Не все герои носят плащи

— Этому дню суждено быть одним из лучших, поэтому погнали подберем вам какой-нибудь прикид, раз уж вы не успели зайти домой, — Джувия, очевидно, была в самом лучшем расположении духа. — Я не позволю вам идти на концерт в этой убогой школьной форме. — Сомневаюсь, что у нас один размер, — пробормотала МакГарден, но всё равно поплелась за подругой в её комнату. — Да ну, оверсайз сейчас в моде, — Лисанна шмякнулась на кровать Джувии, как обычно. Забавно, но втроём они тут до сих пор помещались, хоть и впритык. — Эй, ты что, только что назвала меня толстой? — играючи надулась Джу, но тут же снова заулыбалась. — Да пофиг, сегодня меня ничто не расстроит. Леви и Лисанна ехидно переглянулись, но Джувия заметила это в отражении зеркала. — Ну, что такое? Неужели вы так привыкли к моему унылому лицу, что моя улыбка вызывает у вас недоумение? — Просто мы знаем почему ты улыбаешься, — ответила Штраус. — И причина твоей улыбки не в том, что мы просто идём веселиться, а в том, что кое-кто тоже там будет. — Ну и что, — Джувия отвернулась к шкафу, подбирая какие-нибудь вещи подругам, — подумаешь. Да, я безнадёжно влюблена в человека, с которым у меня нет ни единого шанса, но это не страшно. И вообще, я думаю, что ты тоже будешь очень рада увидеть Нацу, разве я не права? — Ты не понимаешь, это другое, — воскликнула Лисанна и с драматизмом рухнула лицом в подушку. Джувия рассмеялась, а Леви лишь закатила глаза. Если честно, она немного понимала Джувию. Ощущение, когда ждёшь встречи с кем-то, иногда настолько волнительное, что из-за него твоя душа замирает и ты ничего не можешь с собой поделать. Сегодня у МакГарден тоже было такое ощущение, перед советом. — Ладно, я больше ни слова не скажу тебе по этому поводу, — согласилась Лис, — но ты знаешь: если тебя кто-то обидит — я могу надрать зад. — Я никогда в тебе не сомневалась, — Локсар улыбнулась подруге через зеркало. — Кстати о надранном заде, — воспрянула Леви, — не расскажешь почему Рэдфокс ходит и хвастается тем, как поставил тебя на место? — Гажел Рэдфокс? — воскликнула Джувия, обращая огромные глаза на Лисанну. — И ты? Только не говори мне, что вы подрались. — Дезинформация! Ложь! Клевета! И вообще-то — это я поставил его на место! Я так напугала его, что он как пятилетка сбежал с обделанными штанами. И мы не дрались — я не только силой вывозить могу. Головой я тоже отлично работаю. — Лисанна, я ничего не понимаю… Штраус вкратце поведала о случившемся перед соревновании. Она не стала утаивать и о Нацу — призналась, что его помощь в тот момент была очень кстати. — Я просто не представляю как тебе это в голову пришло, — Леви хихикала и качала головой. — Я же говорила — он не стоит проблем. Просто надоедливый мудак. В следующий раз не делай так — вдруг он действительно псих. Не хочу искать твои закопанные останки по всей Магнолии. — Он с виду страшный, но на деле — ребенок. Я бы и сама справилась, мне просто времени не хватило. Девушки ещё немного похихикали над этой историей, и продолжили сборы. Джувия кивнула на свой шкаф и обратилась к Лисанне. — Выбери, что хочешь надеть. Нам скоро выходить. — Брось, я слишком высокая и не влезу ни в одни твои штаны, — махнула рукой блондинка, оглядывая шмотки подруги. — Надену форму с тренировки! — Ни в коем случае! Ты не выйдешь из этого дома в спортивной форме. — Ладно, уговорила, надену одну из твоих моднявых футболок с черепами. С моими трениками будет по кайфу — прям олдскульный гранж стайл. Джувия рассмеялась, вытаскивая с вешалки черную футболку. — Леви, а ты что наденешь? — А я точно не могу пойти в школьной форме? — Синевласка осматривала шкаф подруги таким взглядом, будто ей предлагали съесть тарелку живых кальмаров. — Ни за что, — запротестовала Джу. — С твоим ростом тебя даже в концертный зал не пустят. — Весомый аргумент, — кивнула Леви. — Тогда давай я примерю вот это. Сегодня было достаточно тепло, поэтому МакГарден вытащила объемное худи, которое надела поверх своей майки и свободные шорты на резинке. С её кедами, в которых она пришла, это будет выглядеть уместно. — Рада, что все довольны. Кого накрасить? — Не меня, — хором ответили подруги, инертно отшагивая. Джувия отлично красилась, но её проблема была в том, что она совсем не понимала какие цвета подходят людям (в том числе и ей самой). — И что это за реакция? — недовольно пробурчала Джу, размазывая темно-бордовую помаду по губам. — Вы сомневаетесь в моих навыках визажиста? Тени-то я умею накладывать как следует. — Ты, кончено, делаешь нам лучший грим на каждый Хэллоуин, но думаю, что над лёгким нюдом в школу тебе нужно ещё поработать. — Лисанна немного замялась. — Мне не надо. У меня вон, прыщ выскочил. Вдруг от косметики он ещё больше разрастётся. — А мне не идёт тёмный макияж, — оправдалась Леви. — Ну как хотите, — пожала плечами брюнетка, заканчивая с губами и переходя к стрелкам, — лично я собираюсь сегодня «сиять». — А что там вообще будет? — поинтересовалась МакГарден, параллельно отвечая на сообщения в чате студсовета. — Люси говорила, что это, то ли конкурс, то ли концерт. Их группа прошла отборочные и сегодня будут выступать на настоящей сцене. Прикиньте, там будут ребята и из Ашли, и из Питтстона и даже из Блумсберга. Что-то масштабное, судя по всему. Джувия отметила этот день в календаре сразу, как только увидела приглашение от Люси. Большими, жирными буквами написала: «КОНЦЕРТ», с сердечком в углу. Это была пятница, и хотя подруги поначалу лениво отнекивались, кивали что «может быть», «посмотрим», Джу согласилась без раздумий. Даже если бы это был любой другой день — она бы всё равно пошла. У неё, как обычно, не было никаких особых дел, никаких планов, она всегда была свободна. Всегда — на случай, если вдруг кто-то вспомнит о ней, позовёт, предложит что-то. Эта мысль иногда резала изнутри, но она давно привыкла. В итоге девочки договорились встретиться у неё: как только закончат со своими советами и тренировками сразу приедут. Соберутся, прикинут образы, немного повизжат, а потом — на концерт. Что там будет, никто особо не знал, но звучало как «вечер, который нельзя пропустить». И именно это не давало Джу покоя весь день. В школе она отсчитывала минуты, словно сидела на раскалённых углях. Каждый урок длился вечность, и даже её любимая литература не спасала. Она сидела, уткнувшись в тетрадь, делая вид, что записывает что-то важное, но мысли её были далеко — там, где музыка, свет, толпа… он. Около шести вечера в дом ворвались Леви и Лисанна. Весёлые, чуть запыхавшиеся, с пакетами сэндвичей и какими-то странными энергетиками, которые Лис дал друг с тренировки. Родители Джувии, как обычно, укатили к бабушке на все выходные, а Уртир наверняка зависала с друзьями — так что дом был полностью в их распоряжении. Джувия к этому моменту стояла перед зеркалом уже минут сорок. Она перекопала весь шкаф в поисках идеального, по её мнению, прикида, и остановилась на драных джинсах (в последнее время она стеснялась своих полных ног, и даже тот факт, что в джинсах она имела стопроцентный шанс спариться, как в прошлый раз, совершенно не пугал её), майке-безрукавке и тяжёлых ботильонах, которые, скорее, подходили для середины зимы, чем для начала осени. Поверх майки она собиралась надеть плотную кожаную косуху, чтобы прикрыть руки. Тёмный мейк, небольшой начёс (крашенные в черный цвет волосы начинали раздражать, особенно отрастающими синими корнями и сухими кончиками, но ничего поделать с этом Джувия не могла), парочка любимых готических украшений — и Джувия готова покорять своим образом весь тамблер. Девушка стояла перед зеркалом, вцепившись в подводку, как будто в оружие. Она уже сбилась со счёта — сколько раз пыталась нарисовать эти чёртовы стрелки. Каждая следующая была хуже предыдущей. Одна была слишком толстая, вторая — слишком короткая, потом обе вообще съехала куда-то в висок. Рука дрожала, будто выдавала её с головой. Она смотрела на себя, и в отражении видела не просто своё лицо — а всё, что с ней происходило. Это был не просто концерт. Не просто тусовка. Это был шанс увидеть его. Может, даже заговорить. Ну, или в худшем случае просто… смотреть. — Ладно, девочки, вот вам стопроцентный лайфхак для идеальных стрелок: пока рисуешь — нужно приговаривать: «я остаюсь дома, я остаюсь дома, я никуда не собираюсь. Я просто остаюсь дома». И… вуаля! Идеально. Поймав недоуменный взгляд подруг она объяснила: — Когда я крашусь просто так, не для выхода на улицу — получается идеально. Но если я крашусь куда-то — вечно стрелки раскосые. Не знаю как это работает, то работает всегда. Девушки вернулись к обсуждению конкурса. — А кто будет в жюри? — спросила Леви. — Сомневаюсь, что это будут преподы из местной музыкалки. Вряд ли такая музыка им по вкусу. — Их директриса такая старомодная, она не слушает ничего современнее Шопена, — согласилась Локсар. — Зато у них, вроде, есть крутая гитаристка, — отозвалась Лисанна, развалившись поперёк кровати, не отрываясь от мобильной игры. — Не знаю, как её зовут, но Боб из моей команды берёт у неё уроки и он в полном восторге. Постоянно болтает про то, какая она клёвая и вообще, «не такая, как все». — Люси говорила, что в жюри будет какой-то