Тень Бога

Летать с богом Неба было практически привычно. Чувство полета опьяняло, дарило легкость, очищало разум и давало сил. Бек мог придумывать еще сотни способов отвлечься от рутинных мыслей, вроде банального плавания в бассейне Гора или же отдыха на его широкой кровати, но именно полет дарил ему гораздо больше свободы и легкости, чем все остальные занятия. Он был благодарен богу, но чувствовал, что это не могло спасти его душу от Тьмы. — Так зачем нам нужно к Ра? — тихо спросил он, держась за шею мужчины и смотря за тем, как отдаляется земля. Наверное, он должен был ощущать чувство страха, ведь если он сорвется, то это будет последний полет в его жизни. Здесь легко можно было сказать, что без Гора он точно не сможет жить. — Дедушка должен знать что-то про тот красный минерал, о котором говорила Хатор. Думаю, он нам поможет с этим, — уверенно заявил Гор, и Бек поверил ему. Другого ему не оставалось, а потому, посильнее схватившись за шею мужчины, Бек начал вглядываться в звезды, которые, несмотря на яркий свет солнца, продолжали гореть в небе, перемигиваясь друг с другом. Через некоторое время, когда парнишка даже не заметил, Гор приземлился на широкую позолоченную ладью всевышнего бога, который в данный момент встречал их со сложенными на груди руками. Та же длинная белая коса за спиной, широкие одеяния, отливающие золотом и лучшим шелком Египта, и все тот прищуренный усталый взгляд. Не изменилось ничего, кроме мира в целом, ведь в прошлый раз тот горел от пожаров, а Апоп поедал само понятие жизни. Сейчас было проще, всего лишь тысячи безжалостных теней, покушающихся на души смертных, да парочка всемогущих богов, желавших захватит этот мир и устроить его так, как было угоднее им. — Всемогущий Ра, — Гор последний раз махнул крыльями и тут же сложил их за спиной, ставя Бека рядом с собой, и тот мгновенно последовал его примеру, склоняясь перед богом Солнца. — Можешь не говорить, все очень плохо, да? — уже зная, что внук не будет просто так прилетать к нему, Ра скривился. Проблемы этого мира, которому он давал свет, были важны для него, но в то же время малозначимы по сравнению с Апопом, поэтому, в какой-то мере, ему просто не было дел до того, что происходило на солнечной стороне всего мира. — Не так сильно, — Гор выпрямился и дернул головой в сторону, не до конца соглашаясь со словами дедушки. — Мне нужен твой совет. — Совет? — переспросил тот и прищурился, пронзая взглядом сначала внука, а потом того, кто стоял за ним, пытаясь незаметной пташкой скрыться за царем. — А это кто у нас тут? Бек дернулся, прекрасно зная, что сейчас говорят про него, увы, даже сделать вид, что он тут не причем, он, к великому сожалению, не мог, ибо люди, впрочем, как и боги, появлялись на этой ладье не так часто. Тихо сглотнув, он кинул взгляд на Гора, который успел обернуться на него, и вышел из тени, представая перед Ра в своем бессмертном обличии, на что старый бог хмыкнул и внезапно улыбнулся. Было ли это плохо, как, впрочем, и хорошо, парень не знал, он еще не так хорошо успел понять этого бога, поэтому застыл перед пристальным взором, не смея шелохнуться. Как оказалось, даже просто стоять под пронзающим оком всемогущего бога было трудно, не говоря уже о том, чтобы попытаться как-то опознать свою тушку. — Это Бек, бог Возрождения и Невозможного, — представил любимого Гор, показывая на парня, и тот что-то хрипнул, мол, это он самый и есть. — Единственный бог в мире, возрождающий мое солнце, — Ра сделал еще два шага. — А где же Хепри? Что стало с Хепри? — Его убили, — ответил Гор и сделал шаг к дедушке, переключая все его внимание на себя, чтобы отвлечь от Бека. — Мы пришли не для того, чтобы познакомить тебя с ним, а чтобы ты помог нам. — В чем? Овладеть силами? — Ра дернул бровью с тем намеком, что с этим боги должны были справиться сами, на что Гор покачал головой. — Нет, рассказать нам о том, что случилось, когда ты послал Хатор убивать людей. — Помнится, раньше ты не любил эту «сказку», — Ра хрипнул и, насколько Бек понял, это означало смех, на что царь мгновенно смутился и вытянул губы, закатывая глаза. — Теперь полюбил, — Гор прошел к