Лагерь

🦚🦚🦚

      Диппер думал, что его начнут избегать после случившегося, однако Сайфер выбрал лучшую тактику времен и народов – просто делал вид, что ничего не произошло. Убедившись в очередной раз в чужой гениальности, Дипперу пришлось делать то же самое, хотя внутренняя тоска и обида увеличивались с каждым днем.       После побега вожатого Пайнс долго пялился в потолок, переваривая случившееся. Анализируя внезапно вспыхнувшие чувства, парень пришел к выводу, что засматривался на Билла с самого начала знакомства. Глубоко внутри он давно догадывался о своей тяге к вожатому, но постоянно отнекивался, не веря в столь сумасшедшие вещи. Значит, не такой уж он и натурал, как думал изначально, примерно, с самого рождения.       Если рассуждать логически, то, раз уж Билл поцеловал Диппера, значит, и его тянуло к нему, но в физическом плане. Загвоздка в том, что Пайнсу хотелось всего и сразу. Как можно испытывать сексуальное притяжение к тому, кто тебе не нравится?       Они ни разу не говорили о случившемся. Казалось, что неловкость испытывал один лишь Диппер – Билл вел себя как ни в чем не бывало, шутил и гримасничал, из-за чего становилось еще больнее. Тому будто было плевать, в то время как Диппер переживал внутри себя бурю эмоций. Он не мог начать разговор, потому что боялся услышать резкий ответ.       Разве что-то было?       Мы просто поцеловались, не более.       А ты надеялся на что-то большее?       И это бесило до зубного скрежета и головной боли. Хотелось придушить Билла, заодно и себя. В его размеренной жизни резко произошел взрыв под названием «Билл Сайфер», принесший на место привычного спокойствия хаос и раздражение.       После поцелуя Диппер обратно переселился на пол, надеясь, что Билл заберет обратно, и они, наконец, поговорят. Но тот и не думал это как-то комментировать. С каждым днем состояние парня становилось только хуже – гнев и апатия превратились в гадкий ком, клубящийся глубоко внутри. Не хотелось никого видеть, даже Мейбл вызывала непривычное раздражение. Он не замечал резкие провалы в памяти, все время отсиживался на чердаке, и самое обидное, что Билл его больше не искал. Диппер не рассказывал о своем шатком состоянии. При малейшем желании раскрыть рот накатывали лень и усталость.       Сегодня пожаловала проверка, из-за чего весь лагерь стоял на ушах, и целый день Билл проводил с какой-то девушкой, которая, судя по всему, являлась его давней знакомой. Они много болтали и улыбались друг другу, и Дипперу было больно видеть, что он такой не с ним. Не такой расслабленный и веселый. Когда блондин проходил мимо, даже не удостоив его взглядом, внутри будто что-то треснуло.       Это зависть? Или злоба? А может быть, ревность?       Упав на матрас и завернувшись в одеяло, Диппер равнодушно рассматривал потолок, ожидая прихода Билла. Когда за окном наступила ночь, он прикрыл глаза, переставая надеяться.       Он больше не хотел бороться. Едва сдерживаемые апатия и ненависть наконец-то прорвались наружу, заполняя собой все сознание. Тело тут же расслабилось, будто снова находилось в чужой власти, но ему это все безразлично. Диппер подчинился, чувствуя себя мазохистом, и от этого стало еще горче. Накатившее облегчение он встретил распростертыми объятиями, как и заглатывающую его тьму.       Наступило долгожданное спокойствие.       Он так устал от своих мыслей.

