Убей меня, если не можешь любить. Люби меня, если не сможешь убить

      …Когда Эва открыла глаза за окном было еще темно. Насколько рано или поздно она проснулась, женщина не имела ни малейшего понятия. Время для нее остановилось.       Она лежала в постели на большой кровати в комнате для гостей. Дом Хоббса. Она оставалась здесь ночевать слишком редко. Но теперь ей не хотелось никуда идти. Эва уткнулась лицом в подушку, когда услышала шаги за дверью. Все уже проснулись. Вопреки всему, нужно было вставать и ей.       Томпсон спустилась на кухню, глядя на то, как жена Хоббса Жасмин протянула ланч-бокс для дочери, и та, поцеловав мать, отправилась к выходу. Эва хотела ей помахать, но та не заметила ее. Она подумала, что это к лучшему.       - Ты голодна? - спросила Жасмин, осторожно смотря на Эву.       Томпсон безразлично пожала плечами, и медленно, будто приведение, прошла и села на стул. Она прикрыла ладонями лицо, и, вздохнув, спросила:       - Новости есть?       - Как раз узнаешь, - прозвучал позади Эвы грубый голос, и когда женщина обернулась, она увидела, как к ним на кухню в коляске въезжает Люк.       Он криво улыбнулся, будто бы издеваясь над Эвой, а затем грубо и по-армейски заговорил:       - Рано сопли распустила. Новости есть. Я в строю. Завтракаем, и выезжаем на работу.       Томпсон едва ли не задохнулась от слез, узнав эту новость…

***

      …Эва вошла в огромный кабинет, где уже собрались люди. Этих людей она частично знала: кто-то работал давно, а кто-то пришел недавно, и она видела их пару раз. Были и те, кого Томпсон видела впервые. Среди всех знакомых и незнакомых ей агентов, женщина заметила и своего мужа. Он стоял возле одной из стен, и смотрел на нее красными от недосыпа глазами. Ей стало на мгновение жаль его, пока она не вспомнила, что Дин виноват в том, что произошло. И, по-видимому, сам Томпсон почувствовал это каждой клеточкой тела. На нем не было лица, и, казалось, что мужчина постарел лет на пять. Сама же Эва прибывала в каком-то странном спокойствии и собранности. Возможно, потому что, сейчас она была нужна своей дочери именно такой. Собранной и сильной. Конечно, Харпер то и дело думала о ней, и по дороге сюда едва ли удержала в себе поток слез, вспомнив, что Даяне давно было пора поесть. Она молилась Богу, хотя и не верила в него, прося, чтобы эти сволочи относились к ней хорошо. Не забывали элементарных вещей. Хотя бы это.       «Моя маленькая девочка», - у женщины непроизвольно сжались кулаки. - «Где же ты?»       Томпсон вдруг вспомнила, как сегодня, когда она шла на работу, видела в витрине магазины машинку с кузовком. Ее губы дрогнули, но слезы женщина сдержала. Не сейчас, не при всех этих людях. Ей нельзя быть слабой. Ради Даяны.       Когда следом за Эвой в кабинет въехал Хоббс, все вокруг заметно оживились, увидев своего начальника. Он по-прежнему не встал на ноги, да и врачи говорили, что вряд ли встанет. Надежда угасала, но сам мужчина, казалось, не особо переживал. Во всяком случае, Люк этого не показывал. Он частично вернулся в строй, тягал штанги руками, и прошел обязательную переподготовку по стрельбе. Сила духа этого мужчины поражал, и каким-то образом внушала надежду, что все будет хорошо. На днях Дом и его шайка и вовсе подарила Хоббсу кресло с увеличенной скоростью. Теперь Люк был практически доволен.       Как только он оказался в кабинете, один из мужчин, повернулся, и, улыбнувшись, заговорил с начальником:       - Профессор Икс пожаловал!       - Рот закрыл, - усмехнулся Хоббс, но его фраза не звучала грубо или с обидой.       Напротив, он давно знал, что особо приближенные прозвали его каким-то персонажем из комиксов.       У них даже появились новые позывные. А кабинет Хоббса они называли " Школа". Придурки. Лишь бы повеселиться.       - Все хихоньки да хаханьки вам, да? - оглядев всех, сурово произнес Люк, и заметил, как все начали рассаживаться по местам.       Мужчина не любил, когда они садились, лишь потому, что он сам был в кресле. Но сейчас, чтобы видеть всех, ему было это необходимо.       Хоббс взглянул на Эву. Та стояла поодаль от Дина. Он бы хотел, чтобы эти двое разобрались между собой. Ведь их дочь была в опасности, а Томпсоны не разговорили друг с другом еще со вчера. Мужчина даже подумывал нанять им штатного психолога на время всей операции, но, зная Эву, наотрез отказался от затеи. Может быть, позже. Когда она согласиться на помощь.       - Итак, у нас срочное дело. Все уже знают какое. И я хочу сказать вам одно, - голос Хоббса стал злым и серьезным, - это дело в приоритете. Чтобы вы понимали, настолько, что если сам Усама бен Ладен восстанет, мне будет плевать. Всем все ясно?       В кабинете было по-прежнему тихо. Все ждали, пока Хоббс продолжит. И только Эва стояла, и смотрела на него с благодарностью, невольно заряжаясь от мужчины силой, которую он испускал. Силы, это то, что ей сейчас было нужно. Она нервно чесала шрам на правой руке. И это невольно напомнило ей о собрании перед спасением ее племянника. Тогда все закончилось хорошо. Но тогда ей помогал другой человек, не ограниченный рамками закона…       - Хорошо, - кивнул Люк. - Давайте найдем этих ублюдков. Что у нас есть?       Один из мужчин поднял руку, и тут же заговорил.       - Мы, - он обвел пальцем себя и еще пять человек, - будем просматривать все видео с камер наблюдения за последнюю неделю, возможно, что-то нароем. Изъяли видео с камер наблюдения возле дома, откуда был похищен ребенок. Разберем и их.       - Отлично, - отозвался Люк, и перевел взгляд на небольшую группу людей. - Что с биоматериалами?       - Ничего, - отозвалась блондинка. - Нет совпадений.       - Оружие на месте?       - Нет, - отозвался мужчина.       - Сукины дети, что-то же должно быть? - громко сказал Хоббс.       - Эксперты разбирают запись с ограбления, сверяют с похожими. Надеются найти совпадения, - подал голос все тот же мужчина, который говорил о видеоматериалах.       - Наши линии открыты, ждем указаний и требований, если они захотят их выдвинуть. Обратились к СМИ, они разметили наш номер.       - Мы открыли две линии, - в разговор вступила худенькая стажерка, которая сидела за столом, и теребила свой значок. - Одна для очевидцев, другая для самих бандитов, на случай, если она захотят связаться. Все звонки отсеиваются и фильтруются. Проверяем каждый.       Теперь, когда все высказались, и дело пошло, Хоббс перевел взгляд на Дина, который все это время лишь нервно посматривал на всех, кто докладывает о деле. Эва и Люк заметили, что мужчина вспотел и покраснел, и, наконец, тот, собравшись с силами, произнес:       - Я просматриваю все дела за последний год. Смотрю свои операции. Возможно, найду совпадения, чтобы понять какую цель они преследуют.       Эва поджала губы. Голос Дина был таким неуверенным, что она была на грани.       Заметив это, Люк быстро распустил команду, и заставил их немедленно приступить к работе. Томпсон прошел мимо жены, и успел погладить ее по плечу. Женщина, пересилив себя, чтобы не сбросить его руку, спросила мужчину о том, завтракал ли тот. В ответ он попросил ее вернуться домой, но на это Харпер ничего не ответила. Она не могла вернуться. Не могла находиться рядом с тем, из-за кого похитили ее дочь. Лежать с ним в одной постели, обедать, пока ее малышку держали у себя какие-то сволочи. Ей даже на секунду захотелось сказать Томпсону, что это не его дочь. Чтобы ему стало также больно, как и ей сейчас. Пусть по другому поводу, но, все равно, больно. Но она этого не сделала.       