небольшой лестнице, надеясь приманить дедушку туда же, только вот не учел, что тот развернется к Беку и пронзит того пристальным взглядом, подходя ближе и пристально оглядывая с головы до ног, не упуская, казалось, ничего. — Кого ты привел ко мне на ладью? — голос бога Солнца уже было не сравнить с тем, что прозвучал до этого, отчего парнишка тут же широко открыл глаза и попытался виновато отступить назад, понимая, что Тьму в его душе обнаружили. Отчаяние схватило за глотку, и он бросил на Гора молящий взгляд, чтобы тот помог ему. И царь тут же ринулся на защиту своего парнишки, застывая рядом с дедушкой и надеясь не только на его понимание. — В нем живет что-то темное и неприятное, я вижу это в его глазах. Ты привел ко мне темного бога. — Вот поэтому мы и прилетели сюда, — Гор вздохнул и посмотрел на дедушку. Лицо старого мужчины не выражало ненависти или злобы, по сути, оно не выражало ничего, и от этого становилось довольно неуютно, будто тот мог в один момент решить проблему с Тьмой и просто убить ее носителя. — Ты говорил, что смог вылечить Хатор, я надеюсь, что ты скажешь нам, как можно вылечить то, что стало с Беком. Ра глубоко вдохнул и выдохнул, кивая мужчине и отстраняя взгляд от парня, который смог начать дышать и в то же время странно покачнулся, видимо, напуганный взглядом хранителя Солнца. — Ты же понимаешь, что тут есть разница. Хатор желала убивать по своей натуре, а у него лишь паразит, незаконно забравшийся в тело, — Ра посмотрел на Гора, и тот отчаянно глянул на дедушку. Еще чуть-чуть, и в ход пойдут мольбы. — Но я попытаюсь. — Спасибо, — мужчина расслабленно выдохнул и улыбнулся, видя, как дедушка отошел от Бека и присел на ступени ладьи, показывая взглядом, что гости могли подойти ближе, что те и сделали. При этом Гор уже не отходил от парня, держа того поблизости от себя, если вдруг Тень начнет что-то вытворять. Вряд ли это понравится дедушке, пусть тот и принял факт незаконного вторжения на свое место обитания. — Но ты должен знать, что это может не помочь, все-таки случаи разные, — предупредил Ра. — Мы должны попытаться, раз эти Тени захватывают даже тела богов, — Гор кивнул, принимая весь риск на себя, но больше возможности исцелить зараженных он не видел. — Заразился кто-то еще? — не проявив и капли сочувствия, казалось, бог на это в принципе был не способен, тот посмотрел на Гора. — Тефнут, но, — мужчина замялся, — я сам лично не видел. — Плохо, — без тени жалости произнес бог Солнца. — С Хатор было хуже, ее никто не мог контролировать, а этот… стоит и не дергается, это хорошо. Или я страху нагоняю? — бог опять странно рассмеялся и вздохнул. — Что ж, сказка для новоявленного бога Невозможного. Было время, когда царем Египта и богов был я, время неспокойное, ибо все боги Создатели тогда еще не ушли на покой и странствовали по миру, верша свое правосудие. Мне же, как царю, приходилось довольно тяжело, и я сам не заметил, как смертные перестали уважать богов и начали жить для самих себя. Храмы стали заброшены, жизнь перестала течь рекой. Люди сами не поняли, что без поклонения богам им стало намного труднее. Нил больше не поднимался, и почва не обогащалась плодородным илом, скот начал болеть без поддержки богов, а лук перестал зеленеть. Люди стали во всем винить богов, что в упадке Египта были виноваты, конечно же, мы. Желая наказать неумелых людей за их обвинения, я собрал совет, на котором присутствовали сами Создатели, и те согласились со мной, что людей наказать надо, и я отправил на землю Хатор, дабы та убила неугодных мне. То, что это было довольно жестоко, Бек решил не добавлять. Для богов все было в порядке вещей. Смертные провинились — смертных нужно наказать. Правильно, в какой-то мере, по божественным меркам, но все же слишком жестоко. — Хатор справлялась с этим великолепно, но в какой-то момент, когда во мне возобладала жалость к смертным, я приказал ей остановиться, но богиня меня не послушала. Слишком помутился ее разум от смертной крови, да так, что более богиней Любви та называться не могла. Лицо ее преобразилось, и она стала беспощадной львицей, которая убивала каждого живого человека, не щадя