V. Злая судьба

       Альмандин       Я беззвучно плакала в подушку. Рядом уже заснул Нефрит. Он не так сильно расстроился — в конце концов, с Землей его связывала только я. Если раньше у него и были там близкие люди, то они давным-давно безвозвратно сгинули.       Как такое могло случиться? Почему? Один и тот же вопрос, одну жалобу я прокручивала в голове каждые несколько минут с тех пор, как Усаги упала на колени посреди оледеневшей улицы.       Я вытерла слезы, перевернулась на другой бок и стала разглядывать профиль Нефрита. Девять десятых моей жизни занимал он, мои обязанности в Темном королевстве и… Моя ладонь скользнула на живот. Но была и другая часть: мама и остальные родственники, друзья из прошлого. Прости, мамочка. Я обещала, что ты увидишь внуков. Думала, времени еще предостаточно. Быть может, она их еще встретит. Только они уже вырастут. Еще бы — тысяча лет пройдет. Но хотя бы мы с Нефритом по-прежнему вместе. Даже не представляю, что должна чувствовать Усаги…       И не знаю, что мне сделать для нее. Усаги отказалась от ужина и заперлась в своей комнате. Наверняка ей так же паршиво, как мне было пару секунд назад. У нее есть все основания раскиснуть, да и одна пропущенная трапеза не повредит ей, но я забеспокоилась, что станет с ней и Чибиусой, если Усаги продолжит голодовку. Если даже у меня так погано на душе, то она, поди, вообще на грани самоубийства, и выкидыш станет последней каплей. Надо присматривать за ней в оба. Хоть будет, чем заняться. Работа — лучшее противоядие от депрессии.       Какое право я имею страдать, когда Усаги потеряла намного больше, чем я? А Куприт? Насколько показала диагностика, он лишился зрения полностью. А подозрительный кристаллотворец с Темной Луны, которого притащил Кунцит, так и лежит в коме и не думает приходить в себя. Потерять любимого, здоровье, жизнь в некотором роде… Да я везунчик по сравнению с ними.       Я перекатилась так, чтобы сложить голову на грудь Нефриту, и закрыла глаза. Завтра налягу на дела. Кунцит обязательно найдет нам целый воз и тележку оргвопросов, раз мы снова отрезаны от мира. Лазурит Вне времени       — Ты подвела меня, — произнес Мудрец. Странная акустика окружающего пространства делала его голос звучнее, чем обычно.       — Да, — признала я и, склонив голову, опустилась на колено перед ним. Я разглядывала мозаику разноцветных отблесков на серости под ногами и пыталась не думать, что произойдет дальше.       Странное это место. Зачем Мудрец привел меня сюда? Я-то думала, он утащит меня обратно в будущее, покаяться в провале перед принцем Алмазом. Или Мудрецу надоело притворяться? С первого же раза, когда я видела их вместе, я поняла, что Мудрец лишь делает вид, что служит Алмазу. Удивительно, как сам принц этого еще не заметил.       — Как же мне поступить с теми, кто подводит меня, а, Лазурит? Ты… А-ах-х — внезапно фигура в плаще скрючилась, хватаясь за живот. Каменный шар, обычно парящий в воздухе перед ним, со звоном покатился по серой неопределенности. Я не посмела встать и предложить помощь. На Немезисе все, кто имел наглость заглянуть под капюшон Мудреца, умирали.       — Что с вами?       Он медленно выпрямился.       — Треклятый кристалл девчонки с Луны, — прохрипел он. — Рану до сих пор жжет…       Я ничего не ответила, задумавшись над его словами. Девчонка с Луны… Сэйлор Мун на него напала? Когда это она успела? Неужели Мудрец отправился вслед за Рубиусом в более ранний период, когда надлежало уничтожить сэйлор-воинов?       — Тебе повезло — ты еще пригодишься, — добавил Мудрец. — Отправлю к тебе остальных выживших. Лазурит, охраняйте это место ценой жизни.       В удивлении я подняла голову и оглянулась. Мы находились в сером пространстве неопределенных размеров. В его центре поднимался столб белого света — обычное визуальное проявление неимоверно мощного барьера. Впрочем, иногда сияние мигало, словно часть заклинания повреждена. А пол между нами и белой поверхностью был выложен кристаллами. Сотнями кристаллов. Камни душ всех немезианцев и всех кристаллотворцев из Анклавов (кроме Пиропа — где он, кстати? Я считала, что он должен был бросить выдавать себя за Цоизита, как только понял, что произошло с Землей в двадцать первом веке) со времен Серебряного тысячелетия. И мой тоже. Только зачем они понадобились Мудрецу?       