Карты и легенды

Как оказалось, у меня скопилось достаточно милей, чтобы взять нам до Питтсбурга билеты первого класса, - остатки былой роскоши от работы в «Вэнгард». Джастин, узнав об этом, пришел в полный восторг. Он никогда еще не летал первым классом. Ему ужасно понравилось, что нас первыми пригласили занять свои места в самолете. По пути к выходу на посадку он все время оглядывался на остальных пассажиров, надеясь, что все они смотрят на нас с завистью. И был очень разочарован, когда выяснилось, что никому из них и дела нет до нашей псевдо-исключительности. Нас посадили на последние места в отсеке первого класса, и Джастин все восхищался, как же тут просторно. Затем он положил мою руку себе на плечи, устроился головой у меня на груди, а ногой обвил мою ногу. Я вообще-то не собирался ничего пить в полете. Но чем больше я пытался расслабиться, тем навязчивее у меня в голове крутились мысли о том, что ждало нас впереди. Дома я никому ничего толком не объяснил, и понятно было, что теперь у всех могло сложиться впечатление, будто я увлек Джастина за собой против его воли. Можно подумать, я до сих пор способен был им манипулировать! Можно подумать, мне это вообще когда-нибудь по-настоящему удавалось… Однако, как верно сказал Джастин, никто из них ни хрена не понимал. А это означало, что убедить их всех, что я снова не задался целью сломать бедному парню жизнь, будет труднее, чем уломать самого строптивого клиента. Эх, даже жаль, что теперь у меня все равно не будет на это ни времени, ни сил, - раз уж я твердо решил открыть собственный бизнес. Наш бизнес. И все же я не мог не признать, что скучал по своему сыну. Это было такое забавное чувство, только обострившееся после того, как я поболтал с ним по телефону, позвонив перед отъездом Линдси. Благодаря матери Джастина, до нее уже дошли слухи о нашем решении открыть собственный бизнес. Конечно же, она была на нашей стороне, но при этом так охала, будто я сообщил ей, что мы сбежали, чтобы тайно пожениться. В общем, в конце концов, я сдался и заказал скотч с содовой. Джастин, до сих пор сопевший у меня на груди, в этот момент как раз проснулся и принялся жалобно спрашивать, прилетели мы уже или нет. - Почти, - ответил я и наклонился его поцеловать. Он улыбнулся. И я улыбнулся. И потом мы просто смотрели друг на друга, пока стюардесса не принесла нам выпивку. Я отпил из своего стакана, а потом спросил его: - Ты же понимаешь, что не обязан этого делать? Он, разумеется, повернулся ко мне и посмотрел на меня, как на сумасшедшего. Но я должен был во что бы то ни стало прояснить этот момент, прежде чем мы ступим на землю Пенсильвании. - Если у тебя появились какие-то сомнения, или если ты просто передумал, я… я пойму. - Брайан, я бы не сказал «да», если бы не хотел этого. - Да, я знаю, но… тут все куда серьезнее, чем просто вписать свою фамилию в логотип компании. И я хочу, чтобы ты был абсолютно уверен. - Я абсолютно уверен. А ты? - В смысле, уверен ли я, что хочу в это ввязаться? Абсолютно. - Нет, - поправил он. – Уверен ли ты, что хочешь ввязаться в это вместе со мной? - Считаю ли я, что ты справишься? Вне всяких сомнений. Но я не хочу, чтобы ты участвовал в этом… - я помедлил, стараясь найти подходящие слова, - … только потому, что я тебя попросил. - Брайан, это не только потому, что ты меня попросил. Я попробовал зайти с другой стороны: - А что, если твоя мама будет против этой затеи? Он пожал плечами. - Тогда, думаю, придется ей вслед за отцом отправиться в Страну Вечного Порицания. Ее это все совершенно не касается. Я кивнул. Видимо, он действительно был чертовски уверен в своем решении, раз готов был даже отстаивать его перед