Хоббс и Эва оказались в кабинете одни, и когда дверь закрылась, Люк подкатился к столу, взяв папку. Он молча раскрыл материалы дела, и пристально взглянул на фото Даяны. Мужчина часто играл с ней, когда Эва приезжала в гости, и, во что бы то ни стало, он был готов перекопать землю ради ребенка.       Любого ребенка. Таков был его долг.       - Сядь, Эва, - скомандовал Хоббс, но его голос источал нежность и заботу к подруге. - Я хочу с тобой поговорить...       Женщина напряглась услышав эту фразу, но, все же немного помешкав, присела за стол, и сложила руки на груди.       Мужчина театрально выдержал паузу, и Харпер пожала плечами:       - Будем сидеть, и смотреть друг на друга, или займемся делом?       Мужчина кивнул, и, сложив руки на груди на манеру женщины напротив, спросил ее прямым текстом, решив не медлить:       - Почему мы отталкиваемся лишь оттого, что то ограбление связано с Дином?       Томпсон выгнула бровь, не совсем понимая, к чему клонит ее коллега.       - Потому что он пошел на работу. Отвлекающий маневр.       - Но мы ведь не знаем даже, кто это, - настаивал Хоббс.       Харпер усмехнулась.       - Я не понимаю, к чему ты клонишь. Можно конкретнее, у меня мозг сейчас не очень-то готов решать твои шарады, - голос женщины был раздраженным.       - Я о том, что, возможно, они хотели навредить тебе.       - Мне, - усмехнулась Эва. - Дин командир отряда зачистки всяких мудаков, вроде Хикса и Браги. Это у него враги. Я отошла от дел почти четыре года назад, если ты не заметил, - ее злило то, что Люк искал другой мотив, хотя он и был очевиден.       - Забавно, что ты вспомнила именно этих людей, - усмехнулся Хоббс, и, постучав по папке, вдруг поднял глаза. - Ты не думала о том, что это могли быть твои личные враги?       С минуту Харпер внимательно смотрела на Люка, а затем, когда смысл все сказанного постепенно дошел до нее, Эва закатила глаза, не скрывая раздражения.       - Ах, ты об этом... Повторяю в сотый раз то, что повторяла на протяжении четырех лет. Я не видела Оуэна Шоу и его чокнутого злобного брата в Таиланде, - сказанные слова были наполовину правдой, поэтому врать было легко. - Я приехала туда, и связалась с местной шайкой, которым выплатила энную сумму денег, и отдала список из Интерпола, о чем ты знаешь.       Женщина давно решила для себя, что никогда не признается Люку в том, что этой «шайкой» была группировка Оуэна Шоу. И она не верила в то, что похитить Даяну мог именно он. Если бы Шоу хотел ей навредить, то убил бы уже очень давно. А, вместо этого, он оставил ей кое-что дорогое. Она стиснула зубы.       Слушая Эву, Хоббс внимательно разглядывал ее лицо. Когда женщина закончила свою гневную тираду, он кивнул, но все же заговорил:       - Ты не видела их, но это не значит, что они не видели тебя.       - Эти двое бы убили меня на месте, - уверено произнесла Харпер, - Они не из тех, кто годами вынашивает месть. Нашли - устранили. Они военные, Люк. Это не их стиль.       - Ты так уверена...       - Уверена, - кивнула Эва, вставая с места, желая прервать этот разговор. - Я уверена на все сто, что это не они. Чтобы ты не говорил, Хоббс, и как бы я к тебе не относилась, - женщина больше не могла все это слушать, и решила ударить мужчину по больному. - У тебя паранойя, а эти двое твоя идея фикс, которую ты никак не можешь выбросить из головы. Займись лучше моей дочерью. Это намного важнее, чем Шоу.       Она быстро направилась к выходу, из кабинета, пока голос мужчины не заставил ее остановиться, сжимая дверную ручку:       - Ты уверена, что тебе не нужна психологическая помощь?       Томпсон не повернулась, и ответила совершенно бесчувственным металлическим голосом:       - Когда я захочу убить себя, мне не поможет даже психушка…