серьёзный мужик из Нью-Йорка, — Джувия осторожно держала руку под странным углом, стараясь не смазать только что нарисованную стрелку. — Типа, он ездит по всей стране и ищет таланты. — Ух ты! — Лисанна даже отложила телефон. — Ставлю пять баксов, что через пару лет группа Люси получит «Грэмми». Или… ну, что там обычно дают группам? — А я бы хотела получить «Оскар», — мечтательно сказала Джувия, глядя на себя в зеркало, будто уже стояла на сцене с золотой статуэткой в руках. — Как лучший режиссёр года. Иногда я представляю в голове фильмы, которых ещё не существует. Они такие яркие… жаль, что никто, кроме меня, их не видит. — Хаха, Джу, — Леви похихикала из-за учебника, — разве это не звучит так, будто ты принимаешь что-то запрещенное. — У тебя шикарное воображение, — поддержала подругу Штраус. — Иногда мне кажется я могла бы создать вторую «Игру Престолов»… — О нет, только не это… — застонала Лисанна. — Я смотрю его всю неделю и не могу оторваться. Вы же смотрели? Безумно интересный сериал, как жаль, что я не наткнулась на него раньше. — Говорят, что это что-то супер-пошлое, — отозвалась Леви. Лисанна просто делала вид, что её тошнит. — Ладно, на самом деле я просто не люблю фэнтези, — Лисанна поднялась с кровати и потянулась. — Все эти драконы, магия, рыцари… вообще не понимаю, как это может кому-то нравиться. Вот научная фантастика — другое дело. В ней хотя бы есть смысл. — О нет, я ненавижу научную фантастику, — промычала Джувия, которая, наконец, закончила с макияжем, — это чудовищно скучно. Даже турецкие сериалы с их бесконечной драмой куда интереснее, а не вот это вот «в далёкой-далёкой галактике»… — Говорит человек, который даже «Звёздные Войны» толком не смотрел, — усмехнулась Лисанна. — Я пыталась. Ты знаешь, я правда пыталась, но я не виновата, что первый фильм настолько унылый, что я просто уснула. Сборы закончились быстрее, чем можно было ожидать. После короткой, но бурной перепалки по поводу того, стоит ли надевать серьги к худи, и можно ли идти на концерт с недопитым энергетиком в руке, девушки наконец-то пришли к согласию. Комната выглядела так, будто через неё пронеслось торнадо из косметики и одежды — но зато все были готовы. Они быстро перекусили — прямо на полу, сидя по-турецки. Сэндвичи, которые принесли Леви и Лисанна, оказались неожиданно вкусными: с солёным сыром, сочными помидорами и каким-то соусом, от которого пальцы Джувии пахли ещё полчаса, несмотря на то, что она вытерла их влажными салфетками. — Так, минутка тщеславия! Давайте-ка заселфимся, — заявила Лисанна, выудив из кармана телефон и протирая объектив о штаны. — Слышали про Инстаграм? У нас в команде почти все постят фотки туда. — Иу, жалкий убийца Тамблера, — поморщилась Джувия, театрально закатив глаза. — А мне он нравится, — пожала плечами Лисанна, настраивая камеру. — У меня с ним ассоциация… не знаю, с уютной комнатой полной друзей. Вот увидишь, через пару лет он будет как огромный офис, где все будут продавать кто на что способен. А ну-ка, улыбочку! — скомандовала Лисанна и вытянула руку с телефоном. Они сделали пару кадров — сначала обычное селфи, потом с глупыми лицами, потом с поднятыми бутербродами, как будто это были бокалы шампанского. Только тогда Штраус с довольным видом отстала. — Всё, я это выкладываю. Главное — не забыть модные фильтры и хэштеги, — пробормотала она, лихорадочно печатая. — Хэштег: вкусняшка, хэштег: пятница, хэштег: лучшие подруги. Регайтесь, я вас отмечу. Пересмотрим лет через пять и будем рыдать от стыда. — Мы точно успеваем? — спросила Джувия, взглянув на часы и резко встав с места. — Если прямо сейчас выходим — да, — ответила Лисанна, уже на ходу хватая куртку и ключи от машины. Они выбежали из дома на ходу натягивая худи на плечи и сжимая телефоны в руках. Вечер был тёплым, пахло асфальтом и цветущими деревьями, где-то вдали играла музыка — кто-то из соседей готовился к своему пятничному вечеру. Машина Лисанны стояла у обочины — старая, тёмно-синяя, с треснутым зеркалом и наклейкой с каким-то аниме-персонажем. Они влетели в неё со смехом, хлопая дверцами и переговариваясь наперебой. — Эльфи такой добрый, — Лисанна со слезами благодарности села за руль машины брата, аккуратно прикрывая за собой дверцу. — Никогда не забуду его щедрость. Хорошо, что Миры нет дома и она об этом не узнает — она улетела на очередную встречу в Чикаго, — Лисанна завела мотор, и машина мягко выехала со двора. — Я завидую твоей сестре, — мечтательно протянула Джувия, раскинувшись на всём заднем сиденье, словно королева. — Хочу такую же жизнь. Работу, где можно ездить по миру, встречаться с интересными людьми… И чтобы она обязательно была творческой. — Глядя на Миру и её уровень стресса я не думаю, что путешествия по работе это весело. Она всё время жалуется, что в каждом новом городе не видит ничего, кроме отеля и офиса. Утро — совещание, обед — совещание, вечер — самолёт. Не жизнь, а расписание. — Всё равно звучит лучше, чем алгебра на первом уроке, — пробормотала Джу, закрыв глаза. — Кстати о путешествиях, — вспомнила Лисанна. — Мира говорила, что на следующих выходных мы поедем в поход. Первый уикенд октября. Надеемся, погода не испортится — хотя вы же знаете, как у нас бывает: либо солнце, либо потоп. — А давайте, если будет дождь, просто останемся в палатке и будем пить какао, — предложила Джувия. — Или читать страшилки при свете фонариков, — добавила Леви. — Или ныть, что не взяли сухие носки, — хмыкнула Лисанна. И машина, подрагивая от смеха и разговоров, мчалась вперёд — сквозь уютный осенний вечер по маленькому американскому городку. До концертного зала они добрались быстрее, чем ожидали. Машина мягко затормозила на парковке, и девушки, переглянувшись, вышли в прохладный вечер, наполненный запахами прелых листьев и далёкой уличной еды. Возле входа уже толпилась разношёрстная публика: куча подростков — кто в косухах, кто в худи с логотипами любимых групп — вперемешку с родителями, которые держались чуть поодаль, будто старались одновременно отказывать поддержку своим детям и в то же время не смущать их. Кто-то нервно листал распечатки с текстами песен, кто-то настраивал гитару прямо на капоте машины, а кто-то просто болтал, жуя жвачку и проверяя, как прическа смотрится в отражении боковых зеркал. — Ого… — присвистнула Джувия. — Я даже не подозревала, что половина Магнолии у нас, оказывается, скрытые музыканты. — Похоже, сегодня приехали все, кто способен держать в руках хоть что-то, напоминающее музыкальный инструмент… и открывать рот в нужный момент, — хмыкнула Леви, разглядывая толпу поверх очков. Когда они пригляделись внимательнее, стало ясно: здесь не только подростки. В толпе мелькали лица и постарше — кто-то явно был из местных кавер-групп, преподавателей музыки, а кто-то просто пришёл за компанию. Возрастная смесь была странной, но от этого очень интересной. Вдалеке кто-то начал наигрывать первые аккорды на акустике. — Напишу Люси, — сказала Джувия, доставая телефон. — Она просила сообщить, когда мы приедем. Сказала, что оставила нам хорошие места. — Нет нужды, — с ухмылкой кивнула Лисанна куда-то за её спину. — Она уже в курсе, что мы здесь. Джувия резко обернулась. И вот они — бабочки, те самые, о которых пишут в книжках. Только это были не изящные создания, порхающие в животе, а целая стая, взметнувшаяся в хаосе, словно кто-то распахнул в груди окно. У неё даже пальцы дрогнули, едва не уронив телефон. Если Люси уже здесь… значит, и он тоже где-то рядом. А Джувия… О, она совсем не была готова. — Приветик, Люси! — бодро поздоровалась Лисанна, будто не заметив замешательства подруги. — Рада тебя видеть. Как настрой? Люси стояла у входа, одна. Она выглядела немного растерянной — озиралась по сторонам, словно кого-то искала, кусала губу, как делала всегда, когда волновалась. Но даже сквозь это напряжение она светилась — по-настоящему. Её образ был продуман до мелочей, но не выглядел наигранным: лёгкий, будто солнечный, макияж с блёстками у висков, два низких хвостика. Она была как воплощение всего мероприятия — юная, дерзкая, сияющая. На ней была прозрачная, почти невесомая блуза, под которой угадывалась яркий топ с принтом. Короткая джинсовая юбка подчёркивала длинные ноги, а белые гольфы — один натянут до колена, второй, нарочно или случайно, сползший до ботинка — добавляли образу немного хаоса. — Вау… — только и смогла прошептать Джувия, не в силах отвести взгляд. Люси заметила их — и тут же улыбнулась, однако в её взгляде по-прежнему оставалось что-то тревожное — как будто кто-то, кого она ждала, всё ещё не пришёл. — Ох, я так волнуюсь! — выдохнула Люси, хватаясь за край юбки. — Посмотрите, у меня руки дрожат! Серьёзно, гляньте! Она протянула ладони, и правда — пальцы едва заметно подрагивали. — И ещё этот Грей! — продолжила она с отчаянием в голосе. — Я не знаю, в каком мы порядке выступаем, но если нас вдруг поставили первыми — клянусь, я его прибью! Я же просила — просто не опаздывать! Это же так элементарно — приходить на важные мероприятия вовремя. Вместо этого я будто играю в игру: «Найди Грея и получи нервный срыв в подарок». Люси говорила быстро, сбивчиво, словно мысли у неё бежали вперегонки со временем. — Эльза