Один в поле воин

Этой же ночью Артём собрал вещи, которых было довольно мало, в старую поношенную сумку, которую нашёл когда-то давно у Белдо. После этого даже берсерки, стоящие на страже, не заметили ловкую тень, что соскользнула с обломанного подоконника второго этажа, и, успешно преодолев высокий забор, скрылась в ночи. Люцифер решил не дожидаться утра, ведь на часах и так уже было «завтра». А все шныры привыкли вставать рано, поэтому Артём решил не медлить с визитом. По дороге он размышлял о своих будущих напарниках. Как ни странно, он уже знал о каждом почти всё — начиная от имени, заканчивая тем, что она или он ест на ужин. Хотя, что дадут, то и ест. Это уже общее для всех. Артём уже привык, что знает всё о каждом. И эти знания его совсем не тяготили, даже наоборот, во многом помогали. А изредка он даже мог предчувствовать смерть. Бывало, идёт по улице, сбежавши от настырного Белдо, и тут навстречу старуха. И Люцифер ясно понимает — скоро Богу душу отдаст. Или идёт парень либо девушка, на вид жизнерадостные и молодые ведь, куда умирать? А вот куда — идут-то они на железнодорожные пути, да только совсем не для того, чтоб провожать или встречать родственников. Или идут на крышу какого-нибудь дома, отдалённого от центра, чтоб никто не видел. И Артём не хотел им помогать, отговаривать. Раз люди всё решили, его разговоры могут быть просто лишними. А если человеку предначертано умереть, то смысл противоречить судьбе? И парень сам не мог объяснить, как так получается, что он так много знает о совершенно незнакомых людях. Просто когда мимо проходит тот, кому уже суждено умереть, парень часто чувствовал будто запах сырой земли. Часто ведь у каждого из нас бывают видения, а иногда и вещие сны. Почему бы им не начать доверять? Вскоре Артём прошёл Копытово и дошёл до невысокого забора. Будто зная заранее, он перепрыгнул через него в обратную сторону. Защита от кошек имеет свои минусы, особенно если о ней не знать. Люцифер спрыгнул на землю, и тут же, шипя, нырнул в кусты. Иногда вредно забывать о чём-то, особенно если это «что-то» — твоя подвёрнутая нога, часто напоминающая о себе и без неожиданного приземления. Отлежавшись некоторое время, парень направился в здание, к кабинету директора. Как ни странно, по пути он не встретил ни одного шныра. «Ленятся все, нет чтобы пораньше встать» — искрой промелькнула мысль в голове у парня Пчела, которая каким-то чудом не потерялась по дороге, царственно влетела в услужливо приоткрытую дверь. Следом за ней бесшумно проскользнул Артём. Люцифер ни на секунду не сомневался, что его примут. Ещё бы — с пчелой, с желанием учиться в ШНыре, да и со скрытой возможностью частично видеть будущее, в этом не было сомнений. Так же бесшумно выскользнув из кабинета Кавалерии, Артём внезапно столкнулся с первым шныром, которого он увидел за сегодняшний день. Это был парень, нахмурившийся, немного сгорбленный, будто озлобленный на весь мир. — Он носит шрамы как погоны, он спит в седле, он ест с ножа — звонким голосом продекламировал Люцифер цитату, которую уже сам не помнил, где вычитал. Парень хмуро оглянулся на него, но в его глазах Артём уловил нотки удивления. Ведь порой глаза могут сказать о человеке очень много. Главное — уметь по ним читать.  — Новенький? — хмурясь, спросил Родион  — Совершенно точно. Артём — шутливо кланяясь, падший ангел протянул руку. Старший шныр посмотрел на него с неприкрытым отвращением.  — Поживёшь у нас с недельку, будешь знать, как шутом работать — буркнул Родион, и поспешно скрылся за углом. Артём острозубо усмехнулся. В воздухе повис запах свежей земли.

