Убей меня, если не можешь любить. Люби меня, если не сможешь убить

      … Мужчина лежал на спине, а женщина лежала у него на груди. Она притихла, и он чувствовал, что Эва вот-вот отключится. Оуэн усмехнулся. Он оказался не худшим средством, чем снотворное.       - Черт, - внезапно выругался Шоу. - Я опять кончил в тебя… Извини.       Томпсон тихо охнула, и даже немного сдавленно и хрипло рассмеялась, вспомнив, что за слова она сегодня ему кричала.       - Не бойся, я на таблетках, - сонно проговорила женщина, теснее прижимаясь к его груди.       Он усмехнулся. Интересно, она села на таблетки потому, что больше не хотела беременеть, или просто не хотела беременеть от Дина?       Подумать только, у него есть ребенок. Это так странно. Парадокс. Обычно мужчина отнимал жизни, а теперь он дал жизнь. Жизнь маленькой девочки, которую похитили. Даяна… Он несколько раз повторил про себя это имя, пытаясь понять, что он чувствует. Пока это было смятение.       Мужчина бросил взгляд на Эву. Женщина тихо сопела, а ее рука подрагивала у него на груди. Оуэн вспомнил ее слова о том, что она забеременела, когда он ее изнасиловал. Этот поступок… Он до сих пор думал о том, что так и не извинился перед Харпер за него. Это такая ирония… Черная, видимо. Шоу причинил Эве боль, которая потом вылилась в маленькое существо. Единственное существо, которое женщина по-настоящему любила. Существо, которое он никогда не видел. Маленькая девочка с его глазами. Можно ли считать это неким извинением за всю ту боль, что он причинил Эве? Правда, малышку отняли у нее. И теперь женщине снова было больно. То есть, в этом была и его вина. Пусть, косвенная, но была.       В голове промелькнули мысли, что Оуэн мог бы предложить ей сделать еще одного ребенка, но это было так глупо. И совсем не смешно. Что мужчина подумал про себя, что он осел.       Черт… У него есть ребенок… Ребенок. Которого родила Эва. Единственная женщина, от которой он бы этого хотел, если бы когда-нибудь по-настоящему об этом задумывался.       Интересно, а что скажет об этом его брат? Уебет по морде, и скажет, мол, вынимать надо было? Застрелит его? Или, может, расплачется, увидев фото племянницы... Ему стало смешно от собственных мыслей. Что ж, Деккарду придется смириться с тем, что у него есть племянница. Особенно, если мужчине понадобиться его помощь…