написала, что у него сел телефон. А потом, угадайте что? У неё самой тоже сел телефон. Вот и ищем теперь его вслепую. Просто чудесно, правда? И тут Люси резко замахала кому-то, за спиной девушек, рукой, будто флажками на взлётной полосе: — О! Минерва и Леон! Я их вижу! Привет, ребята! Джувию словно ударило током. Она резко выпрямилась, и сердце прыгнуло куда-то в горло. Леон. Вот его в планах на сегодня точно не было. Толпа шумела — голосами, музыкой, шагами, разрозненными выкриками, свистами. Воздух на улице дрожал, как перед грозой. Люси шагала вперёд, чуть опережая подруг, и тараторила — быстро, нервно, срываясь на смех и обрывки фраз, которые то и дело терялись в общем гуле. — Я так нервничала, — продолжала Люси, не замечая, что Джу побледнела, — что по ошибке отправила приглашение всему классу. Хотела — только Минерве, но перепутала чат. Очень в моём стиле. Она нервно засмеялась, слишком громко. — Надеюсь, половина не придёт. Если я облажаюсь перед всеми — клянусь, просто утоплюсь в водохранилище. В любом случае, круто, что вы тут. Минерва, Леон — спасибо, что пришли! — Ты справишься, — наконец подала голос Лисанна, мягко сжав Люси за плечо. Люси улыбнулась, вдруг по-настоящему, без паники в глазах. — Спасибо вам. Правда. Не знаю, что бы я делала без вашей поддержки. Она развернулась на каблуках и кивнула в сторону дверей. — Пойдёмте. Я заняла вам классные места. В первом ряду. Чтобы вы страдали вместе со мной с максимальной близостью к сцене. Они вошли в зал, и шум снаружи сменился гулом голосов и лёгкой вибрацией акустики, словно само помещение было живым и волновалось вместе с артистами. — Великолепно, — пробормотала Минерва. — Именно о таком я мечтала — участвовать в чьём-то публичном позоре с первых рядов. — Не позоре, — прошептала Джувия, всё ещё с опаской глядя в сторону, где мелькнуло знакомое лицо. — Вот увидишь, Люси лучшая. Лисанна едва поспевая за ней, попыталась задать вопрос: — А твои родители? Они разве не пришли тебя поддержать? Люси замедлилась, нахмурилась. — Ну… — начала она, пожав плечами, — это сложный вопрос. Они не знают, что я пою в группе. Папа точно бы не одобрил. Для него сцена — это несерьёзно, почти стыдно. А мама… мама просто молчит, когда слышит что-то, что не вписывается в её представления о правильной жизни. В общем, главное, что вы тут. Вот. Устраивайтесь поудобнее. Наслаждайтесь. А я пойду искать Грея… пока окончательно не сошла с ума. — Удачи, Лю, — тихо сказала Леви, и остальные подхватили вслед. Джувия наконец-то немного расслабилась. Она бегло осмотрела зал — среди зрителей Грея видно не было — да и что ему делать среди них. Видимо она не увидит до самого начала. И не факт, что у них будет возможность пообщаться после (хотя Джувия надеялась, что они смогут хотя бы поздороваться). — Похоже, вечер будет долгим, — протянула Леви, устроившись в кресле и скрестив руки. — Посмотрите, сколько народу. Надеюсь, у них хотя бы музыка нормальная, а не три часа какофонии и фальшивого вокала. Зал действительно был почти до отказа заполнен. Люди подтягивались даже в последние минуты: кто-то с кофе, кто-то с камерами, кто-то в наушниках, что ставило в недоумение практически всех. Джувия огляделась: мягкий полумрак, мерцающий свет сцены, слабое эхо разогревающегося микрофона. И — главное — их места. Прямо по центру, на первых рядах. Если бы не предусмотрительность Люси, им, скорее всего, пришлось бы стоять где-то у стены, переминаясь с ноги на ногу весь вечер. Спустя десять минут, на протяжении которых Джувия, неосторожно севшая по соседству с Леоном, пыталась слить их неловкий разговор, свет в зале медленно погас, погрузив пространство в полумрак. Сердце Джувии замерло. Первыми на сцену вышел хор из местной музыкальной школы. Девушки в строгих чёрно-белых нарядах, юноши с одинаковыми бабочками — всё было чинно, выверено и… совсем не в настроении зала. Музыка — а-капелла, что-то из современного репертуара, но с оттенком торжественности и академичности — повисла в воздухе, не находя отклика. Зрители отреагировали вежливо, но без энтузиазма. Аплодисменты были сдержанными, почти формальными. Хор, поклонившись, удалился после своего единственного произведения. Затем последовали сольные номера — несколько учеников той же музыкальной школы. Они также выбрали популярные композиции, узнаваемые мотивы, надеясь завоевать публику за счёт репертуара. Но даже это не спасло: то ли волнение, то ли недостаток энергии — всё звучало будто на репетиции, а не на выступлении. Толпа в зале оставалась прохладной, как море в пасмурный день. — Говоришь, отборочный тур уже прошёл? — саркастично поинтересовалась Лисанна у Джувии. Брюнетка лишь скривила лицо в ответ — она сам не понимала что происходит. Из всех трех городков судьи выбрали… это? — Только не говори, что Люси исполняет что-то похожее… И только через сорок минут, когда внимание зрителей уже начинало рассеиваться, на сцену вышла она — та самая группа, ради которой сюда пришли Джувия, Леви и Лисанна. — А теперь, встречайте! — бодро объявил ведущий. — Свежая рок-группа из Магнолии, с дерзким звучанием и громким дебютом — Фейри Тейл! Тут же — всплеск света, немного дыма, и шаги на сцене. Руки Джувии дрожали. Она даже не пыталась это скрыть — просто прижала их к коленям и сосредоточилась на дыхании. Сейчас. Сейчас она его увидит. На сцене. В его лучшем виде. Сейчас он будет таким, каким она представляла его в мечтах — уверенным, свободным, живым. — Клянусь, они лучшие, — прошептала Джувия, склонившись к подругам, которые с азартом хлопали в ладоши, провожая взглядом знакомую четвёрку, выходящую на сцену. — У Люси просто потрясающий голос, и… Она не успела договорить. Сердце её вдруг стало слишком громким. На сцене появился он. Грей. С гитарой, перекинутой через плечо, в простом чёрном худи, который на нём почему-то выглядел как костюм рок-звезды. Взлохмаченные волосы торчали в разные стороны, словно он пробежался по ветру, и всё в нём — походка, взгляд, то, как он держался — говорило о полной сосредоточенности. Джувии показалось, что в животе зааплодировали бабочки. Не в переносном смысле — а буквально. Они хлопали крыльями, метались, сталкивались и снова взмывали вверх, взбивая в ней ураган. Его взгляд скользнул по залу — обжигающе-чёрный, сосредоточенный, будто он на секунду заглянул сквозь прожекторы в лица зрителей, и Джувии показалось, что он заметил её. И её сердце застучало так, словно пыталось прорваться наружу. — Всем привет! — голос Люси прозвучал чётко, даже сквозь общий гул зала. Она уверенно вышла в центр сцены, крепко сжав микрофон в руках. Прожекторы мягко выхватили её из полутьмы, и в этот момент казалось, будто весь зал замер. — Спасибо, что пришли! — продолжила она, с улыбкой оглядывая зал. — Это наш первый раз на сцене… и, честно говоря, я до сих пор не верю, что это реально происходит. Я волнуюсь просто жутко, — она рассмеялась и провела рукой по волосам, — но и так счастлива быть здесь. Мы — Фейри Тейл! — заявила она с настоящей гордостью. В зале раздались поддерживающие возгласы, кто-то посвистел. — Сегодня мы исполним для вас две песни. Первая — знакома многим, так что я рассчитываю на вашу энергию и ваши голоса. А вторая… — она сделала паузу и чуть смягчила голос, — вторая — наша. Люси повернулась к группе и кивнула, вдохнув поглубже. — Отлично, погнали! Люси вскинула свободную руку вверх и зал будто замер на вдохе. На сцене вспыхнули огни, ударил первый резкий аккорд — и музыка понеслась. Громкий, острый проигрыш влетел в зал, как электрический ток. Барабаны били в грудь, гитара рвала воздух на части, и всё это будто выстреливало в рёбра ритмом — чётким, агрессивным, почти дерзким. Через пару мгновений прозвучал вокал — уверенный, напористый, голос Люси пробивал зал так, словно она вбивала свои слова прямо в сознание каждого слушателя. Джувия чувствовала, как тело само начинает двигаться в такт. Её ноги едва касались пола — она пританцовывала вместе с другими, как будто волна звука заставляла всех отрываться от земли. Никто уже не сидел: ряды превратились в живую, качающуюся массу. Эту песню она слышала раньше — на репетиции, где всё звучало сдержаннее, но здесь, в зале, полном людей, отражающими каждый звук, она звучала иначе. Громче. Грязнее. Свободнее. То ли дело в акустике, то ли в этой энергетике толпы, но всё слилось в настоящий музыкальный удар по чувствам. Грей стоял чуть поодаль, сосредоточенный и собранный, пальцы двигались по грифу гитары быстро, точно. Его профиль на фоне вспышек света казался вырезанным из тени, а каждая его нота — острым, точным выстрелом в зал. Песня закончилась так же внезапно, как и началась — словно кто-то резко выдернул вилку из усилителя. Последний аккорд врезался в тишину, и на полсекунды наступил вакуум. А потом — взрыв. Зал закричал, захлопал, кто-то свистнул. Кто-то вскочил на стул, кто-то вскинул руки вверх. Люди кричали от восторга, и Джувия не могла с ними не согласиться — Фейри Тейл были не просто хороши. Они были громкими, настоящими и невозможными для забвения. Люси сияла. Пот струился по вискам, волосы сбились в лёгкий хаос, глаза сверкали. Она тяжело дышала, но улыбалась — широкой, искренней, благодарной