За тебя платит он

Первые недели брака Оберин не покидал спальню. Вроде бы прямого запрета не было, но показываться демонам с ошейником и конвоем не казалось эльфу хорошей идеей. Его заставил выбраться из постели Долен, намекая, что у принца-консорта, кроме обязанностей послушной шлюхи, есть и другие обязанности. Праздник в честь возвращения баронессы де Ри показался демону достойным поводом. Так что Оберина одели в что-то подходящее случаю: неприлично низко посаженые обтягивающие брюки, длинный камзол с разрезами до талии, оставляющий оголенным одну руку. Эльф с сомнением осмотрел свое отражение в зеркале. Черно-красный брачный орнамент гармонично сочетался с узором на ткани. Костюм без сомнения ему шел, ещё бы ткани на него не пожалели: – Это, чтобы в статусе не сомневались? – скривился Оберин. – Я похож на шлюху вашего правителя. - Господин, многие после свадьбы демонстрируют брачные орнаменты, - улыбнулась Оби, или Оми. – Погодите, еще вот это. - Да мне все равно, - эльф пожал плечами, равнодушно разглядывая медальон с гербом мужа на сложной цепочке, поднесенный суккубой. – Мне идти в ошейнике? - Принц так красив, что может идти хоть и обнаженным, но будет выглядеть царственно, - склонилась в глубоком поклоне вторая девушка. - Разве это имеет значение? - Конечно! – Оби подала господину узкий золотой обруч-корону. – Принц-консорт Неблагого двора превосходит принца-консорта Благого двора. Мы ликуем, и вы, такой, как есть – наша гордость. - Мой сын красивее меня, - горячая речь горничной вызвала у Оберина грустную улыбку. - Принц-консорт благого двора очень молод. Вы же намного более интересный мужчина, - вторила сестре Оми. – Иначе, как вы объясните, что наш повелитель появляется в этой спальне куда чаще чем в той? - Он жалеет молодого мужа? - предположил Оберин, а девушки в ответ только прыснули. - Если вам так угодно, принц. - Пора, принц. Стража окружила Оберина и повела в малый зал Неблагого двора. Долен уже сидел на своем троне, и встал при виде мужа, остальные демоны склонились в глубоком поклоне. Оберин готовился к насмешкам скрытым и явным, к мерзкому шепотку за спиной, ведь многие из присутствующих тут видели его унизительную первую ночь. Но ни один демон не осмелился позволить себе даже улыбки. А Ронве, насиловавший Оберина каменным фаллосом, как ни в чем не бывало устроился сбоку от трона и болтал, рассказывая последние сплетни мира демонов. - Рад, что ты решился выйти вместе со мной к моим подданным, - поцеловал Долен руку мужу, и помог ему устроиться на меньшем кресле. - Да, уж, решился, - хмыкнул Оберин, демонстративно поправляя ошейник. – Даже странно видеть тебя одетым, непривычно. Теперь человеческое выражение «заебал» я понимаю намного лучше. - Дорогой муж, да ты злопамятный! Как иначе я могу показать свою страсть и расположение к тебе? - удивленно-невинное выражение лица Долена казалось таким искренним, что его брат смеялся до слез. А половина двора оглянулись в сторону трона. - Например, позволив мне выспаться, - эльф небрежно кивал представляющимся ему демонам. - Ни за что, - покрутил кудрявой головой ухмыляющийся демон. - И я его понимаю, - горячо поддержал брата Ронве. – Он еще мужественно способен исполнять обязанности правителя, имея таких прекрасных мужей. Я горжусь твоей силой воли, Долен. Горжусь. - Брысь, паршивец! Иди, открой танцы, - махнул рукой правитель. Малый зал поражал размерами, так же как и остальные помещения. Что там демоны магичили с пространством неизвестно, но уж сил точно не экономили. Оберина праздник не удивил, все дворы одинаковы. Разве что демоны