(se) рoursuivre

Ручка двери в лофт холодная и влажная от сырости, а двери не смазывали, кажется, с того момента, как тут начал жить Дерек, — когда Скотт отодвигает эту дверь, скрип разносится по всему помещению. Слышит звук сигнализации, предупреждающий о том, что кто-то вошел — и не медлит ее отключить. К его удивлению, в лофте никого нет. «Наверное, скоро уже придет» — думает Скотт о Стайлзе и решает подождать его. Его бы насторожил остаточный запах крови, нависший в лофте, но Стайлз все ему рассказал, отчего Скотт лишь тихо вздыхает. Скотт садится на стул и иступленно смотрит в пустоту перед собой. Три дня назад умерла Эллисон, два дня назад они все чуть не умерли, убив ногицуне. Позавчера появилось существо и убило уже пятнадцать человек, ранило Стайлза. Сегодня выяснилось, что это существо — Дерек. Завтра похороны Эллисон. И как бы странно это ни звучало, но им повезет, если хоронить будут только её. Он не готов. Он не ожидал всего этого дерьма, господи, он просто хотел и хочет быть обычным подростком с обычной жизнью и проблемами. Когда в смс-ках ты ожидаешь увидеть сообщения о неожиданном тесте по экономике, а не о том, что кто-то пропал, умирает или умер. Когда новый ученик в классе не грозит быть неконтролируемым сверхъестественным существом или охотником-убийцей существ, подобных тебе. Когда тебе неловко встречаться с девушкой, так как твоя бывшая учится с тобой в школе, а не потому, что она умерла у тебя на руках. Когда твоя первая любовь остается добрым воспоминанием с ноткой ностальгии о детских чувствах, а не чувством тоски, которое заполняет тебя и переполняет за края. Скотт не готов, боже. Он уже прошел через все это, но он все еще не готов. Через какое-то время снова слышит звук сигнализации и поднимается, чтобы отключить ее. Дверь открывается, но на пороге появляется не Стайлз, которого он ожидает увидеть, а Дерек, Дитон и Крис. Скотт напрягается, глядя на Дитона — взглядом он показывает совершенное непонимание того, что в лофт пришли именно в таком составе. Дерек двигает головой, делая глубокий торопливый вдох, потом без скрываемого испуга смотрит на Скотта: — Где Стайлз? — Дерек, ты… — Я спросил, — перебивает, — где Стайлз? Скотт, если не знаешь, так и скажи, мы теряем время! — Он все мне рассказал, Дерек. Я все знаю. Дитон и Дерек переглядываются на секунду, после чего инициативу перехватывает Дитон: — Скотт, существо — не Дерек, а Стайлз. Он ничего не знает и не помнит, он думает, что это Дерек. Если мы его сейчас не найдем и не отведем в место, где он не причинит вреда себе и другим, то будет плохо. Очень плохо.

***Два дня назад***

Очередная смерть на руках у Дерека — Эйдан, захлебывающийся собственной кровью. Дерек лежит в кровати, и смерти проносятся под его веками, как молитва перед сном: он чувствует себя так, будто стоит на пепелище посреди леса — вздох застревает в глотке из-за гари, и все, кто был жив — их нет. Никого из его семьи. Только пепел их тел, смешанный с пеплом их дома. Потом чувствует, как горячая кровь льется по локтям, а сам он скребет когтями по внутренностям Бойда. А тот смотрит. Смотрим прямо в глаза и говорит, что не жалеет. Ни о чем. Но есть кое-что, чего не было много лет назад. Стайлз кладет свою руку на его плечо, и это одно из тех опасливых, осторожных прикосновений, от которых слегка сводит диафрагму и каменеет сердце. Дерек просыпается, но не обнаруживает Стайлза рядом с собой. Понимает, что его вообще нет дома. Дерек вскакивает, заминаясь секунду в незнании, как поступить — волнение прошибает нутро. Стайлз рассказал, как упал в обморок после смерти ногицуне. Стайлз горько усмехнулся, а Дерек напрягся — они не знают, насколько была сильна связь между Стайлзом и телом, которое создал по его подобию для себя ногицуне, но связь эта определенно была. Этой ночью Дерек решает установить геолокацию на телефоне Стайлза, чтобы в случае чего найти его по телефону. Этой ночью Дерек находит Стайлза на пороге дома без сознания. От него пахнет кровью, и он весь мокрый.