улыбкой. Её голос был ещё в воздухе, его эхо дышало в стенах, и это был её момент. — Спасибо! Следующая песня — наше творение. Прошу, подарите ей так же много любви! В свете прожекторов она снова превратилась в героиню своего собственного мира — сильную, эмоциональную, яркую. И зазвучала музыка. На этот раз Джувия не знала, чего ждать. Но как только раздался первый жёсткий, хлёсткий аккорд — сдержанный и напряжённый, словно пружина перед прыжком, — она поняла: это было в точку. Ритм — мощный, чуть мрачный, будто строился на внутреннем надрыве. Нацу отбивал пульс. Барабаны с каждым ударом выбивали землю из-под ног. И Люси… Её голос был острее, немного колючий, в нём появилась хрипотца — будто в этих строчках она прятала боль. С каждой строчкой Джувия будто распаковывала чужую историю, но чувствовала, что-то слишком личное, слишком близкое. «Ну что ж, ты создала волшебный мир, ведь твоя реальная жизнь — сплошная драма…». Текст — метафоричный, но цепляющий. Про девочку, которая пряталась в выдуманном мире, строила замки из иллюзий, чтобы не видеть, как разваливается настоящая жизнь. И, строка за строкой, Люси словно вытаскивала её за руку из этого мира — кирпич за кирпичом. Джувия слушала, затаив дыхание. Эта песня будто с каждым куплетом наращивала темп — как внутреннее освобождение, как выход из сна в реальность. Она не знала, почему сжалось горло. Может, из-за того, как Люси отдавала себя без остатка каждой строчке. Может, потому что Грей стоял чуть в стороне, сосредоточенно акцентируя аккорды, будто поддерживал не только ритм, но и её — как участник этой исповеди. Кульминация была почти триумфальной — сброс маски, отказ от выдуманных миров. А потом — внезапная тишина, обрубленная финальная нота, словно нож. Зал замер. А затем — взрыв. Снова — крики, аплодисменты, овации. И Джувия, не сдержавшись, просто встала с места и зааплодировала стоя, потому что эта песня… она жила. И если тот продюсер хоть что-то понимает в музыке, он не сможет пройти мимо. И если пройдёт — то он просто идиот. — Чёрт, это было невероятно! — крикнула Люси в микрофон, едва отдышавшись. — Спасибо за вашу любовь! Вы — потрясающие! Мы — группа Фейри Тейл, и, обещаем, это точно не последний наш концерт! Зал взорвался одобрительными криками и аплодисментами. Свет рассыпался на сцене тёплыми пятнами, и участники группы стали медленно расходиться, махая в толпу, переглядываясь между собой. Но зрители не стихали — напротив, шум только нарастал. И тогда, чуть смутившись, они снова вернулись на сцену — просто чтобы покланяться ещё раз. На этот раз все четверо сделали это синхронно, с искренними улыбками на лицах. Но Грей… Грей светился. Он стоял чуть в стороне, опустив гитару, и смеялся — легко, свободно, как-то по-настоящему. Его улыбка была настолько яркой, что Джувия не могла оторвать от него взгляд. Она никогда не видела его таким. Там, на сцене, он казался другим человеком. Или, наоборот — самым собой. Будто здесь, в свете прожекторов и под рёвом толпы, он наконец нашёл своё место. Джувия смотрела на него и ощущала в груди что-то между восторгом и трепетом. Её сердце отбивало тот же ритм, что звучал из колонок парой минут назад. После выступления Фейри Тейл зал словно немного выдохся. Остальные участники были достойными, старались, искренне играли — но уже никто не мог зажечь публику так, как это сделала эта четвёрка. Что-то в воздухе изменилось. Момент прошёл. Волна схлынула. Через полчаса концерт подошёл к концу. Свет снова стал обычным. Люди вставали, тянулись к курткам, медленно выходили из зала, обсуждая услышанное, делясь впечатлениями. — Это определённо был вечер Люси, — сказала Лисанна, почти вприпрыжку вылетая из концертного зала на улицу. Её лицо светилось восторгом, а голос всё ещё был на грани визга. — Я знала, что она крутая, но не думала, насколько. Чёрт, кажется я теперь её фанатка. Подойти, что ли, автограф взять? — Ты учишься с ней в одной школе, — напомнила Леви с ухмылкой. — Видишь её каждый понедельник на математике. Хочешь, я принесу тебе тетрадку с её почерком? — Это странно, да? — задумалась Лисанна. — Мы буквально живём в одном городе, учимся в одном здании, и при этом… она как звезда. Настоящая. — Ну, будет что внукам рассказать, — хмыкнула Леви. — Может чере пару лет получим вип-места в Мэдисон-сквер-гардене. — Кстати! — Джувия, до этого идущая чуть позади, догнала подруг, размахивая телефоном, как флагом. — Люси написала. Они устраивают вечеринку. И мы приглашены. Подруги остановились как вкопанные. — Что, прямо сейчас? — Прямо сейчас, — подтвердила Джу. — Она пишет, что всё будет неформально. Ничего пафосного. Немного народу, музыка, перекус, просто… выдох после сцены. Джувия уже собиралась убрать телефон, как вдруг экран мигнул новым сообщением. — О, а ещё она… — Она запнулась. — Подождите… Её лицо на мгновение застыло, глаза расширились. — Она пишет, что они пригласили на вечеринку того продюсера из Нью-Йорка. И он согласился прийти. Он будет на вечеринке! — Чёрт возьми, — выдохнула Лисанна, хватаясь за сердце. — Это же звучит как автоматически подписанный контракт! Серьёзно, если они не станут знаменитыми — я сожру свои кроссовки! Она вскинула руки в воздух, будто обращаясь к невидимой публике. — Я совру, если скажу, что не завидую. Девочки… — она сделала паузу, глядя на них с особенным блеском в глазах, — этот вечер официально переходит на второй уровень. — Я бы сказала — на уровень «легендарный», — добавила Леви, — только от радости не забудь, что у тебя в понедельник тест по истории, — пробормотала Леви. — Но, пожалуй… я тоже за. — Это же просто прекрасно! — воскликнула Лисанна, подпрыгивая на месте от возбуждения. — То есть… — она спохватилась, поправив волосы, — ну, это круто. Правда. Просто… я ни разу не была на вечеринке. Ну вы понимаете — на настоящей вечеринке. Обе подруги синхронно кивнули. Они тоже. Никто из них не был той самой «девчонкой с тусовок». — Мне немного страшно, — пробормотала Джувия, уткнувшись в экран телефона. Она перечитала сообщение от Люси, и сердце её сжалось. — Она пишет, что вечеринка… дома у Грея. Она замерла. — Нет. Нет-нет-нет, я ни за что туда не пойду! — Ты уверена? — Лисанна весело прищурилась, явно наслаждаясь душевным смятением подруги. — По-моему, ты выглядишь так, как будто очень хочешь туда пойти. — Да! То есть… нет! Я хочу, но я не могу! Я там буду как… как пятое колесо! Я не знаю, что там делать. Там ведь наверняка будет алкоголь, сигареты, музыка, куча крутых людей и… и всякие вещи! — Ну, ты же не обязана во всём этом участвовать, — мягко заметила Леви, стараясь звучать спокойно. — Мы можем просто пойти, поболтать, послушать музыку… ну, не знаю, потанцевать, если захочется. — Потанцевать?! — Джувия побледнела. — О нет! Там ведь реально нужно танцевать! А я… я же не умею танцевать! Я буду выглядеть как… как танцующая жаба! — Зато тебя все запомнят, — хихикнула Лисанна. — Не смешно! — Джу схватилась за голову. — Я хочу туда, но мне хочется быть невидимкой и просто посмотреть за всем этим со стороны. — Слушай, — Леви обняла её за плечи, — пойдём. Мы будем втроём. Если станет совсем некомфортно — просто уйдём. Но, может, это будет самый классный вечер за этот учебный год. Разве не хочется хотя бы попробовать? Джувия посмотрела на подруг, потом снова — на телефон. Имя «Люси» мигало новым сообщением. — Я не верю, что соглашаюсь на это, — пробормотала она, — но… ладно. Только, пожалуйста, не оставляйте меня одну, если там начнётся… ну, всё вот это. — Ни за что, — хором сказали Леви и Лисанна. И, как бы страшно ни было, сердце Джувии билось быстрее — не от страха, а от предвкушения. Потому что иногда лучшие истории начинаются со слов: «Я туда не пойду!» Получив адрес от Люси, девушки тут же заскочили в машину, переполненные адреналином и счастьем, словно дети. В тихой машине, где больше не звучала музыка и не бурлила толпа, они сами стали шумом — болтали наперебой, смеялись, перебивали друг друга. Машина гудела от восторженных голосов. — Это просто нечто! — пискнула Джувия, обхватив себя за плечи, будто от переизбытка чувств. — Я всё ещё не могу отойти. Они лучшие! Я завидую самой себе, что была там! А Грей… Грей был проооосто нереальным! Я, кажется, влюбилась в него ещё десять раз. Подряд. Без остановки. — А ты видела Нацу? — Лисанна чуть ли не подпрыгивала на водительском сиденье. — Это ж энергетический ураган с барабанами! Он как будто родился с палочками в руках и начал отбивать ритм ещё в роддоме. — Но всё равно Люси — лучшая. — Леви, хоть и говорила сдержаннее, улыбалась не менее радостно. — Я раньше не любила рок, но эта легенда заставила меня переобуться. Смех, восторженные выкрики, воспоминания о каждом моменте выступления — всё это длилось, пока машина медленно не свернула в нужный район. — Кажется, мы почти на месте, — сказала Лисанна, щурясь в темноте. — Я помню, что дом с красным почтовым ящиком… — Это он, — сказала Джувия чуть тише, вдруг узнав дом. Она уже видела его, после того случая — пусть издалека и мимоходом. Но тогда он казался обычным. Сейчас — совсем нет. Подъехав ближе, девушки замерли. — Эм… разве Люси не говорила, что вечеринка будет «только для своих»? — спросила