Он повернулся к белому столбу, наблюдая за миганием света, сквозь которое то и дело проглядывало то, что стояло в центре огороженного пространства.       — Пять тысяч лет… — прошептал он, и снова я почувствовала, что эти слова не предназначались для меня. — Пять тысяч лет со дня создания, больше двух тысяч лет с его смерти — и только сейчас барьер стал слабеть. Его не должны поднять заново.       Я поежилась. Не думала, что голос способен выражать столь глубокую ярость и ненависть. Когда Мудрец обернулся ко мне, свет барьера упал под его капюшон, и мне почудился отблеск на бледной кости голого черепа.       — Оставайся здесь, — приказал он. — Я скоро вернусь. Демантоид 10 апреля 2002 г.       Время подступало. Я ощущал его приближение.       Предчувствия всегда приходили ко мне, как надвигающаяся буря. Как странное покалывание, словно перед грозой. В качестве побочного эффекта я всегда ошибался в прогнозах погоды, но это невеликая беда. А сейчас… Непонятно, как я мог чувствовать то же самое, не имея тела, но факт оставался фактом.       А потом молния ударила, и ко мне пришел Ответ. Я мгновенно осознал причины событий, которые я запустил двенадцать столетий назад. Я понял, что подвигло меня создать Серебряный кристалл, зачем мне понадобилось сохранять личность в этом месте и времени. Раньше я просто чувствовал, что так надо.       И скоро остальные поймут тоже.       Скоро. Куприт       Ой-ой-ой. Снова голова раскалывается. Я что, опять вырубился? Да за что мне такое наказание…       Затем я еще немного проснулся и вспомнил. Цоизит. Джаспер. Пироп. Синеволосая женщина. И посох, будь он неладен. Еще бы голова не болела. Я сделал вдох и ощутил уже знакомую холодную сырость. Вернулись в Темное королевство. Только хорошо это или плохо?       Наконец я открыл глаза. Вокруг стояла полная тьма. Что и следовало ожидать. В прошлый раз меня тоже оставили в темноте. Со вздохом я зажмурился и полежал еще немного, прежде чем с трудом сесть в постели, чтобы дотянуться до шара в стене. Я потер выключатель, огляделся…       Никаких изменений. Тьма абсолютная. Или не совсем? Я прищурился. Что-то такое угадывалось… Ага! Слабое красно-фиолетовое свечение от… так, от чего оно исходит? Я видел все не в фокусе. Медленно изображение сложилось в пять пальцев на чем-то темном, с зелеными прожилками. Моя рука. И стена. И что это?       Как зачарованный, я поднес другую ладонь почти к носу и стал ее разглядывать. Самое яркое свечение исходило из точки в центре ладони, ровно в том месте, где с ночи в гостях у Сэйлор Мун остался ожог. Светлая прожилка поднималась вверх по руке. Остальное тело выглядело бледнее, подушечки пальцев почти не видны, и все тело покрывала сеть тонких серых линий.       Постепенно видимость улучшалась. Стены оказались темно-зеленые, почти черные, с более светлыми прожилками, шкаф и кровать — совсем темные. Сквозь одеяло я различал красно-лиловое свечение своего тела. А ниже, рядом с кроватью, но за пределами прямой видимости, лежало что-то жутко яркое. Я наклонился посмотреть.       Свечение, наверно, было ослепительным. Я зажмурился, но легче не стало. Так что я сдался и решил определить предмет на ощупь. Рука наткнулась на знакомое, гладкое тепло. Мой посох, Ну, то есть, посох Сэйлор Плутон. Сначала он показался мне белым, но, рассматривая его пристальнее, я заметил, что на самом деле он переливается всеми мыслимыми и немыслимыми цветами разом.       Я перевернулся и зарылся лицом в подушку, чтобы странный мир наконец-то исчез. Что это? Что за чертовщина со мной творится? Что я вижу? Или… не вижу? Наверно. Не знаю. Может, это как-то связано со зрением. Та вспышка, когда я замахнулся на Пиропа… она меня ослепила? Или сделала что-то такое, чему и названия нет?       Так, разберемся. Что светится? Я, посох и еще стены, но еле заметно. И все это магические объекты в том или ином смысле. Совершенно обычные кровать и шкаф не испускают собственного сияния и почти не отражают чужой свет. Так, еле-еле, я едва могу разобрать, что они там. Я что, «вижу» магическую энергию?       