скандалили громче и трахались, не особенно скрываясь от свидетелей. Да особо и негде было прятаться, ни пышных занавесей, ни не менее пышных растений в больших напольных горшках, ни каких-нибудь статуй или там резных ширм в зале не было. Похоже, причудливое освещение и яркие цветовые переходы считались достаточным украшением для бального зала, - впрочем, и на эту странность эльфу ровным счетом было наплевать. - Видел виновницу праздника? – склонился к супругу Долен. - Она, вроде, была представлена в числе первых, - равнодушно ответил Оберин, припоминая знойную суккубару. - Нет, сейчас, - Ригарт сдержанно засмеялся и указал мужу на большую центральную люстру, свисающую над танцующими, и мерцающую огнями. - Они же, не? – эта, скорее гимнастическая, чем эротичная сцена наконец рассмешила угрюмого эльфа. – М-да, а я еще считал развращенными нравы в южных человеческих королевствах. - А знаешь, о чем я думаю? – Долен провел пальцем по узору на обнаженной руке своего принца. - О сексе. Причем, у меня чувство, что ты способен думать только о нем. Мне уже кажется, что если покричать в мою задницу, то можно услышать эхо. - Надо попробовать, - довольно потер руки демон, словно воодушевленный новой идеей. - Ох, - Оберин прикрыл лицо рукой. – Ты туда только не кричал еще. - Ты прекрасен, дорогой муж, но мне необходимо оставить тебя, - неожиданно прервал разговор правитель демонов, сорвался с места и устремился в глубину зала. - И куда… он? – вопрос пришлось адресовать подошедшему Ронве. - Дела, принц, дела, - пожал плечами младший Ригарт. – Вы можете развлекаться, вам не обязательно сидеть в спальне. - После того, что ты со мной делал, можешь говорить мне "ты", - сжал губы Оберин, не позволяя себе больше эмоций, чем положено. – А то твое «вы» отдает изощренным издевательством. - Это не так, ты хороший муж для моего брата, сильный. То, что нужно правителю – это доказано всем. - Пожалуйста, можно ли не… - Как скажешь, - легко согласился Ронве. – А ты видел баронессу? - Пресветлые боги! Вспоминать свою брачную ночь Оберин не любил. Но воспоминания о ночи с сыном мучили его куда больше. Иногда ему даже снились кошмары о том, как он трахает сына. И если первый раз можно хотя бы оправдать принуждением, то дальнейшая любовная игра была грехопадением, а не долгом. И нынешнее положение Оберина – наказание за то, что он сотворил, и как низко пал. Падение, моральное разложение и непристойность – вот что внес в размеренную жизнь светлого эльфа владыка демонов. Всю долгую жизнь чуждавшийся мужской любви, Оберин неожиданно получил удовольствие от нее в браке. Ему всегда казалось, что секс с мужчиной – это неполноценная замена сексу с женщиной, где один партнер неумело притворяется слабым полом. Тягучие нежные ласки от воинов, подобных ему, казались отвратительными и смешными. Впрочем, если мужчина в постели оказывался действительно женственным, то отвращал Оберина ещё сильнее. Ночь с Ариэлем не в счет, это было какое-то наваждение. Зато правитель демонов не показывал слабости ни в чем: он сильный мужчина, желал принца Неблагого двора, как мужчину. И брал, как мужчину, лаская, но не снижая напор, раскрывая его зад, словно таран раскрывает врата осажденного города. - Да, замолчат они? - злобно прошипел на шумную компанию, отвлекающую его от мыслей, Оберин. - Эй, там! - прикрикнул Ронве, возвысив голос. – В чем дело? Вы мешаете принцу-консорту! - Прошу простить, - склонился рогатый монстр раза в три крупнее среднего эльфа. – Просто у Когнума моя вещь, и он не отдает ее. - И что? - Она моя, принц. Велите, чтобы он вернул мою вещь! - Я