Убей меня, если не можешь любить. Люби меня, если не сможешь убить

      …Весь день, до самой глубокой ночи, осмотр всего того, что наметила команда и сам Люк, не дали результатов. Как и предполагали Хоббс и Дин, камеры в этот день были выключены. При чем, на всей территории операции. Даже камеры напротив дома Томпсонов были отключены за час до похищения. Включились они лишь через пять часов. Дин не смог найти операцию, похожую на эту, а остальные не смогли сопоставить ограбление с другими ограблениями, чтобы найти похожие. Казалось, все зашли в тупик. На телефонных линиях была тишина. Точнее, лишь на одной. Никаких требований, словно что-то выжидали. Харпер была готова умолять, чтобы они просили цену. Вторая линия лишь взрывалась от звонков со словами сочувствия. Эве это не было нужно.       Она металась из кабинета в кабинет, постоянно спрашивая о новых подробностях. Ничего. Домой в этот день она так и не вернулась. Как не вернулась и во все последующие два дня, когда новостей совсем не было. Ничего. Тишина. И Харпер перестала спать. А потом и есть, и, наконец, почти перестала выходить из здания управления. Никто, даже Дин, не мог уговорить ее оставить все хотя бы на час.       Похитители не проявляли себя. Даяна по-прежнему находилась неизвестно где. Женщина не знала, как чувствует себя ее ребенок. Накормлена ли она, поспала ли после обеда, просит ли машинку с кузовком… Домой ей незачем было возвращаться. Все в нем напоминало о девочке. Резиновая уточка в ванной. Игрушки, которые малышка оставила в разных уголках дома, пока играла. Детская, где все еще был запах ребенка. Это было больно.       Сейчас, поздним вечером, два дня спустя, Эва сидела в кресле, и листала увесистую папку очередного дела, а ее красные глаза почти слипались. Она не должна спать. До тех пор, пока не найдет дочь. Дин сидел напротив, листая другое дело. Он устал, хотел спать, но в последний день решил поддержать Эву, оставаясь с ней. Вместе с ними в комнате сидел и Хоббс, но, в отличие от сломленных родителей, пил кофе, чтобы не уснуть. Он планировал покемарить пару часиков, чтобы работала голова.       Люк взглянул на Дина. Сегодня тот впервые обратился к психологу. Хоббс считал это правильным. Он просил его поговорить с Эвой, но та все также не хотела слушать ни о каких мозгоправах. Хотя, было видно, что она держалась из последних сил. Она не истерила, и мужчинам было страшно. Страшно оттого, что Харпер молчала, и хваталась за любую ниточку, забывая о себе. Вчера они сошлись на том, что было бы лучше, если бы Эва впала в истерику. Рыдала и умоляла их сделать хоть что-то, вместо ее мертвого лица.       Мужчины… Им никогда не понять женщину, у которой отняли самое дорогое. Единственное, что она любила. Единственное, что заставляло Эву чувствовать себя живой…       Иногда Томпсон спрашивала себя, чтобы сделал ее настоящий отец, если бы узнал, что с девочкой что-то случилось. Но она не знала, нужен ли тому ребенок. Единственное, в чем она была уверена, так это в том, что настоящий отец Даяны не сидел бы, и не глотал бы сопли, как это делал Дин. Он бы действовал. Эва горько усмехнулась. Действий. Вот чего сейчас им всем не хватало.       Они сидели в полной тишине, слушая стук пальцев по клавиатуре, пока неожиданно и совсем внезапно все не изменилось.       - Нас кто-то ломает, - быстро и уверено, но растеряно произнес парень за компьютером.       Двое резко соскочили с места, и прильнули к экрану. Хоббс подъехал на коляске. На мониторе мелькали зеленые и красные цифры, имена, и даты.       - Сможешь вычислить место, из которого нас ломают?       Парень поправил свои очки, и тут же его руки забегали по клавишам, пока, наконец, он не нажал еще одну, и теперь на мониторе отобразилась карта.       Это была их страна. И совсем рядом.       - Заброшенный завод. Час езды отсюда, - произнес Дин, поправляя мятую черную футболку.       - Собирайтесь, - скомандовал Люк, - даю две минуты на сборы, и полчаса для того, чтобы добраться. Посмотрим на тех, кто нами интересуется…

