Глава 9
5 апреля 2016 г., 17:53
…Следующий день выдался нелегким с самого утра. Началось все с того, что еще дома Эва начала нервничать, чего раньше с ней не случалось. Конечно, она допрашивала людей. Вела допросы. А иногда даже с пристрастием. Дурная привычка от Хоббса, но иногда она обожала брать на себя роль плохого полицейского.
Но сегодня, все было по-другому. Сегодня Томпсон ощущала себя так, словно допрашивают ее, и чтобы она не сказала, обязательно будет использовано против нее.
Она вышла из такси возле тюрьмы. Еще утром она настояла на том, что, скорее всего за ней следят, и больше никак не комментируя паранойю, попросила Оуэна дать ей денег на транспорт. Мужчина не возражал. Он считал это умным ходом. Женщина была права.
Она вошла в здание тюрьмы, где ее тут же встретили. Все были предупреждены. Не задавая лишних вопросов, один из полицейских быстро обыскал Эву, а затем провел в одно из двух помещений для длительных свиданий в отделении. Помещение находилось недалеко от комнаты общих свиданий, и было предназначено для семейных посещений. И это Томпсон не нравилось. Она знала, что такие комнаты были здесь для того, чтобы чертовы преступники просто могли провести спокойные часы в кругу семьи, а посему комнатам пытались придать хотя бы видимость уюта: необходимая простая мебель, пластиковые цветы. Когда Харпер вошла внутрь, она услышала лязг закрывшейся за ней двери. В отличие от обычного допроса, на этот раз Эва даже не попыталась изобразить на лице высокомерную улыбку. Губы и лицо вообще отказывались повиноваться. Она ограничилась тем, что подняла взгляд на мужчину.
Он сидел за столом, и следил за движениями женщины, которая отчаянно пыталась ухватиться за любую деталь в комнате, которая хоть как-то могла показать ей, что этот человек здесь страдает. Фрэнк, так звали мужчину, выдержал паузу, в течение которой он, не шелохнувшись, сидел за столом, держа перед собой небольшую книгу на столике, в откуда-то знакомом Томпсон переплете. Он не произнес ни слова, лишь его темные наигранно страдальческие глаза неотступно следили за Эвой. Она продолжала стоять в дверях. На нем была тюремная форма. Заметно было и то, что этот человек чувствует себя в своей тарелке. Он хотел было встать, так, словно джентльмен приветствовал даму, но резким тоном один из полицейских по связи велел мужчине не рыпаться. С легкой усмешкой он выполнил его указание.
Эва взяла себя в руки, и пододвинула стул поближе к столу.
- Прошу, Эва, - сказал Фрэнк и сделал ладонью жест, который должен был означать, что бы она присела.
Женщина устроилась прямо напротив заключенного.
- Я пришла получить информацию, - твердо сказала она, но мужчина улыбнулся так, что у его глаз появились гусиные лапки.
- Не торопись, Эва, не спеши... Помни, что основа всякой мудрости - есть терпение,[1] - его голос бы спокойным и насмешливым.
Как у Шоу.
Эва выпрямилась, внимательно смотря на мужчину, казалось, он ждал ее. Определенно ждал. Он знал ее имя, и от этого Томпсон было не по себе.
- Ты ведь ждал меня, - снова немногословно отозвалась Эва, стараясь держать себя в руках.
Мужчина снова выдержал паузу. Театральную, как показалось Харпер. Он испытывал ее. Тишиной. Взглядом его темных глаз. Молчанием и многосложными ответами.
- Правило ведения войны заключается в том, чтобы не полагаться на то, что противник не придет, а полагаться на то, с чем я могу его встретить.[2]
Эва едва сдержала усмешку. Книга, которую цитировал мужчина, лежала перед ним на столе. И эту книгу Эва стала откровенно и официально ненавидеть. Неужели все преступники помешаны на одной и той же книге? Она что, что-то вроде Библии для них?
Мужчина снова выжидающе посмотрел на Харпер, а затем перевел взгляд на ее обручальное кольцо.
- Как поживает муж? Вы приехали вместе?
- Вы ведь наверняка проследили за мной, не так ли? - спросила она, просмотрев на мужчину.
Фрэнк довольно улыбнулся.
