Подкидыш

=== ===

Сеул, 7 октября, Квартира Сэхуна. Предрассветная тишина, даже улицы всегда оживлённого Сеула как будто замирают в ожидании рождения нового дня. Звук тикающих часов в квартире кажется оглушающим. Однако уже совсем скоро его нарушает шорох от неуверенных шагов. Сэхун выныривает из сна, чтобы, встав с постели и остановившись на пороге комнаты, найти подросшего, но всё ещё крохотного по сравнению со взрослым альфой Исина, сонно потирающего глазки и растерянно рассматривающего пространство вокруг себя. Он что-то недовольно бормочет, беззвучно чмокая губами, делает несколько шагов в полумраке и снова останавливается, не понимая, куда двигаться дальше. Сэхун чуть слышно смеётся над слишком милым в своей беспомощности сыном, подходя ближе. Исин его вроде бы замечает, но не узнаёт, частью сознания по-прежнему досматривая сон, однако послушно сжимает протянутую холодную ладонь и следует по пятам, когда его аккуратно тянут в сторону ванной. Омега и сам бы туда добрался, Сэхун знает, но не может отказать себе в удовольствии помочь маленькому чуду, чтобы ему не приходилось просыпаться окончательно. ♪ Roy Kim — Love Love Love ♪ Едва Бэкхён открывает утром глаза, он замирает в удивлении, а затем счастливо улыбается, глядя на альфу и устроившегося в его объятиях Исина. Оба умиротворённо сопят, и Бэкхёну совсем чуть-чуть завидно, что он никогда не сможет чувствовать мальчика так же сильно, как его отец. Бэкхён осторожно выползает из-под одеяла, крадётся босыми ногами по тёплому полу до ванны, чтобы привести себя в порядок. Из зеркала над небольшой раковиной на него смотрит чуть лохматый, но бодрый мужчина. Он беззвучно хихикает, думая о том, что заветный день наконец настал, и с приподнятым настроением начинает умываться. Когда с водными процедурами покончено, и бета заходит обратно в спальню, свежий и довольный, парни всё ещё недвижимо спят, набираясь сил перед длинным днём. Бэкхён кошачьей поступью добирается до изголовья кровати, присаживается на корточки и с упоением разглядывает лицо мужа; потеряв счёт времени, наблюдает за золотистыми бликами, мерцающими на его светлой коже, пока мерное дыхание альфы не сбивается от более глубокого вздоха. Бэкхён вспоминает о своей цели, выпрямляется и подползает к парочке. Тонкое одеяло почти полностью сползло с груди Сэхуна, и Бэкхён мягко касается тёплой кожи на животе своими прохладными пальцами, получая в ответ новый судорожный вздох. Пальцы, не торопясь, скользят выше, и уже через несколько секунд ресницы альфы вздрагивают; Сэхун открывает глаза. Бэкхён успевает вовремя убрать руку, чтобы его маленькая шалость осталась в тайне, и под озадаченный взгляд альфы наклоняется к Исину, целуя мальчика в лоб, и мягко поглаживает по голове и плечикам, ожидая его пробуждения. — С днём рождения, — едва слышно, но от этого не менее торжественно произносит Бэкхён, когда ясные чёрные глазки сверкают напротив. — Я теперь большой? — абсолютно серьёзно интересуется Исин. Бэкхён переглядывается с альфой, и Сэхун решает ответить сам: — Конечно. — И для большей убедительности кивает головой. — Ведь только большие мальчики сами в туалет по ночам ходят, — добавляет он тише, повернувшись к бете. Исин лишь пару раз моргает и тоже кивает, соглашаясь. Зато Бэкхён утыкается в плечо альфы и беззвучно смеётся, понимая теперь, почему мальчик с утра оказался у них в кровати. — И мы теперь можем поехать? — Ребёнок с надеждой смотрит то на одного взрослого, то на другого. — А то! — отсмеявшись, подмигивает ему бета. — Сегодня же поедем! — Честно? — Честнее не бывает. Но тебе нужно быстренько собраться и обязательно хорошо покушать. Справишься? — Да! — радостно восклицает Исин, соскакивает с родительской постели и мчится в ванную. Сэхун тоже собирается вставать, но Бэкхён его останавливает: — Куда это ты собрался? — И прежде, чем альфа успевает хоть что-нибудь ответить, опрокидывает его на спину, садясь сверху и сразу наклоняясь так, чтобы между их лицами оставалась лишь пара сантиметров. — Без утреннего поцелуя никуда тебя не пущу. — Ладно. — Сэхун прикрывает глаза, устраивая правую руку под головой для большего удобства. — Тебе же Исину объяснять, почему всё отменяется. Бэкхён пристально на него смотрит, но альфа не двигается и дышит ровно, так, словно и правда собирается вновь спать. Бета обиженно дует губы, но едва он успевает слезть с бёдер мужа, тот мгновенно открывает глаза, и на спине оказывается уже сам Бэкхён. Он взволнованно смотрит в мнимо спокойные тёмные омуты напротив, пока его грудь чуть учащенно вздымается — не ожидал. Сэхун довольно хмыкает, а затем втягивает в ленивый поцелуй, заставляя мужчину под собой урчать от удовольствия пару долгих минут. После поднимается с разомлевшего Бэкхёна и, ни слова не говоря, уходит, чтобы присоединиться к сыну. Завтрак сам себя не приготовит, поэтому Бэкхён отправляется на кухню, по пути улыбаясь своим мыслям. Вскоре рядом с ним оказывается омега, который принимается деловито накрывать на стол, всё время вслух пересчитывая количество всего, что попадается на глаза: от столовых приборов, до кусочков хлеба. С высоких полок доставать посуду ему никто не помогает: самостоятельный Исин пользуется стулом, если нужно. Поэтому бета только время от времени поглядывает в его сторону и хвалит. Исин всё меньше носится просто так, предпочитая смирно сидеть в каком-нибудь уютном уголке, занятый делом, или приставать к окружающим с сотнями «почему». После приёма пищи он первый встаёт у раковины и с усердием вымывает свою тарелку, гордо затем демонстрируя чистую вещь отцу, прежде чем отправить её сушиться. Сегодня у него особенно приподнятое настроение, ведь родители пообещали отвезти в парк аттракционов. Исин одевается в нарядный костюм, выбранный и приготовленный накануне, и крутится в нём перед зеркалом в своей комнате, интересуясь у любимых игрушек, стройным рядом сидящих неподалёку, нравится им или нет. Прикреплённый к зеркалу бумажный стикер в виде стрелочки он замечает не сразу. Читать Исин ещё не умеет, но знает алфавит и хорошо распознаёт значки. К тому же в такую игру «следуй по стрелочкам» они играют часто. Путём внимательного поиска новых указателей он вскоре радостно охает, обнаружив спрятанный подарок, который распаковывает с помощью во время подоспевшего отца. Мальчику хочется поиграть и оценить подарок. После каждой игрушке он наказывает вести себя хорошо и не скучать, потому что его не будет очень и очень долго, и выбегает к зовущему его Бэкхёну, чтобы наконец отправиться в дорогу. А спустя всего час двери Lotte World впускают его в свой мир, где отовсюду доносятся детские радостные крики, смех, и приятная музыка обволакивает, добавляя праздничной атмосферы. У мальчика загораются глаза, стоит ему немного пройти вперёд и оказаться на смотровой площадке: несколько этажей с различными красочными аттракционами взрывают воображение, заставляя Исина нетерпеливо топать ножками. Почти на целый день это место становится его домом. Прокатившись на воздушном шаре под сводом внутренней части парка и осмотрев всё с высоты, Исин, взявшись за руку Сэхуна с одной стороны и Бэкхёна — с другой, отправляется исследовать каждый закоулок. Паровозики, лодочки, джипы, весёлые аниматоры, разодетые в костюмы зверей и готовые занять ребёнка на некоторое время, чтобы по окончанию игры омега радостно захлопал в ладоши и засмеялся, обнаружив отца, запутавшегося в лентах от разноцветных и блестящих от света ламп шариков, наполненных гелием. Бэкхён, оставшийся присматривать за Исином, не спешит помогать альфе, а только почти незаметно забирает из другой руки сладкую вату и вручает мальчику. Ещё через некоторое время, переполненная эмоциями семья решает перекусить более основательно, а затем возобновившееся приключение длится уже до самого вечера, когда силы четырёхлетнего Исина заканчиваются. Уставшие, но довольные, они петляют по ярким от огней улицам Сеула, пока не оказываются у своего дома. Омега в дороге задремал, и Сэхун осторожно подхватывает его на руки, чтобы не будить. Однако Исин всё-таки открывает глазки и, сонно хлопая ресничками, тянет отца за вязаную ткань свитера. — Мы дома? — Почти, солнышко. — Хочу сам дойти. — Мальчик доверительно вглядывается в лицо альфы, надеясь, что его ответ будет положительным. — Я ведь теперь большой, — напоминает он. — Ну, хорошо, — Сэхун помогает ему встать ножками на асфальт, — давай сам. Бэкхён хлопает дверцей машины, предварительно вытащив оттуда все купленные за день вещи, включая шарики, которые Исин тоже вызвался нести самостоятельно. — Не иначе праздник сегодня какой. Все трое оглядываются в сторону голоса, принадлежащему старенькому омеге, сидящему на скамейке с коробкой в руках. — У сына день рождения, — отвечает Бэкхён, потрепав Исина по головке. — То-то я смотрю, вы все такие нарядные. Прямо глаз любуется. — Спасибо, аджосси. — А что это у вас? — интересуется Исин, подходя ближе и заглядывая внутрь коробки. — Ой! — Его звонкий голос потревожил сон спящих на дне котят, которые, как по команде, повытягивали свои шейки, уставившись на мальчика с таким же любопытством, как он