ни стариков, ни детей. Тогда я послал слуг на поиски минерала диди на остров Элефантина. Минерал нашли, растолкли и смешали с пивом, налив в огромный фонтан, который встретился на пути Хатор. Богиня, одурманенная чужими жизнями, приняла это за кровь смертных и жадно стала пить, пока не опьянела окончательно и более не могла держать себя на ногах. Этой ночью звериная часть, что наслаждалась кровью, вышла из нее, и на свет появилась Сехмет, ставшая богиней войны и охоты. Ра замолчал, и Бек еще некоторое время переваривал информацию, понимая, что у богов явно все было непросто. Хотя, если посмотреть на появление его сил, то он уже не должен был удивляться тому, как из одной богини появилось целых две без помощи какого-нибудь бога. — Значит, Хатор и Сехмет они… сестры? — удивленно спросил он, за время рассказа Ра забывая, что он должен был остерегаться и бояться этого бога. Сейчас им завладело лишь любопытство. — Противоположности, — не согласился Ра, выставляя в сторону левую руку. — Одна богиня Любви. Это чувство появилось у смертных прежде, чем у богов. Выходит так, что любовь к людям. А другая, — мужчина выставил в сторону правую руку, — богиня Войны, ненависти к смертным, находящаяся в вечном желании их убить. — А, да-да, — Бек быстро согласился, вспоминая Сехмет и ее звериную привычку бросаться на него. — Это так и есть, согласен. Гор тихо хмыкнул, прекрасно помня, как Сехмет всякий раз точила когти на Бека. Но сейчас, после того, как тот стал богом, ненависть богини тут же спала, хотя и осталось некое недоверие и подозрение, несмотря на то, что Бек продемонстрировал потрясающую преданность царю даже после смерти. — Как понимаю, вам нужно узнать местоположение того острова? — спросил Ра, и Гор поспешно кивнул. — Рядом со столицей Нижнего Египта есть остров Элефантина, там найдете нужный вам минерал. Царь Египта поспешно кивнул и глянул на Бека, который стоял рядом. В мыслях царя богов промелькнула мысль, что об этом так же могла узнать Тень, находящаяся в парне, а если у них всех был единый разум, то стало быть, об этом уже знали все остальные. — Постарайся не погубить мир в свое правление, — Ра странно прищурился, будто просил своего внука не уничтожить мир и в то же время желал удачи в этом деле. — А мне пора делать свою работу. Старый бог отошел от Гора и поднялся по ступеням к высшей точке ладьи, беря копье и пристально осматривая округу на предмет проплывающего рядом монстра. — Так мы полетим туда? — Бек посмотрел на Гора, ожидая его слова, но все видя по глазам. Более того, он смог прочитать гораздо большее, повторно спрашивая, хотя и под конец предложения вопросительные нотки из его голоса исчезли окончательно. — Прямо сейчас. — А зачем еще чего-то ждать? — мужчина пожал плечами, и парень с ним согласился, тут же подходя ближе и протягивая руки к шее, намереваясь привычно повиснуть на боге Неба, как вдруг в голове словно взорвалось что-то, и его окатило резкой болью. От неожиданности широко раскрыв глаза, он облокотился о бога, тяжело дыша и не понимая, что это было такое. — Бек, все в порядке? — царь тут же положил руку ему на плечо, успевая увидеть в глазах долю дикой боли и последующую за ней усталость. Как думал бог Неба, это все было из-за одной наглой сущности, что незаконно сидела внутри парня и порой распоряжалась его телом. Юный бог не ответил, более того, странно покачнулся и поднял на Гора уже совершенно другой взгляд. Прежде карие глаза стали ярко-золотистыми, а белок потемнел, такое он уже видел и знал, что могло предвещать подобное. — Бек, — мягко начал царь, касаясь плеча парня и стараясь понять, что Тень хотела на этот раз. В размытом подсознании не виднелось связных мыслей, скорее уж там были какие-то коллективные инстинкты убивать и выживать, а вот заботиться о том, как будет лучше это сделать, они явно не желали. — Приди в себя, — мужчина слабенько потрепал того по плечу, но результата это не дало, зато Тень неожиданно трезво посмотрела прямо ему в глаза и ехидно улыбнулась, растягивая знакомые на вкус губы в неприятную усмешку. — Минерал вам не поможет, — с вызовом произнесла Тень едва прищурившись. — Нас