Абориген.

Первым звоночком, о грядущих проблемах стало то, что Гарри Поттер, Мальчик-который-выжил, стал отвечать на уроках. Кратко, сжато, даже скупо - но исчерпывающе. Тон его оставался безразличным, голос тихим, а глаза смотрели куда-то в пустоту, но... Он говорил. Памятуя о судьбе слишком назойливых, ученики не стали лезть к МКВ с вопросами, по крайней мере напрямую, но вокруг него регулярно заводили разговоры, на тему маглов, квидича, и вообще интересных тем, чтобы разговорить и узнать - какого чёрта происходит с надеждой магической Англии? Гарри Поттер молчал. Потом в медпункт попало сразу четверо пятикурсников, опять с Равенкло, в разной степени измочаленности, и с их слов - после применения запрещённого конвенцией психического оружия "Орущие в ярости деканы, Снейп и Флитвик" - картинка нарисовалась интересная. Поймали в коридоре, остановили, оттеснив в пустой класс, сначала просто спрашивали, по-хорошему, потом когда заглядывания в лицо, уговоры и эмоциональные уверения, что они проиграют из-за МКВ пари и сильно этим расстроятся, не подействовали, перешли на угрозы, сначала абстрактные, потом на порчу личного имущества, потом на насилие психологическое, а потом и физическое. Поттер молчал, не делая попыток уйти, похоже, просто ждал. А когда один из пятиклассников дёрнул за ремень сумки, ожидая, что потянет за собой Поттера, а другие его подхватят, а потом они отнимут сумку и будут ей перебрасываться... Сумка неожиданно легко поддалась, пятиклассник, не ожидая отступил на несколько шагов, и потому видел, как Поттер словно пропал, раздались какие-то быстрые хлопки или шлепки, а ещё его друзья словно разлетелись, как кегли, а потом прямо перед ним оказалась тёмная, смазанная в движении фигурка, и... И в себя он пришёл лежа спиной в сломанных партах, и громко заорал-заныл от жуткой боли в спине. Так их - по его вою - и нашли. Гарри Поттера вызвали к директору. В кабинете сидел сам Дамблдор, наглаживая феникса, Минерва Макгонагл, Снейп и семеро родителей, пострадавших пятиклассников. Поттер вошёл, сел на стул и спокойно стал смотреть в окно. Воцарилась тишина. Родители пострадавших молча рассматривали легенду магической Англии, профессора молчали, Гарри смотрел в окно. Тишина затягивалась. - Гарри, маль... эээ... Гарри, ты знаешь, зачем тебя сюда вызвали? - прервал молчание директор, и потискал феникса так, что бедный птиц нервно курлыкнул. - Нет, директор, - тихо, невыразительно ответила легенда магической Англии, даже не посмотрев в сторону директора. - А что ты скажешь о своём участии в инциденте с четырьмя пятикурсниками факультета Равенкло? - и директор задумчиво зажав в пальцах хохолок феникс, принялся его теребить, оттягивая и отпуская. Феникс мог только вытягивать шею и топорщить глаза. - Ничего, - тихо ответил Гарри Поттер, переведя, наконец взгляд с окна на директора. - Ничего... - потерянно повторил Дамблдор, и так дёрнул хохолок феникса, что он сдавленно вякнул, как большая курица, снесшая яйцо. - А что вы можете рассказать о самом инциденте, мистер Поттер, - МакГонагл показалось, что она уловила логику в словах своего студента. - Четыре студента факультета Равенкло, пятого курса обучения, пытались силой получить от меня информацию, за что я вынес на вид несообразность и грубость их поведения. После такой длинной речи, Гарри Поттер сжал рот в линию, с явным намерением экономить слова, которых он и так слишком много потратил на ерунду, но и без его участия было неплохо - родители начали требовать действий, наказаний, и возмещения ущерба, а деканы и директор принялись заминать скандал и отстаивать права и свободы Хогвартса. Стаял гвалт, орал стиснутый директором феникс, шипел Снейп, рубила фразы Макгонагл, орали родители. Гарри сидел и читал свою книгу. Воистину, свободен тот, кто фильтрует чужой базар. К ужину всё как-то успокоилось - все просто выдохлись. Бедняга феникс сгорел прямо в руках директора, и теперь птенец прятался под столом и верещал на попытки его оттуда извлечь, сам директор лечил обожжённые фениксом руки, с придыханием натирая их какой-то беловатой маслянистой субстанцией, Снейп, нашипевшись волю, ушёл к себе, варить какой-то милый и приятный яд, под гламурным названием "Розовые пони в стране