Леви, медленно вытягиваясь вперёд и выглядывая в окно. У дома было… ужасающее количество машин. Тот самый «небольшой, неформальный сбор» больше напоминал сборище стритрейсеров. Машины стояли вдоль обочин, на газонах, вплотную к чужим домам. Где-то вдалеке уже слышалась музыка. — А где… припарковаться? — простонала Лисанна, сбившись с весёлого настроя. Она остановилась посреди дороги, как вкопанная. — Мы точно на «просто вечеринке»? Больше похоже на тусовку какой-нибудь голливудской звезды. — Видимо, этот продюсер не единственный, кого позвали, — хмыкнула Леви. — Либо Люси очень широко понимает фразу «только свои». Джувия молчала. Она смотрела на дом, и это больше не казалось просто вечеринкой. Это уже было похоже на испытание. Они вышли из машины, захлопнув дверцы почти синхронно. На улице стоял тот особенный вечерний воздух, пропитанный шумом и запахом чьих-то духов, пиццы, табачного дыма и осенних листьев. Музыка доносилась изнутри дома — глухой, пульсирующий ритм, как будто само здание дышало басами. Свет лился из окон, и на крыльце время от времени появлялись фигуры: кто-то курил, кто-то смеялся, кто-то просто смотрел в небо с бутылкой в руке. Вокруг дома сновали гости — по двое, по трое, по одному. Кто-то уже весело переговаривался, кто-то пытался вспомнить, где припарковал машину. Над всем этим витала та самая магия подростковых вечеринок: лёгкий хаос, ощущение свободы и надежда, что сегодня всё закончится, хотя бы, без участия полиции. — Всё ещё можно передумать, — шепнула Леви, подходя ближе к крыльцу. — Мы уже здесь, — ответила Джувия. Голос у неё был тихий, но твёрдый. Она не знала, откуда в ней взялась эта решимость — но шаг за шагом она шла вперёд, будто в замедленной сцене какого-то фильма. Лисанна нажала на звонок, но никто не открыл — вместо этого дверь просто распахнулась изнутри, выпуская какую-то незнакомую парочку, и на них дохнуло тёплым воздухом, пропитанным смехом, колой, духами и чем-то жареным. Они переглянулись и вошли. Первое, что поразило внутри — шум. Он был везде: в колонках, в голосах, в стуке стаканов о стол. Гости стояли в проходах, сидели на диванах, переговаривались в кухне, кто-то уже устроил себе танцпол прямо у кофейного столика. На стенах висели гирлянды, а на кухонной стойке стояли миски с чипсами, бутылки с газировкой, пицца, немного алкоголя — всё перемешалось в атмосферу полного хаоса. И вдруг — среди всей этой толпы, как огонёк маяка в тумане — Люси. Она стояла у входа в гостиную, с пластиковым стаканчиком в руке, волосы были распущены, а макияж стал чуть менее сценическим, но всё ещё сиял. Увидев их, она просияла по-настоящему. — О! Вы пришли! — воскликнула она и, не раздумывая, пошла к ним сквозь толпу. — Конечно, пришли, — улыбнулась Лисанна. Люси обняла каждую по очереди, крепко и с благодарностью. — Спасибо. Вы не представляете, как я рада вас видеть. Я уже начала думать, что половина людей здесь вообще не понимают, где оказалась. Да я и сама не понимаю кто есть кто и кто их всех позвал. Не спрашивайте, как так вышло, — засмеялась Люси. — Всё вышло из-под контроля минут через десять после начала. Но… я не жалуюсь. Её взгляд скользнул в сторону лестницы, и в глазах на секунду промелькнула тень. Джувия сразу это заметила. Она кого-то ждала? Или кого-то избегала? — Проходите, — сказала Люси, отгоняя мысли и возвращая тёплую улыбку. — Пойдём, я вас познакомлю кое с кем. Или хотя бы покажу, где спрятана нормальная газировка. Вон те ребята — друзья Нацу из университета. О, привет! — весело сказала Люси, заметив кого-то в другой части комнаты. — Сейчас, я на секунду! — И, извинившись, она легко исчезла в толпе. — Я отправляюсь на поиски туалета, — бросила Леви, шагая к лестнице, ловко лавируя между переполненными бокалами и чьими-то руками с кусками пиццы. Лисанна и Джувия остались вдвоём. — И так, — Лисанна напряженно улыбнулась, — мы на вечеринке. Чувствуешь какие-то изменения? — Абсолютно нет, — мрачно отозвалась Джувия. — Всё ещё та же я. Социально неловкая и напряжённая. О, господи, смотри туда… — Она кивнула в сторону дивана, где какой-то парень пытался подняться, держась за подлокотник, при этом слегка покачиваясь. — Ему, кажется, реально плохо. — Не завидую тем, кто будет завтра это всё убирать, — хмыкнула Лисанна. — Особенно ковёр. Всегда страдает ковёр. Просто вспомни сколько колы мы пролили на мой ковёр. Клянусь, Мира до сих пор напоминает мне про каждое не выведенное пятно. В этот момент из-за спин танцующих в гостиной кто-то буквально влетел в их личное пространство, как ураган с радужным шлейфом. Розововолосый, загорелый, в той же одежде, что и на сцене, с банкой пива в руке, он сиял так, словно концерт продолжался прямо сейчас, а сцена была в его голове. Нацу. — Девчонки! — воскликнул он, раскинув руки, будто готовился обнять их всех сразу. — Вы пришли! Ну что, признавайтесь! — Нацу сверкая своей фирменной улыбкой. Он сделал круг вокруг себя, слегка пританцовывая, словно всё ещё находился на сцене. — Как вам мы? Да-да, я знаю, что вы хотите сказать — мы были безупречны. — Не то слово, — ответила Лисанна, не скрывая восхищения. — Ты играл офигенно. И эта энергия! Я до сих пор чувствую вибрацию в костях. А Люси… просто звезда. Ей не статейки надо писать, а собирать стадионы. Нацу театрально прижал руку к груди, как будто от переживания, и с придыханием прошептал: — Дэмн, ты права. Люси — это что-то с чем-то. Она сегодня просто сияет. Я сто лет не видел её такой счастливой. Вот за это я и люблю вечеринки, — рассмеялся Нацу. — Сначала мы на сцене, а потом слышим всё это вживую. Никакие лайки не сравнятся с тем, когда тебе в лицо говорят, что ты был классным. Это лучшая вечеринка в истории вечеринок, не находите? Знаете почему? Потому что она в честь меня! — Ну, она… определённо масштабная, — осторожно сказала Джувия, чуть отступив назад. — Ага. И ты тут, значит, вечеринка точно может считаться крутой, — подхватила Лисанна, уже чуть веселее. Нацу рассмеялся и сделал глоток. — Погодите, Грей сейчас спустится. Он наверху, переодевается. Мы его уговариваем сыграть ещё что-нибудь. Никуда не уходите, ясно? Он уже собирался уходить, но вдруг остановился и обернулся с хитрой ухмылкой: — Так, стоп. А почему у вас пустые руки? — Нацу сделал театральный жест, будто что-то вспомнил. — Это возмутительно! Он сунул Лисанне в руки открытую банку пива. — Держи-ка. А на кухне ещё есть — берите что хотите. — Воу! — Лисанна застыла, растерянно держа банку двумя пальцами, как взрывоопасный предмет. — Мы, вообще-то, не пьём… — Что, никогда? — Нацу искренне округлил глаза, словно услышал, что они не дышат кислородом. Он окинул девушек взглядом, полный недоверия. — Серьёзно? Ни разу? Даже на Новый год, под присмотром родителей? Обе девушки синхронно качнули головами. — О, ну это даже круче, — просиял он. — Всё когда-то бывает в первый раз. — Не лезь к моим девочкам! Голос Люси прозвучал сзади, как выстрел — точный, уверенный, вовремя. Джувия чуть не подпрыгнула. — Если ты не забыл, — продолжила она, подойдя ближе и сжав Нацу за плечо, — нам, вообще-то, только по шестнадцать. Она обвела подруг взглядом, заметив банку в руках Лисанны. — Джу, Лис, на кухне есть безалкогольное пиво. Я сама его беру — иначе уже давно спилась бы с этими… — она бросила взгляд на Нацу, — алкоголиками. — Дорогая моя, — пропел тот, уже слегка под градусом, и, хихикая, потянулся к ней с обнимашками. — Зачем же ты так жестока… Но Люси осталась непоколебимой, как ледяная глыба. — Нет, Нацу, иди пообнимайся с унитазом — часа через два, по расписанию. Я уверена, вы отлично поболтаете. Она повернулась к девушкам и кивнула: — Идём, я покажу, где у тут нормальное питьё. Тем не менее Нацу, как щенок, поплёлся за ними, насвистывая себе под нос какую-то мелодию и раскачиваясь в такт. Джувия шла следом, но её взгляд то и дело метался по комнате — она искала его. Ни на лестнице, ни среди стоящих у колонок, ни на диване — Грея не было видно. Она уже начала думать, не уснул ли он наверху. Через пару минут к ним присоединилась Леви — уже посвежевшая, с вымытой руками и готовая к социальной активности. — О, ты пришла как раз вовремя, — сказала Люси и вручила ей банку безалкогольного пива. — Это моё любимое. Вкусное, холодное, и никто не будет доставать с вопросами, «ты что, не пьёшь?», «ты что, на антидепрессантах?». Вчетвером они устроились на кухне за небольшим столиком у окна. Возле раковины стояла открытая коробка с пиццей, рядом — миска с чипсами. Люси взяла себе газировку, Леви включилась в обсуждение выступления, а Лисанна уже успела повыкладывать фоточки в Инстаграм, отмечая всех, кого знала. Нацу, не теряя своей харизмы, запрыгнул на столешницу и, покачивая ногами, начал рассказывать, как когда-то случайно выбил дверь ударом ноги. Девушки слушали вполуха — но атмосфера становилась всё уютнее. А Джувия, казалось, не могла расслабиться. Она делала вид, что участвует в разговоре, но всё чаще взгляд её ускользал в сторону входа. — Этот продюсер… он сейчас болтает о чём-то с Эльзой на заднем дворе. Даже не знаю — стоит ли нам тоже пойти, заговорить с ним? Как вам вообще выступление, как всё прошло? — спросила Люси. — Я так волновалась, что у