Жизнь продолжается

– Ух ты! Рябчики! Веланна встала навстречу Хоу, вернувшемуся с охоты, придирчиво рассмотрела добычу и недовольно поджала губы: – Фу, как можно из боевого лука, да еще и такими здоровенными наконечниками птицу лупить?! Кости переломал, кишки все наружу... И столько мяса зря пропало. Натаниэль развел руками и произнес с сарказмом: – Ну, прости. Где-то потерялся обоз со стрелами. А почему бы тебе не поохотиться самой? Ты же долийка. – Я была Первой клана! – она высокомерно вскинула подбородок. – Буду я еще на всякие глупости время тратить. – То есть, не умеешь? – хмыкнул Хоу. – Нет. – А ощипывать? – Хочешь загрузить меня грязной работой?! Это потому, что я женщина? Или потому что эльфийка? – немедленно взъерепенилась Веланна, уперев руки в боки. – Это потому, что ты лентяйка! И руки у тебя не оттуда растут. И уши, как лопухи. Пошли, поможешь хотя бы. Натаниэль, посмеиваясь и не слушая возмущенных воплей, забрал у нее окровавленные тушки, всучил котелок и повел к ручью. Глядя, как сноровисто он освобождает от пуха и перьев птицу, Веланна не удержалась от вопроса: – Откуда ты это умеешь? Ты же из этих, из благородных? Хоу пожал плечами. – Я почти десять лет в оруженосцах ходил. Мой рыцарь, сер Родольф, считал, что все зло мира – от безделья. Мы с ним неплохо поездили по Вольной Марке, и уверяю, скучать было некогда. К тому же, у меня были разные интересные знакомые, – на его лице появилось мечтательное выражение. – И что было дальше? – А что дальше? Меня посвятили в рыцари и приставили к делу уже во дворце, – голос Натаниэля поскучнел. – У моего отца были кое-какие дела с принцем Оттомаром Ваэлем. Торговля, политика. Я ему помогал. Тебе это неинтересно. Потом отца убили, объявили врагом и предателем, и я уехал из Старкхэвена, чтобы не бросать тень на репутацию моих покровителей. Ну, а чем это закончилось, ты знаешь. – А мне ты этого не рассказывал, – раздался голос из-за спины. На берег вышла Кусланд и с подозрением посмотрела на Натаниэля: – Значит, ты шпионил там все это время? Хоу то ли фыркнул, то ли просто сдул пух, осевший на носу. – Скажешь тоже! Элисса недоверчиво покачала головой: – Тогда какого демона так долго не возвращался домой? Торговые дела и управляющий мог вести. Натаниэль отложил рябчика, стряхнул с рук перья и поднялся на ноги. – Снова хочешь меня в чем-то обвинить? – его взгляд стал колючим. – А ты отвечаешь вопросом на вопрос! – Знаешь что? Я не обязан тебе отчитываться в своем прошлом, – голос Хоу сочился ядом. – Кажется, среди Серых Стражей такие вещи считаются дурным тоном. – У-у-у, началось, – сказала Веланна, подбирая ощипанные тушки. – Пойду-ка я отсюда. – Ты это о чем? – сердито крикнула ей вслед Кусланд. – Да все просто! Или ты мне доверяешь, или нет. А то ты своими подозрениями и себя без толку накручиваешь, и меня выбешиваешь, пытаясь на чистую воду вывести, и остальным нервы мотаешь. Прекрати, Элисса. Прошлое – ушло. Отпусти ты его уже. Она упрямо стиснула зубы, буравя его глазами, а после выдохнула: – Либо ты самый отъявленный на свете лжец и лицемер, Хоу, либо я – беспросветная дура. – А почему бы тебе не рассмотреть третий вариант? – мягко спросил он. – Мы с тобой оба – неплохие люди. Просто нам довелось повидать некоторое дерьмо. Кусланд отвела взгляд, снова помолчала, а потом усмехнулась. – Ладно. Идем в лагерь, пока там Веланна нечаянно готовкой не занялась. – Это было бы ужасно, – согласился Натаниэль, возвращая ей усмешку.