***

— Что нам известно? — спрашивает Скотт, когда все они идут через лес за Дереком, ищущим Стайлза по телефону. — Стайлз не знает об этом, — начинает Дитон. — Потом… — Почему вы сразу ему не рассказали? — Нельзя, — отвечает уже Дерек, обрубая когтями ветки, преграждающие путь. — Почему? — То, чем является сейчас ногицуне — очень сложное существо, — продолжает Дитон. — Он дух, который обрел способности оборотня. Если его хозяин погибнет, он по своей духовной сущности может переселиться в другое тело. Стайлзу не рассказали потому, что дух не давал, он угрожал убить его. И еще… — И еще, — перехватывает Дерек, не успел Скотт задать вопрос, — да, убить его можно. Но он умрет только тогда, когда хозяин тела сам себя убьет, находясь в сознании, когда дух не имеет контроля над телом и заперт. Поэтому мы ничего не сказали Стайлзу. Он бы убил себя. А другого способа мы пока не нашли. — А какой у нас план сейчас? — говорит Скотт. Он отстает от Дерека и пытается максимально освободить дорогу для идущих за ним Дитона и Криса. — Что мы будем делать, когда найдем его? Мы не можем ему сказать, что он одержим, так как ногицуне может в любой момент завладеть телом. Будем поддерживать легенду о том, что одержимый — Дерек? Равняясь со Скоттом, Дитон отвечает: — Поступим, как в прошлый раз — у меня еще остался яд канимы. Сейчас для нас самое главное — обезвредить его, чтобы он перестал убивать людей, не навредил себе или кому-нибудь из нас. Я знаю, что можно попробовать сделать. Но я не знаю, поможет ли это. Они идут дальше, и Крис думает, что судьба всего города сейчас в руках у друида. Дерек говорит, что они почти дошли. Он уже чувствует его. Чует.

***

— Стайлз, я тебе все объясню. Честно объясню и расскажу, но для начала мне нужно посоветоваться, потому что я не уверен. Стайлз на удивление быстро успокаивается от обещания Дерека, что-то угукает ему в плечо и отстраняется, не убирая руки с плеча Дерека. — Тогда я… Я пойду… к… — Стайлз пытается сказать, что, в таком случае, он пойдёт к Скотту, чтобы вместе подумать, где эта тварюга может прятаться в дневное время, но слова застревают в горле. Стайлз убеждает Дерека, что все в порядке, но практически сразу после этих слов его взгляд мутнеет, и веки непроизвольно закрываются. Стайлз грузно падает Дереку в руки. Его отключка не длится и пяти секунд. Стайлз резко выпрямляется, глаза загораются голубым. Широкий рот медленно заполняется острыми акульими зубами. — Ну и что же ты задумал, хитрый волчара? Дерек напрягается, вкладывая все свои чертовы силы и выдержку в спокойное и размеренное сердцебиение. Лицо Стайлза хмурится. — Опять молчанка? Дерек, ты такой неоригинальный… Ладно, задам вопрос напрямую — что значат сказанные тобой слова «Стайлз, я все тебе объясню и расскажу, но мне нужно сначала посоветоваться с Дитоном»? А? Дерек снова молчит. Молчит и смотрит. — А что значит, что «ты видел» меня? — Ногицуне приподнимает правую руку, выпуская кривые, длинные когти, и, снова не дожидаясь ответа, кричит: — Я спросил: что. это. значит?! Он подносит когти к горлу Стайлза. — Решил действовать за моей спиной? Думаешь, сходишь к друиду, он наколдует волшебных трав, которыми можно меня изгнать? Я непобедим! Неужели ты думаешь, что тысячи лет жизни, тысячи лет хаоса ничему не учат меня? Я избавился от любой уязвимости, и к тому же я полностью знаю твою психологию. Ты меня не проведешь. И ты никуда не пойдешь. Ногицуне замахивается и вонзает когти в бедро Стайлза, после чего, мыча от боли и злорадно улыбаясь, падает в болевом шоке.

