Miles from normal

1 февраля 2020

К полудню, когда буря на улице уже более-менее снизила свои обороты и приобрела хоть какую-то стабильность, Хантер созвал собрание на кухне, состоящее из него самого и четырёх гостей, решив не мешать своей сестре, задремавшей в кресле возле камина. — Нам нужно разобраться с дорогами, парни, — тихо начал он, оперевшись на дверной проём, разделяющий кухню от гостиной. — Да, — отзывается Эйвер, почёсывая свою макушку и слегка пожимая плечами, — но как? Намело до половины двери — я проверял полчаса назад. Остальные лишь молча кивнули головами, осознавая сложность сложившейся ситуации. — Вы пока займётесь дверью, а я спущусь в гараж и проверю трактор. Не знаю, насколько хватит топлива — последний раз наполнял бак пару дней назад, как раз перед всем этим… беспорядком, — подвёл итог Хантер, тяжко вздохнув. — Будем надеяться, что топливо не замёрзло. — Я могу очистить дверь гаража, — отозвался Джейк, переступая с ноги на ногу и нервно поглядывая с Хантера на Джонстона, надеясь, что последний поможет ему в нелёгком деле. — Идёт, — кивает Хантер, — в таком случае, Эйвер и Ричард занимаются дверью, а ты с Джонстоном идёте за мной. Лопат должно хватить. — Я разбужу Софию, если ты не против, — кладёт ладонь на плечо мужчины Эйвер, кивая в направлении гостиной. — Я хотел сам, но если тебе не сложно… — Без проблем, друг, — улыбается уголком губ мужчина и направляется в гостиную, пока все остальные одеваются как можно теплее, застёгивая куртки под самый нос и надевая перчатки. Входя в гостиную, Эйвер находит Софию склонившейся над чечако, и скромно улыбается. С тех пор, как его дети и жена приняли разумное решение уехать вглубь континента, София заменила ему старшую дочь, являясь её копией не только во внешности, но и в характере. А с тех пор, как он осознал, что София тянется к нему, как к отеческой фигуре, он воспринял эту ситуацию как какое-то странное благословение, снизошедшее с небес. — Он в порядке? — Всё ещё лихорадит, — выдыхает София, поправляя одеяло на блондине, — но гораздо меньше, чем ночью. — Уже можно выдыхать, да? — Не совсем. Ему всё ещё холодно, хоть и пульс поднялся до пятидесяти ударов. Не знаю, насколько сломаны рёбра, но остаётся только надеяться на то, что осколки не вонзились в лёгкие. Я не смогу оперировать его в этом случае, — опускает плечи София. — Я совсем не уверена… — Мы будем надеяться, — приобнимает девушку за плечи Эйвер, позволяя той положить голову ему на плечо, и аккуратно поглаживает её по тёмным волосам, успокаивая. — Хантер уже выдвигается, да? — Они с ребятами пока займутся расчисткой дорог, а потом нужно будет проверить, все ли старики в порядке, — с уверяющей улыбкой произносит мужчина, отпуская девушку, — потом вернётся. — Ладно, — устало выдыхает София. — Посидишь с ним? Нужно приготовить ему что-нибудь, если он очнётся. Не хочу, чтобы он ещё и голодал. Если что-то тебе покажется странным — зови. — Будет сделано, мисс, — с лёгкой улыбкой на губах салютует Эйвер, присаживаясь в кресло рядом с диваном, подкидывая очередное полено в камин. София проходит в кухню, протирая глаза, которые застелены лёгкой пеленой недосыпа из-за ночных событий. Открывая дверцу за дверцей, девушка собирает нужные продукты для лукового супа, неволей возвращаясь в судьбоносный для них с Хантером день — день, когда вся жизнь в городе остановилась. С тех пор прошло больше трёх лет, но ей до сих пор снится та ужасающая боль от перелома в плече, и та горечь, когда ей сообщили о смерти её родителей. Ей хочется знать — есть ли у блондина кто-то из родственников, которые будут страдать по нему так же, как они с Хантером страдают по родителям? И, с удивлением для себя, она отмечает, что не желает, чтобы у него кто-то был. Так проще. Гораздо проще не чувствовать боли, не знать, что это вообще такое. За семь лет войны чувства многих людей притупились, и они уже не страдают из-за смертей, как прежде. Они медленно теряют в себе то, что делает их людьми. Нарезая лук, София погружает его в куриный бульон из кубика — из мяса на острове есть только рыба и периодически пойманная Хантером дичь, но такой