- Прыткий ум для женщины, - сказал он, доставая шариковую ручку. - Должно быть, за это тебя любит твой муж, верно? - продолжил преступник, не сводя глаз с Эвы.
Она не хотела ему отвечать, но он говорил с ней, не дожидаясь ответа. Каждый из них вытаскивал друг из друга фразы. Эве пришлось пожать плечами.
Фрэнк снова помолчал, а затем принялся смотреть на шариковую ручку, которую начал тут же медленно и методично раскручивать, доставая стержень.
- Позволь начать то, ради чего зачем мы здесь... Сначала я хотел бы рассказать тебе кое-что о капсулах с краской, - сказал Фрэнк, иногда кидая взгляд на побледневшую Эву. - Расскажу о том дне. О том ограблении, ты ведь не торопишься?
Эва положила руки на колени, и тут же вытерев потные ладони, положила руки обратно на стол. Ей нельзя было показывать волнение. Выказывать то, как сильно она желает выкрутить ему его голову, так же как он выкручивал эту шариковую ручку.
- Я думаю, тебе и всем, кто нашел меня для тебя, хорошо известно - в момент ограбления служащие банка почти всегда пытаются незаметно подложить в деньги, которые вот-вот похитят, капсулы с краской.
Эва ничего не ответила, хотя мужчина опять выжидающе посмотрел на нее. Фрэнк пожал плечами, словно и не ожидал ответа.
- Некоторые капсулы оснащены датчиком, и активируются, как только их начинают перемещать - например, если сумку понесли в машину, - ровный размеренный тон. - Есть и такие, которые срабатывают, когда их проносят через определенный контур - предположим, дверь. Или же ворота. Почти как бомба. Тебе это известно? - он снова обратился к Эве. - Твой брат специализировался на таких.
Томпсон снова набрала в легкие побольше воздуха. Нервы были на пределе. Но мужчина продолжил. Голос его звучал успокаивающе. Женщина снова подумала о том, что он напоминает ей Шоу.
- Каждая капсула может быть снабжена собственным датчиком, который заставляет капсулу взрываться, если ее отнесут на определенное расстояние от второго датчика, который посылает определенный импульс. Они очень крохотные, почти незаметные. Как капсула снотворного, - мужчина поднял взгляд на Эву, и показал размер капсулы. - Но тебе ведь известно, что сам взрыв безвреден для преступника. Все дело в краске, чернилах.
В руках у него оказался стержень из разобранной ручки. А затем Фрэнк протянул его Эве, жестом и взглядом указывая на то, чтобы она взяла стержень. И Томпсон протянула ледяную руку. Мужчина довольно улыбнулся.
Эва недолго рассматривала стержень с чернилами, а затем подняла взгляд на преступника.
- У этого ликбеза есть смысл?
- Смысл есть всегда и у всего, даже там, где найти его практически невозможно, миссис Томпсон, - ответил Фрэн, почесав щетину. - Мой отец был мастером по изготовлению чернил. А тебе известно, как действуют такие чернила?
- Я знаю, как действуют капсулы с краской, - перебила Эва, теряя терпение. - Лучше скажи мне, где моя дочь.
- Терпение, Эва, не торопись. Смысл этой истории в том, что она проста, как и действие чернил. Как ты думаешь, нужно ли было нам грабить банк, зная, что мы ничего не получим, кроме денег в краске? - на лице Фрэнка появилась широкая улыбка. - Дело ведь в другом. Возможно, мы хотели, чтобы нас нашли.
Эва отложила стержень. Мужчина принялся медленно собирать ручку.
- Значит, вы преследуете другую цель. Я знаю, что мой муж вас арестовал, и мне не составит труда узнать, что вам нужно.
- Не сомневаюсь, - подтвердил Фрэнк. - Ведь это же он послал тебя сюда, не так ли?
Усталое выражение постепенно сползало с лица Эвы, уступая место ярости:
- Где моя дочь?
Мужчина усмехнулся, изучая ногти своей правой руки, и наслаждался ее голосом. Тревога. Смятение. Откровенная растерянность и злость.
- В надежных руках, Эва. Но я могу тебе помочь вернуть ее, если ты поможешь мне.