матерью. Я убрал руку с его плеча и принялся ерошить ему волосы. - Нам придется ОЧЕНЬ много работать. Серьезно, днями и ночами. Иногда – ночи напролет. Он потерся щекой о мое плечо. - Тогда нам повезло, что я юн и полон сил. - И это будет довольно сильно отличаться от ваших с Майклом ночных бдений над комиксом, - продолжил я. – Нас ждет куча совершенно не творческой и дьявольски нудной работы. - Ну, меня все устраивает при условии, что ты будешь со мной терпелив. - А ты со мной будешь? - Почему-то есть у меня ощущение, что отстающим в нашем тандеме поначалу буду именно я…. И тем не менее, да, я буду терпелив. Я вроде бы вообще очень терпелив, разве нет? Я рассмеялся. Знал, что он намекает на тот инцидент, когда в меня, под действием наркоты, вселился дьявол. С того дня теперь уже прошло почти две недели. - Да уж. Ты у нас гребанный святой, - сказал я и поцеловал его в макушку. - Я вот только надеюсь… Ну, если по какой-то причине у нас ничего не получится, это ведь не разрушит все остальное? От этого его предположения мое сердце пропустило пару ударов. - А ты боишься, что такое может случиться? - На самом деле, это единственное, чего я боюсь. - Ну что ж, - сказал я, снова его поцеловав. – Кто не рискует, тот не имеет. - Я понимаю, - кивнул он. – Но давай договоримся, если в какой-то момент ты начнешь ненавидеть меня из-за работы, ты дашь мне об этом знать, и я продам свою долю. Я рассмеялся. - Ой, подожди, кажется, я забыл рассказать тебе об этой части соглашения. Партнерство может быть расторгнуто только в связи со смертью одного или обоих участников. Потом я наклонился и поцеловал его в губы. Он тихонько застонал и положил ладонь мне на затылок, не давая разорвать поцелуй. Я пробежал языком по его губам, и он тут же с силой втянул его в рот и скользнул по нему своим. Это, пожалуй, было уже чересчур для поцелуя в салоне самолета, но я не мог его оттолкнуть. Ощущение было такое, будто он пытается мне что-то сказать, и перебивать его было бы грубо. - Ну, тогда, наверно, тебе придется просто убить меня, если ты поймешь, что не можешь со мной работать, - хихикнул он. - Брайан, ты нервничаешь? - Нервничаю? Интересно, почему это он меня об этом спросил? Потому что догадался по моему виду или потому, что нервничал сам? - Ничуть, - ответил я. – Я просто… хочу удостовериться, что ты будешь счастлив… при таком раскладе. И он дотянулся до моей ладони, лежавшей на его плече, и сжал ее в своей руке. - Буду. Я уже счастлив. Я кивнул, усмехнулся и допил последние капли виски. - Ты идиот. Гребанный идиот. Он подался вперед и поцеловал меня. - Ну как я могу быть несчастлив, если мой партнер так меня поддерживает? Партнер… - У нас все будет просто супер, - добавил он. – Мы – идеальная команда. По правде говоря, я еще никогда в жизни ни в чем не был так уверен. Я всегда знал, что однажды открою свое дело. И, наверное, мне нужно было сделать это еще лет пять назад. Но я был слишком занят, слишком ленив, слишком тщеславен - чтобы пожертвовать своим шестизначным окладом. И, наверное, отчасти слишком труслив. Но в итоге судьба лишила меня всех тех вещей, которые я так боялся потерять, и теперь ничто не мешало мне отправиться в настоящее путешествие. Но не в одиночку – а с ним! Путешествие, которое заключало в себе настоящее обещание – обещание, которое я мог сдержать. Путешествие, в котором нас ждали свершения, а не просто развлечения. И настоящее, подлинное счастье – а не то, которое накрывает после крышесносной наркоты. Потом мы достали фотоаппарат и принялись молча рассматривать все, сделанные нами в поездке снимки. И я не стал спрашивать его, хорошо ли он провел время. Мне это было не нужно.