роскоши, как раньше, больше нет. Большинство из прежнего рациона достаётся пилотам егерей — сейчас они являются приоритетом всей планеты. И, оглядываясь в гостиную, Антробас знает, почему. — Эйвер! — Раздаётся грозный голос Ричарда позади неё, заставив дёрнуться от внезапности. — Помоги мне! — Иди, — мягко улыбается старику София, — я присмотрю. Всё нормально. — Ты не выспалась, — отмечает мужчина, снимая с крючка куртку и натягивая перчатки. — Высплюсь, когда у парня спадёт температура, — заканчивает девушка, отмечая тихий рокот мотора трактора, — Хантер уже собрался. Не переживай, у меня здесь всё схвачено. — Спасибо тебе, — напоследок высказывает Эйвер, закрывая за собой дверь и выходя в мороз. — Было бы за что… — Шепчет под нос София, помешивая готовящийся суп, и пробуя по чуть-чуть, когда из гостиной раздаётся шорох и грохот упавшего тела. — Да чтоб тебя… — Отключает она газ и ускоряется в комнату, чтобы найти блондина на полу в лёгком смятении и туманом в глазах. — Где я? — Хрипит парень, сжимая зубы от боли и осматривая сначала себя, а потом — помещение. — Где я? — Давай помогу, тебе нужно лечь, — пытается поднять его девушка, когда он внезапно на ней повисает. — Серьёзно?! — Она упирается ногами в пол ещё крепче, водружая парня на диван и располагая его как нужно, стараясь не повредить его раны, а затем садится на пол, выдыхая и всматриваясь в его лицо. Через несколько минут глаза чечако вновь раскрываются, словно чувствуя на себе пристальный взгляд, и он смотрит уже более осмысленно, когда его взгляд перемещается на неё: — Где я? — Хрипло шепчет он, скрипя от боли. — Сейчас, потерпи чуть-чуть, — подскакивает София, вновь набирая обезболивающее и поднося шприц к его вене, — это обезболивающее, — поясняет она, замечая страх в глазах, — поможет тебе на время. Блондин кратко кивает, сжимая левую ладонь, и выдыхает, когда укол заканчивается. — Подействует через пару минут, — кивает София, аккуратно притрагиваясь ладонью ко лбу блондина, — как тебя зовут? — Эм… — Блондин замолкает, мечась взглядом по помещению и стараясь вспомнить хоть что-то. — Я не знаю. — Не помнишь? — Заметив кивок, Антробас продолжает: — Неудивительно, кайдзю неплохо тебя приложил — ещё чуть, и твой череп бы разошёлся пополам. У тебя сильный ушиб мозга, перелом запястья, и сломаны рёбра. Не считая, конечно, жутких царапин от лап монстра на груди. Поэтому постарайся двигаться как можно меньше, ладно? Быстрее заживёт. — Угу, — бурчит блондин, — это больница? — Нет, это мой дом, — улыбается уголком рта София, — мы в Ангуне, штат Аляска. Меня зовут София. — Ты меня нашла? — Ты помнишь, что с тобой случилось? — Нежно спрашивает София, стараясь давить на незнакомца как можно меньше. — Я помню океан, и монстра…. А всё остальное — в каком-то тумане, — шепчет блондин. — Амнезия. Может пройти со временем, — уверенно отзывается София. — Постараюсь сделать всё, чтобы память начала восстанавливаться быстрее. — Так это ты меня нашла? — Нет, — машет головой Антробас, — мои знакомые. Ты и твой напарник по егерю спасли их, когда случилась очередная атака кайдзю, тебя вырвало из машины, и они подобрали тебя неподалёку от наших берегов. Тебе очень повезло. — Спасибо, — хрипит парень. — Может, ты хочешь поесть? Или ещё что-нибудь? — Поесть бы не помешало, — пытается приподняться незнакомец, но София его останавливает, слегка касаясь плеча: — Не стоит. Я помогу. Нежно уложив незнакомца обратно и строго-настрого приказав ему не шевелиться, София с лёгкостью в душе поднялась с пола и направилась на кухню. Суп пришлось подогреть снова, так как за время разговора он остыл, и, не доводя его до кипения, София наполнила две небольшие чаши. Взяв поднос и ложки, она вернулась к чечако и расстроенно отметила, что он снова заснул. Поставив поднос на рядом стоящий столик, она вновь начала проверять самочувствие гостя, начав с измерения пульса. За последние восемь часов семьдесят три удара в минуту стали самым оптимистичным результатом, и София наконец-то выдохнула — значит, будет жить. Температура также спала на несколько градусов, а обмороженная кисть начала возвращать цвет. Поправив одеяла