***

Яра неспешно зашла в пегасню, взяв висящее на гвозде ведро. Подумать было уж точно о чём. В голове вертелся и сверх заботливый Ул, и будущий ребёнок, ну и конечно же пеги с нырками. За то время, что девушка находилась в ШНыре, она успела стать шныркой до мозга костей, и уже даже жизни не представляла без пегов, привычно кричащей Суповны или надутого Кузепыча, без милой строгости Кавалерии, без родного Ула. Девушка не заметила, как полностью погрузилась в мысли и воспоминания. Не удивительно, что она не заметила Артёма. — Поступь нежная, лёгкий стан. Если б знала ты сердцем упорным, Как умеет любить хулиган, Как умеет он быть покорным. Яра вскрикнула от неожиданности. Чуть не выронив наполненное водой ведро, она поражённо уставилась на парня, который, зацепившись ногами за деревянную балку, свисал вниз головой. «Ну точно летучая мышь» — пронеслось в голове у девушки. — Прощай навсегда шар земной! Я падаю вниз головой! * — будто угадывая мысли девушки, пропел Артём.  — Новенький? — только и сумела выдавить Яра — Ага. Артём — представился Люцифер  — Умеешь же произвести впечатление — выдыхая, ответила шнырка. Артём жизнерадостно улыбнулся, хоть в душе была чёрная дыра. С самого начала его существования в раю он желал, чтоб его кто-то любил, по-настоящему любил. Многие ангелы его уважали, некоторые ненавидели, пара-тройка даже обожали и приравнивали к Богу. Скорее всего, из-за этих ангелов его и спихнули с небес. Но парень всегда безумно хотел любви. Хотел хотя бы познать это чувство, когда ради другого человека отдаёшь всё, что угодно, и когда ты для другого человека действительно важнее самого Бога. Но, ангелы не особо достойны такой любви, в особенности падшие.  — У нас ещё Рина есть, можешь её напугать — звонкий голос Яры вывел парня из оцепенения  — Прекрасно. Было приятно познакомиться — Люцифер картинно поклонился, и через несколько минут исчез из поля зрения

***

Сашка радовался, что в кои-то веки смог вытащить Рину прогуляться. Пусть и всего лишь в Зелёном лабиринте. Пусть и что Долбушина больше времени уделяет цветам, а не Сашке, пусть. Главное, что они вместе. Неожиданно из-за бесформенного цветущего куста выступила гибкая тень. Тень подошла к Рине, и оказалась вполне симпатичным парнем.  — Здравствуй, Рина — с обворожительной улыбкой сказал Люцифер, протягивая ей недавно сорванный цветок  — Здравствуй…, а ты новенький? — вдруг осенило девушку  — В точку. Артём — парень протянул ладонь. Рина осторожно коснулась её рукой, а после уверенно пожала. — Я смотрю на тебя, ты глядишь на меня — искра, буря, безумие** — продекламировал Артём, глядя на шнырку — Эй, а то что я здесь, забыли? — возмущённо вскрикнул Сашка  — Александр, и тебе здравствуй — не поворачивая головы, и не отпуская руки Рины, сказал Люцифер — Так, иди отсюда. Можешь вон, с Улом познакомиться, как он рад-то будет — протянул Сашка, вежливо отпихивая Артёма от Рины «Спасибо, но от такого удовольствия я, пожалуй, откажусь. И так устал» — успел подумать Артём по пути в здание ШНыра. Вошедши в комнату, его безумно обрадовал её размер. У Белдо комната была, наверное, раза в три меньше, если не считая того, что здесь Люцифер будет уживаться ещё с четырьмя соседями. Парень подошёл к единственному столу в комнате, и водрузил на него свою сумку. Старая застёжка уже начала в некоторых местах расходиться, но это парня не волновало — больше-то он с ней никуда не пойдёт, даже под страхом расстрела. Ангел усмехнулся. Падшему ангелу расстрел не страшен. Ну разве что повредит немного оболочку, но её и подлатать можно, в крайнем случае — заменить. Разобрав одежду и завалив весь стол книгами и листками с набросками, Артём почувствовал внутреннее умиротворение, и упал на кровать, которую в ШНыре уже можно было назвать полноценной кроватью. Неожиданно, как серийный убийца на озере, всплыло желание открыть окно. Но учитывая то, что парнем полностью овладели лень и дремота, это желание тут же утонуло. Артём растянулся на кровати, и с головой нырнул в сон. Но ты низвержен в ад, в глубины преисподней…