меня дрожал голос! Серьёзно, у меня ладони до сих пор вспотевшие. — Люси, ты была шикарна, — уверенно сказала Джувия. — Неотразима. Правда. Я уверена — конкурс у вас уже в кармане. — Нам вообще сказали, что перед выступлением нужна какая-то завлекающая речь, — Люси закатила глаза и отпила из своей банки. — Только сообщили об этом буквально за минуту до выхода на сцену! Пришлось импровизировать. Мне кажется, я наговорила какую-то чушь… — Нет, ты держалась уверенно, — вставила Леви. — И выглядела спокойно, даже когда призналась, что «жутко волнуешься». — Организатор сказал, что артист должен взаимодействовать с залом. Ну, знаете, все так делают — типа, надо создать атмосферу, разговор, контакт. Но почему это именно мне пришлось делать? У Грея с Нацу тоже были микрофоны, между прочим! — Потому что ты справилась бы с этим лучше, чем кто-либо, — пожал плечами Нацу, всё ещё болтая ногами с кухни. — Ты же у нас, вроде как, лидер. — Эм, нет-нет, — Люси замахала руками, смеясь. — Только не говори об этом Эльзе. У неё на этот счёт есть своё мнение. Очень… жёсткое мнение. — Ну, может быть, но лично для меня лидер — ты, — спокойно сказал Нацу, глядя на неё так, будто это был не просто комплимент, а что-то… большее. Повисла короткая пауза. Джувия, не сдержавшись, прикрыла лицо руками, едва сдерживая смех — от умиления. Они такие… — Как мило, — вслух озвучила Лисанна, ухмыляясь. — По десятибалльной шкале — это уверенные восемь с половиной. — Эм… — Люси слегка покраснела, отводя взгляд. — Спасибо, Нацу… О! Локи пришёл, — вдруг оживилась она, выхватывая момент, чтобы сбежать от неловкости. — Пойду поздороваюсь. И, поднявшись, она действительно направилась к входу, где как раз появился яркий, уверенный Локи, уже привлекая внимание своей причёской и громким голосом. На этом разговор закончился. Леви завязала разговор с вошедшей Эльзой, а Лисанна разговорилась с Нацу про грядущий бейсбольный матч между Магнолией и командой и Нантикока. Джувия опять оказалась не к месту. Она незаметно выскользнула из кухни, чтобы найти туалет (и не только). Людей в доме оказалось гораздо больше, чем Джувия ожидала. Удивительно, как такой, на первый взгляд, небольшой дом умудрялся вместить столько народу. Повсюду мелькали лица — смеющиеся, болтающие, громко спорящие о чем-то у колонок или сгрудившиеся у закусок. Джувия окинула комнату взглядом — и, как и ожидалось, почти никто не был ей знаком. Лишь пара ребят из школы, которых она когда-то мельком видела в коридорах. И тут она заметила его. Леон. Уголок её губ нервно дёрнулся, и инстинкт сработал моментально — повернуться и уйти. Или, хотя бы, резко сменить траекторию, что она и сделала. Она моментально развернулась, сделала шаг назад — и с размаху врезалась в чью-то спину. — Ох! Простите, — пискнула она, от неожиданности хватаясь за плечо «преграды» и одновременно стараясь не провалиться сквозь землю. Она подняла глаза — и облегчённо выдохнула, увидев знакомое лицо. — О, Мэри. Эм… привет. Извини, я… — О, Джувия! — Мэри, кажется, действительно была приятно удивлена. — Ты тоже здесь. Как дела? — Отлично, спасибо… — начала Джу и замерла, потому что в этот самый момент заметила, с кем именно стояла Мэри. Грей. Он стоял чуть сбоку, в тени, с бутылкой воды в руке. Спокойный. Сдержанный. Но глаза — те самые, знакомые, обжигающие — уже смотрели прямо на неё. Он явно её узнал. Джувия почувствовала, как у неё горят уши. — Я… я, вообще… — начала она, наугад выуживая первую спасительную фразу, — …я искала туалет. Не подскажешь куда идти? «Превосходно. Просто шикарно. Идеальный момент, чтобы заговорить про туалет. Браво, Джувия.» — А, конечно, — ответила Мэри, ничуть не удивлённая. — На втором этаже. Первая дверь справа. Не пропустишь. — Супер. Класс. Спасибо. Ну… я пойду в туалет. «Я пойду В ТУАЛЕТ? Ты СЕРЬЁЗНО это сказала? О, просто чудесно, Джувия, обязательно держи ВСЕХ в курсе, что ты пошла в туалет. Обязательно расскажи всем чем ты там занималась». Ругая себя, Джувия резко развернулась к лестнице, полная решимости хотя бы сбежать с минимальными потерями. Но стоило ей сделать шаг, как всё случилось почти одновременно — быстро, громко и, конечно, максимально драматично. Первым был Леон. Он, заметив её, сразу оживился — лицо расплылось в широкой улыбке, и он, лавируя между полупьяными гостями, уверенно пошёл в её сторону, при этом активно размахивая рукой, видимо, готовясь к дружелюбному «привет». А потом — Нацу. Он возник, как ураган. Буквально вылетел из-за угла с фирменным блеском в глазах и, как оказалось, с полным стаканом в руке. И в этот самый момент, конечно, направился прямо в сторону Леона. Дальнейшее произошло за секунды: Бум. Нацу сшибает Леона плечом. Плюх. Содержимое стакана летит вперёд. Шлёп. Всё это великолепие приземляется… на лицо и майку Джувии. Холодная жидкость — определённо не газировка — заливает ей глаза, и тут же начинает жечь. Она моргает, хлопает ресницами, чувствуя, как тушь предательски течёт вниз. Майка моментально прилипает к телу, намокая насквозь. Волосы теряют форму. О, да. Это была идеальная кульминация её вечера. Где-то на периферии она уловила, как несколько человек ахнули. Кто-то захихикал. Кто-то просто посмотрел. И, конечно, всё это происходило прямо перед глазами Грея, который стоял неподалёку. Рядом с ним — его «крутая» девушка, чьё лицо было повернуто в сторону Джувии с откровенно развлекательным интересом. А в голове Джувии уже звучала не музыка, а внутренний крик: «О, конечно. Конечно, это должно было случиться. Разумеется. Почему бы и нет?» Кто-то протянул салфетку. Кто-то спросил, всё ли в порядке. Музыка будто приглушилась — как в фильме, где героиня переживает публичное унижение, и весь мир замедляется, чтобы смаковать момент. Она стояла посреди гостиной, облитая пивом, с мокрыми ресницами, промокшей грудью и дрожащими руками. И единственное, что хотелось — немедленно исчезнуть. — Какой же ты придурок, Нацу, — в голосе Люси не было ни тени сомнения. Она появилась мгновенно, как только услышала всплеск и возгласы. На её лице читалась смесь ужаса и привычного раздражения. — Джу, ты как? — Всё в порядке, — выдавила Джувия, стоя посреди кухни, мокрая, как выброшенная на берег чайка. — Правда. Я просто… пойду умоюсь. Всё отлично. Она даже попыталась улыбнуться, но уголки губ дрогнули слишком неуверенно, чтобы кого-то убедить. — Ох, твоя одежда, — Люси оценила масштаб бедствия. Тёмное пятно на футболке, липнущая ткань, потёкшая тушь. — Тебе точно нужно переодеться. Грей? — она обернулась. — Одолжишь ей футболку? Джувия застыла. Что? — Пошли, — сказала Люси, беря подругу за руку. — Помогу тебе умыться. Всё будет нормально. И пока Джувия позволяла увести себя прочь, сознание разрывалось между паникой и абсурдом. Если бы кто-то утром сказал ей, что она окажется на вечеринке у Грея, облитая пивом, будет идти по его лестнице в его ванную, чтобы умыться, и потом — О, БОЖЕ — наденет ЕГО футболку, она бы просто рассмеялась. Или убежала. Но прямо сейчас это происходило в реальности. — Господи, — пробормотала она себе под нос, — если это сон — мама, не смей меня будить. Девушки поднялись на второй этаж. В доме было всё так же шумно, но здесь, чуть выше, шум звучал уже приглушённо. Люси первой вошла в ванную, не включая верхний свет, и привычным движением открыла один из навесных ящичков над раковиной. — Держи, — сказала она, протянув Джувии небольшую розовую баночку. — Это моя умывашка. Давно тут оставляла. Просто умойся как следует, и будет полегче. Джувия взяла флакон и на секунду задумалась. Умывашка Люси. В доме Грея. Что-то в этом сочетании было… странным. Особенно с учётом того звонка и… девушки рядом с Греем. Она ополоснула лицо холодной водой, промокнула кожу полотенцем, которое Люси аккуратно сняла с крючка. — Слушай, Лю, — сказала Джувия, медленно выдыхая, подозрительно глядя на баночку Люси и откладывая полотенце, — можно я кое-что спрошу? Если это слишком личное — не отвечай. Мне просто… любопытно. Люси замерла, будто уже предчувствуя вопрос. — В тот день, когда ты оставила у меня телефон… — продолжила Джувия. — Когда тебе позвонил Грей. Почему он позвонил тебе? Не лучшему другу, не девушке, не отцу. Именно тебе? Она сразу опустила глаза. — Я понимаю, что это может звучать бестактно, и если не хочешь… — Нет, — перебила её Люси, тихо. — Всё нормально. Не хочу, чтобы это было какой-то неловкой тайно и всплыло там, где я не буду ожидать. Лучше сама расскажу. Только пообещай — никому. Даже Лисанне и Леви. Хорошо? Джувия кивнула, затаив дыхание. — Просто… — начала Люси и повернулась к зеркалу. Щёки её порозовели. — Между нами с Греем кое-что произошло… И в этот момент дверь распахнулась. Обе девушки одновременно дёрнулись. На пороге стоял Грей. В руках — сложенная чистая черная футболка. На Грее всё тот же спокойный взгляд, немного удивления — и ни капли смущения. — Грей, ты с ума сошёл?! — всплеснула руками Люси. — А если бы мы тут были голые? Ах, да. Спасибо, конечно, — добавила она с сарказмом. — Прости, — сказал он, протягивая футболку. — Она чистая. Надеюсь, подойдёт. Джувия смотрела на него, не в силах даже сделать шаг. «Между ними кое-что произошло…». Она встретилась с ним