мармеладок, собирают радугу с цветков голубенького лотоса"; про этот яд было известно, что от него умирали не все, не сразу и как-то не мучительно, словно засыпали... А кто-то потом и просыпался. И испытывал муки смертельного похмелья. Минерва пила валерьяну из большого пузырька, и как-то странно подхихикивала, словно после особо удавшейся пошлой и выдающейся шалости в пансионе благородных девиц, а родители пострадавших вяло валялись на наскоро трансфигурированных диванчиках и креслах, распаренные и потные, обмахиваясь веерами и листами пергамента. А Гарри Поттер ушёл на ужин, а когда - никто даже не заметил. В кабинет заглянул Флитвик, оглядел всех, оскалился - что вызвало известное оживление, а на вас когда-нибудь оскаливалась помесь седой Чебурашки с крокодилом Геной? - и довольно пробормотав, "А я говорил, директор!..", ушёл. Кстати, никто так и не вспомнил, как и чем отмазался декан Равенкло, от присутствия на собрании. Что-то он там сказал, взмахнул и рассёк палочкой, и про него все забыли. "Мелкая хитрожопая сволочь!" - хором решили все пострадавшие, и скомкано попрощавшись, убыли. Второй приметой, что с МКВ что-то не так, стали его почти демонстративные отлучки по ночам. Профессора терялись в догадках, а слежка кончалась на моменте, когда Гарри Поттер набрасывал на себя мантию-невидимку. Расспросы ни к чему не привели - Гарри просто молчал, и игнорировал всё, сказанное ему. Только Хагрид знал, куда пропадает надежда магической Англии - в Запретный Лес. Следы трудно спрятать полностью, даже с помощью магии. Первый раз, наткнувшись на след, Хагрид побежал спасать сына своих друзей, но след привёл его на полянку, где валялась туша мантикоры, с выдранным позвоночником. Выглядело так, словно из неё извлекли все кости, вытащив их за голову. Хагрид вернулся к себе, и напился, от изумления. А после третьего раза - волколак и двурог так же лишились скелета - решил не мешать мальчику. В конце-концов, это же ребёнок, у него такой возраст... Так говорил директор, а ему Хагрид верил как себе, то есть - абсолютно. Третьей приметой стала дикая сцена, когда в библиотеке на Поттера накинулась Гермиона Грейнджер, сначала пытавшаяся ему что-то втолковать, прикрывшись пологом тишины, а потом, когда Поттер начал молча вставать, собираясь уйти, начала орать, что Гарри нужна помощь, что она не знает, что с ним, она не смогла найти ничего в книгах, а значит с ним происходит нечто ужасное, и ему немедленно нужна помощь, и он сейчас же пойдёт с ней к Поппи, и если понадобиться, проведёт оставшийся год под полным медицинским обследованием! Поттер выслушал, и так же молча пошёл прочь. В спину ему понёсся "Ступефай", потом "Инканцеро", потом "Петрификус" - всё мимо, неуловимыми движениями Гарри уходил от лучей, а когда Грейнджер догнала и попыталась схватить его за плечо... Свидетели потом долго обсуждали - с одной стороны, это стопроцентное нападение и самозащита, а с другой Грейнджер, хоть и заучка и дура, но всё же девушка... Сошлись на том, что может у маглов так принято, и может у них вообще любовь. Странные эти маглы. Кто-то пару лет назад приволок в Хогвартс мангу с густым БДСМ, и после магического растиражирования, цветная книжка стала главным источником возбуждения для рукоблудия всех четырёх факультетов. А то, что в манге было слишком много насилия, связывания и блестящих штучек, засовываемых в... Ну что тут скажешь - маглы. Дикие маглы. Такого было общение мнение. Ну вот принято у них бить девушек красиво, напоказ и с оттягом, и связывать, и оставлять, чтобы страдали, но при этом получая удовольствие... Так что пришпиленная сетью к стене Грейнджер - практически норма. А вот что интересно, так это что за заклинание применил Поттер, да ещё невербально. Инцидент же с пятикурсниками кончился ничем - с Дамблдором никто не хотел связываться, мальчики и правда сами перегнули палку, особо никто не пострадал... Опять же пытаться надавить на легенду магической Англии, может оказаться чреватым непредсказуемыми и крайне неприятными последствиями. На этом и остановились. А Гарри почти каждую ночь уходил в Запретный Лес, и каждое утро тащил из лесу здоровенный свёрток, с которым исчезал где-то у стен замка, и появлялся на втором этаже, из женского туалета.