***

      …Уже через пол часа они оказались на заброшенном заводе с огромным отрядом оперативников. Как бы не хотела Эва сделать все правильно и четко, они ворвались, словно воины. Набеги викингов и то проходили тише, чем то, как огромный отряд принялся прочесывать каждый угол. К несчастью всех, никого не оказалось.       - Они уже успели удрать, - со злобой произнес Дин, выходя из здания, и передал кому-то координаты по рации.       - Возвращайтесь на базу,- доложил по рации Хоббс.       Харпер все это время находилась на свежем воздухе, и смотрела на темно-синее небо, на котором не было ни звездочки. Холодный ветер обдувал лицо и тело, а она хотела лишь одного: найти малышку и упасть без сил. И ей казалось, что второе вот-вот произойдет.       Ей было плохо и тяжело, но она не могла ничего поделать. Она хотела бы поспать, но, засыпая, возвращалась в ночной кошмар. В котором она тянет руки к Даяне, и не может до нее достать. Снотворное ей бы помогло. Но его упорно не выписывали в штабе, боясь, что из-за такого психологического состояния Томпсон сможет применить его против себя. Чтобы получить дозу таблеток, она была должна пройти психологический курс.       Эва продолжала не спать. Есть у нее тоже не получалось. Еда просто застревала в горле, а потом шла обратно. Нервное.       Стоя на улице, Томпсон смотрела на мужа, который, подойдя ближе, снял с себя куртку, и накрыл ею плечи жены. Она стояла лишь в одной футболке. Мятой и старой, которую Харпер не снимала уже второй день.       Она не дрожала от холода, но когда мужчина попытался притянуть свою жену к себе, и дотронуться до ее щеки, чтобы поцеловать, Эва увернулась.       - Я устала, - сказала она, отступая на пару шагов. - Я хочу пройтись по заводу.       Ей не хотелось, чтобы он к ней прикасался. И она была уверенна, что с этим заводом было не все так просто, как казалось на первый взгляд.       - Там может быть опасно, Эва, - настаивал Дин.       - Вы уже все проверили, - мертвым голосом отозвалась она, - езжайте, я доберусь.       - Эва, - умоляюще произнес ее муж, но его жена так же умоляюще посмотрела на него.       Как же она от него устала. Почему эти похитители не похитили его, вместо Даяны.       - Дин оставь меня. Прошу. Мне нужно это. Уезжайте. Я хочу побыть одна. Иначе я сойду с ума.       Томпсону ничего не оставалось сделать, как отступить. Он хорошо знал свою жену. Знал, какая она упрямая, какая сильная. И знал, что если женщина на чем-то настаивала, то нужно было с ней согласиться. Единственное, его расстраивало то, что она не нуждалась в его помощи. Мужчина молча кивнул, и пошел отзывать команду.       Эва осталась одна лишь спустя еще пол часа. Когда совсем не оставалось сил, чтобы сделать пару шагов. Но Эва делал их. Шаг за шагом, пока не оказалась на заводе. На огромном пустом заводе с бетонными конструкциями по середине пустого павильона, куда падал лунный свет. И больше ничего. Вокруг стояла гробовая тишина. Но Харпер ждала.       Пока тот, кого она ждала, не появился.       Сначала это был рев мотора, а затем и скрип шин. Следом показались фары, которые едва ли не ослепили женщину, и, наконец, машина остановилась поодаль от нее. Дорогая и ухоженная машина. Такие Харпер давно не видела. Как в прочем и того, кто был за рулем.       Он вышел, осторожно и ловко прикрыв дверцу, и посмотрел на Эву. Сердце у женщины едва не остановилось. Она ожидала того, что он хотел, чтобы его нашли, но не могла поверить в то, что это мог сделать он.       - Отозвала людей, - Шоу осмотрелся, стараясь не демонстрировать ей того, что он действительно рад ее видеть.       - Я знала, что ты появишься лишь после этого, - Харпер сдерживала дрожь в голосе из последних сил.       