V. Злая судьба

       Куприт       — А что происходит?       События понеслись уж слишком быстро, один чужак превратился в другого…       Демантоид пожал плечами и сказал… что-то. Набор звуков, явно не на японском или английском, и не нужно быть гением, чтобы догадаться, что он меня не понял.       <Что тут произошло? — повторил я. Мысленное общение не знало языковых барьеров. — Вы его убили, получается?>       Вот ведь гад! Раньше я об этом не задумывался, но предыдущий незнакомец на кушетке был захвачен с моей помощью, так почему его судьбу решили без меня?! Странное ощущение. Никогда раньше я не считал, будто кто-то живой принадлежит мне. Наверно, воздух Темного королевства оказывает тлетворное влияние.       <Мы поменялись местами, только и всего, — пояснил Демантоид. — Сейчас он покоится в Серебряном кристалле. Ему так будет лучше. Он все равно никогда бы не очнулся. Вы ведь ждали, пока он придет в себя?>       <Вообще-то да>, — ответил я. Я бы предпочел, чтобы тот, первый, понес какое-нибудь наказание за то, что напал на меня.       На мое плечо опустилась рука. Я поднял взгляд на мерцающее пятно света на месте лица, как я воспринимал его измененным зрением. Свет был желтым. Значит, Альмандин.       <Не переживай, — подбодрила она меня. — Все не так уж плохо>.       <Нечего утешать меня, как маленького>, — огрызнулся я.       <И в мыслях не было. Просто все относительно. Чует мое сердце, впереди нас ждет такое, что сегодняшний день раем покажется>.       <Благодарю, — простонал я. — Именно это я мечтал услышать>. Кунцит       Понадобился почти час, чтобы собрать всех. В один момент я уже решил, что Джаспера мы вообще не найдем. Он отгораживался от нас изо всех сил. В конце концов, я отправил на поиск йом. Зантиса смогла его заметить в нижних подвалах старого дворца, недалеко от зала, где валялись осколки сферы, вмещавшей когда-то Металлию. Сейчас Джаспер сутулился в дальнем конце стола, слева от Эмбер, напротив Куприта, а на самом торце расположился Демантоид.       Я специально усадил беглеца из далекого прошлого лицом к себе. Может, он и помогал нам раньше, но полностью я ему все равно не доверял. Даже после гибели Берилл шрамы в наших душах никуда не делись и вряд ли исцелятся в будущем.       С нетерпением я скосился на Демантоида. Ну, что дальше?       <Ваше величество, — приступил он, — я приношу свои извинения, что вынудил вас всех собраться здесь, но нам осталось не так много времени, прежде чем… как это говорилось у смертных? Ах да, ад разверзнется. В прямом смысле>.       — Э-э, ребята, вас не затруднит разговаривать, как нормальные люди? — подала голос Цукино со своего места между Купритом и Альмандин.       <Вы не подскажете мне, о чем она изволит говорить? Я никогда не изучал человеческие языки, а сведений, позаимствованных у ближнего, — Демантоид кивнул на Куприта, — к величайшему моему сожалению, оказалось недостаточно>.       — Сейчас, минуту, — ответил я Сэйлор Мун. — <Жадеит>.       К счастью, внедрение лингвистических навыков проходит быстрее, чем извлечение информации. Я подождал, пока языковая проблема решится, и продолжил речь.       — Ты утверждаешь, что все мы в опасности.       Мы и так знали про опасность, но мне казалось, что он имел в виду совсем не Темную Луну.       — То есть, вам ничего не известно о демонах? — Демантоид выглядел столь же удивленным, как я. — Тогда нам предстоит больше трудов, чем я полагал.       — Д-демоны? — Сэйлор Мун известие явно не обрадовало.       — Пожалуй, «демоны» — не самое подходящее выражение. Скорее, дьяволы. Или злые духи? Темные боги? Впрочем, это не так важно. Вам следует лишь знать, что это могущественные, злобные сущности. Три тысячи лет назад мы запечатали их, чтобы они никому не могли причинить вреда, но сейчас их оковы слабеют. Я полагаю, все вы уже получили представление о возможных последствиях.       — Так ты про демонов из Кровавого тысячелетия? С которыми сражалась королева Феба. И Адамант, — добавил я. Наугад. Нефрит вскинулся, явно досадуя на себя, что сам раньше не разглядел связи.       — А, так вам известно, — Демантоид вздохнул с облегчением, опустил плечи. — Я питал опасения, что…       — Рано расслабляться, — перебил я его. — Человеческие легенды говорят, что все демоны были уничтожены.       По крайней мере, насколько я помнил мифологию Серебряного тысячелетия, ведь письменных источников для сверки не сохранилось.       Светло-зеленые волосы разлетелись, когда Демантоид помотал головой.       — Мы — вернее, наши предки — не имели достаточно сил для этого. Всей мощи Адаманта, даже с помощью королевы Фебы — вашего предка, принцесса Серенити, — кивнул он Сэйлор Мун, но потом снова перевел взгляд на меня, — хватило лишь на то, чтобы заточить их. Странно… очень странно, что вы не ведаете ничего, хотя обитаете в логове демона, хотя сражались с эмпирейцами, созданиями другого демона. Разве Оникс не рассказал вам…       Я хотел переглянуться с Цоизитом, но он смотрел в сторону. В последнее время он часто избегал встречаться взглядом со мной. Боковым зрением я заметил, что Нефрит точно так же, но успешнее, переглянулся с Жадеитом. И последний произнес то, о чем мы все подумали.       — Может, и рассказал бы, если б успел.       Демантоид поерзал, крутя на пальце кольцо с кристаллом души.       — Это означает, что вам неизвестно… Вы и представления не имели, что вам необходимо обновить… О боги света! Нам необычайно повезло, что барьеры продержались до сего дня!.. Прошу прощения, — добавил он, — я изъясняюсь намеками и ничего не объясняю. Все демоны были запечатаны в разных местах. Некоторых, как вашу Металлию, вытеснили в отдельные карманные подпространства. Других, самых могущественных, не удалось изгнать из их родной вселенной и пришлось заточить на изолированных планетоидах. Мы полагали, что они будут дрейфовать в одиночестве в открытом космосе, пока вселенная не прекратит своего существования. Увы, мы забыли посвятить в свои планы демонов, — улыбнулся он с иронией.       — И на Темной Луне заправляет один из этих ваших демонов, — нетерпеливо вмешался Цоизит. — Только я в упор не вижу, как это нам поможет.       Демантоид посмотрел на него искоса и продолжил:       — Тела демонов уничтожены, а сущности — привязаны по одиночке к разным местам, но существовало и две больших, общих сети, наброшенных на всех демонов сразу, чтобы удерживать их, если вдруг падут отдельные барьеры. Столь масштабным заклятьям надобно обладать гибкостью, потому каждое из них привязано к живому носителю и к артефакту одновременно. Увы, одна из больших сетей почти полностью разрушена, и вторая понемногу рассыпается, поэтому некоторые демоны выбрались из своих тюрем. Мы должны восстановить общие барьеры, иначе скоро будет слишком поздно.       — Лады, что у нас получается, — заговорила Сэйлор Мун. — Фантом Смерти — а я-то думала, что уничтожила его Серебряным кристаллом несколько лет назад — так вот, это демон, которого моя пра-пра-офигеть-сколько-прабабушка в древности помогла уделать одному из ваших предков, и сейчас вы просите вот этих ребят помочь вам запихнуть его обратно в клетку вместе с целой кучей его собратьев?       — Все верно, но я обращаюсь не только к ним. Ваша помощь мне также будет потребна.       — Моя помощь? Почему?       