Пастила из смоляники

      Мистер Престон не посчитал нужным сообщить своему генералу, что в поселении, куда он отправил ее заручиться поддержкой минитменам, живут одни сплошные гули. Миссис Элеонора Мак-Тир, едва пережив унижение, сопутствующее позорному бегству от гончей супермутантов и дальнейшему следованию по широкой окружности ползком по кустам, грязи, пыли, мимо их стойбища, ввалилась в Потогонку с облегчением измученного обстоятельствами странника, но никак не доблестного генерала защитников Содружества. Радостно побежала к работающим в поле людям, как подслеповатый щенок, но разглядев вместо цветущих крестьян на поле гулей, затормозила, взмахивая руками и встала, как вкопанная, борясь с приступом неконтролируемой брезгливости. В ее сторону заторопились сразу несколько поселенцев, побросавших мотыги в ухоженные грядки морковки. Пока они шли, Элеонора быстро-быстро обмахивалась ладонями, стараясь стереть с лица совсем нелестное для гулей выражение.       По большому счету, она не была виновата в спонтанно возникшей реакции на вид изуродованных радиацией людей, просто так случилось, что первый гуль, которого она увидела, выскочил на нее из кучи придорожного хлама, словно черт из табакерки, набросился, загребая перед собой руками, словно пытаясь прижать к сердцу прелестную незнакомку. Однако, выражение его морды, того, что осталось от человеческого лица, точно подсказало миссис Мак-Тир, что ее сейчас сожрут. Элеонора была против, выстрелила несколько раз, пытаясь попасть в искореженное тело, мчащееся на нее, и потом с ужасом разглядывала подползающее, тянущее к ней руки существо. Мало того, что она испугалась, до тошноты, так еще и дозу радиации подхватила, как будто напилась из лужи. Мистер Престон, разумеется, объяснил ей потом, что гули бывают и разумные, вполне себе уравновешенные и неагрессивные, и что есть гули современные и довоенные, напугав последним заявлением Элеонору еще больше. Теперь, от одной мысли, что она, получив дозу радиации может превратиться в одно из этих омерзительно-болезненных чудовищ, внутри все сжималось от неприятия, а на лицо натягивалась гримаска отвращения. - О, боже-боже-боже, - бормотала про себя Элеонора, стараясь не смотреть на подошедших мутантов.       Женщина-гуль, в черном завитом на довоенный манер парике подбежала первой и (Элеоноре пришлось резко выдохнуть и зажмуриться на секунды) приобняла ее за плечи, заглядывая прямо в глаза своими жуткими черными глазами, едва прикрытыми веками: - За тобой гонятся? О, бедняжка, она так напугана, - обратилась она сразу ко всем набежавшим, обступившим Элеонору гулям.       Миссис задышала часто-часто и, сделав над собой усилие, открыла глаза: - Нет-нет, я просто долго бежала, а потом шла, - сбиваясь, начала Элеонора, - потом была эта зеленая собака, а я ужасно боюсь огромных зеленых собак…       Пока она все это бормотала, в процессе осознавая, что вся ее миссия по завлечению в отважные ряды минитменов, сейчас самым отчаянным образом трещит по швам из-за ее словесной несдержанности и излишней эмоциональности. - Но я ее застрелила, - мужественно закончила женщина, и встретилась взглядом с другим гулем, насмешливо ее рассматривающим. - Да вы молодец, - похвалил он, и головы всех гулей повернулись к нему.       «Главный», - сообразила Элеонора, одергивая на себе кожаную курточку и заново собираясь с духом. - Так, дайте девочке отдышаться, - ввязалась гуль с серебристыми короткими волосами, - меня зовут Холли, я тут заведую торговлей, ты торговать хочешь с нами? За этим пришла?       