не собираюсь ничего тебе возвращать, Одион, - фыркнуло другое чудовище. - Молчать, - прошипел принц-консорт. Если бы такая ситуация сложилась дома, он без сомнений вернул бы утерянное владельцу. Но тут все другое, и Оберин изменился. – Вещь была украдена? - Нет, принц, - прогул Одион. – Я потерял ее случайно, напившись. - А Когнум тебя споил, или умышленно заморочил тебе голову? - Нет, принц, - монстр уже догадался, к чему ведет муж правителя. – В моей рассеянности нет его вины. - Тогда спорная вещь остается… - Одиону или Когнуму, - подсказал имена спорщиков, наблюдавший, но не вмешивающийся Ронве. - Спорная вещь остается Когнуму. А для тебя это будет наукой: впредь следи за своим имуществом. А не ори, потеряв его, словно оглашенный, вызывая у окружающих головную боль, - принц отпустил демонов небрежным взмахом руки. К его удивлению, они не роптали, а наоборот похлопали друг друга по плечам и пошли пить мировую. Оспаривать решение мужа своего правителя рогатым тварям даже в голову не пришло. Долен перебирал когтями густые рыжие волосы мужа. Брать его в боевом облике демону особенно нравилось. Оберин все ещё с трудом принимал такой размер, но неизменно возбуждался и его член стоял, словно каменный. Анус эльфа растягивался до непристойных размеров, если не сам Долен, то Ариэль наверняка мог бы сунуть туда кулак без особого труда. Оберин мог только надеяться, что удовлетворившись им, Долен будет терпелив по отношению к его сыну. Оберина же правитель драл долго и с наслаждением, и он отвечал взаимностью, вцепляясь в роскошную кудрявую шевелюру, чтобы хоть как-то управлять этим бешеным жеребцом. Они оба получали удовольствие, хотя принц Неблагого двора неизменно злился после секса. Ригарт воспринимал это философски. Кто-то переворачивался на другой бок и засыпал. Котеночек Ариэль требовал поцелуев, объятий и уверений в любви. А Оберин шипел, словно злобная змея. Еще больше Долену нравилось сладкое продолжение. Нравилось прижимать мужа к постели, не давая перевернуться, чтобы он так и стоял на коленках, выпятив зад, мокрый и раскрытый. Чтобы его распаханная красная дырка не могла закрыться, подрагивая в бесплодных попытках сжаться под его жадным взглядом. Долен лениво потрахивал ее пальцами или гранатовым фаллосом, который Оберин искренне ненавидел, но никогда не спорил и не возражал, послушно принимая в себя. А когда анус всё же сжимался, плотно обхватывая игрушку, Долен снова раскрывал его своим членом, куда более крупным и рельефным, резко задвигая, не позволяя привыкнуть, выжимая из своего мужа и семя, и слезы. Он трахал Оберина, выдаивая досуха, но и тогда не уходил. Особое удовольствие ему доставляло смотреть, как из накачанного спермой Оберина течет. Как густые капли сочатся через никогда уже не закрывающийся полностью зад, стекают по ягодицам и бедрам, капают с беспомощно обвисших, трогательно гладких, как и у всех эльфов, опустошенных яичек, еще больше пачкая и без того истерзанные простыни. Долен приказывал Оберину стоять, выпятив зад, пока из него не вытечет все. Он неприкрыто любовался тем, как тот морщится от отвращения и дрожит от усталости. Как по крепким бедрам медленно ползут беловатые струйки, как пульсирует анус, выпуская из себя очередную порцию семени. Иногда у Долена случалось желание вылизать следы своей страсти, иногда он просто смотрел. Оберин никогда не просил пощады. Он ругался, не выбирая выражений, но повиновался, и стоял, пока не получал разрешение лечь. От накачанного в него семени все равно нужно было избавляться, внутри оно не удержится, слишком много, и слишком растрахан