и сменив остывшее полотенце тёплым, София принялась за завтрак. Кажется, жизнь стала налаживаться. София резко проснулась от прикосновения к своей ладони — она не заметила, как снова заснула. Бросив быстрый взгляд на пилота, она немного огорчилась — он всё ещё спит, а разбудил её Хантер. — Привет, — шепчет он, — мы расчистили дороги, проверили всех стариков вместо тебя. Сиди, — с улыбкой продолжает он, замечая тревогу и благодарность на лице сестры, — Все в порядке, кроме мистера Джерри, у него повышенное давление из-за бури. Но я справился сам, дал ему бисопролол. — А Майя? — Миссис Холстром сегодня без просьб, что удивительно. Пригласила нас с парнями на чай в благодарность за то, что почистили дорогу возле её дома. — Хантер наконец-то начал раздеваться, снимая заснеженную куртку и вешая её на стойку у камина, следом поставив ботинки, чтобы прогрелись и высохли. — Мы рассказали ей про чечако и кайдзю. София устало выдохнула — миссис Холстром главная сплетница в городе, рассказать ей — буквально значит рассказать вообще всем, кто находится в Ангуне. Дороги уже расчищены, а значит скоро у её порога будет стоять с десяток любителей сунуть нос не в свои дела. — Знаю, знаю, что не следовало, — выдохнул Хантер, присаживаясь на кресло напротив сестры, — Но мы же не можем держать это всё в тайне. Кто-нибудь всё равно да проболтается. Ты же сама понимаешь. — Да. Всё ещё не лучший вариант человека, которому бы следовало это доверить. — Можно было бы и советнику рассказать, но ты сама знаешь, советник из Гройса так себе. — Тем не менее. Хантер кивнул, откидывая голову на спинку кресла. Да, всё-таки стоило сначала рассказать Гройсу, а потом уже миссис Холстром, но что сделано, то сделано. Обратного пути нет. — Эйвер говорил, ты собиралась готовить. Что-нибудь осталось? — Луковый суп, — София кивнула на поднос рядом с собой, — собиралась угостить чечако, но он вырубился до того, как я всё принесла. Хантер выпрямился в кресле, протянув руку за чашей. — Он просыпался? — Суп холодный, я подогрею. — Соф, я слишком устал, давай так. — София хмыкнула, протягивая брату давно остывший суп. — Он сказал, как его зовут? — Нет, — девушка подкинула очередное полено в огонь, — кажется, у него амнезия. Помнит только кайдзю, а всё остальное — тьма. Имя спрашивать бесполезно. Надеюсь, он сможет вспомнить всё, когда ему станет намного лучше. — Каков прогноз? — допивая остатки из чаши, спрашивает Хантер. — Выживет? — В принципе, я теперь уверена, что вытянет. Но сейчас нужно следить за грудными ранами. Чтобы не загноилось, и не было некроза. Давление и пульс пришли в норму, температура спала, пока функционирует на обезболивающем, но это всего лишь дело времени. Главное, чтобы раны зажили. — А обморожение? Вижу, что ладонь уже стала лучше. — Да, в целом он приходит в норму, — кивает София, — остаётся только надеяться, что рёбра срастутся правильно и без плохих последствий. — Отвезём его в Ситку, как только окрепнет. Иди спать, ты устала. Почти сутки на ногах. Я присмотрю, ты знаешь. — Ладно, — на Софию резко навалилась усталость, — Суп на плите, лекарства сам знаешь где. — Сладких снов, сестра, — Хантер протягивает Софии руку, помогая подняться с кресла, — Ты умница. София лишь молча обнимает его в ответ, украдкой бросая взгляд на всё ещё спящего пилота, и мысленно просит его дотянуть до утра. — Всё, уходи, — читает её мысли Хантер, — Не хочу тебя видеть здесь до утра. Выспись. Завтра зайдём к Гройсу и будем проверять стариков, Эйвер уже согласился присмотреть за чечако. София с лёгкой улыбкой кивает и направляется на кухню, чтобы заварить себе расслабляющий чай. Быстро справившись с заданием, она наливает липовый чай в кружку, застывая в проёме гостиной. Хантер всё так же сидит в кресле, согреваясь в тепле камина, вчитываясь в их любимую с детства книгу Жуля Верна «Вокруг света за 80 дней». Тепло улыбнувшись этой картине, София поднимается на второй этаж, направляясь в свою комнату. Спустя три года после того злополучного дня, когда кайдзю вышел на берег Аляски, а Софию завалило обрушившимся вторым этажом, всё изменилось. Как сама София, так и второй этаж.