***

— Когда мы найдем его, ведем себя максимально непринужденно, — говорит Дерек, замедлив ход. — Он ранен, мы просто волновались, что с ним могло что-нибудь случиться. Все позади идущие кивают, и Дерек кивает в ответ. У него за пазухой пистолет — он проводит рукой, проверяя его наличие. Дерек надеется, что оружие так и останется без действия. — Уверены, что мы справимся? — вполголоса бормочет Скотт. — Да, — отвечает за всех Дитон, молясь всем богам, чтобы это действительно было так. Дерек дергается вперед и отрывисто шепчет что-то вроде «оставайтесь здесь», потом прорывается через кусты. МакКол жмется к земле и прислушивается: Стайлз здесь и Дерек подходит к нему. Рядом приседают на корточках Дитон и Крис. У Криса наготове арбалет со стрелами, их концы серебрятся. Те самые наконечники, что отливала Эллисон. — Дерек? — Стайлз стоит около джипа, очень удивленный появлением своего волка. Стайлз остановился буквально на пару минут, чтобы переждать боль в ноге, а после поехать в лофт. — Как ты тут оказался? Ты уже сходил к Дитону? Дерек думает, лучше ли будет ничего не говорить Стайлзу — оставить Дитона и остальных тут, а им поехать в лофт. Если Стайлз узнает о том, что Дитон тут, то и ногицуне услышит это, сразу может завладеть им. Но потом ему приходит идея получше: — Я тут не один. — Вдруг говорит Дерек и окликает всех, сидящих за кустом, и продолжает: — Я боялся, что ты можешь пострадать от меня. Нам пока что лучше не оставаться вдвоем. Стайлз растерянно кивает и смотрит на Скотта, слегка улыбнувшись ему на его взволнованный взгляд, потом на Дитона и на Криса. У Криса в руке арбалет. На него Стайлз смотрит чуть дольше, и Крис напрягается. Дерек думает, что чем быстрее они задействуют яд канимы, тем лучше. Возможно, так действительно оказалось бы, если бы они подумали дважды, нужно им брать с собой охотника или нет. Стайлз заминается, а Крис сильнее сжимает свой арбалет. Лучше бы Стайлз добрался до лофта сам. Дитон подходит к Стайлзу, держа за спиной приготовленный яд канимы. Один взгляд — одного взгляда Криса на Дитона хватает на то, чтобы глаза Стайлза начали знакомо закатываться. Из десен вырастают длинные клыки, ногти превращаются в кривые когти. Никто не успевает среагировать, как ногицуне подбегает к Дитону. Когда тот вытягивает руку, чтобы брызнуть на тело Стайлза яд, дух реагирует моментально. Дитон стоит со сломанным запястьем в хватке ногицуне, который зажимает его шею сгибом логтя. Все замирают. — Яд канимы? — шепчет ногицуне. Дитон задыхается. — Вы меня разочаровываете. Хотя бы попытались придумать что-нибудь новенькое? Ногицуне замахивается когтистой рукой в направлении горла Дитона, и Крис делает рывок. «Лишь Дитон может это остановить» — думает он, когда поднимает арбалет. В его глазах, видящих невинного подростка, ребенка, настрадавшегося так, как не страдал ни один взрослый, отражается чистый ужас. «Я делал это раньше. Оборотни, берсерки… Я смогу добавить в этот список и ногицуне» — думает он, когда нажимает на курок. Звучит свист отпущенной тетивы. Голова Стайлза дергается, когтистая рука вскидывается. Он падает. Из его глазницы торчит стрела.