его зад. А спать на мокрых простынях приятного мало. На ночном горшке, конечно, быстрее, но это казалось Оберину еще унизительней. Долену же было все равно на его смущение и унижение, он просто наслаждался возбуждающим зрелищем. Впрочем, бывало времени на развлечения у Долена не оставалось и, утолив страсть, он просто уходил. Ночь на Неблагом дворе была днем на Благом, и наоборот. Демоны почти не спали, так что Долен успевал и туда, и сюда, не слишком утомляясь. Однако дела требовали его внимания. В такие дни Оберин облегченно вздыхал, забивался под одеяло и требовал оставить его в покое. Суккубы подкладывали под него полотенце и ждали, пока дурное настроение пройдет, и принц изволит вымыться. За первое полугодие своего правления Ариэль успел побывать на землях любимого. За долиной огненных смерчей тоже жили обычные люди. Они встречали принца с восхищением, оказалось, что в своих землях Долен Ригарт мудрый и справедливый правитель. И если нечисть досаждала людям, то платила штрафы сельским старостам или градоначальникам. Так что кутящие в тавернах демоны сулили не ужас и смерть, а возможную прибыль, и не особенно пугали привычных к их виду людей. Сегодняшний же день Долен назначил днем отдыха. Вместе с юным принцем-консортом и его свитой, он выехал на пикник. Волны лениво лизали морской берег, солнце светило и играло бликами в воде. Ундины все метнулись купаться, оставив бытовые заботы духам земли, медлительным и добродушным големам. Пока свита занималась обустройством, Долен увел прелестного мужа в шатер. Там Ариэль растянулся на подушках, жмурясь на солнышке. Рубашка задралась и выдернулась из брюк, обнажая мягкий животик, который немедленно нужно было поцеловать. Откладывать такое важное дело Долен просто не мог, несмотря на смех и сопротивление Ари. - Щекотно, щекотно. Отпусти, - заливался хохотом Ариэль. Он раскраснелся, и одежда сбилась. - Не могу, ты такой соблазнительный, любовь моя, - Долен подумал и решил двигаться выше, расстегивая по пути мелкие пуговки, чтобы добраться до чувствительных сосков. – Ты мой солнечный зайчик, радость и любовь моей жизни. - Я тоже люблю тебя, но разве мы можем… - стянул полы рубашки Ариэль, пытаясь скрыться от жадных горячих губ супруга. - Мы можем все. Долен приказал завесить стенки шатра, скрывая их от глаз придворных. Очаровательный Ари краснел и изо всех сил пытался закрыться руками, превращая раздевание в азартную возню, доставляющую наслаждение обоим. Наконец совершенно обнаженный он забрался на колени Долену, целуя его шею, подбородок и настойчиво подбираясь к губам. Брачный узор у Ари так и не потемнел, остался серебристо-голубым, украшая и без того хорошенького мальчика. Долен нежно облизывал каждый завиток, словно заново убеждаясь, что это видение принадлежит ему. Наконец желание Ариэля пересилило страх и смущение от того, что все поймут, чем они занимаются в шатре. Ведь от свиты любовников отделяло только тонкое полотно. Юный эльф высвободился из объятий демона, чтобы помочь и ему избавиться от одежды. Ари быстро сообразил, что власть над любовником, когда ты держишь в руках и во рту источник наслаждения мужчины – добавляет огня в кровь. Познав этот нехитрый секрет, да и просто ради удовольствия, Ариэль любил сосать большой член Долена, не умещающийся во рту и оставляющий терпкий вкус в горле и на языке. Секс ему тоже нравился, если перетерпеть первый момент проникновения, но с минетом Ари справлялся куда лучше. Он причмокивал, обхватывая губами крупную темную головку и ласкал тонкими пальчиками ствол. Тяжелые яйца Долена тоже не оставались без