Разговор перемещался от грядок к открытому бассейну, заполненному водой, в котором деловито сновала еще пара гульих голов над поверхностью. Вглядевшись, Элеонора увидела прекрасные заросли смоляники, покрытые спелыми ягодами. У самого бассейна, под защитой зонтиков, стояли шезлонги и садовые кресла, в одно из которых усадили гостью, а напротив расположилась Холли. Гуль-мужчина остался стоять, скрестив руки на груди. - Я пришла по поручению минитменов, - тщательно, чтобы слова звучали весомей, выговорила Элеонора, не зная к кому конкретно обращаться, и поэтому вертя головой с одного гуля на другого. - Звать-то тебя как, посол? – снисходительно поинтересовался стоящий. - Элеонора, - она попыталась привстать, но это было явно излишним, и поэтому просто неловко дернулась в кресле. - Я Уайзмен, глава этого поселения, - представился гуль. – Готов тебя выслушать, Элеонора. - Можно просто Нора, - подобралась в кресле женщина. – Я генерал минитменов.       Лучше бы она этого не говорила: сидящая рядом Холли, не сдержавшись, хохотнула в голос. Уайзмен жестом попросил ее сдержать эмоции, но у самого выражение плешивого лица стало совсем не лестным для Норы: «что же представляют из себя минитмены, если у них Такой генерал» - явственно читалось на нем. Продолжать дальше было смешно, но необходимо. - Я пришла пригласить ваше поселение присоединиться к минитменам, - упавшим голосом призналась Нора.       Холли отвернулась от них и странно затряслась телом, тщательно закрывая лицо измазанной в земле ладонью. Уайзмен оценивающим взглядом поднялся от ступней Норы, на которых она даже пальцы поджала от стыда, до ее широко распахнутых, блестевших от близких слез глаз. - И что минитмены могут предложить Потогонке, мисс? – заинтересовался он. - Миссис, - пискнула Элеонора, заливаясь румянцем и старательно не моргая, глядя в глаза гулю, - я миссис Мак-Тир и мы предлагаем вам защиту.       Седая Холли сползла с кресла, все так же сдерживая смех, но уже почти обессиленная этим титаническим усилием. - Защиту, - посмаковал слово гуль. - Я вдова, - зачем-то сообщила Элеонора свои интимные подробности окружающим. - Мои соболезнования, - высказала Холли и переглянулась с Уайзменом, - Я с вашего позволения пойду делом займусь, - и, поднявшись из кресла, все так же вздрагивая на ходу, удалилась в сторону огорода, где ее тут же обступили гули.       Элеонора опустила глаза и принялась мять в руках край курточки, такого её провала в качестве посла, мистер Престон не переживет. Уайзмен сжалился над искренне огорченной женщиной, присел рядом с ней: - Мы сейчас прекрасно справляемся сами, миссис Мак-Тир, - начал он медленно, - но мы, безусловно, рады такому предложению.       Нора подняла на него глаза, стараясь понять - смеется над ней этот гуль или говорит всерьез. Выглядел Уайзмен серьезным и Нора поспешила снова уткнуть взгляд в настил у бассейна. - Единственное, что немного мешает – это супермутанты, которые захватили ферму недалеко от нас. Они на нас не нападают, но для дела, в общем, это не очень хорошо.       Элеонора вздохнула, понимая куда он, самым кошмарным образом, клонит. - Если минитмены справятся с этой непростой, - он особенно выделил интонацией слово «непростой», - задачей, мы с радостью будем считать минитменов своими друзьями. Но, никак не раньше.       Нора еще ниже уткнулась в доски настила. - Откуда ты пришла? - уже мягче поинтересовался гуль. - Из Сэнкчуари, мистер Уайзмен, - послушно отчиталась Нора. - Сегодня заночуйте у нас, в левом крыле есть не занятые постели. Нора, берите, что нужно, поешьте смоляники, - Уайзмен встал из кресла. – Возвращаясь в Сэнкчуари, держитесь южнее, там безопаснее. Он постоял молча над ней, размышляя, что еще можно сказать. - Мы будем рады видеть вас вновь в нашем поселке, - официальным тоном закончил он и так же, как Холли, направился в сторону огорода.       Нора осмелилась поднять глаза, лишь когда он удалился на достаточное расстояние, чтоб не услышать ее очередного расстроенного вздоха.       Плечи гуля, показались Элеоноре, ну очень широкими, относительно узкой поясницы.