роды. Это погубит и отца, и ребенка. - Может коллеги из Благого двора более сведущи в способах сохранения жизни? – седой колдун не смотрел на правителя. – Мы лучше умеем убивать. А поднятый из мертвых принц вряд ли удовлетворит его милость. - Совсем не удовлетворит, - согласно покивал Ронве, не слишком благоволивший некромантам, полезным только на войне, но не в мирное время. – К тому же ваши мертвяки смердят со временем. И гниют изнутри. - Пшел вон, поганец, - бросил в брата тяжелым пресс-папье Долен. Ловкий демон пригнулся, и дырка получилась в противоположной стене, а не в его голове. - А что я? Вон младшие разъехались, и я один тебе поддержка. - Ты так поддерживаешь, что у меня появилось странное впечатление: мой брат решил помочь свести меня в могилу и занять трон! – ссориться при всех, да еще в таких обстоятельствах – глупее не придумаешь, но Долен выругался и стало легче. - Если позволите, - вперед выступил Данель, целитель Благого двора. – Однажды на землях людей я видел, как женщине вскрыли чрево и достали оттуда живого ребенка. Мать зашили. Что правда, она умерла несколькими днями позже от горячки. Полагаю, эльфы более живучи чем люди. И если найти место, где кокон вплотную соприкасается с кожей чрева и сделать там разрез, то рана нанесенная отцу будет меньше и аккуратнее, чем если ваш наследник выберется самостоятельно. - А если, разрезая, вы повредите ребенка? – осторожно спросил правитель, боясь спугнуть появившуюся надежду. - Братья, сколько есть парализующих заклинаний? – поинтересовался у колдунов Данель. - Больше десятка, - за всех ответил Гамигин Уварский. – Можно выбрать подходящее. - Сложность в том, ваша светлость, - наморщился от раздумий пожилой сильф. – Что начать нужно не ранее чем у ребенка прорежутся зубки, а то он будет слишком слаб. Но до начала родов, чтобы внутренности вашего принца остались целы. - Есть несколько демонов, способных видеть сквозь материю и пространство. Вот пусть и смотрят на зубки наследника. Как только они появятся, вы вскроете принца, - предложил Гамбсский чернокнижник целителю. - Почему я? – Данелю не очень хотелось остаться крайним и испытать гнев повелителя в случае неудачи. - В случае неудачи испепелю всех, - словно прочитал мысли целителя Ригарт. – Тех, кто участвовал, за халтуру. Остальных за бездействие, когда вашему правителю требовалась помощь. - Достать младенца просто, но необходимо будет выбрать все части кокона. Осторожно отделить их от кишок принца и вынуть, - Гамигин Уварский уже решил, что не останется в стороне. – Если пропустить хоть небольшие части, они начнут разлагаться в живом принце, захватывая здоровые ткани. Уж простите за подробности. Значит, разрез должен быть большой, но не слишком. - Тут многие снимали с трупов кожу так, чтобы не нарушить ни ее целостность, ни целостность мышц. Есть и инструменты и навык, - хмуро ткнул в представителей некромантов сильф. - Какой срок у принца Оберина? – старшим назначил себя Данель, раз уж именно ему придется вскрывать чрево мужа правителя. - Четырнадцать-шестнадцать дней до конца срока, - несдержанный Ронве выпалил первым и покраснел, виновато моргнув на брата, которому следовало лучше знать такие вещи. – Вчера Оберин подсчитывал, сколько ему осталось. - Что же, думаю, принц будет счастлив услышать, что умереть естественным образом мы ему не дадим, - улыбнулся правитель и обвел взглядом консилиум. – Сами зарежем. Он скажет, что это очень по-демонски. - Предлагаю начинать дежурство со следующей недели, - позволить представителю Благого двора командовать на своей территории Гамигин Уварский не собирался. – Раньше не стоит, чтобы не нервировать принца. А вот через семь дней чтобы ни глаз, ни магических шаров с него не спускали. Массовое появление в спальне демонов перестало удивлять Оберина. Ронве чрезмерно старался его развлечь и мешал