взглядом. На секунду. Дольше она просто не смогла — его глаза были тёмными, глубокими, будто в них можно было утонуть… или исчезнуть. Это было физически невыносимо — смотреть на него дольше. — Спасибо, — пробормотала она, не поднимая глаз. — Ладно, — сказала Люси, — переодевайся. Потом расскажу, что случилось. И, кивнув, Люси последовала за Греем, одарив Джувию напоследок тёплой улыбкой. Когда дверь захлопнулась, Джувия тут же повернулась и закрыла её на замок. Сердце колотилось. В ванной снова воцарилась тишина, приглушённая музыка издалека казалась чужой. Она посмотрела на себя в зеркало — мокрая футболка прилипла к телу, ресницы местами слиплись, румянец на щеках уже невозможно было списать на духоту. Она сняла промокшую ткань, протёрла грудь прохладной водой, чтобы смыть липкий запах пива. И только потом развернула его футболку. На секунду задержалась. Это футболка Грея. «Он её носил. Она была на его теле. А сейчас… будет на моём». Она прижала ткань к лицу, делая медленный вдох. Запах чистоты. Порошка. Лёгкая нота табака. И ещё что-то неуловимое. Едва заметное. Запах, который она никак не могла описать. Но именно он казался ей самым ярким — так пахнет мужчина, который ей нравится. Она надела футболку осторожно, почти благоговейно. Она была немного велика — свободно спадала с плеч, рукава закрывали локти. Но она чувствовала себя максимально комфортно. «Хочу оставить её навсегда». Но она уже задержалась. Джувия наскоро свернула мокрую футболку, как попало затолкала её в рюкзак, поправила волосы и, глубоко вдохнув, отперла дверь. И тут же — врезалась в него. — Ой! Напугал… — Джувия отступила на шаг, чувствуя, как сердце делает сальто. — То есть… это же твой дом, конечно. Ты можешь быть где хочешь. Она сглотнула. — Спасибо за футболку. Я обязательно верну. Как смогу. — Не парься, — спокойно ответил он. — Мне не срочно. Они сдержанно улыбнулись друг другу. Неловко. Почти по-детски. И Джувия уже собиралась ретироваться, пока не потеряла сознание — всё-таки они впервые стояли вдвоём, без посторонних, в замкнутом пространстве, и воздух между ними казался напряжённым, как перед грозой. Но Грей остановил её одним словом. — Спасибо. Она повернулась к нему, слегка удивлённо. — За что? Он замялся, почесал затылок, словно надеялся, что неловкость можно будет стереть этим движением. — За тот раз. Ты понимаешь… — Он опустил взгляд. — Я не хотел тебя тревожить. Джувия сразу поняла, о чём речь. — О, не переживай! — поспешно сказала она, чувствуя, как начинает говорить чуть быстрее обычного. — Ерунда, правда. Никаких проблем. Обращайся. В любое время. Он кивнул, но выглядел всё ещё неуверенным. — Я… не совсем помню. Ну, то есть, помню смутно. Я не наговорил чего-нибудь странного? Или… мерзкого? Джувия на секунду задумалась, потом слегка улыбнулась — почти с нежностью. — Нет, ничего такого. Пауза. — Во всяком случае, я ничего такого не помню. Грей тоже усмехнулся — коротко, но искренне. Тишина между ними вдруг перестала быть неловкой. Джувия, конечно, лукавила. Она отлично помнила, как Грей назвал кого-то «сукой», но решила не рассказывать об этом, хотя бы потому, что всё ещё не имела ни малейшего представления, кого он тогда имел в виду. — Ладно, — Грей на секунду замолчал, потом вытянул руку, протягивая ей бутылку. — Хочешь? Обычное пиво. Не безалкогольное. Холодное, с каплями на стекле, явно только что из холодильника. Джувия замерла, но отказать не смогла. — Да, спасибо, — ответила она, принимая бутылку обеими руками, как что-то драгоценное. Бутылка приятно холодила пальцы. Она смотрела, как Грей открывает свою, и будто бы всё происходило в каком-то замедленном кино. Он поднял свою бутылку, прищурился и, слегка усмехнувшись, сказал: — Постарайся не залить остальную одежду. Не думаю, что у меня найдутся штаны твоего размера. — Ха-ха… хорошо, — Джувия улыбнулась, удивившись, что всё ещё способна шутить. Они чокнулись. Глухой, звонкий звук стекла будто подрезал шум далёкой музыки. Джувия сделала первый глоток осторожно, будто тестируя не только напиток, но и саму ситуацию. На вкус — всё то же самое, что и безалкогольное. Только чуть более резкое послевкусие. Она сделала ещё один глоток, уже увереннее. Хм. Кажется, совсем не пьянило, но внутри уже кружилась голова. — Хотела сказать… — начала она и тут же почувствовала, как глотка пересохла. Но она собралась. — Хотела сказать, что… вы были великолепны. Слова вылетели слишком быстро, но были настоящими. Она говорила их от себя, не из страха, не из желания понравиться — просто потому, что не могла их не сказать. Грей обернулся к ней полностью, и на секунду — совсем коротко — в его взгляде мелькнуло удивление. Не насмешка, не холод. — Спасибо, — ответил он. Без лишних слов. Как будто он услышал её всерьёз. Не желая прекращать их беседу, Джувия продолжала говорить уже на совершенно другую тему: — Знаешь… — сказала она, прежде чем успела себя остановить, — это моя первая вечеринка. Слова вылетели сами — лёгкие, неловкие, будто бы вырвались из сердца напрямую, не проходя через фильтр головы. Она тут же пожалела, но было поздно. — И моё первое пиво, — добавила она, уже тише, глядя в бутылку, словно там могла найти оправдание. — Ох, чёрт, — Грей поморщился. — Прости. Я совсем забыл, что ты… ну, ещё маленькая. Тебе же, по идее, нельзя алкоголь. — Нет-нет, — поспешно перебила она, поднимая глаза. — Всё в порядке. Мне даже нравится… — «…что я разделила этот момент с тобой», — чуть было не вырвалось, но она вовремя прикусила язык и сделала очередной глоток, пряча улыбку в горлышке бутылки. Пауза. Но не напряжённая — скорее, осторожная. Как будто оба стояли на краю чего-то нового. И вдруг, набравшись непонятно откуда взявшейся смелости, Джувия спросила: — А что обычно делают на вечеринках? Кроме пива. Грей усмехнулся, наклонив голову чуть набок. — Ну… — он сделал паузу, будто прикидывая, насколько откровенным может быть ответ. — Танцуют. Знакомятся. Он бросил на неё короткий, лукавый взгляд. — Ну и… знакомятся чуть ближе. — Оу, — Джувия рассмеялась, слегка покраснев. — Я поняла. Кажется, на вечеринках мне не место. Всё это… у меня выходит очень плохо. — Почему ты так думаешь? — спросил он. Она хотела ответить. Может быть, даже честно. Но в горле вдруг пересохло, а взгляд опять встретился с его — тёмным, внимательным, неотрывным. И она просто пожала плечами, пряча улыбку. — Ещё на вечеринках… — продолжил Грей не замечая её неловкости, — можно играть в настольные игры. Он бросил на неё чуть лукавый взгляд. — Я обычно не предлагаю — Нацу и Люси считают, что настолки портят всё веселье. — Ну, смотря какие, — пожала плечами Джувия. — Монополия — действительно отличная игра, чтобы развестись. С моей тётей и её мужем так и случилось. Грей фыркнул, усмехнувшись. — Не поспоришь. — Мне больше нравятся настолки с фэнтези-сюжетом, — добавила Джувия. Играла ли она когда-нибудь в такие? Разумеется нет, но чтобы поддержать тему, явно интересующую Грея, она продолжила говорить о том, в чём совершенно не разбиралась. Как называется этот синдром? — О, тогда тебе точно понравится одна штука, — оживился он. — Мне друг из Канады недавно привёз классную настолку. Пошли, покажу. Идеальное сочетание драконов, эльфов и дворфов. Прежде чем она успела ответить, он уже уверенно шёл по коридору в сторону своей комнаты. И Джувия, немного опешив, пошла за ним — с лёгким, но ощутимым трепетом в груди. Комната Грея оказалась совсем не такой, как она представляла. Никакого пафоса, всё было… скромно, чисто, собранно. Книжная полка вдоль стены — аккуратные ряды книг вперемешку с коробками настолок. Названия незнакомых фэнтезийных миров, карточные игры, парочка явно коллекционных фигурок. В углу комнаты — гитара, прислонённая к креслу. Рядом, на полу, лежала пара блокнотов с заметками и карандаш, воткнутый в пружину. И, конечно, большая кровать, с чуть небрежно сброшенным серым пледом. Джувия застыла на пороге. Не потому, что боялась. А потому, что всё здесь… принадлежало ему. Это комната — его обитель и ещё чуть-чуть, и она оказалась бы практически в его сердце. — Проходи, — сказал он, кивнув в сторону коробок. — Я тебе сейчас покажу, она с шикарными миниатюрами. Правда, я ещё не играл — жду, когда соберётся нормальная компания. Джувия сделала шаг вперёд, чувствуя, как будто случайно заглянула в его внутренний мир. — Смотри, — Грей протянул ей коробку с игрой. На обложке — тёмный лес, монстры, фигурки, мини-карты. — Классная штука. Если хочешь — можем как-нибудь сыграть. — Он перевернул коробку и фыркнул. — Ага. От трёх человек. Он задумался на секунду, потом бросил взгляд на полку, вытянул оттуда небольшую стопку карт и обернулся к Джувии с кривой улыбкой: — Как насчёт УНО? Я выпил уже три бутылки пива. Мне кажется, на сложные стратегические ходы я пока не способен. — Звучит как отличный план, — улыбнулась Джувия. — Давай. Они устроились на ковре: разложили карты, сели друг напротив друга, бутылки поставили по бокам. Музыка снизу доносилась уже приглушённо — словно вечеринка была где-то далеко. Джувия не была пьяна, но находилась в том состоянии, когда сознание становится мягким, как после долгой тёплой ванны. Ей уже было всё равно на многое: на маму, которая, возможно, ждала её вечернего звонка; на подруг, которые, вероятно, потеряли её из виду; на шумную тусовку внизу. Но не всё равно — на то, что она сидит с Греем, в его комнате, на ковре, в его футболке, с картами в руках, словно они делают это всегда. Словно вечер был создан для них двоих. И хоть игра была почти детской, ощущения — совсем нет. — Ты же знаешь правила? — спросил он, тасуя карты и бросая на неё искоса взгляд. — Предположим… почти, — рассмеялась она. О, что-что, но по части УНО Джувия была не просто матером — она была легендой. Грей усмехнулся. — Осторожно. Я не щажу даже новичков. И тут же, как по команде, начал раздавать карты, а она только подумала: пусть этот вечер длится как можно дольше. — Ладно, — сказал Грей, тасуя колоду с деланным серьёзным видом. — Играем, пока не закончится колода. И никаких пощад. — Договорились, — улыбнулась Джувия. — Играла когда-нибудь в D&D? — Ни разу, — призналась она, бросая карту. — Но очень хотела попробовать. Тебе плюс четыре. — Хм, — прищурился Грей. — Сразу видно, что ты не профессионал в УНО. Так карты не кидают. Но ладно. Беру. Он потянул из колоды и тут же продолжил: — По субботам в местной библиотеке проходят партии. Настоящий D&D. Там мастер — крутой мужик, из Нью-Йорка. Если любишь фэнтези — тебе туда. Тебе плюс два.