внимания. Мальчик изгибался и вдыхал терпкий мужской запах, добираясь и облизывая мошонку. Демон держался, сколько мог, спускать в рот своему милому мужу он любил после секса, а не до. Так что Ариэль вернулся ему на колени, уже не просто ерзая, а насаживаясь узкой розовой попкой на смазанные гелем пальцы. С мальчиком Долен старался не спешить, растягивая его осторожно и постепенно. Как-то в порыве откровения, Ариэль признался, что с отцом ему понравилось, так как его размер меньше, чем у демона, и принять их по очереди было необычайно приятно. Разгорячившийся от ласк Ари толкнул любимого, вынуждая лечь, и, осторожно опустившись на член, скакал на нем как на жеребце. Долен вскидывался мужу навстречу, заставляя надеваться до предела. Чтобы не кричать и окончательно не выдать, чем они занимаются, Ариэль закрыл себе рот ладонью, прикусывая ее. Но предчувствуя оргазм Ари, демон пригнул его к себе, впиваясь жадным поцелуем в мягкие губы и вдыхая его стон. Желая в полной мере видеть наслаждение мужа, Ариэль поднялся с него, оставляя неудовлетворенным. Долен посмеивался, объяснить, чем его так привлекло это очаровательное глупенькое создание, он никому не мог. Просто второго такого невероятно красивого маленького развратника, легко поддающегося и обучающегося не существовало. С лукавой улыбкой Ариэль целовал живот любимого, размазывая пальчиками свое семя и опускаясь ниже. Теперь Ари хотел еще одного удовольствия. Он сосал член, заглатывая так глубоко, как мог, пока Долен не выстрелил ему на небо. Глотать Ариэль не успевал, сперма стекала ему по подбородку. Мягкие губки принца блестели, и выглядел он совершенно развратно. Потом супруги просто лениво лежали. Долен сцеловывал свой вкус с любимого чуда. Только шум за стенами шатра заставил правителя выглянуть. - Прошу простить, повелитель, - высший демон из стражников принца-консорта Неблагого двора упал на колени перед правителем. - Как вы посмели беспокоить меня, - Ригарту хотелось испепелить наглую тварь, но присутствие Ариэля за спиной останавливало. Да и необходимость сначала узнать в чем дело тоже. - Ваша милость, Ибор велел передать вам, что началось. - Уже? – правитель демонов растерянно оглянулся на Ариэля. – Возвращайтесь, передайте, что я буду через минуту. На то, чтобы отлепить от себя Ариэля, утешить юного супруга обещаниями и уговорить не обижаться, понадобилось больше минуты. Ари не был таким уж капризным, просто провести вместе весь день удавалось не так часто. У правителя много дел, и влюбленный мальчик, конечно, расстроился, что их отдых прервали. Но Долен был неумолим, расцеловал и исчез, открыв портал прямо в шатре. Крики принца-консорта Неблагого двора оглушали. Как и в первую ночь стражи прижимали эльфа, распиная на постели, на сей раз лицом вверх. Тело Оберина изгибали страшные спазмы, демоны в боевой форме, казалось, с трудом удерживали его. - Оберин, - Долен присел на постель и погладил мужа по щеке, без особой надежды пытаясь привлечь его внимание. - Ему долго так? – от стены отлепился Ронве и подошел к брату. - С тобой было недолго, наверное, часа четыре, - пожал плечами правитель. – А отец Отиса и мать Аты кричали почти сутки. - Я помню, - кивнул младший Ригарт. – Я спрашиваю о нем. Почему-то в зрелом возрасте это невыносимо. Ребенком было просто страшно, а сейчас невыносимо. - Такова наша природа. - Ненавижу ее, - Ронве стукнул кулаком по спинке кровати. – Можно это как-то облегчить? - Можно заткнуть ему рот, если тебе будет легче, - угрюмо предложил Долен. - Я чувствовал, что пришла пора, потому искал мужа в их стороне. Эльфы выносят