доводить разговорами Долена. Муж так бесился от того, что есть вещи вне его власти. Знать дату своей смерти страшно, но при такой насыщенной и длинной жизни, какую прожил Оберин, это не казалось ему знанием, которое нельзя вынести. Эльф вспоминал теплое прощание с Риарелем. Старый друг пообещал заботится о старшем сыне Оберина и выразил надежду, что они еще встретятся. Но эльфам скажут, что принц-консорт Неблагого двора погиб при родах. Возможно эта информация удивит, но не вызовет подозрения. Все бывает в жизни. Прощаться с Ариэлем Оберин не хотел. Пусть мальчик думает, что с его родными все в порядке, и будет счастлив с любящим мужем. А когда скрывать его смерть уже не удастся, Долен что-то соврет, как врет сейчас. - Во что играем сегодня, Ронве? Драконий покер, трик-трак? Я так понимаю, что рулетка теперь не самая твоя любимая игра? - Не самая, - хмыкнул младший Ригарт. – Тяжелая она очень. Если сверху падает. - Ронве, что ты тут забыл? – Долен появился как обычно через портал. Он подошел к мужу и снял с него ошейник. - Ты, что делаешь? – возмутился эльф, хлопнув демона по рукам. – Я уже привык, теперь как голый без него. - Ничего, с таким животом и в одной рубахе далеко не убежишь, - ответил правитель и жестом пригласил лекарей ближе. – Прошу, осматривайте. - Я тут переживаю, - Ронве ответил невпопад и подошел ближе к постели. - У нас брачная ночь, вторая попытка? – Оберин просто не мог остановиться, когда Долен становился таким серьезно-печальным. – Маловато народу собралось. Конечно, я тоже уже не тот, но... - Мы будем следить за родами, принц. Позвольте оценить ваше состояние, - подошел целитель. – И позвольте представить своих коллег. - Прошу, - кивнул эльф. За представлениями и суетой после них, демоны пропустили появление Ариэля. Он не нес угрозы, и охранные чары о нем не предупредили. Так что когда растерянный Ари увидел мужа и отца, им нечего было сказать. - Папа? - Ариэль не верил своим глазам, сначала он не понял, как попал сюда, а теперь это. – Папа! Оберин раскрыл сыну объятия. - Что с тобой? Что с тобой сделали? – Ари видел беременных, но не мужчин же. - Как бы тебе сказать… - Что это за помещение? Долен? - Это сторона Неблагого двора, принц, спальня правителя, - первым отреагировал вечно резкий Ронве, который на чувства глупого мальчишки плевал с высокой скалы. – Ваш муж правит и на вашей стороне и здесь. Ваш отец – наш принц-консорт, второй муж Долена. И у вас будет братик или пасынок, я не знаю, как правильней. - Долен, ты изменял мне с отцом? - брата мужа Ариэль проигнорировал, ему не понравился непочтительный и насмешливый тон демона. – Папа, как так? - Не мог он изменять, раз Оберин его законный муж, как и ты глупенький, - на всякий случай Ронве пригнулся. - Позволь мне объяснить, - осторожно присел на кровать возле супругов Долен, игнорируя брата. Этому паршивцу еще достанется, но не сейчас. - Уж изволь, - Ари отодвинулся от отца и переводил взгляд с него на мужа и обратно. – Вы вдвоем обманывали меня! - Это не обман, мы пытались защитить тебя, - осторожно сказал Оберин. – Когда вводят в Неблагой двор – это страшно, Долен решил не подвергать тебя такому испытанию. К тому же беременность тоже не очень приятное дело. - Вы обманывали меня, - такого предательства от двоих самых дорогих ему мужчин юный принц не ожидал. – Посчитали слабаком, не способным дать мужу наследника. - От беременности демоном самого высшего порядка умирают, принц, - Ронве не мог умолкнуть, даже предупреждающий взгляд брата его не останавливал. – Отец умирает за тебя, так доходчиво? - Послушай, любовь моя, - Долен взял маленькие ручки мужа в свои. – Пожалуйста, послушай. Я – демон и со мной сложно. Мы с твоим отцом постарались защитить тебя, чтобы ты знал только светлую сторону брака, и жизни вообще. Это нормально защищать того, кого любишь. - Так защищать