🦚🦚🦚

      Диппер разлепил глаза и невидящим взглядом уставился в потолок. Некогда белый цвет превратился в черно-зеленый, полностью покрытый плесенью. Наконец, до сознания резко дошло, что это не потолок Билла.       Парень завертел головой по сторонам, окончательно приходя в себя, и ощутил затекшее от неудобной позы тело и накатывающий огромными волнами страх. Не нужно быть гением, чтобы понять одну вещь – его определенно взяли в заложники. Привязанные к стулу конечности являлись неоспоримым доказательством.       Ну что, Диппер, поиграл в главного героя очередного сопливого сериала своей сестры?       Начиная чувствовать надвигающуюся панику, Диппер пытался успокоиться и начал внимательно осматриваться. Смотреть было не на что – грязные голые стены, дырявые деревянные полы, жалкое подобие занавесок на выбитых окнах и он, дрожащий от страха мальчик. В абсолютно пустой комнате царил полумрак, делая ее более зловещей.       – Наконец-то ты очнулся! – резко раздался голос в гробовой тишине, заставляя Диппера подскочить. – Я так долго ждала нашей встречи.       Она будто вынырнула из темноты, оказавшись перед парнем так тихо и неожиданно, что он не успел испугаться. И только спустя долгие секунды молчания, пока они пристально разглядывали друг друга, Диппер наконец-то опознал ее голос и все стало на свои места. Значит, из-за нее его жизнь превратилась в какую-то дешевую мелодраму? Он окинул ее ненавистным взглядом, на что женщина громко рассмеялась.       Она невероятно красива. Бордовое длинное платье выгодно подчеркивало бледную кожу и обтягивало соблазнительные изгибы ее тела. Женщина изящным движением откинула назад черные волосы, насмешливо приподнимая брови. От нее исходила одновременно притягивающая и отталкивающая энергетика, так знакомая ему… И запах… Уже привыкший к нему, он не сразу ощутил, что в комнате настолько воняло железом и гарью, что хотелось открыть окно.       Она улыбалась невероятно приветливой улыбкой, но в ее глазах таились равнодушие и пустота. Женщина подошла к нему ближе, из-за чего он мгновенно напрягся, чувствуя всеми фибрами души, что ее нужно остерегаться. Диппер услышал хруст и с отвращением увидел, как женщина прошлась голыми ступнями по стеклу, даже не вздрогнув от боли. Кровавые следы следовали за ней яркой тенью. Она будто демонстрировала свое сумасшествие.       – Привет, Диппер Пайнс, – насмешливо сказала женщина, смотря на него в упор. Голова парня резко начала кружиться, и он прикрыл глаза, стараясь прийти в себя.       – Кто ты такая? – едва волочил языком.       – Есть ли разница? – она игриво провела острым ногтем по его груди и больно надавила. – Эта информация все равно тебе не понадобится.       – Ты хочешь меня убить? – допытывался Диппер, стараясь не дрожать.       Она только усмехнулась и отошла от него. Дышать стало значительно легче.       – Не хочешь сбежать отсюда?       – Как будто мне кто-то даст это сделать, – ехидно ответил Пайнс, уверенно смотря в чужие глаза. – Почему ты охотишься за мной? – и тут неожиданно догадка вспыхнула в голове, и он тут же воскликнул: – Эта каша в голове из-за тебя?!       После пробуждения он почувствовал, будто сняли пелену перед глазами, и разум больше не был омрачен отвратительными мыслями.       – Да.       Они на мгновение замолчали.       – Каждый имеет право знать, за что его убили, – сквозь зубы произнес Диппер, так и не сумев сдержать дрожь в голосе.       – Ты ведь до сих пор не понимаешь, кто мы, – женщина стала нарезать круги вокруг Диппера, каждый раз напрягая, когда оказывалась у него за спиной. – У тебя есть предположения?       – Я думаю, что ты какое-то сверхъестественное существо? – неуверенно ответил Диппер. – Но ты сказала «мы»…       – Ты прав, – она остановилась позади него и вцепилась своими когтистыми руками в спинку стула, из-за чего Пайнса начало потряхивать. – Я сказала «мы».       Женщина склонилась к его шее и громко втянула воздух.       – Ты пахнешь страхом.       Господи, спаси его.       – Мы демоны, Диппер.       Он открыл глаза и выгнул бровь.       – И Билл тоже.       Его взгляд стал скептичней.       – Ты не отрицаешь, что я сверхъестественное существо, но в демонов не веришь, – она смотрела на него, как на больного. – Хочешь, позову своего питомца?       – Нет, нет, не надо! – тут же среагировал он. – Я верю! Верю.       Женщина только посмеялась с чужой реакции и сразу же смолкла. Когда она начала свой рассказ, Дипперу ничего не оставалось, кроме как разинуть рот.       Оказывается, легенда о лесе и храме была далеко не легендой, а самой настоящей правдой, в которой главным героем являлся Билл Сайфер.       – Люди так уверены в том, что раз они чего-то не видят, то этого нет, – высокомерно хмыкнула женщина. – Вы даже представить себе не можете, сколько всего существует, помимо вас. Мы видим вас, но вы нас – нет. Знаешь, почему это здание до сих пор цело? – она понизила свой голос и прошептала: – Оно держится на чужих смертях, что пропитали эти стены. Мы здесь не одни, Диппер Пайнс. Прислушайся…       И действительно. Напрягая слух, в гробовой тишине он услышал едва различимый стон, а потом еще один, еще и еще. Чьи-то ногти шкрябали стены, и по спине вмиг пробежались мурашки ужаса. Он зажмурился и старался абстрагироваться от леденящих душу звуков. Очевидно, похитили его не просто так, а с какой-то целью, которую и преследует сейчас женщина, тянувшая время.       – Билл был одним из могущественных демонов, и на его место стала пробиваться я, – она в очередной раз наклонилась к нему, давя своей аурой. – А я ненавижу проигрывать. Мы стали соперниками. Он смотрел на всех свысока, и на меня в том числе. Каждую нашу битву он сдерживался, будто игрался со мной, – женщина в ярости сжала зубы. – Это было подобно плевку в лицо! Наверняка ты задаешься вопросом, чем же занимаются демоны. Забирают людские души? Отправляют грешников в Ад и варят в котле? Отчасти это правда. Мы выполняем людские желания за плату, только и всего. Нам необходим магический портал, что выглядит как круг, чтобы попасть в ваш мир. Когда вызвали Билла, я наступила на тот же круг, перемещаясь вместе с ним, но круг такой мощности может выдержать только одного. Получился сбой, о котором Билл не сразу догадался. Он истратил практически половину своей силы, чтобы исполнить желание мальчишки, а в вашем мире демоническая сила тратится довольно быстро. Когда он понял, что у него не хватает сил вернуться назад, о-о-о, как же он был зол, – ее губы растянулись в широкой кровожадной усмешке. – Лицо демона, так любящего власть и силу и потерявшего все, невозможно забыть.       – И что было дальше? – прервал затянувшуюся тишину Диппер, стараясь переварить услышанное как можно быстрее. – Вас же не могли так просто оставить тут?       – Да, – резко ответила она. – Комитет по вызовам действительно пытался решить этот вопрос. Только время у нас течет совсем по-другому, в отличии от вашего мира. Пока те добрались до нас, прошло не одно столетие. Я успела вдоволь поиздеваться над Биллом… Погоняла его по всему Гравити Фолз. Бедолажка пытался сбежать, но не…       Внезапно ее прервал громкий скрип, раздавшийся внизу. Тело женщины тут же натянулось, как струна, и она тихо зашептала:       – Явился…       Женщина исчезла быстро и незаметно. Диппер сидел какое-то время, умирая от ожидания, но он никогда не отличался терпением. Парень боялся лишний раз пошевелиться, думая, что за ним наблюдал сторожевой пес демона, но гробовая тишина переполнила чашу терпения. И вот, в следующее мгновение Диппер лежал на осколках, что так больно впились в кожу, и резал крепкие веревки, иногда промазывая в спешке, из-за чего руки заскользили от крови.       Если сейчас он встретится с тем монстром, то точно не зассыт, несмотря на дрожь в коленях. Он мужик, не кисейная барышня, в конце концов, не обуза, и сам может справиться!       С кряхтением поднявшись на затекшие ноги, он быстро размял тело и усиленно начал думать, строя план действий. Но в голову ничего не приходило, поэтому, сжав яйца в кулак, Диппер храбро двинулся к лестнице. Помирать, так помирать! Главное – героем.       Но никто его не встретил: никаких демонов, призраков, упырей, или кто тут еще водился?       