Я нередко видел Усаги недоумевающей, но чтоб настолько…       — Потому что одну из этих сетей несла в себе правящая королева Луны. Адамант, вероятно, решил, что безопаснее будет оставить один ключ кому-нибудь помимо кристаллотворцев, и Феба добровольно позволила использовать себя и своих потомков. Адамант закрепил барьер на ней, а затем создал отряд сэйлор-воинов, чтобы они охраняли ее и ее династию. Ваша мать, королева Селена, была последней из рода, кто принял на себя этот наследственный долг.       — Так вот почему Металлия внушила Берилл, что надо убить королеву Луны, — размышлял я вслух. — А что с другой сетью?       — Ее Адамант привязал к себе. После его смерти она должна была перейти к другому, но действующее заклятье отнимает часть потребной энергии у кристаллотворца-носителя, а большинство из нас, даже Центры, не обладало достаточно большой для заклятья силой. Я не предполагал, что кто-либо сможет сравниться с Адамантом, но потом увидел вас, — и он посмотрел мне прямо в глаза. — Кунцит, вы немного до Адаманта не дотягиваете, но вашей силы должно хватить. Надеюсь на то. Иначе всем нам конец.       Сомнительный комплимент. Я не хотел провести жизнь в роли батарейки какого-то древнего, мощного барьера. Я хотел править Темным королевством.       С другой стороны, ведь необязательно эти два занятия должны быть взаимоисключающими. Наоборот, если мы хотим выжить, они должны быть чертовски взаимо-в-ключающими.       Как же унизительно обнаружить, что у вселенной есть на тебя свои планы, о которых ты и не ведал. Нефрит       Внезапно некое подозрение закралось мне в голову, и, подумав секунду, я озвучил его.       — Так вы тоже не в курсе? Вы ведь не представляете, что творится вверху, в мире людей, и думаете, что демоны — самая главная наша проблема?       Жадеит должен был додуматься раньше меня. Что с ним творится? А потом я заметил, что хоть он и повернул голову в сторону Демантоида, будто слушал его, но смотрел на самом деле на Джаспера. Я забеспокоился. Между ними буквально ощущалось слабое, но все же напряжение. Нет, их личные отношения меня не касаются, но я их начальник, и если проблемы эти отразятся на качестве работы Жадеита…       — Не главная? — тихо переспросил Демантоид. — То есть, случилось нечто еще более серьезное? Расскажите мне.       — Пожалуй, будет проще показать. С вашего разрешения, лорд Кунцит…       Кунцит кивнул, и я махнул рукой Демантоиду, чтобы он поднялся.       Я телепортировал нас обоих на крышу здания «Сандзёин Энтерпрайз» в Токио. Место не имело значения, просто мне эту точку было проще представить. Хоть я и ожидал, что под ногами окажется лед, но все равно чуть не поскользнулся. Ума не приложу, почему так скользко, ведь воздух слишком холоден, чтобы на поверхности льда образовалась пленка воды. А Демантоид все-таки упал на руки и колени и с трудом удержался, чтобы не растянуться в полный рост. Я скривился, представив, каково ему сейчас в его железяках — мороз, должно быть, пронизывает до костей.       Он пробормотал фразу из шипящих и свистящих звуков (интересно, это и есть настоящий язык кристаллотворцев? У них — у нас — вообще был свой язык? Как же мало мы знаем до сих пор!), но не стал подниматься, а уселся на пол.       — И так везде? — спросил он.       — Или еще хуже.       В первый же день я заглянул в Нью-Йорк, Лондон и еще пару городов, которые посещал Масато Сандзёин. Толщина льда немного варьировалась в разных местах, но в целом картина была одинакова. А кое-где и весьма неприглядна, так как все объекты, что были в воздухе, попадали на землю и разбились, словно их обмакнули в жидкий азот. Все улицы усыпаны шрапнелью из голубей. Я старательно избегал аэропортов. Если когда-либо ледники растают, будет… грязно.       — Теперь вы видите, почем нам следует поспешить, — объявил Демантоид.       — Хочешь сказать, это демоны виноваты? — ответил я довольно резко. Он лишь плечами пожал.       — Заклятье имеет демоническую природу, хотя его форма выглядит искаженной. Но если демоны добились этого случайно, то представьте, на что они способны преднамеренно.       Я лишь криво улыбнулся.       — Вряд ли на данном этапе будет хуже. От того, что мы рассадим демонов по камерам, заклинание не обратится вспять. Нам доподлинно известно, что лед пролежит еще тысячу лет, пока Цукино с Серебряным кристаллом не разобьет проклятье. Теперь скажи, какой нам прок от охоты на демонов в данных обстоятельствах?       — Чтобы не позволить им сотворить то же самое и с вами.       Я отвернулся, но на самом деле он был прав. Нападение — лучшая защита. Элементарное правило войны. Если ты защищаешься, ты ограничен в действиях. А рано или поздно демоны придут и к нам. В наших интересах напасть на них первыми.       <Рад, что до тебя дошло, — вклинился Кунцит. — А сейчас возвращайтесь, пока ничего себе не отморозили>.       На опустевшей Земле стоял такой холод, что даже Темное королевство казалось теплым после нее, а наш дом — не самое приятное место для тех, кто не умеет пользоваться заклинаниями обогрева. Демантоид вернулся за стол, сжав челюсти. Наверно, чтобы зубы не стучали.       — Как я понял, — продолжил Кунцит, когда мы заняли свои места, — у нас три задачи. По возможности Цукино должна восстановить барьер, разрушенный после гибели королевы Луны. Демона, ответственного за появление Темной Луны — Фантом Смерти, да? — он глянул на Сэйлор Мун, и та кивнула, — следует привязать заново к исходному физическому местоположению, которое, полагаю, находится на планетоиде Немезис. А я должен занять место Адаманта и перезарядить второй барьер.       — Однако, есть… некоторые сложности, — заговорил Демантоид, прежде чем Кунцит продолжил речь. — Сэйлор Мун понадобится корона Лунного королевства. Я пребывал внутри Серебряного кристалла и потому сохранил лишь смутные воспоминания о событиях, но имею предположения, что корона осталась под горами руин на Луне. И я не имею ни малейшего представления, к какому предмету был привязан барьер Адаманта или где его искать, но ведомо мне, что этот посох, — он указал на Куприта, — является ключом к его местонахождению. На самом деле посох создали и вверили Сэйлор Плутон с единственной целью — препроводить преемника Адаманта к укрытию ключа барьера, если возникнет такая нужда. Что же до физического барьера на Немезисе… он находится посреди вражеской территории и наверняка хорошо охраняется. К тому же…       — Будь любезен, кончай с театральными эффектами и говори, — огрызнулся Цоизит. Его никогда не было сложно довести до ручки, а в последнее время он стал еще более нервным. Даже мне хотелось выйти из себя, чего не случалось за целую тысячу лет в Темном королевстве.       — Тела демонов были уничтожены, прежде чем их запечатали в локальные камеры, — продолжал Демантоид. — Это фактически стало первой линией обороны — демоны могут покинуть место заключения, только захватив чье-либо тело. А в мире не так много существ, способных выдержать такую магическую мощность. Тело обычного человека, одержимого демоном, сгорит дотла за минуты. К счастью или наоборот, кристаллотворцы прочнее. Если Фантом Смерти разгуливает на свободе, то только потому, что получил тело кристаллотворца. И, возможно, ищет ему замену.       Без разъяснений все поняли, что любой из присутствующих в комнате (кроме Сэйлор Мун) станет идеальным сменным материалом.       — И найдет, что бы мы ни предприняли? — задала вопрос Эмбер.       — Именно так, — Кунцит перебирал пальцами свой кристалл души. — <Мы выбираем из двух зол>.       