ненормально, - повертел светлой головой Ариэль. - Сынок, скоро я перестану быть третьим в вашем браке. Любое счастье имеет цену, и я с готовностью и радостью плачу ее за тебя, - Оберин расстроился, в его планы не входили тяжелые разговоры с любимым сыном. Дразнить Долена одно, а признаваться Ари, что умираешь – совсем другое. - Ты не похож на умирающего, - в синих глазах Ариэля показались слезы. – И я не хочу, чтобы ты умирал. - Я тоже не очень хочу, но сын Долена убьет меня. А правителю нужен законный наследник, нельзя по-другому, - ребенок в животе пинался сильнее обычного, и Оберин изо всех сил сдерживался, чтобы не морщиться от боли. - Вы все равно должны были сказать мне сразу, - слишком много свалилось на Ари, раньше не знавшего особых бед. Юный эльф жил спокойной жизнью, сначала под защитой отца, затем мужа. Драмы проходили мимо него, и справляться с бедой он просто еще не умел. – А вы почти год интриговали за моей спиной. - Пора бы понять… - Заткнись, Ронве, - Долен уже не шутил, и младший Ригарт умолк. – Пойми, Ариэль, если в твоей жизни все идеально складывается, значит, скорее всего, за твое счастье заплатил кто-то другой. За тебя платит он, Оберин. - Я так не хочу! - Поздно. Уже поздно что-то менять, - покачал головой старший эльф. – Повернуть время назад невозможно. И не нужно. - Вы… Вы… - Ариэль не мог больше сдерживать слез. – Отпусти меня! - Подожди. - Отпусти, - Ари оттолкнул мужа, оттолкнул какого-то демона оказавшегося на пути. Он хотел в свою спальню, хотел выплакаться без свидетелей, успокоиться и решить, как ему жить дальше. Ариэль выскочил в ту же дверь, из которой появился и побежал извилистым коридором. - Как он оказался тут? – Оберин дотянулся и толкнул мужа ногой. – Не молчи, как вы так сглупили? - Это Флегетон, - очнулся Долен, связавшийся с замком. – Флегетон не верит, что тебя удастся спасти. Он решил, что вам нужно дать возможность попрощаться. И Флегетон привел Ариэля сюда, создав мнимый коридор. - Кто такой Флегетон? И что ты там сказал о спасении? - Флегетон – мой дом, ворота, портал, сущность. Он сложный и способен сам принимать решения, хотя большую часть времени управляем, - первый вопрос легкий, а второй… Ригарту не хотелось дарить ложную надежду. Выручил неугомонный Ронве. - Мы решили тебя разрезать и зашить. Если все получится, ты будешь жить. - А если не получится, то умирать ты все равно уже настроился, - развел руками Долен, пытаясь пошутить. - Нет, уж умирать, так умирать. Я действительно уже настроился, - фыркнул эльф, но погасший было взгляд засветился. Жить хотелось, что бы он не говорил себе и окружающим. – Сделайте шов красивым. - Если выживешь, закажу белошвейку из дворца императора. Распорем заново и хоть эльфийским узором зашьем. Только постарайся… - Это же не сию минуту? – Оберин понял, что не договорил дорогой муж и улыбнулся. – Я то постараюсь, а ты беги Ариэля утешь. - Да, ты прав, совсем от нашего чуда отвлекся, - Долен поднялся с кровати, уверенный, что наедине уговорить любимого не обижаться будет куда проще, способов больше. – Ронве, позовешь, вдруг Оберин начнет развлекаться без меня. - Конечно, - младший Ригарт вздохнул и выпалил: – Сейчас вы оба на меня наорете, но, может, мальчишке пора взрослеть? Пусть подумает над ситуацией сам. - Ни за что, - хором ответили супруги. Долен махнул рукой на брата и пошел через основную дверь. Флегетон ему особый путь прокладывать не собирался, а портал не давал времени для раздумий. Вернулся правитель демонов довольно быстро. - Представляете, Ариэль выставил меня из спальни. Маленькая обидчивая злючка. - Тогда, действительно, пусть думает и взрослеет, - переждав очередной кульбит малыша, ответил Оберин. – Ронве не так уж неправ. Ариэль уже совершеннолетний, а ведет себя как дите малое. И я не в состоянии исполнять отцовские обязанности. - Я