Тут я вспомнил серые глазницы моего двойника из будущего и содрогнулся. Вот ведь дар с проклятьем пополам. Или… может, я лишился зрения временно, и потому моя восприимчивость к энергиям заняла место обычного зрения, пока глаза в норму не придут? Надеюсь. Господи, пусть оно так и будет!       Снова я протянул руку погладить посох, неохотно, но мне нужно было его успокаивающее тепло. А что с остальными? Меня, очевидно, притащил Кунцит. Джаспера тоже, наверно. А что насчет Пиропа? Неужели его оставили на корабле?       Я сбросил одеяла и встал, опираясь на посох. Надо выяснить, что случилось с моим другом. С такими мыслями я пошарил в шкафу и натянул серую униформу. Даже для моего восприятия она выглядела серой, и на ней тускло мерцало какое-то местное заклятье. Защита, что ли? А, какая разница.       Одевшись, я толкнул дверь. Надо спросить дорогу у йом. Но сначала надо до этих йом добраться.       Я не знал, будет ли от меня прок, но я не мог оставить лучшего друга расплачиваться за мои ошибки. Пироп       Я покрутил ледяной ком в руках. В упор не понимаю, что случилось.       Вскоре после возвращения в Темное королевство Кунцит без раздумий приказал мне разобраться, каким образом Земля оледенела, вручил мне образец льда и отбыл на совещание с генералами Нефритом и Жадеитом и рогатой зеленой йомой-командиром, как ее там, Зантиса, что ли? — и с тех пор я его не видел. Причем он явно ожидал, что я сумею справиться с порученным заданием и займусь им с удовольствием, потому я взял образец и скрылся в личной лаборатории Цоизита. Вернее, забился в заброшенную часть дворца, где отловил йому и выдрал из ее мозгов сведения о плане местности, после чего уже решил перепрятаться в лабораторию принца-консорта. И не покидал ее даже на ночь. Я все еще боялся представить, что случится, если Кунцит решит зайти дальше поцелуев, так что для здоровья полезнее работать круглосуточно.       Время шло, и мне все меньше нравилась идея с подменой Цоизита. Да, Кунцит мне нравился, но и пугал еще больше. Как и осознание того, что мне надо совершить на самом деле.       Холод льда снова обжег ладони даже сквозь перчатки Цоизита, хотя на них и была наложена защита от холода. Неудивительно для того, кто обожает использовать ледяные кристаллы в качестве оружия. Со вздохом я положил обломок неправильной формы обратно и закинул ноги в сапогах на исцарапанный стол. Понятия не имею, как заклятье стабилизации, которое удерживало корабль Лазурит в этом времени, вывернулось настолько, что покрыло всю планету льдом.       Зашевелилось у меня подозрение, что к катастрофе причастен жезл, который Куприт таскал с собой. Я в очередной раз обругал себя за то, что не спросил у Лазурит, с чего Мудрецу так важно убить моего приятеля, чтобы покорить человечество. Может, из-за жезла как раз? Сам по себе Куприт трус и не опасен, пусть даже инициация в Темном королевстве увеличила его силы, как вливание энергии Темной Луны сделало сильнее меня.       И вот этот Куприт успешно отбился от неудачника Гроссулярита, который сейчас лежит где-то в запертой комнате в доме Нефрита. Его пока что разбудить не удалось, и я подозревал, что сознания он лишился насовсем. Когда я помогал дотащить его, внутри него я ощутил только абсолютную пустоту. Но меня это не слишком опечалило. Блондин был высокомерным, несносным сукин-сыном, как большинство офицеров Темной Луны из тридцатого века. Но с его смертью мне придется подкорректировать планы. Куприта все равно надо убить, прежде чем он совершит что-то-там-важное. Но теперь я должен справиться в одиночку, и желательно самому при этом не погибнуть. И не окаменеть в критический момент. Куприт ведь был моим другом… нет, лучше не вспоминать лишний раз. Я на задании, и вряд ли туманное зло Темной Луны позволит мне отказаться от миссии, особенно из-за дурацких эмоций. А еще не охота снова ощутить, как раскаленная кочерга ворошит мозг, как обычно случалось при проявлениях сантиментов с моей стороны.       Тут мне пришла в голову забавная идея. А Куприт-то знает, что ударил не меня? Вдруг, если очень-очень повезет, он от шока в ту же кому свалится?       