нельзя убить, как нельзя дерево лишить тени в ясный день. Это бесполезно, сдавайтесь. Гор лишь скривился от этих слов, понимая, что чем быстрее он изгонит Тень из парня, тем лучше будет для всех. Но сейчас, смотря в эти глаза и не видя там прежних чувств, он боялся, что не сможет это сделать, да и как? Минералом? Еще неизвестно, поможет он или сделает только хуже. Проще было найти источник всей этой заразы и убить ее. Мешент, богиня, внезапно предавшая весь живой мир. За такое богов не прощают, а всего лишь отсылают в холодный подземный мир, где им самое место. — Скоро мы займем место каждого, кто… Не успела Тень докончить свою речь, как Гор быстро схватил парня за шею и притянул того для поцелуя, врываясь в рот и не давая произнести ни слова. Самый легкий способ заткнуть любимого бога, которому, увы, невозможно приказать. Тень, как и предполагал Гор, тут же опешила, видимо, планировала в точности до дня рассказать план завоевания мира, а тут вдруг совершенно другой мир нагло вытеснил все мысли. Именно в этот момент просветления, когда Тень потеряла сосредоточенность, парнишка тут же занял свое законное место, довольно вытягивая руки мужчине на плечи и упиваясь его вкусом. Тихо вздохнув, он все-таки оторвался от царских губ и улыбнулся, смотря на Гора привычным взглядом медовых глаз. — Мне нравится такой способ избавляться от Тени, — довольно оповестил парень, и не думая отстраняться от бога Неба. — Только, боюсь, я не позволю «лечить» таким способом и других больных. Тебе позволено целовать только меня, — решительно выдал Бек, вздернув пальчик наверх и тыкнув им в грудь мужчины, довольно улыбаясь. — Что же будет, если моя совесть потребует от меня таких жертв и для других больных? — Гор усмехнулся, пытаясь понять степень ревности, но, судя по тому, как глаза парня нехорошо блеснули, и в них появилась довольно заметная жажда убийства, то надеяться на обиду даже не стоило, ведь… — Тогда я просто уничтожу этого человека или бога тем, что попадется мне под руку, — моментально заявил парень. Мило улыбаясь и проводя пальчиком по груди и добираясь до шеи. — Хотя я справлюсь даже голыми руками. Поэтому, мой царь, не подвергай своих подданных лишней опасности, а то ведь хорьки такие воинственные зверьки, что могут случайно приревновать даже к взгляду. — О да, — бог тихо рассмеялся и крепко прижал парня к себе, несмотря на такие жестокие речи, он понимал, чем именно те были вызваны, а потому в какой-то степени ему было приятно это слышать. Все-таки хорошо было знать, что Бек в любом случае не откажется от него, и будет защищать свое место рядом с царем. — Ну что, летим за минералом? — Летим, но сразу предупреждаю, в этот раз нас могут встретить не так радушно. — Думаешь, нас кто-то будет поджидать? — Уверен в этом. У Теней же есть своя связь, что знает один — знают все, — Бек с жалостью скривился, быть предателем ему не нравилось, но и отстраняться от государственных дел в угоду благополучия жителям он тоже не хотел. В итоге выходил такой замкнутый круг, из которого он не хотел выходить. — Прости, ты знаешь, я этого совершенно не хочу. — Ничего, пусть знают, что мы прилетим, — Гор ничуть не расстроился, подхватывая Бека за талию и защелкивая клещи на его теле, будучи уверен в том, что теперь ни за что не выпустит парня из своих рук. — Это было бы даже обидно, если бы царя Египта никто не встречал. Я надеюсь как минимум на парочку врагов, будет повод размяться. Бек тихо рассмеялся, сильнее обнимая Гора за шею и видя, как тот подошел к самому краю ладьи и, сложив крылья за спиной, наклонился и упал в саму вечность, с бешеной скоростью несясь к земле и только спустя пару секунд раскрывая крылья. Сильный поток воздуха ударил по золотым перьям, и падение медленно перешло в полет. Под ногами был целый мир, полный ярких красок, высокие песчаные горы, пустыни и небольшие оазисы, блестящие яркими точками небольших озер. И посреди всего Египта петляющая река, раскинувшаяся по песку подобно одной большой темно-синей змее, которая исчезала порой, уходила под песок, и тот прилипал к ней небольшими островками. Вот на такой островок Бек с Гором