Ничерта не видя перед собой, Диппер вцепился за перила, как за спасательную соломку, и медленно двинулся вниз. По мере приближения он начал слышать голоса и максимально напряг слух, молясь, чтобы старые ступени не заскрипели под его весом. Остановившись, Диппер узнал голос Билла. Кто бы сомневался? Кобель решил вспомнить о нем? Парень мотнул головой, отгоняя никому ненужную ревность. Уж точно она не к месту.       – Не думала, что тебя заденет человек, – издевательски смеялась женщина.       – Не твоего ума дело, – голос Билла сквозил такой злостью, которую Диппер слышал впервые.       – Мне просто интересно, почему ты влюбился именно в него. Ты испробовал самый красивых, сильных и богатых и теперь решил остановиться на обычном простолюдине? – продолжала глумиться она, озвучивая мысли Диппера.       – Он не простолюдин…       – Да-да. Каждый раз забываю, что этот мальчишка Третий.       В тишине раздался тяжелый вздох.       – Зачем ты им манипулировала и впутала во все это? Ты могла выбрать любого ребенка, как и каждый год, но сейчас решила поиграться, да?       – Бедный мальчик оказался здесь из-за тебя… Стоило ему ослабить защиту, как твои жалкие письмена стали бесполезны. Дай-ка подумать, – она постучала пальцем по подбородку и тихо добавила: – Боялся, что его чувства неискренни, а лишь плод моей работы?       – Ты ведь просто захотела выманить меня? – проигнорировал ее слова Билл. – Ты своего добилась, я перед тобой. Чего ты хочешь? Прекрасно ведь понимаешь, что даже если и убьешь его, то в Аду тебе не место. Ты нарушила закон, и тебя ждет казнь.       – Но убить его можешь ты, – усмехнулась женщина, почувствовав присутствие парня, – и вернуться домой. Мы ведь оба знаем, как ты этого хочешь.       Билл непонимающе скривился, но Диппер не мог этого видеть. Также он не мог знать, что Сайфер еще давно отказался возвращаться в Ад, потому что жизнь среди людей отчего-то полюбилась. Сердце парня ускорило свой ритм, и все стало на свои места. Диппер довольно наивен в том, что говорили другие, поэтому и избегал людей. И вот сейчас, услышав чужие слова, он почувствовал, как все ухнуло вниз. И без того маленькая надежда на взаимность растрескалась на куски с такой силой, что его временно дезориентировало, и он не слышал продолжение разговора.       Диппер вздрогнул, когда раздался громкий стук, и понял, что те, пока он витал в облаках, перешли от разговоров к драке.       – Я убью тебя, Сайфер, и твоего гаденыша тоже! – рычала женщина, нанося удары.       Ей больше некуда идти. В аду ее ждала казнь, поэтому не было смысла возвращаться. Единственная цель, которую она преследовала с самого момента появления в мире людей – победить Билла, вырвать его сердце и растоптать на глазах у мальчишки.       Но Билл, несмотря на долгое отсутствие тренировок, уворачивался от каждого удара, чем сильнее разжигал чужую ненависть. Усмешка исчезла, на ее место пришли сжатые в тонкую полоску губы, яростный взгляд и неконтролируемая злость.       Диппер же сидел в раздумьях, закусив губу. Он едва подавлял в себе желание вмешаться, потому что прекрасно понимал, что будет только мешать и может все испортить. Но все сомнения сразу же ушли на второй план, когда он услышал неожиданный лязг металла. Тело двигалось само по себе, не слушая доводы разума, и выскочило из укрытия.       Когда глаза зацепились за прижатый к горлу мужчине нож, Диппер кинулся на женщину и свалил ее на пол.       – Хватит!       Женщина тут же пришла себя, пыталась скинуть, но Диппер крепко держал ее руку, сжимающую нож. Билл смотрел на него округлившимися глазами.       – Чего вылупился? – показал зубы парень, громко сопя от усилий. – Я себя убить не дам, понял?       – Что?... – тупо переспросил Билл, продолжая смотреть на два пыхтящих на полу тела. Когда женщине удалось оттолкнуть Диппера, блондин мгновенно оказался рядом и прикрыл его собой. – Что ты имеешь ввиду, Сосенка? – в голосе проскользнула злость, и Пайнс понял, что сам нарвался. Нечего было выскакивать в самый разгар битвы.       – Я все слышал, – весь боевой настрой сошел на нет. – Что ты хочешь вернуться домой, убив меня…       Диппер прекрасно осознавал, что сейчас не время для разборок, но так хотелось услышать чужой ответ, твердое «нет», и он с надеждой посмотрел на Билла.       – Что за бред ты несешь, – раздраженно кинул мужчина, внимательно наблюдая за подходящей женщиной. – Не слушай то, что она тебе говорит…       – Даже то, что я тебе нравлюсь?...       Билл замер, охреневая с двух вещей: с самого вопроса и непривычно робкого голоса вечно строптивого Пайнса.       – Так, хватит болтать! А ну быстро в сторону метнулся и сиди там, пока не разберусь!       И Диппер беспрекословно послушался, снова сбегая на лестницу, и непонятно от чего – от сковавшего его смущения или же жгучего стыда.       Убедившись, что Сосенка в укрытии, Билл перевел взор на женщину, понимая, что вмешательство Диппера разозлило ее пуще прежнего. Краем глаза он следил и за парнем, ведь противник не постыдится воспользоваться грязными приемами. Почему Сосенка вечно все усложнял?...       Когда руки женщины загорелись красным, Билл понял, что момент, когда он мог ее по-быстрому убить, был безбожно просран.       – Я думал, что ты бережешь оставшиеся силы, как зеница око, – пыхтел он, едва успев увернуться от первого заклинания. Кажется, плечо все же задело…       – Слишком хочу убить тебя, чтобы жадничать.       Оба знали, что по сравнению с их прошлыми боями, эта была битва инвалидов – ни сил, ни магии, ничего.       – Ну? – теперь настала очередь Билла ухмыляться. – Покрасовалась? Едва дышишь.       Женщина с трудом стояла на месте и скалилась.       – Я ненавижу тебя! Почему всегда все по-твоему?! – начала кричать, поднимая нож, и снова кинулась вперед. Только вот Билл прекрасно знал, что она становилась непредсказуемой в моменты особой ярости. Когда он уклонился и практически схватил ее руку, она ловко перекинула нож в другую и смачно прошлась лезвием по щеке, оставляя глубокую рану. Мужчина тут же почувствовал горячую жидкость, стекающую вниз, но не обратил на нее внимания. Противник отскочил в сторону и начала двигаться быстрее. Билл понял, что еще чуть-чуть и он сдаст позиции. И ладно уж он, тысячелетний старикан – Сосенку, что так жался к перилам и со страхом в увлажнившихся глазах наблюдал, уж больно жалко.       – Совсем с ума сошла. Не даешь даже выдохнуть, – вытер пот со лба и зашарил в карманах, чувствуя странное головокружение.       Погрузившись в такие страсти, он абсолютно забыл, что и сам пришел с оружием.       – Это… кухонный нож?       Диппер словил фейспалм и прикрыл глаза.       Я влюбился в клоуна.       – Откуда в лагере для детей и проблемных подростков, – мужчина красноречиво стрельнул глазами в парня, незамедлительно получая в ответ средний палец, – оружие? Я использую имеющиеся возможности по максимуму!       Теперь уже уклонялся от лезвия не один Билл. Женщина успела получить в плечо и руку из-за своей неосторожности и спешки, пока Сайфер терял кровь из раны на щеке. Они махались ножами, как младшеклассники, и битва никак не настраивала на серьезный лад.       – Не знаю, смеяться мне или плакать, – уныло тянул Билл.       – Заткнись!       – Мне никогда не нравились истеричные женщины…       Когда Билл понял, что больше не вывозит, перед глазами начало все плыть. Догадка неожиданно всплыла в голове.       – Сука… отравляющее заклинание…       Диппер почувствовал, как сердце ухнуло вниз при виде оседающего на пол Билла. Женщина, не теряя времени, крепче сжала нож и вонзила его по самую рукоятку, наслаждаясь мягкостью поддающихся лезвию тканей.       – Я вспомнил твое имя, – продолжал нарываться и ухмыляться Билл, будто не он был проигравшим. – Ламия?...       – Чтобы ты вспомнил, нужно было пырнуть тебя ножом? – скалилась женщина, круча лезвием по оси. Мужчина тут же застонал и прикрыл глаза.       – Ну уж извини. Я намеков не понимаю, со мной надо прямо.       Ламия вытащила нож, и пол вмиг залился темной жидкостью.       К горлу подкатил огромный ком, и Диппер медленно осел на ступеньки, не в силах и шевельнуться. Он неотрывно смотрел на любимого человека, которого постепенно покидала жизнь.       Неожиданный тихий шепот начал нарастать в голове, становясь оглушающим, и Диппер не мог разобрать слов. Он держался из последних сил, не упуская из виду Билла, но сознание померкло и погрузило его в темноту.