Мужчина тут же уловил тон ее голоса. А затем и заметил внешний вид. Боже, она была совсем измотана.       - Ты хотел, чтобы я тебя нашла, - продолжила она, казалось, немного обрадовавшись этому, - иначе, ты бы не стал красть данные в открытую.       - Всегда поражался твоему уму, Эва, - слабо поджал губы Шоу, сунув руки в карманы джинсов.       Наверное, это было одной из причин, почему чувства к этой женщине до сих пор не отпускали его.       - Скажи мне, что это не ты, - устало произнесла Томпсон, прекрасно зная, что это не он. - А если она у тебя, скажи мне, что с ней все в порядке.       Шоу видел, как Эва покачнулась, едва державшись на ногах.       - Она не у меня, - уверено отозвался Оуэн. - Но я могу тебе помочь.       Мужчина не стал уточнять, что никогда бы не похитил ее ребенка. Он давно уже не хотел причинять ей боль. Тем более, такую.       - Помочь? Мне? - Харпер почти отчаянно простонала, когда очередной поток ветра ударил в ее бледное лицо.       Ей так хотелось осесть на землю. Или упасть. И уснуть. Или, чтобы он обнял ее.       - У меня ничего нет, - устало сказала она, не желая говорить ничего Шоу. - Мне нечего тебе предложить...       - У меня есть информация, - продолжил Оуэн, игнорируя слова Эвы. - Есть все, что тебя заинтересует.       Харпер подняла взгляд потухших глаз на мужчину, и тот достал из кармана флешку. Он молча протянул ее Эве, стоя в паре метрах от девушки. Женщина заколебалась.       - Ты... - запнулась она. - Вот так просто отдашь мне это?       - Я не изверг, - холодно произнес мужчина. - Есть информация, и я ею делюсь.       Он по-прежнему стоял с протянутой ладонью, словно приглашая на танец.       Томпсон сделала шаг. Затем еще и еще, до тех пор, пока не решилась принять помощь. Она взяла флешку, и теперь, они вновь стояли так близко друг к другу. Женщина почувствовала его теплую ладонь. Только теперь Эва поняла, насколько сильно скучала по мужчине. Насколько сильно она хотела бы, чтобы он помог ей. Помог им. Ей хотелось поговорить с ним. Томпсон чувствовала, как вот-вот упадет. Он должен не дать ей упасть.       - Почему, - прошептала она, - почему ты помогаешь мне?       Оуэн пристально взглянул в глаза Эвы. Ей было больно. Очень больно. И он хотел, чтобы это прекратилось.       - Тебе не мешало бы поспать, - глядя на красные глаза девушки, произнес мужчина, и не в силах больше стоять рядом, отошел от женщины, как можно дальше.       Ближе к машине. Уже у самой дверцы он остановился, чтобы взглянуть на Эву.       - На флешке все, что тебе будет нужно, - он говорил спокойно и размеренно. - Включая мой номер, - его голос снова внушал женщине уверенность. – Посмотри материалы. И свяжись со мной, если я буду нужен.       «Ты мне нужен», - пронеслось в голове у Харпер, но вместо этого, она сильнее сжала флешку в ладони, чувствуя, как та врезалась в шрам, и тихо произнесла:       - Спасибо....       - Увидимся, - слабо ухмыльнулся Шоу, нырнув в салон автомобиля.       Еще минута, и он бы кинулся к ее ногам. Чтобы обнять ее, чтобы успокоить. Тяжело было снова видеть ее такой. Хотелось уничтожить всех, кто причинил ей боль.       Мужчина набирал скорость, словно хотел избежать массовых убийств. Он бы и это сделал, лишь бы она снова улыбнулась, и ляпнула какую-нибудь глупую шутку. Оуэн не видел ее почти четыре года. Конечно, он вспоминал о ней, но думал, что все уже давно прошло. Дурак. Достаточно было увидеть ее фото, чтобы снова захотеть увидеть Эву. А когда он ее увидел, ему стало ясно, что ничего не прошло.       Мужчина усмехнулся. Он решил, что просто стареет. Становится сентиментальным. И Оуэн надеялся лишь на то, что со стороны этого не было заметно. Он Оуэн Шоу. Его многие ненавидели, многие хотели убить, многие боялись. Ему нельзя проявлять слабость. Вот только рядом с этой женщиной это было очень сложно…