\ — Надеюсь, он объяснит мне, что к чему, — хихикнула Джувия, не отрывая взгляда от карт. — Обычно мне нужно время, чтобы вникнуть в правила, но если пойму — уже не забуду. — Гилдартс объяснит. Он как волшебный дедушка из древнего леса. Только с ноутбуком. Приходи завтра — я тебе место забью. Грей выглядел чертовски довольным собой. И зря. Потому что, как оказалось, он совершенно не знал, с кем сел играть: Локсар этим летом обыгрывала свою сестру в УНО почти восемьсот раз. Джувия была милой — но безжалостной. Грей закончил партию с внушительной стопкой карт, сжав губы в фальшивом достоинстве. — Ладно… — он потёр лоб, — ты меня уделала. — Моя сестра была отличной подушкой для оттачивания боевых навыков, — ответила Джувия с невинной улыбкой, собирая карты обратно в колоду. Они оба посмотрели на свои бутылки. Пустые. Грей поднялся первым. — Тебе принести ещё? — Да, думаю… можно, — кивнула она, слегка улыбаясь. Ей нравилось, что он предложил. Что не ушёл просто так. — Я сейчас, — сказал он, уже подходя к двери, но уйти он не успел. В комнату заглянула Мэри. — О, — сказала она, взгляд перескочил с Грея на Джувию, затем на бутылки, карты и обратно. — Надеюсь, я не мешаю? Грей, тебя все обыскались, — заявила Мэри, оглядывая комнату. Её взгляд, будто невзначай, скользнул по бутылкам и картам на ковре. — Все хотят видеть главную звезду вечера с гитарой в руках, а ты, смотрю, решил спрятаться. Она повернулась к Джувии: — А тебя, Джувия, подруги ищут. Думают, ты снова уснула в туалете. Ха-ха, это какая-то захватывающая история, да? Ох, не обязательно было напоминать… — мысленно простонала Джувия. В той истории не было ничего «захватывающего». Только стыд и холодная плитка под щекой. — Ой, я немного… Да, точно, мне пора, — сказала она, вставая. — Спасибо за игру. Ты хорошо играешь. — Это было очень позорное поражение, — усмехнулся Грей, поднимаясь следом. Они втроём спустились на первый этаж, где вечеринка уже развернулась в полную силу: Нацу танцевал в солнечных очках, размахивая руками под бит, Люси и Минерва крутились рядом, смеясь. Лисанна и Леви моментально вынырнули из толпы, увидев Джувию. — Честное слово, я уже начала думать, что тебя снова надо будет вытаскивать из туалета! — воскликнула Лисанна. — Пожалуйста, больше никогда не упоминай ту историю, — простонала Джувия. — У меня… всё просто офигенно. Она выдохнула, улыбнулась и добавила с загадочным выражением: — Я сейчас расскажу, и вы обалдеете. И она поведала, как обыграла Грея в УНО. Как пила с ним пиво. Как побывала в его комнате. — Звучит так, будто ты смогла поговорить с парнем дольше пяти минут, — хихикала Лисанна, и, судя по её сияющему лицу, возможно, тоже перепутала обычное пиво с безалкогольным. Джувия закатила глаза. — О нет, — простонала она, прикрывая лицо ладонями. — Знаете, что я ему сказала? Что обожаю настолки. — Ты же не играла ни во что сложнее Монополии, — заметила Леви, отпивая газировку. — Вот именно! — согласилась Джувия. — А завтра он позвал меня играть в D&D. Меня! Я. Не. Умею. Играть. В. Настолки. Мне нужно срочно научиться. — И ты собираешься пойти? — приподняла бровь Лисанна. — Я хочу… — Джувия качнула головой. — Но я же просто облажаюсь. Я сяду там, всё испорчу, забуду, кто мой персонаж, и спрошу, можно ли заклинанием сварить суп. Она вздохнула. — Да и ладно. Лучше не позориться. Не пойду. И хотя сказала это вслух — внутри она уже спорила с собой. Тем временем в центре комнаты начинался, как будто, второй концерт. Рядом с ребятами из группы стоял мужчина в светлой деловой рубашке, чуть ослабленной на вороте, с закатанными рукавами. — Смотри, — Лисанна легонько подтолкнула Джувию локтем. — Видишь того мужика? Это отец Грея, Сильвер. Джувия повернула голову, и взгляд сразу зацепился. Он выглядел… в точности как Грей. Та же чёткая линия челюсти, те же густые чёрные волосы, чуть с проседью у висков, те же тёмные, пронзительные глаза, только вместо отстранённости — открытая, теплая искра. Взгляд, в котором жили и хулиганство, и опыт, и бесконечная способность смеяться над собой. — Он отличный мужик, — продолжила Лисанна. — Пока мы тебя искали, он засыпал нас шутками. У него их как из рога изобилия. Кажется, он знает, как взбодрить молодёжь. — Сильвер сам как подросток, — добавила Леви, подперев щеку рукой. — Рассказал, как однажды с Джераром уехали в Аллентаун… Она хихикнула. — И как они вдвоём так напились, что утром проснулись с пачкой денег. Оказалось, они выиграли тысячу долларов в местном казино. Но при этом оба ничего не помнили. — Господи… — выдохнула Джувия, не отрывая вгляда от Сильвера. — Он как будто… рок-звёздный папа. Грей с ним похожи не только внешне. В этот момент Сильвер повернулся к Грею, что-то сказал, похлопал по плечу и рассмеялся. Улыбка Грея стала мягче, теплее — такой Джувия её ещё не видела. Внезапно музыка оборвалась — будто кто-то выключил мир. Люди обернулись, будто в воздухе произошло нечто значимое. И именно в эту тишину Грей поднял с пола стоящую у стены гитару, уселся на подлокотник кресла и провёл пальцами по струнам. Комната наполнилась незнакомой мелодией — мягкой, меланхоличной. Люси села рядом, на подлокотник дивана, подтянув ноги, и, едва Грей задал темп, запела. Её голос был тихим, почти шепчущим, но в нём определенно была сила. Они выглядели прекрасно. Настолько, что люди вокруг будто растворились, исчезли. Их энергии сплелись воедино. Казалось, будто он играл именно для неё. А она пела — именно для него. У Джувии что-то кольнуло в груди. Ревность? Грусть? Она вдруг ясно поняла: они идеально смотрятся вместе. Люси — как солнце. С золотыми волосами и лёгкой улыбкой, которая сводила с ума. Яркая, лёгкая, почти невесомая, а Грей — её тень. Спокойная, надёжная, та, что всегда прикроет. Они были гармонией, визуальной и эмоциональной. И Джувия не могла ничего поделать с неми чувствами, что овладели ей. Когда песня закончилась, комната взорвалась аплодисментами. Грей отложил гитару… но не успел даже встать. Мэри — яркая, решительная — резко шагнула к нему, обвила его за шею и, при всех, поцеловала. Просто. Легко. Без лишних слов. Как будто это было совершенно естественно. Джувия застыла. Все в комнате снова закричали, кто-то засвистел. А у Джувии внутри раздался щелчок. Тихий, но невероятно болезненный. Она почувствовала себя так, будто ей срочно нужно выйти на воздух. — Ого, это было смело, — заметила Лисанна, глядя в сторону Грея и Мэри. На её губах играла полуулыбка — скорее от удивления, чем от восторга. Но, обернувшись к подруге, она тут же пожалела, что сказала это. Джувия стояла будто окатившаяся ледяным душем. Щёки розовели не от смущения — от едва сдерживаемых слёз. Взгляд был рассеянным, губы дрожали. — Эй, ты как? — мягко спросила Леви, наклоняясь к ней. — Что?.. — Джувия попыталась улыбнуться, но получилось жалко. Голос прозвучал слишком тонко, почти неслышно: — А, да. Они… отлично спели. Прекрасная пара. Просто… идеально подходят. Она сделала вдох, короткий и неглубокий, словно боялась, что на выдохе сломается. — Ой, что-то я устала. Может, поедем домой? Лисанна посмотрела на часы, кивая. Она не стала спорить, не стала что-то говорить — просто поняла, что Джувии это нужно прямо сейчас. — Да, думаю, можно. Леви, ты как? Идёшь? — Да, поехали, — отозвалась синевласка. Вид у неё был не менее вымотанный, будто атмосфера вечера осела пылью на плечах. — Можем остаться у меня. Дом почти пустой, — негромко предложила Джувия, натянуто улыбнувшись. В голосе сквозила усталость, но и нужда в тишине, в пространстве, где можно просто выдохнуть. — Отлично, — кивнула Лисанна, ободряюще положив руку на её плечо. Они пробрались сквозь толпу, попрощались с теми, кого успели заметить — и вышли в ночь. Ветер был прохладный, но освежающий. И как только за ними закрылась дверь, Джувия почувствовала: не смотря ни на что сегодня был самый яркий день в её жизни.