сильных и красивых детей. А судьба подсунула мне милого Ариэля. - Лучше бы ты обрюхатил куколку Ари, - зло фыркнул младший демон. Сильный удар кулака Долена почти впечатал его в стену. - Не смей так говорить. Я люблю Ариэля, и даже мысль о том, что я могу его потерять невыносима! - А потерять Оберина, выносимо? - Повались ты в бездну со своими вопросами! – Долен отвернулся от брата. Оказывается, потому что так тяжело, его отец просто заключал контракт с подходящего пола эльфом или человеком и держал его в темнице, пока пленник не зачнет. Или находились демоны, готовые умереть для своего повелителя и молящие о такой чести. Накричав друг на друга, братья вернулись к принцу-консорту, состояние которого все больше походило на агонию. Время тянулось бесконечно. Лекари и чернокнижник дежурили рядом, но не вмешивались. Процесс шел естественным путем. Дитя повелителя создавало для себя место в животе отца. Оно раздвигало живые ткани и формировало кокон, в котором будет развиваться пока не придет время для рождения. Долен забрал у Оби салфетку и вытирал пот с искаженного болью лица Оберина. - Тебе дать пить? – на ответ он не надеялся, эльф мог только мотать головой. Но демон все равно поднес к пересохшим губам губку, напитанную водой, чтобы хоть немного смочить их. К утру эльф затих, только вздыхал тяжело, но в себя не приходил. Повелителя успокаивали всей докторской коллегией. Наконец Оберин раскрыл глаза: - Пить, - с удивлением он смотрел, как муж бросился к нему чуть ли не наперегонки со слугами. - Как ты, дорогой? - Вроде все хорошо. Меня пытались отравить? – эльф жадно выпил воду и наблюдал за врачами. Он ощущал, что магия окутывает его, а потом сходит, словно море в отлив. - Мы поздравляем вас, ваша милость. Зачатие прошло благополучно, - сияя сообщил старший лекарь. – Мы будем наблюдать за отцом и ребенком. Позволите всем сообщить, что зачат наследник ваших земель и вашей власти? - Позволяю, - отмахнулся от них Долен. – Можете устроить праздник. - Окажет ли, ваша милость, нам честь своим присутствием? - Оставьте нас в покое, - прорычал Ронве, замерший у изножья кровати. – Если повелитель решит присутствовать, то вы не сможете его не заметить. - Прошу простить мою дерзость, - лекарь низко склонился, за ним остальные. И, пятясь, они покинули спальню правителя. - А теперь, дорогой муж, - Оберин все еще ощущал слабость, и усталые мышцы ныли. Но он уже злился, услышанное казалось странным и очень ему не нравилось. – Объясните, дорогой муж, что нес этот почтенный человек? Кто зачал? - Мы с тобой, - вздохнув, сообщил Долен. – У тебя будет сын, ты родишь мне наследника. - О, поздравляю! Какая неожиданность, а откуда такая уверенность, что будет сын? Вдруг я рожу… - на этих словах эльф засмеялся. Нелепость фразы довела его чуть не до истерики. – Ой, не могу. Вдруг у нас будет девочка. - Пол ребенка определяется тем, кто его носит, - угрюмо вставил Ронве. – В семье Ригарт будет наследник, будущий правитель. - И с чего тогда у вас такие кислые рожи? – подозрительно нахмурился Оберин. – Мучиться буду я, а вы праздновать. Теперь, кстати, я хоть понял, чем тебя не устроили принцессы, дорогой муж. Первым нужен мальчик, а не девочка. Жаль, я хотел дочь. Знаешь, у меня два сына, а хотелось косичек, бантиков, кружев, гонять их поклонников. - Да ладно, по-моему, с Ариэлем ты вполне мог этим наиграться, - Ронве опасливо стрельнул глазами в печального брата, но не смог промолчать. - Долен, скажи что-нибудь, - эльф устало откинулся на подушки и попытался поймать взгляд супруга. – Ты меня пугаешь. А видят боги, меня напугать