Затем он с важным видом кивнул, склонился над столом, и сделал Томпсон знак сесть поближе.
- Ты умная женщина, Эва, - шепотом сказал он. - И я хочу, чтобы ты сама поняла, что мне нужно. И поторопись, ведь я хочу, чтобы ты уяснила урок жизни. Поучись хотя бы у своего ребенка. Упущенное время наверстать нелегко, но можно, - затем, он выпрямился, скрестил руки на груди, и усмехнулся.
Эва едва не показывала, как внутри вся кипела от злости. Она плотно стиснула зубы, и, заметила, что мужчина взглянул на часы, словно намекая, что их время почти вышло.
- Встретимся очень скоро, а пока подумай: что если противник явится в большом числе и полном порядке, как его встретить? [2]
Эва услышала, как дверь позади нее открылась. Она не спускала взгляда с мужчины. Он кивнул, но дождался, когда два амбала подойдут к нему и поднимут, чтобы заковать в наручники.
Он шел до самой двери в полной тишине, и лишь в конце произнес:
- Захвати первым то, что ему дорого. Если захватишь, он будет послушен тебе... [2]
Он оставил Харпер одну. В полном смятении…
***
…Когда Шоу вернулся в квартиру, он уже слышал, что где-то в спальне Эва судорожно и достаточно громко объясняла что-то кому-то по телефону. Оуэн разделся. Осторожно повесил верхнюю одежду, и, разувшись, прошел к ней. Дверь была закрыта, но не заперта. Мужчина осторожно отворил ее. Покрасневшая Эва сидела на постели, с ноутбуком на коленях. От чего она была красная Оуэн еще не успел разобрать. Злость в глазах. Опухших глазах. Она злилась, рыдала? Женщина подняла на него взгляд, так резко, что раздался голос Хоббса. - Кто-то пришел? Шоу понял, что она говорит по скайпу, но не двинулся с места. Эва нервно убрала прядь за ухо, шмыгнула носом, и вернула все свое внимание на экран. - Нет, - ответила она Люку. - Никто. Мне показалось. Небольшая пауза, посеяла сомнения у Хоббса. - На столе сигареты, - сказал он. - Ты снова куришь? - Купила сегодня, - опять соврала Эва, борясь с желанием посмотреть на Шоу, который так и остался стоять в проеме. Мужчина оперся на косяк, и сложил руки на груди, ожидая, когда женщина закончить разговор. - Ты уверена, что Дину не нужно приехать? - помолчав, спросил Люк. Харпер вздохнула, а затем произнесла. - Я хочу побыть одна. - Хорошо, - отчеканил Хоббс, услышав, что его кто-то звал. - Я буду ждать новостей. И она отключилась. Как только женщина закрыла ноутбук, и убрала его с колен, она тут же обратилась к Шоу, смотря на него испытующе, но без агрессии: - Дин задержал этого козла, когда он и его банда пытались утащить из военной базы один из элементов устройства, - она медленно, и четко проговаривала каждое слово. - Этот элемент можно применить к чему угодно. Чип, который так яростно охраняет АНБ. Шоу молча выслушивал женщину, пока она не стала перечислять уже известные ему вещи. - Они ищут элементы, чтобы создать что-то очень хорошо тебе известное... Год назад они похитили компьютерный вирус из лаборатории АНБ. Остается не так уж и много... - Это серьезное оружие, - усмехнулся мужчина. - Тот, кто будет им обладать, сможет диктовать свои условия кому угодно. - Мы предполагаем, что они делают хорошо тебе известную Техно-бомбу для выведения военной структуры на 24 часа. Им не достает не только чипа, но и трех компонентов помимо него: спутниковый узел связи, и программный терминал баллистической ракеты. Боюсь, он потребует чип, который не дал им украсть Дин. Но никто не знает, что все остальное есть у того, кто стоит напротив меня... - женщина внимательно посмотрела на мужчину. - Оуэн, ты по-прежнему занят этой разработкой? - Когда я этим занимался… - он устало вздохнул, невольно коснувшись своего лица, - операция прошла неудачно. И я отложил все это в долгий ящик. Надежно спрятав все, что у меня есть. У