стремились попасть. Рядом с Асуаном, который был знаменит странным набором домов, с высоты походивших на один большой муравейник, река разливалась вширь, обходя небольшие островки, которые по размерам могли вместить на себе небольшой участок божественного сада. Некоторые были и того меньше, выступая из воды мелкими камышовыми связками. По реке ходили длинные лодочки, нагруженные различным грузом, а обилие рыбацких сетей было особо велико с левого берега Нила, где река мельчала, и выступающие над водой пороги не давали проходить массивным судам. — И какой из них нужный? — спросил Бек, понимая, что через пару секунд они окажутся совсем близко к земле и если не выберут нужный участок для посадки, то просто рухнут в воду. Хотя от жара палящего солнца и отнюдь не холодного бога Неба, перспектива оказаться в воде пугала не так сильно, как можно было представить. — Вот этот, — бог показал рукой на небольшой остров, отличавшийся от остальных лишь тем, что он был чуточку длиннее, и на нем, занимая практически все пространство суши, находился высокий храм. Видя, что они практически опустились на храм, парнишка приготовился, сильнее обнимая мужчину и поджимая ноги, давая тому самому приземлиться на каменную поверхность, отделанную мрамором. Звук, с которым бог Неба столкнулся с землей, мог сравниться только с раскатом грома, отчего служившие в храме смертные тут же закопошились, и вокруг них потихоньку стал образовываться круг из встревоженных людей. Собирая крылья за спиной, Гор выпрямился и отпустил парня, который тут же отпрыгнул от него и начал оглядываться. Место, как и прочие храмы, в которых они бывали, пестрило высокими колоннами и обелисками, испещренными различными рисунками, описывающими жизнь богов и людей, служивших им. Кажется, Бек даже смог различить рисунки Гора, изображавшегося в виде сокола. Птица была легко узнаваема, только вот несколько мелкая, судя по тому, что парень знал о боге, поэтому в этом случае рисунки не раскрывали всех возможностей царя Богов. Оглядев смертных, собравшихся вокруг них, и почувствовав себя довольно неуютно под их взглядами, парнишка решил быть поближе к царю, а потому шагнул к нему и увидел длинные трещины на мраморе, прекрасно зная причину их появления. — Как тебе не стыдно портить мрамор, — юный бог прищурился и посмотрел на царя, пытаясь заставить того хотя бы выглядеть виноватым, раз тот ни разу в жизни не ощущал подобного. На его слова мужчина только едва поднял брови и самым милейшим образом пожал плечами, отчего уже парень ощутил взрыв совести, что он винит царя богов в неаккуратности. Повторные попытки добиться от того желаемого он мгновенно прекратил. Со стороны начали раздаваться голоса, и парень заметил небольшой переполох, видя, как жрецы начали расступаться перед одной высокой богиней, выплывающей из потока людей, как вода огибает камень, столь же плавно и гордо, практически не обращая внимания на преграду. Женщина была одета в одно узкое красное платье с золотым переплетением на груди, открывавшее узкие плечи и широкий золотой воротник, составленный из голубых камней, красиво переливающихся на солнце. Густые черные волосы, спадавшие на плечи аккуратными волнами, и четко обведенные темно-синие глаза, пронзающие тяжелым оценивающим взглядом. Этой богине явно были неведомы людские чувства, а потому никто из толпы не пытался перейти ей дорогу. — Великий царь, — женщина, на запястьях которой было множество золотых браслетов, доходивших ей практически до локтей, поклонилась Гору и медленно выпрямилась, окидывая любопытным взглядом Бека, и в одну секунду парню показалось, что он смог заметить в ее глазах заинтересованность его особой. — Я Анукет*, дочь создателя Хнума, чем я могу вам помочь? Приятный глубокий голос, походивший на журчание ручейка, приносил прохладу, в отличие от голоса Хатор, которая могла лишь одним страстным шепотом разбудить желание, эта богиня, стоявшая перед царем, с такой же легкостью могла его потушить и принести желаемое спокойствие. Гор бросил на людей лишь один взгляд, и женщина, верно угадав его мысль, обернулась на собравшихся, окатив холодным взглядом, от которого