***

Вернувшись домой, мы обнаружили в нашей постели четверых обнаженных мужчин. Я так устал, что у меня даже злиться сил не было. Меня охватило скорее глухое выматывающее раздражение – что-то похожее я испытывал в аэропорту Кливленда, во время нашей гребанной трехчасовой пересадки. - Эээ… ты что, не позвонил ему и не предупредил, что мы возвращаемся? – спросил я Брайана и махнул сумкой в сторону разворачивавшейся в нашей постели оргии. - Позвонил. Он прошел в кухню, заглянул во все шкафчики, в холодильник, а также – по неизвестной причине – в мусорное ведро. А я подсел к стойке, повернувшись к спальне спиной. Странно было здесь находиться. Квартира казалась какой-то пустой скорлупой после того, как мы так долго в ней не были. После того, как трахались, спали и жили во множестве самых разных мест. Мне даже показалось, что это больше не наша квартира – и ощущение это только усиливалось от того, что по помещению эхом разносились крики и стоны незнакомых людей. Даже в салоне автомобиля я сильнее чувствовал себя дома. - Эй, тут осталось немного вишневого мороженого, - сказал Брайан, во второй раз проинспектировав холодильник. Он перебросил мне коробку. Я поймал ее и открыл. Мороженое с виду было нетронутым и даже слегка подтаявшим. А я, блядь, умирал с голоду. Он вручил мне ложку и поставил передо мной на стойку две бутылки пива. Пиво было не нашим, но я посчитал, что к этому моменту наш арендатор уже утратил все права на свое имущество. Он подсел к стойке рядом со мной. И мы ели мороженое и пили пиво, а я все пытался притвориться, что в квартире не воняет, как в чертовых банях. В какой-то момент у меня мелькнула мысль, не находит ли Брайан все происходящее возбуждающим. Однако вид у него был скорее усталый. Господи, мы с ним оба так пиздецки вымотались. И, честно говоря, по-моему, его все это бесило даже больше, чем меня. На его лице промелькнуло даже что-то, похожее на отвращение. - Думаю, ты должен потребовать с него доплату, - заметил я. – Срок аренды уже истек. Это дополнительное время. - Ага, - отозвался он. – Может, это и было бы осуществимо, если бы я удосужился подписать с ним хоть какое-то подобие договора. В последний раз я поверил педику на слово. - Ну, зато мы можем быть точно уверены, что кровать до сих пор в рабочем состоянии. Он улыбнулся, уронил голову мне на плечо и потерся лицом о мою футболку, словно сонный ребенок. - Правда, не то чтобы я горел желанием в нее забраться… - Давай просто достанем спальный мешок и устроимся на ночлег на полу, - предложил он. Это показалось мне чертовски хорошей идеей. Спальник, конечно, был грязный, но, по крайней мере, мы точно знали, что испачкали его сами. В спальне все еще было очень шумно. Брайан, кажется, ненадолго задремал у меня на плече. Но тут позади нас что-то особенно тяжело грохнуло, и он вскинулся и обернулся на звук. - Ну что там, блядь, не все еще кончили? - рявкнул он. А потом обернулся ко мне и добавил. – Все это, блядь, напоминает мне гребанную Тэдову порно-студию. - Ты вроде раньше любил туда наведываться во время обеденного перерыва. - Ага, - признал он. – Так просто было удобнее, чем искать, кого подснять в тренажерке. - А нынешняя ситуация вообще, можно сказать, удобнее некуда. Все равно, что тебе бы на дом пиццу доставили, а ты бы все гадал – когда это успел ее заказать? - Это не на пиццу похоже, а на чьи-то остывшие объедки, - буркнул он. Потом он поднялся, поцеловал меня в макушку и двинулся в направлении спальни. Два года назад я в этот момент испугался бы, что он сейчас присоединится к разыгрывавшейся там оргии. До нашей поездки я бы предположил такой расклад, отнесся к нему спокойно и просто ушел бы, чтобы переночевать где-нибудь в другом месте. А теперь мне такое даже и в голову не пришло. Я уверен был, что он не станет этого делать. - Ладно, ребята, - объявил Брайан, остановившись на ступеньках и хлопнув в ладоши. – Заведение закрывается, заканчиваем и расходимся. Все посторонние педики – вон из моего дома. В спальне принялись ворчать и ругаться. Кто-то даже обозвал Брайана гомофобом – что было охуенно смешно. Но, мало-помалу, все они отлепились друг от друга и начали искать свою одежду. Постепенно все они выкатились из спальни – снулые, обдолбанные парни, кажется, даже не соображавшие толком, что находятся в чужом