Его мысль скользнула по соединяющей нас цепи. Предположительно, ее слышали и другие, но я бы не поручился. Цоизит закрыл глаза, и я не мог разгадать его настроения, Жадеит зациклился на Джаспере, а Альмандин… Я чувствовал, что ее уже пару дней что-то беспокоит, что-то помимо того, что стало с ее человеческой семьей и друзьями, но я не понимал, что именно.       — Жадеит и Джаспер отправляются на Немезис, — распорядился Кунцит. — Нефрит и Альмандин сопровождают Сэйлор Мун. Так как у нас есть жезл Сэйлор Плутон и, следовательно, доступ в поток времени, вы вернетесь в Лунное королевство прошлого — если будем копаться в руинах сегодняшнего дня, не успеем найти корону вовремя. Тем временем я с Цоизитом и Купритом поищу привязку барьера Адаманта.       Я кивнул. Стандартная разбивка — ставить в пары тех, кто уже раньше работал вместе, а заодно не разлучать семьи. Но почему же приказ вызвал у всех еле ощутимое недовольство? Словно множество крошечных «не так» выросло между нами. Впору заподозрить происки Темной Луны, попытки разделить нас.       — Демантоид, остаешься здесь, — добавил Кунцит. — Если мы потерпим поражение… Тебе известно больше, чем всем нам. Обучишь оставшихся и повторишь попытку.       — Хорошо, ваше величество, — кивнул зеленоволосый мужчина.       Кунцит на мгновение приподнял брови. Я тоже немного опешил. Когда-то Демантоид сам был Центром цепи, но сейчас с готовностью подчинился Кунциту. Я попытался разобраться, что же меня так удивило, а когда понял, то чуть не рассмеялся. Оказывается, подсознательно я уже считал Демантоида «своим», то есть, жителем Темного королевства, и в результате ожидал от него определенного поведения. Даже те из нас, кто не застал правление Берилл, приобрели… некоторую агрессивную жилку, так сказать, дух соперничества, которого Демантоид был начисто лишен. Но позабавило меня другое. Нет, самое смешное — что обе среды, в которых я вращался, Темное королевство и большой бизнес людей, воспитывали одни и те же черты характера, и в моей голове внезапно сложилась картинка того, что случится, если я притащу Цоизита на следующее собрание директоров «Сандзёин Энтерпрайз». Да, там обитали настоящие акулы бизнеса, но пираньи — совсем другое дело…       Я перестал улыбаться. Ничего подобного не произойдет, пока Земля покрыта льдом. Интересно, понимают ли люди, что с ними происходит, или для них все просто… кончилось в тот момент, когда ударило заклинание? Последний вариант для них был бы предпочтительнее.       Кунцит отодвинул стул и поднялся на ноги, тем самым давая понять, что совещание окончено. Нам осталось несколько часов на сборы, а затем… затем мы отправимся на задание, из которого можем и не вернуться. Цоизит (Тридцатый век?)       Я кое-как стряхнул забытье, но усталость и пересохшее горло никуда не делись. Попробовал подолбить в дверь еще раз.       — Да выпустите же!       Ни звука в ответ. Снаружи ничего не происходило уже почти два дня. Воды и еды мне тоже не давали. Такой жажды я не испытывал с тех времен, когда Металлия захватила нас и я провел неделю прикованным к стене в очень похожей тюрьме.       — Выпустите меня, — повторил я тише, стукнув по двери кулаком последний раз. Потом вернулся в угол, опустился на пол. Слезы бессилия обжигали глаза. В полузабытьи я уловил через свой кристалл души несколько обрывков происходящего в Темном королевстве, и услышанное мне совсем не понравилось. Черт, он отправляется в опасный путь, взяв для прикрытия только тряпку Куприта да моего двойника, готового в любой момент ударить в спину, а я сижу здесь и ничем не могу помочь!       Я обнял колени, прижал их к голой груди и стал молиться всем богам, каких только помнил, чтобы Кунцит не пострадал, а я вернулся живым. Все равно больше я ничего не мог сделать.