смертные мигом исчезли из ее поля зрения, и та повела рукой в сторону, показывая на вход в храм. При этом ее браслеты зазвенели и, опять же, Беку показалось, что этот звук мог быть сравним только с пением горного ручейка, когда вода сталкивалась с отшлифованными камнями, застрявшими в земле. — Это храм моей матери — Сатис**, уверена, она не будет против подобных гостей, — произнесла женщина и в упор посмотрела на Бека, который первым прошел в нужном направлении, поднимаясь по лестнице и заходя в святилище. Юный бог так же не заметил того, как Гор быстро оценил взгляд молодой женщины и тут же прошел за парнем, не отставая и держа того поблизости. Внутреннее убранство, как и у всяких не заброшенных храмов, было на высоте. Небольшое пространство посередине храма пустовало и разбавлялось только парочкой поддерживающих свод колонн, расписанных рисунками по всей поверхности. Дальше пол поднимался на три невысокие ступени, и у стен в огромных глиняных горшках стояли цветы, овивавшие некоторые колонны лозами, цветущими яркими красными цветами. Напротив входа, прямо у стены был небольшой алтарь — широкий стол, заставленный различными яствами, из которых больше всего было винограда и различных фруктов. В самой стене, вырезанные непосредственно из камня, высились боги, насколько Бек мог понять, это были родители Анукет, Сатис и Хнум. Кажется, последнего он уже видел в царском дворце, и хотя богов, что он видел лично, было не так много, парень не знал и половины из них. — Вам нужна Сатис? — еще раз спросила женщина, бросая на бога Невозможного пристальные взгляды, отчего тот обернулся на нее и, услышав вопрос, глянул на Гора. — Мать сейчас помогает одной лодке, что разбилась у берегов из-за бурного течения. Если вы готовы подождать, то богиня скоро появится здесь. — Нет, мы тут по другому делу, — царь Неба качнул головой и шагнул в сторону, загораживая Бека, отчего тот, почувствовав некую свободу, тут же в любопытстве двинулся по храму, проходя дальше и начиная рассматривать алтарь уже вблизи, сосредотачивая взгляд на крупном прозрачно-фиолетовом винограде и желая попробовать его. Появившегося на блюде скарабея он заметил не сразу, и то лишь после того, как неожиданно большой жук, размером с его ладонь дотронулся до той самой намеченной им лозы и потянул ту на себя. Подобного парень никак не ожидал и отвел взгляд, едва фыркнув, подумав о том, что виноград ему точно не достанется, отчего уже хотел отвернуться от манившего взгляд зрелища, как скарабей, подхватив лозу, взлетел и, тихо жужжа, тут же полетел к нему. В лапках он держал тот самый желанный виноград, а потому Бек поспешно вытянул ладонь, видя, как жук спокойно приземлился на его руку и положил фрукт в ладонь. Еще пару мгновений приходя в себя, парнишка посмотрел на скарабея и, улыбнувшись, погладил того по спинке, отчего символ вечной жизни тут же затрещал лапками, распространяя стрекочущий звук и, видимо, радуясь похвале. Обзаведясь новым другом, которого он положил на плечо, парнишка в полнейшем удовольствии попробовал огромную виноградину и блаженно прищурился, видя, что его по-прежнему не замечают, отчего он так и застыл в тени царя, пожевывая фрукт и утоляя жажду после полета на солнце. — Нам нужно найти один красный минерал, он где-то на этом острове, — Гор взглянул на женщину и та, уже больше не обращая внимания на парнишку, задумалась, качая головой. — У нас бывает много камней, сюда привозят самые разные на продажу или по заказу из других городов, и красные, конечно же, тоже есть, — Анукет сжала губы. — Какой именно вам нужен? Царь Египта растерялся, ведь этот остров был перевалочным пунктом для различных судов, практически единственным местом, где можно было найти все, что душе было угодно, и, определенно, этот минерал так же был здесь, но существовал один вопрос, был ли он привезенным товаром или же месторождение этого камня было здесь. — Диди, — понадеявшись на удачу, произнес мужчина, видя, как богиня вновь задумалась, прищурилась и, не вспомнив ничего похожего, решительно закачала головой. — Нет, о таком я слышу впервые. Громкий вздох царя Богов тут же оповестил