доме. Один из них – черный, обритый наголо и весь увешанный пирсингом, - вместо того, чтобы потащиться к двери, вдруг зачем-то направился ко мне и ухватился за мое бедро. Я даже не понял – это он меня потискать пытался или просто машинально в меня вцепился, чтобы удержаться на ногах. Но, что бы он там себе ни думал, Брайану это не понравилось. - Эй, уебок, - гаркнул он, схватил парня за плечо и отпихнул его в сторону с такой силой, что тот вынужден был ухватиться за стойку, чтобы не упасть. – Руки, блядь, убери. Какого черта с тобой не так? Я разве не велел тебе съебывать из моей квартиры? И вот опять это было чертовски горячо. Но в то же время немного пугало. Вся эта ситуация легко могла бы перерасти в очень неприятную сцену, если бы парень хоть немного соображал и полез на рожон. Но, к счастью, он был удолбан вдребезги и на рожон не полез. Просто пробормотал что-то невразумительное и присоединился к своим приятелям, строем шествовавшим вон из квартиры. Тут Брайан вгляделся в покидавших нас педиков более внимательно, и злость на его лице постепенно сменилась недоумением. - Подожди-ка минуту… - сказал он, закрыв дверь за последним нашим гостем. – Я ведь никому из этих парней свою квартиру не сдавал. Я поначалу думал, что это тот рыжий у меня ее снял, но теперь вспомнил, что, кажется, он просто отсасывал мне в тот момент, когда я договаривался с настоящим съемщиком. - Блин, надо проверить, не пропало ли чего, - заметил я, поражаясь, как он вообще такое допустил. - Да ладно, я все важное все равно отнес в подвал к Линдси, - отозвался он. – И все же, пока мы не сменим тут замки, квартиру нельзя будет оставлять без присмотра. Пиздец, сегодня же пятница. Значит, слесаря не вызвать до понедельника, и мы… - … застряли тут на все выходные, - закончил я за него. – Что же мы теперь будем делать? На его губах заиграла легкая соблазнительная улыбка. А я вспомнил о том времени, когда он лучше бы живых сверчков наелся, чем провел все выходные запертым в лофте вместе со мной. В те дни, он, скорее всего, попросил бы меня присмотреть за квартирой, а сам отправился бы пить, танцевать и трахаться. А я так рад был бы возможности провести пару часов в его доме, что, наверное, охотно бы согласился. Трудно поверить, но иногда я даже скучаю по тому, каким в тот первый год все было волнующим. Скучаю по азарту охоты, по вечной неопределенности, невозможности знать заранее, меня ли он позовет с собой в этот вечер, и сладкой дрожи восторга и предвкушения, когда выяснялось, что – да, меня. Я скучаю по этим ощущениям. Иногда. Не слишком часто. И уж точно не сейчас. Сейчас я был несказанно благодарен за относительное спокойствие и возможность расслабиться. Мы достали спальный мешок, разыскали несколько чистых на вид подушек и одеял и соорудили на полу в гостиной небольшой лагерь. Я выключил почти все лампы и зажег пару свечей, а Брайан вытащил из рюкзака свой айпод. И мы с ним сидели на полу в нижнем белье, слушали записанный им микс, доедали остатки мороженого из коробки и курили на двоих последний косяк. - Может, нам через пару дней устроить вечеринку? – предложил я. – Созвать всех друзей и сообщить им наши грандиозные новости? - Грандиозные новости? - Ну, мы же с тобой открываем собственный бизнес… Не забыл? - Я пока поостерегся бы называть это грандиозными новостями, - сказал он и принялся ложкой выскребать остатки мороженого из коробки. – Пока что это всего лишь идея. - Ну, грандиозная идея. - В общем, я не хочу поднимать вокруг этого большой шум. По крайней мере – не на этом этапе. И я понял, о чем он. Он боялся, что мы облажаемся, что я буду разочарован, а наши друзья начнут нас жалеть и злиться на него, за то что он меня в это втянул. И хотя сам я ничего из этого не боялся, я мог отнестись к его чувствам с пониманием. У меня ведь были и собственные страхи. И все же не поддразнить его я не мог. - Так что, мне вообще никому нельзя об этом рассказывать? Или ты просто не хочешь, чтобы я рисовал гигантские баннеры и раздавал флаеры нашей фирмы на Либерти-авеню? Он закатил глаза и толкнул меня плечом. - Я просто хотел сказать – давай пока не будем делать громких заявлений. Вот и все. - Ладно, ладно, я просто шепну об этом на ушко всем, кто окажется поблизости. - Точно! Я рассмеялся, плюхнулся на спину и обнаружил, что перед