Как же, размечтался. Я убрал ноги со стола. Пожалуй, самое время проведать невезучего кузена.       Коридор за мастерской Цоизита был освещен очень скудно. Оглядевшись, я обнаружил причину: светящиеся грибы, украшавшие потолок почти везде в Темном королевстве, здесь поредели, и многие окрасились в бурый цвет вместо здорового зеленого сияния. Похоже, принц-консорт по какой-либо причине не успел вызвать ремонтную бригаду йом для устранения проблемы, прежде чем, хм, пропал без вести. Мне обратиться в техобслуживание, что ли? Но после вчерашнего обеда я не хотел никаких напоминаний о грибах. И вряд ли сегодня на обед будет что-то другое. У Кунцита не было времени запастись провизией, прежде чем Земля покрылась льдом.       Невеселые размышления настолько поглотили меня, что я врезался в кого-то, вышедшего из-за угла. Кого-то невысокого, в сером и с жезлом. О, Куприт. По последним данным от Альмандин, он еще был в постели и вряд ли снова мог прозреть. Видимо, она ошиблась… или нет? В его серых глазах я не различал зрачков.       — Что-то высматриваешь? — спросил я, заметив иронию в своих словах только после того, как произнес их.       — Вроде того, — ответил он немного хрипло, как после сна. — Я… Должно быть, это вы с Джаспером нашли меня. С нами еще кто-нибудь был?       — А если и был, то что с того? — ага, он ищет меня, или, по крайней мере, того, кого принимает за меня. Искреннее братское беспокойство. Как… непривычно. Но все равно где-то внутри кольнуло легкое беспокойство, которое даже хватка тьмы не могла заглушить полностью — осознание, что когда-то я дружил с этим парнем и должен ощутить хоть что-то, кроме готовности хладнокровно убить его.       — Он мой кузен. Пироп. Наверно, Темная Луна завербовала его. Скажите, вы же не оставили его там?!       Я помотал головой, гадая, увидит ли он мое движение.       — Он в доме Нефрита. Альмандин хотела приглядеть за ним. Но никто не уверен, что он еще очнется. Если хочешь, провожу тебя туда.       Интересно, что он станет там делать.       — Спасибо. Спасибо огромное, лорд Цоизит.       Я еле удержался, чтобы не оглянуться посмотреть, где спрятался зеленоглазый принц-консорт. Цоизит, Цоизит, Цоизит, повторял я сам себе. Это теперь твое имя! Никакого Пиропа ты знать не знаешь!       Даже с допингом темной энергии мне едва хватило сил телепортировать нас обоих. В доме Нефрита мне пришлось привалиться к косяку, чтобы не рухнуть. Куприт рванулся вперед и вдруг остановился с растерянным видом. Похоже, даже он понял, что мужчина, над которым склонилась Альмандин, беседуя с Сэйлор Мун, — это не я.       — Ты еще не выяснила, как обратить заклинание вспять? Или хотя бы что оно из себя представляет? — спросила у нее подавленная Сэйлор Мун.       — Нет, не разобралась, — Альмандин покачала головой. — А твои исследования как поживают? — обратилась она ко мне.       — Увы, ничего нового, — ответил я. — Судя по всему, заклинание изначально стояло на том фрагменте кристалла на борту корабля Темной Луны и вроде как удерживало его в прошлом. Когда мы с Кунцитом разрушили кристалл, заклинание дестабилизировалось, да еще Куприт со свой игрушкой добавил спецэффектов к бардаку. Если подумать, вполне логично: заклинание стазиса просто расширилось, охватив всю планету. Но это лишь догадки. Вряд ли мы когда-либо узнаем это наверняка, — я резко замолчал. Идиот, разболтался тут. У Цоизита голос чуть выше моего, у меня горло устало изображать его тембр. Не хватало еще охрипнуть в самый неподходящий момент.       Куприт отчетливо позеленел.       — Хотите сказать, это я виноват?       — Мне почем знать? — ответил я вполголоса и изобразил покашливание. Мой кузен потерял интерес к беседе и подошел к Гроссуляриту.       — Леди Альмандин, кто это? — спросил он. — Он не похож на того, кто напал на меня. Во-первых, он слишком высокий.       — Джаспер говорит, что это тот самый тип, — пожала она плечами. — Наверно, он пользовался иллюзией, когда говорил с тобой, и иллюзия рассеялась, когда он потерял сознание.       