***

      …Когда Эва проснулась, был вечер. Но Оуэна не было. Рядом была лишь смятая постель. Она проспала каких-то три часа. В гостиной горел телевизор. И звуки был очень тихим. Он не спал. Не мог уснуть. Встав с постели, Харпер накинула простыню на голое тело, и вышла из спальни.       Оказавшись в гостиной, женщина увидела, что мужчина сидел на диване, но смотрел он куда-то ниже телевизора, который просто фонил. Она подошла сзади, и, наклонившись к его уху, тихо прошептала:       - Снова сбежал от меня?       Он вздрогнул.       - Я… нет… я, - Оуэн был застигнут врасплох, что очень удивило Эву. - Я был голоден… Пробовал то, что ты приготовила. Вкусно, - он попытался улыбнуться.       Даже если Шоу соврал, Харпер все равно было приятно. Она хотела что-то сказать, но невольно опустила взгляд туда, куда смотрел мужчина. Это был его ноутбук, на весь экран которого было развернуто их семейное фото. Точнее, она было растянуто так, что видно было только Даяну. У женщины сжалось сердце. Ей было тяжело смотреть на дочку. Но все же, Эву не могло не радовать то, что ее отец рассматривает снимок, где она была запечатлена. Улыбающаяся.       - У тебя есть ее фото? - тихо спросил мужчина. - Такое, как носят в бумажнике.       - Да, - немного дрогнувшим голосом произнесла женщина.       - Можешь… можешь мне его дать? - Оуэн повернул голову к Эве, и та заметила, что лицо у него совсем растерянное.       - Конечно, - она кивнула. - Сейчас.       Харпер вернулась в спальню, и, бросив простыню на пол, достала свою сумку из-под кровати. Документы, бумаги, кошелек. Это все она оставила в ней. Достав свой бумажник, она вытащила оттуда фотографию Даяны. Она сделала ее недавно. Дома. Когда девочка плескалась в ванной, а Эва пускала ей мыльные пузыри. Она так заразительно смеялась, когда они лопались на ее лице. Женщина на секунду закрыла глаза, и, вытерев слезы, подняла простыню, и снова вышла к мужчине.       - Вот, - она протянула снимок Шоу, усевшись рядом на диване.       Он взял в руки фотографию.       - У нее мои глаза, - усмехнулся мужчина.       - И твой скверный характер, - она сдержала слезы.       - Расскажи мне о ней, - попросил Оуэн, стараясь не смотреть женщине в лицо.       - Она рано просыпается, и поздно засыпает, - начала говорить Эва. - Из игрушек больше всего любит машинки, - мужчина улыбнулся. - И резиновую уточку, которую подарил ей Джон…       - Твой племянник? - уточнил Шоу.       - Да, - женщина кивнула, и опустила голову ему на плечо. - Она любит с ним играть. Когда он к нам приходит, не отлипает от него не на минуту, - слабый всхлип. - Все время просит яблочный сок. Картошку варенную любит. Прямо не оторвешь. И мясное пюре. Такое, в жестяных баночках, - Эва шмыгнула носом. - Она когда улыбается, похожа на тебя…       - Тяжело, наверное, видеть в ребенке того, кто причинил тебе столько боли, - тихо проговорил мужчина, поглаживая пальцем фото. - Я бы хотел, чтобы с тобой всего этого не случилось. Всего того, что я с тобой сделал, - у него у самого голос немного дрожал, выказывая волнение.       - Тогда бы у меня не было Даяны, - она попыталась улыбнуться, но не смогла.       - У меня никогда не было детей… А тут дочь, - он помолчал. - Она красивая. Я не совсем понимаю, что я чувствую. Но мне бы хотелось ее подержать…       Эва подняла голову, и слабо коснулась щеки Оуэна губами. Он закрыл глаза, чувствуя тепло, которое исходило от ее тела, прикрытого только простыней. Женщина уткнулась ему в плечо лицом. Эва закрывал глаза, и тихонько посапывала. Ей нравилось чувствовать, что он рядом. Она не любила, когда Оуэн сбегал от нее.       - Что ты смотришь? - зачем-то сонно спросила Харпер, подняв на него глаза. - Можно мне немного с тобой полежать?       - Футбол, АПЛ, - просто ответил мужчина, не став уточнять, какой именно матч он смотрит, заметив, как женщина скривилась еще на слове «футбол».       Да и матч был скучным, и вялотекущим. Лидер чемпионата играл на сбережение сил и удержание счета, а аутсайдеры даже не пытались дергаться.       Не дожидаясь ответа Оуэна, Эва легла на диван. Увидев это, Шоу, положив фото на стол, лег рядом с Харпер, и положил свою руку ей на бедро, которое открылось, когда женщина пыталась укрыть себя простыней, в которую она куталась.       - Может, пойдешь спать? - тихо спросил мужчина, поглаживая ее бедро.       - Нет, - зевая, ответила Эва. - Я не могу спать одна. Мне… мне страшно…       Она отвернулась от Шоу, чтобы блики от телевизора не мешали ей спать. Ладонь Оуэна, скользящая по ее оголенному бедру, успокаивала Харпер. Она не заметила, как уснула. Зато мужчина почти сразу услышал, как женщина засопела. Он закрыл глаза, чтобы немного покемарить во время перерыва между таймами. Но вместо этого уснул. В эту ночь им снились одинаковые сны. Маленькая девочка с зелеными глазами…