присутствующих о том, что эта новость отнюдь не обрадовала Гора, отчего парень успокаивающе коснулся его локтя и провел пальцами по коже. — Может быть, это столь редкий минерал, что он хранится где-то отдельно и не продается? — голос парня пронесся над плечом Гора, и тот почувствовал яркий запах винограда, несильно оборачиваясь и видя, как хорек уплетал огромный виноград, невинно переводя на него взгляд и словно бы говоря, что он не при чем. Спрашивать, откуда тот успел раздобыть лозу, было практически и незачем, в конце концов, Бек ведь был вором, трехметровым, божественным вором. — Вполне возможно, — кивнула богиня, не обращая внимания на посягательства кражи еды. — У Хнума есть храм, расположенный под этим островом, как мне кажется, там может найтись этот минерал. Я отведу вас туда. Анукет развернулась и пошла на выход, слыша, как боги последовали за ней. Женщина вела их через весь остров к небольшой серой скале, расположившейся практически у самой кромки воды. Пропустив богиню вперед на небольшое расстояние, Гор тихо поинтересовался. — Мне говорить тебе, что воровать еду с алтаря нельзя? — в голосе, несмотря на суровый лад, слышалась только усмешка, отчего парнишка, оторвав самую большую виноградину, сунул ее в рот мужчины и широко улыбнулся. — Я бог, мне можно, — пожав плечами, ответил тот, видя, как царь Неба с наслаждением съел фрукт, отчего понял, что практически в ту же секунду был прощен за свой проступок. — И кстати, я не воровал, вот этот прелестный жучок все сделал за меня. Перед носом царя показался небольшой скарабей с переливающимися крылышками, который переполз с ладони парня на его пальцы и, раскрыв крылья, тут же улетел, видимо, напуганный пристальным взором бога Неба. — Ты разленился, — проследив за полетом, Гор взглянул на парня, различив непонимание. — Раньше ты воровал сам, теперь за тебя это делают другие. Бек, в полнейшей степени возмущенный таким заявлением, громко фыркнул и, надув губы, тут же сложил руки на груди. — Я все еще умею это делать, просто теперь у меня появились помощники, — гордо заявил хорек, уплетая последние ягодки и не собираясь делиться ими с мужчиной. — У тебя есть слуги, теперь у меня тоже. — Жуки? — с некой усмешкой спросил царь, пытаясь не засмеяться, что еще больше разозлило мелкое животное и то начало трясти лапками. — Скажи спасибо, что не саранча! — наконец, найдясь с ответом, гордо ответил тот, идя по каменной лестнице, ведущей прямо к реке, и без особого любопытства оглядывая остров в каких-то пятидесяти метров от их местоположения. — О да, — Гор все-таки громко хмыкнул и тихо рассмеялся, улыбаясь и посматривая на своего бога Невозможного, который так же являлся повелителем всех скарабеев, так что не удивительно, что при первом же желании юного бога ему кто-то помог. Но когда взгляд парня чуть затуманился, царь тут же испугался, что Тень вновь хочет завладеть телом парня, а потому остановился и взял того за плечи, вглядевшись в медовые глаза. — Бек, что? — Чувство очень знакомое, — тихо произнес он, не оборачиваясь на воду за спиной и поглядывая на Гора. — Будто кто-то смотрит мне в спину. Царь тут же вспомнил, как Собек говорил о том, что видел смертного около пещеры Осириса. Тогда, кажется, Бек чувствовал то же самое. Доверяя чутью парня больше, он вгляделся в пространство за его спиной, пытаясь найти крокодилью морду и тотчас убить его, но, сколько бы он не высматривал бога Крокодилов, тот скрывался лучше, чем можно было ожидать. — Скорее всего, это Собек, — тихо высказался Гор, подхватывая парня под локоть и ведя за богиней по лестнице, стараясь нагнать ее. — В прошлый раз он тоже видел тебя, не удивлюсь его скорейшему появлению рядом с нами. — Я говорил, что нас точно будет кто-то поджидать. Как же мы будем решать эту проблему? — с волнением посмотрев на Гора, парень шумно выдохнул. — Собек это не проблема. Что делают с крокодилами, когда тех становится слишком много? Правильно, делают из них отличные коврики, — Гор едко усмехнулся, видя огромные глаза парня и замечая, как у того на губах выступила улыбка, и тот довольно кивнул. — Ты жестокий, но мне это определенно нравится.