Вроде бы всё просто, но почему так сложно?

      Люси проснулась почему-то в кровати. Она совершенно не помнила, каким образом очутилась тут, ведь уснула за столом. Девушка писала письмо своей матери, и там она говорила о… Нацу?! О нет! Ведь парень спокойно мог увидеть листок бумаги с признанием… А кто иной, как не Нацу, мог уложить Люси в постель?       Хартфилия побледнела от непонятного страха, мигом вскочила с кровати и помчалась к письменному столу. Письмо всё ещё покоилось там.       Девушка дрожащими руками схватила лист бумаги и нервно пробежалась по нему взглядом. Когда же увидела кляксу на месте имени, облегчённо выдохнула. Увидеть имени Драгнил не мог, так что можно расслабиться.       За окном уже вовсю светило солнце, и Люси пошла готовить завтрак. Слушая шкворчание яичницы-глазуньи, она подумала, что стоит Нацу поблагодарить за то, что он её спать уложил.       Мысли о Драгниле вызвали на её лице невольную улыбку.       А вот и сам Нацу прибежал! Он мигом рванулся за стол, и Люси, буркнув «спасибо, что уложил», пихнула ему тарелку и кинулась в ванную. Она дрожащими руками закрыла дверь, сама не зная зачем зажала рот руками и увидела в зеркале отражение себя, смущённой, покрасневшей, взволнованной и… влюблённой?       «Чёрт-чёрт-чёрт-ЧЁРТ!!! Что со мной?! Почему так хочется обнять его и сказать всё… Почему?! Нет, Люси, НЕТ, нельзя рушить дружбу! Вдруг я для него всего лишь друг? Нельзя-нельзя-нельзя! Но это так сложно…»       Девушка медленно опустилась на пол и спрятала пылающее лицо в прохладных ладонях.       — Люси, ты чего? — раздался взволнованный голос Нацу прямо за дверью.       — Да ничего… В туалет приспичило, — выдала первую пришедшую в голову отговорку Люси и улыбнулась, чтобы приободриться. — Нацу, я сейчас выйду, не беспокойся!       — Ладно…       «Чёрт!!!»