не так легко. Беременность это сюрприз, но она уже есть. Какие сюрпризы меня ждут еще? - Будет больно, когда малыш начнет активно расти. Дитя демона растет быстрее обычного ребенка, - Долен присел рядом и погладил мужа по плечу. - И-ии? – требовательно протянул Оберин. – Рожать мне придется через задницу? Ты, бесспорно, здоровый, но младенцы обычно больше. Меня разорвет? Ронве грязно матерился в своем углу, а Долен нахмурился еще сильнее: - Родов не будет. Ребенок прогрызет себе путь через твою плоть, - демон поднялся с постели и подошел к огромной картине на стене, изображавшую игры ундин на дне, и виденную много раз. – Ты не переживешь его рождения. - Если это у вас обычное дело, и ты взял меня, чтобы не рисковать Ариэлем, - Оберин посмотрел на обоих братьев и притихших слуг. – С чего делать трагедию? - Придурок ты, Оберин, - опять выругался Ронве. – Вроде умный мужик, а такой конченый идиот. - Ну, спасибо, - хихикнул эльф легкомысленно. – Ты хоть брата поздравил, светоч мудрости? - Долен, поздравляю, надеюсь, малыш родиться сильным, - процедил младший Ригарт и обиженно выскочил из спальни. - Ты хочешь что-то поесть или еще пить? – мягко спросил мужа демон. - Нет, воды, может, но не уверен. - Тогда оставьте нас, - приказал Долен слугам. Сам принес воду, оставил стакан на прикроватном столике и лег рядом с Оберином, не касаясь его. - Ариэль точно не может от тебя залететь? - даже переваривая все услышанное Оберин в первую очередь беспокоился о сыне. - Нет, железа, отвечающая за оплодотворение открывается только тогда, когда я кончаю в демонической форме, - хмуро объяснил Ригарт. - Сколько длится беременность ребенком демона? - Пять месяцев. - Отлично, - эльф потянул на себя одеяло и свернулся калачиком. – Через пять месяцев я избавлюсь от твоей компании. В общем, новости скорее хорошие. - Угу. - Дорогой муж, - вкрадчиво произнес Оберин, толкая Долена локтем. – Ты же не собираешься ввести Ариэля в Неблагой двор после моей смерти? Ты обещал защищать его и заботиться о нем. Я умру спокойно, зная, что с ним все будет хорошо. - Я ничего не изменю в положении Ариэля, тем более, что люблю твоего сына. Я не посмею его обидеть. - Тогда перестань устраивать трагедию из того, что все идет по твоему плану, - потребовал Оберин безжалостно. – Это для меня сюрприз, а не для тебя. Ты запланировал насиловать меня морально и физически, насладиться моим телом. Ну, тут претензий нет, это странный, ненормальный, но надо признать в чем-то приятный опыт. И ты знал, что тебе нужен законный наследник, но ты не позволишь умереть Ариэлю. Значит, моя участь была предрешена с момента подписания контракта. - Я не… - Да, что ты? Переиграл сам себя? – ехидно поинтересовался эльф, ничуть не жалея повелителя демонов, заварившего эту кашу. – Успокойся, я отдам жизнь за своего сына, без сожалений. За двоих детей. - Хорошо, значит, не будем устраивать трагедии, - Долен притянул своего принца в объятия, зарывшись носом в его огненную шевелюру. – Ты вроде устал, поспи, мой дорогой. - Ты не такой плохой, если тебя это утешит, - Оберина действительно вымучил этот процесс. Он прижал руку к животу, пытаясь понять, где именно в нем ребенок? Скоро малыш начнет толкаться. Да уж, умеют демоны перевернуть мир с ног на голову. Обнимая старшего мужа, Долен вспоминал, как тот боролся, как красиво сдавался, никто не сдавался так сладко, ничьи эмоции так не будоражили. Дыхание Оберина наконец выровнялось, и эльф расслабился в крепких руках правителя демонов. - Меня это не утешит, - тихо произнес Долен. – Возможно позже, но сейчас меня это не утешит.