глазами у меня все расплывается. Наверное, я измотался до такой степени, что мне даже взгляд сфокусировать стало трудно. Я чувствовал, что вот-вот отрублюсь. Брайан опустится на пол рядом со мной и передал мне косяк. - И все-таки вечеринку нам устроить нужно, - сказал он. - Но друзей – на хуй. Мы устроим ее для наших потенциальных клиентов. - Здесь? - А почему нет? Обычно такие мероприятия проводят в отелях, в каких-нибудь скучных конференц-залах. И подают там дешевое бухло и сосиски на шпажках. Но мы поступим по-другому. Мы будем новаторами! Устроим вечеринку здесь – и всех поразим. - Ну… и что это будет за вечеринка? – поинтересовался я. Я вдруг вспомнил о том, какие мероприятия Брайан, бывало, устраивал у себя лофте, и засомневался, что кому-то из наших потенциальных клиентов такое могло бы понравиться. - У нее будет тема? - Ага, - отозвался он. – «Отпиши свою жизнь нам!» - Может, Эммета попросить нам помочь? - О, точно, - кивнул он. – Расплатимся с ним сувенирами из поездки. Может, он и согласится – он ведь сможет завязать на нашей вечеринке массу полезных знакомств. - А еще потому, что он нас любит. Он обернулся ко мне и скептически вскинул бровь. - Тебя, может, и любит. - И тебя тоже! Все тебя любят. Ну, может, кроме Тэда, но у него… вообще свои проблемы. Он негромко рассмеялся, а потом отвернулся от меня и стал смотреть в потолок. Над нашими головами крутился вентилятор, и Брайан принялся с большим увлечением за ним наблюдать. - Черт, - пробормотал он. – Поверить не могу, что каких-то двадцать четыре часа назад мы были в гребанном Сан-Франциско. - Жалеешь, что мы вернулись? Пару минут он все так же таращился на крутившийся вентилятор, видимо, обдумывая ответ, а потом отозвался: - В гостях хорошо, а дома лучше, верно? Он поцеловал меня в щеку, а я перекатился к нему под бок и обнял его. Он натянул на нас одеяло, а я потерся лицом о его грудь. От него пахло травой и потом, и аэропортом. А потом я почувствовал, как он запустил руку мне в волосы и начал мягко перебирать пряди, накручивая их на пальцы. - Я думал, дома мне покажется, что мы никуда и не уезжали, - заметил я. – А на самом деле я ничего подобного не чувствую. - Вероятно, «домой возврата нет»*. - Еще одно крылатое выражение про дом? Уверен, что у тебя получится сочинять новаторские слоганы? - Черт, - буркнул он, а потом захихикал. Трава крепко его забрала, и к тому же он, как и я, вот-вот готов был отрубиться. – Нам придется очень постараться, чтобы все получилось. Потому что сейчас мы с тобой в полной жопе. - А я даже не сомневаюсь, - отозвался я, зевая. – У нас обязательно все получится. Ты – супергерой, а я – гребанный гений. Он громко расхохотался в ответ, что показалось мне немного обидным. - А что? Так и есть. Я получил полторы тысячи баллов на общем экзамене, - напомнил я ему. - Ты вот это будешь говорить нашим потенциальным клиентам? - Уверен, это произведет на них огромное впечатление. А еще у меня айкью сто шестьдесят. Мы можем написать это на моей визитке. А на обратной стороне поместить мою фотографию в стиле ню. - Блядь, мы обречены, - фыркнул он. И мы оба расхохотались, потому что это было очень похоже на правду. Наконец, я закрыл глаза, и в голове у меня – словно слайд-шоу - тут же начали вспыхивать отдельные эпизоды нашего путешествия. И я подумал обо всем, что с нами произошло, обо всех тех случаях, когда Брайану снова удавалось меня удивить, и о тех, когда он не удивил меня вовсе. Я слышал, как вентилятор жужжит у нас над головами, как все медленнее и размереннее дышит Брайан, засыпая, как где-то на заднем плане играет музыка, которую он записал для меня. А потом я представил себе, как лофт снова заполнится мебелью - мебелью, которую мы выберем вместе. И как со временем тут станет слишком тесно, и нам придется снять офис. И нанять персонал. И снять другой офис – побольше. И как мы будем стремиться заполучить как можно больше клиентов, пока их не станет так много, что у нас совсем не останется времени на самих себя. И потом я представил себе как мир вокруг нас растет и расширяется, и становится совершенно необъятным. И, наверное, это должно было бы меня испугать, - но не испугало. Потому что в центре этого мира все равно оставались я и Брайан. И у нас с ним все было хорошо. Мы были классными. И вместе двигались к цели.