распорядился подать ему мороженого и примчался сюда, - Долен оглянулся на докторов и колдунов. – Еще не начинаем? - Пока нет, - не отвлекался от шара из черного хрусталя Дурсон, лучший демон-смотрящий. - А как вы решили назвать сына? – шатающийся по спальни Ронве нашел в письменном столе брата целую батарею бутылок и выбирал, что бы попробовать. - У нас под рукой всегда была выпивка, а меня драли на трезвую? - искренне возмутился Оберин, шутки помогали ему держаться. В последнюю неделю ребенок будто ускорил рост и боли почти не прекращались, особенно когда малыш двигался. - И опять несправедливость, мы будем пить, а ты нет, - показал Ригарт мужу острый язык. - Тогда пока вы пьете, я придумаю имя. Нельзя же доверять пьяницам такое важное дело, как выбор имени наследника правителя всех демонов, - эльф наморщил лоб и победно улыбнулся. – Луг, например. Или Фион. Финло? Нет, нет, Луан! Килинн! Оберину сложно было смеяться, но у братьев так вытягивались лица, что сдержаться просто невозможно. - А можно, - глотнув свое пойло, чтобы не поперхнуться, осторожно попросил Долен. – Можно, чтобы будущего правителя демонов не звали: светлым, светлейшим и не в честь пресветлого эльфийского божества? - Я подумаю, - примирительно кивнул Оберин, выдохнув. Малыш тоже прекратил так сильно биться, когда папочка перестал обзывать его эльфийскими именами. Долен Ригарт назвал сына Эркнетом, что на древнем языке значило красный. Сразу после рождения было видно, что он пошел мастью в выносившего отца. Крохотную головенку покрывали темные, отливающие на свету медью, волосики. Ариэль, стыдившийся своей обиды, вместе с няньками забавлял младенца, чтобы освободить мужу время для Оберина. Как бы не славилась живучесть эльфов, но восстанавливался принц Неблагого двора медленно, оставаясь очень слабым. Сил Оберина хватало только на злословие, и присутствие Долена словно вливало в него энергию, ведь так ругаться эльфу больше ни на кого не хотелось. А умения инкуба Ибора очищать кишечник приходилось использовать в сугубо практических целях. - Ты захватил мое сердце, дорогой, и испортил репутацию, - прилег рядом с мужем Долен и легко поцеловал в висок. Рыжие пряди возле бескровного лица принца казались невероятно яркими. - Чем? Твоя репутация такая темная, что… Не придумаю достойного оскорбления, - облизал Оберин пересохшие губы. - Ничего, ты просто устал, еще успеешь поехидничать, - Ригарт поманил служанку с бульоном и кислым молоком. Нужно успеть покормить дорогого супруга пока он бодрствует. – Принято думать, что повелитель демонов не имеет сердца. - Не хочу ничего, - отмахнулся от еды эльф. – А претензии по репутационным потерям Ариэлю предъяви. - Нет, с ним все объяснимо, а с тобой нет. Но я постараюсь теперь беречь и тебя. - А кто будет платить? – веки казались Оберину такими тяжелыми, что он прилагал кучу усилий, чтобы смотреть на мужа. Ну, не засыпать же во время такого серьезного разговора. – Нет уж, оставь все, как было. Я хотя бы не скучал. Когда у нас следующая попытка размножиться? - Лет через сто, но я тебе не позволю… - Ты мне не указывай, - эльф даже попробовал коснуться демона, но рука бессильно упала на одеяло. – Я тебе измены нам с Ариэлем не прощу. И платить за себя никому другому не позволю. Я всегда плачу за себя сам. - Я люблю тебя, вас, может нам хватит одного сына, - примирительно заметил Долен и накрыл ладонью пальцы мужа, который смог только слегка сжать его руку. Ригарт сказал бы что угодно для спокойствия своего любимого принца. - Решим, - наконец, закрыл глаза Оберин, проваливаясь в сон. Долен Ригарт остался сидеть возле уснувшего мужа. Вдруг их спальню затопило ярким солнечным светом, Флегетон открыл окно на океанские просторы, найдя возможность дать солнце на Неблагую, обращенную во тьму и бездну, сторону, лишь бы порадовать возлюбленного своего господина.