Про себя я вздохнул с облегчением. Пока Куприт не задает ненужных вопросов, мое прикрытие в безопасности. Альмандин       — Нам нужны ответы, — возмущался Цоизит, — и если ты не поторопишься разбудить нашу «спящую красавицу», вряд ли мы узнаем что-то новое.       Взгляд его показался мне странным. Слишком дерганым даже для него. Я насупилась и мысленно послала сигнал по связи Цепи, соединяющей наши сознания, но не получила отклика, словно Цоизит был где-то далеко-далеко. Или отгораживался от меня. Вчера вечером Нефрит упоминал, что ручной хорек Кунцита как-то необычно себя ведет, но Цоизит всегда был скрытным и странным. Наверно, они с Кунцитом что-то замышляют, но пока не хотят нас посвящать.       — Значит, не видать нам ответов, — мотнула я головой. — С ним вроде как все в порядке — он просто не просыпается. Я уже перепробовала все, что в голову пришло, но безрезультатно. Такое впечатление, что у него, так сказать, никого нет дома.       — Ты имеешь в виду, что ему стерли сознание? — уточнил он. Что-то он сегодня еще более бестактен, чем обычно. И почему он отказывается от контакта по Цепи? — Но разве это не убило бы его?       <Необязательно, — ответила я, стараясь оставить хоть немного надежды. — Бывают же случаи, когда люди живут в коме годами на искусственном жизнеобеспечении, так и не приходя в себя… Единственный способ выяснить правду — попросить Жадеита препарировать его сознание, но я морально не готова на такой шаг>.       — А как ты думаешь, что случится, если я использую Серебряный кристалл на нем? — подала голос Усаги. — То есть, вдруг это усыпляющее заклятье Темной Луны? На мне они применяли что-то похожее однажды.       Я вздохнула. Ох, Усаги, Усаги… Восемь лет прошло, а ты почти не изменилась.       — Серебряный кристалл его убьет, — вмешался в разговор Цоизит. Как мне показалось — с необъяснимо сильным страхом. Или только показалось?       — Это кристаллотворца Темного королевства убьет. А я Сестер-преследовательниц с Темной кристаллом очищала, и они не пострадали.       — Они не были кристаллотворцами, — возразила я. Когда-то я осматривала Петц и Бертье и обнаружила, что они обычные люди с каплей магического дара. Как усагин любимый Мамору. — Но… Не знаю. Может, стоит попробовать. Хуже ему точно не станет.       — С чего вы… — заговорил было Цоизит, но Усаги подняла руку с брошью раньше, чем он успел закончить фразу. Я выставила защитный барьер на нас обоих и приготовилась.       — Исцеляющая сила…       <Стой!>       Голос был смутно знакомый, хоть в последний раз его обладатель подавал признаки жизни очень давно.       — Демантоид, это вы? — прошептала Сэйлор Мун неуверенно. Она что, тоже его слышит?       <Выслушай меня, о Сэйлор Мун, — продолжал речь дух из Серебряного кристалла. — Твоя подруга права — Серебряный кристалл убьет того, кого ты желаешь спасти. Помести же кристалл на грудь павшего и отойди назад. Поспеши!>       <Что ты замышляешь? > — вмешалась я.       <То, что должно. Этого кристаллотворца уже не спасти ничем, но…>       Усаги успела выполнить его просьбу и шагнула назад.       <А сейчас все закройте глаза>, — потребовал Демантоид.       Я немного замешкалась и успела заметить, как кристалл загорелся зеленым, свечение изогнулось дугой и коснулось лба типа с Темной Луны. А затем мой рукав закрыл мне обзор, но не смог заглушить белую вспышку. Потом сияние потемнело, приобрело красный цвет и медленно стало гаснуть. Я опустила руку.       На кровати лежал уже не блондин — другой мужчина, более высокий, со светло-зелеными волосами, с одной стороны обожженными. На нем был помятый стальной нагрудник поверх кольчуги и темно-синего костюма с серебристой отделкой. Когда он сел, потирая виски, как при головной боли, я заметила у него еще и плащ, светло-зеленый с темно-зеленым подбоем. Человек поднял на меня черные глаза и виновато улыбнулся.       <Двенадцать веков я провел внутри сего опостылевшего камня, волосы могли бы и отрасти. Хотя стоит ли удивляться? Это было очень долгое приключение>.       Когда он поднялся на ноги, с одеяла на пол выпало тяжелое серебряное кольцо со светло-зеленым камнем. Демантоид поднял его и надел на палец.       <Мне необходимо поговорить с Кунцитом, — сообщил он нам. — Вам всем предстоит многое узнать>.