Томпсон округлились глаза. - Ты понимаешь, что будет, если они узнают... Если узнает Хоббс, или этот урод... - Никто этого не знает, - спокойно произнес Шоу. - Кроме меня и моего брата. - Мы не может отдать им ничего из того, что у нас есть. И чип который охраняет Хоббс, - дрожащим голосом проговорила Эва. - Я понимаю, это опасно, это власть, - кивнул Оуэн. - И я не собирался этой властью ни с кем делиться… - Черт, - она готова была расплакаться. - Как же мы тогда спасем Даяну? - Мы что-то придумаем, - серьезно проговорил мужчина. - У него должны быть слабые места… - Ты его не видел, - губы у Эвы задрожали. - Казалось, он знает все. Абсолютно все. О моей семье, обо всем на свете. - У всех есть своя ахиллесова пята, - Шоу пожал плечами, - и твою он нашел. - Господи, почему ты такой спокойный? - Томпсон начала терять терпение. - Ты говоришь, как он… Блядь! - она громко выругалась. - Да вы с ним из одного теста! Он весь допрос цитировал мне «Искусство войны», - женщина вскочила с кровати. - Вы что, все помешаны на этих высказываниях из этой дебильной книги? - она заметалась по комнате. - Чертовы шизики! - Успокойся, - приказным тоном проговорил Оуэн, чем заставил Эву резко остановиться. - Во-первых, я должен знать о нем все, потому что врага надо знать в лицо, - женщина нервно хохотнула. - Во-вторых, если все настолько серьезно, я могу связаться с моим братом. В отличие от твоего мужа, - мужчина скривился, - Деккард не из пугливых. Он сам кого угодно напугает. Тебе ли не знать? - Шоу сузил глаза. Томпсон вдруг стало не по себе. Она боялась старшего Шоу. Боялась до потери пульса. Но мысль о том, что такой человек может переиграть Фрэнка, немного успокоили женщину, и она тут же кивнула. - В-третьих, - Оуэн подошел к ней, - мы всегда можем предложить ему то, что он хочет. - Но… но… - Эва посмотрела мужчине в глаза, пытаясь понять, не обманывает ли он ее. Он не врал. Его лицо было спокойным и непроницаемым. - Ты отдашь все, что у тебя есть ради Даяны? - Если придется, - Оуэн кивнул. - Но это слишком опасное оружие. Ты ведь сам сказал… - женщина не понимала. У нее путались мысли. Она очень хотела вернуть дочь, но прекрасно знала, что чип отдавать нельзя. И она никак не могла поверить, что Шоу готов отдать такой лакомый кусочек ради спасения ребенка, которого он никогда не видел. - Эва, не расстраивай меня, - он усмехнулся. - Кто сказал, что мы отдадим все просто так? Есть столько вариантов… - мужчина пристально посмотрел ей в глаза. - Например, дать подделку. Но это сразу нет. Наверняка, они будут проверять, - Эва понимающе кивнула. - Ты можешь натравить на его команду своих друзей, а я своих… Правда, в твоих я что-то не уверен. Томпсон хмыкнула. - А меня смущают твои «друзья»… - Ты их просто плохо знаешь, - мужчина ухмыльнулся. - Хотя, с Сэмом ты ведь знакома. Женщина тут же вспомнила одного из подельников Шоу, который помогал им спасать Джона. И сразу же обрадовано закивала. - Выход есть всегда, - твердо проговорил Оуэн. - Только я должен знать, против кого я сражаюсь, - он убрал прядь волос ей за ухо. - Расскажешь? Женщина закивала. - Видишь, уже не так страшно, - попытался улыбнуться мужчина. Эва вдруг обняла Оуэна, уткнувшись лицом в его грудь. - Твое спокойствие, - тихо проговорила она, - как ты это делаешь? Мне сразу становится легче… Ненадолго, но становиться. Шоу накрыл ее руками. - Еще когда я был маленьким, - он прикрыла глаза, чувствуя ее теплое дыхание на своей коже, - брат говорил мне, чтобы я никого не боялся. «Пусть они тебя боятся», повторял он. Из любой ситуации есть выход. Просто надо его найти. Эва подняла голову, и посмотрела ему в глаза. Мужчина слабо поцеловал ее в лоб… __________________________ 1 - Платон 2 - Сунь Цзы "Искусство войны"