***

Дерек судорожно моет руки и вытирает слезы, изо всех сил стараясь не шмыгать носом, чтобы не разбудить Стайлза. Ногицуне освободил его, и Дерек смог уложить Стайлза, своего Стайлза, в кровать, сняв с него кровавую одежду. — Возьми это и сразу спрячь, — когтистая рука кидает багровую от крови футболку Дереку. — Если Стайлз это увидит, я убью его, ты знаешь. Дерек кладет одежду в стиральную машину, не сводя с ногицуне глаз. Он пытается сохранять спокойствие, но мысли о том, что надо снова искать лазейку, новый «божественный ход», заставляют сердце предательски биться сильнее. А ногицуне все слышит. — Я знаю, о чем ты думаешь, Дерек. Но у тебя нет выбора — ты, конечно, можешь убить Стайлза, но я найду новое тело. Ты даже можешь попытаться как-то сообщить Стайлзу обо мне или намекнуть, но я все вижу. Он не успеет сделать это первым. Я убью его быстрее. Дерек протирает тело Стайлза мокрой тряпкой, стирая кровь под пристальным взглядом духа. Вдруг дух усмехается. — Так иронично, не находишь? Дерек смывает кровь с пальцев Стайлза, взгляда не поднимает. — Я полностью вижу сознание Стайлза. Я вижу… вас. Вас с ним. Удивительно, насколько сильно вы подходите друг другу. Рушить вашу жизнь так сытно. А вот теперь Дерек поднимает глаза. Рот Стайлза полон нечеловеческих зубов, но глаза горят цветом души Стайлза — голубым. За убийства, совершенные ногицуне, Стайлз чувствует душевную пустоту. — Дерек, ты же так долго ждал момента, когда сможешь заботиться о ком-то? Вот, можешь сказать мне спасибо, — ухмыляется, подает вторую, все еще кровавую, руку Дереку. Ногицуне говорит правду. Уже лет в тринадцать Дерек чувствовал, что получил достаточно тепла от своей семьи; даже будучи ребенком он осознавал, что придет день, когда он сам должен будет позаботиться о ком-то. Любой подросток мечтает повзрослеть. Для Дерека момент обретения ответственности над другим был связан с взрослением напрямую. — Стайлз мог бы сказать мне спасибо, — продолжает дух. — Стайлз так долго… Боже, хах, как же долго он ждал момента, чтобы кто-нибудь позаботился о нем. Что же мы получаем? У одного — дефицит, а у другого — недостаток. Недостаток заботы. «Когда ты уже заткнешься» — думает Дерек и протирает ему ноги. — Стайлз ругает своего отца за то, что тот не хочет есть нормальную еду. А уж когда шериф говорит «Стайлз меня убьет»… А друзья? Они, несомненно, им дорожат, но они никогда не опекали его. У Истинного Альфы просвет в мозгу появился, только когда я усадил Стайлза на МРТ. Скотти никогда никого не терял до того момента. А Стайлз терял. И ты терял. — Заткнись. — Дерек смачивает тряпку в воде. — На твоем месте я бы выбирал слова, — дух выпускает когти из стайлзовых пальцев, — не забывай, он полностью в моей власти. Дерек замолкает. Ногицуне говорит долго — все то время, что Дерек моет тело Стайлза, — но он его не слушает. Он прекрасно знает все это, он старается максимально закрыться от речей ногицуне, концентрируясь на том, чтобы убрать все улики. Чтобы Стайлз ни о чем не догадался. Все влюбленности Дерека были для него всем миром. Это правда; Дерек легко влюблялся и по-настоящему любил, потому что семья научила его, как правильно это делать. Ногицуне прав. Каждое слово — истина. Дерек судорожно моет руки и вытирает слезы, изо всех сил стараясь не шмыгать носом, чтобы не разбудить Стайлза.

***

Дерек слышит приглушенный стон Скотта, пока не понимает, что стон смешивается с его собственным. Дерек готов вскинуться, заметаться, но время идет на секунды. Особенно сильно он это осознает, когда чувствует, что та самая муха, о которой говорил Стайлз и которая действительно все еще внутри Дерека, начинает жужжать в подкорке мозга. Он внутри меня. Не на секунды — на мгновения. Мгновения, которые Дерек остается в сознании. Внутренний волк забивается в углы и скребется о ребра, вытесняемый тысячелетним духом. Дерек смотрит на бездыханное и изуродованное тело Стйлза. Его Стайлза. Поднимает взгляд: МакКол — его лицо измазано грязью и слезами. Дитон и Крис что-то кричат. Дерек задается вопросом, что именно они кричат, потому что кричат они, вроде как, ему. Но задается лишь до того момента, когда виском чувствует холодное дуло пистолета. Тогда он все понимает. Он нажимает курок.