на них. — Можно погладить? — Исин поднимает личико к пожилому омеге. — Пожалуйста. — И погладить можно. И себе забрать. Сэхун с Бэкхёном переглядываются. Они уже обсуждали вопрос наличия животных в доме, правда, думали, что это будет собака. — Вам не жалко их отдавать? Вам они не нужны? — Исин по очереди треплет по загривкам пушистые комочки, которые в ответ негромко попискивают и ластятся к руке. — Жалко, мой хороший, жалко, — Бэкхён тоже подходит поближе, устраивая ладони на плечиках омеги, — но дома у меня уже слишком много котиков. Поэтому, если понравился какой, бери. Мальчик оглядывается, вопросительно глядя на бету. — А до завтра мы подумать можем? — спрашивает Бэкхён. — Почему не сейчас? — Потому что кот — это не игрушка, — вставляет своё слово Сэхун. — Нельзя животное брать, если не уверен, что сможешь о нём как следует позаботиться. Ты же сам хочешь это делать? — Омега кивает. — Ну вот. Так подумать можно? — обращается альфа уже к дедушке. Исин тоже переводит взгляд обратно на него. — Конечно. Приходите выбирать завтра, коль захотите. Котятки будут. — Спасибо, аджосси. — Спасибо, — вторит Исин. — Да не за что, мальчики, не за что. Попрощавшись, они наконец заходят в подъезд, а потом и домой. Легкий ужин оказывается на столе спустя полчаса, в течение которого Сэхун помогает Исину принять ванну. Разомлевший и совершающий большинство движений скорее по привычке, Исин кушает вместе со старшими и отправляется спать, пожелав каждому спокойной ночи. ♪ Jan Amit – Sleep To Awake ♪ Альфа до своей кровати добирается лишь часом позже, устраиваясь рядом с уже находящимся на ней Бэкхёном, который лежит на животе и, подперев голову кулаком, наблюдает за его действиями. — Почему ты такой серьёзный? — Альфа поворачивается к заговорившему Бэкхёну, устанавливая зрительный контакт. — Разрешил бы ребёнку сразу животинку взять. Знаешь ведь, что Исин никого в обиду не даст. Сэхун протягивает руку, чтобы убрать влажную после душа прядь мужа за ухо, и ещё несколько раз проводит большим пальцем по щеке. — Потому что так правильно. Исин должен понимать, что к таким вопросам нужно подходить ответственно. — Он и так у нас ответственный. Ты слишком переживаешь. — Лишним не будет, — отрезает Сэхун, сдвигая брови к переносице. — Завтра мы с ним сядем, хорошенько всё обговорим и... — Ладно-ладно, не буду спорить. — Бэкхён наклоняется, облокотившись на матрас, и нежно касается губами лба альфы. Сэхун на это улыбается, но, когда Бэкхён снова его целует чуть ниже и снова, руками потихоньку подбираясь к поясу, он фыркает и перекатывается на бок, сгребая Бэкхёна в охапку и прижимая к себе так, что макушка беты оказывается прямо возле его подбородка. — Эй, ты чего? — Я устал, — Сэхун зарывается носом в высветленные недавно волосы беты и обнимает крепче, — и спать хочу. Бэкхён ждёт пару минут, по прошествии которых понимает, что Сэхун действительно не собирается ничего делать, и после принимается щипать альфу за кожу на пояснице. Учитывая то, что ногти у Бэкхёна не очень короткие и за один раз он захватывает совсем маленькие участки кожи, даже на непроницаемого Сэхуна это начинает действовать достаточно быстро. — Хён, — делает ещё одну попытку остановить мужа Сэхун, — ну переста-ань. Но вместо того, чтобы прекратить, Бэкхён начинает также покусывать кожу на груди вокруг соска, и только убедившись, что Сэхун готов капитулировать, отстраняется от многострадального и сильно покрасневшего тела, нависая прямо над лицом альфы, и хитро ему улыбается. Сэхун подозрительно прищуривается, чуть отворачивая голову в сторону, но всё ещё глядя на бету: — Что ты задумал? Бэкхён на это лишь пожимает плечами, перекидывая через него ногу и усаживаясь сверху. Сэхун решает сдаться и посмотреть, что из этого выйдет. Бэкхён, едва касаясь, ведёт раскрытой ладонью от торса вдоль всего тела альфы, добирается наконец до крепкой и горячей шеи, которую не смог остудить прохладный душ, заводит тонкие пальцы за ухо, чуть массируя корни волос и надавливая, заставляя тем самым Сэхуна податься вперёд и привстать, облокотившись на постель. Альфа с удовольствием отвечает на ленивый и тягучий поцелуй, пока Бэкхён и вторую руку заносит за его голову, сплетая пальцы в замок. Приятное и успокаивающее тепло разливается по всему телу, и Сэхуну кажется, что так длится целую Вечность, когда поцелуй становится влажным и глубоким, но всё ещё медленным, а Бэкхён начинает чуть раскачиваться, приподнимаясь и опускаясь, и периодически как будто невзначай задевать пах альфы. Постепенно почти невинные прикосновения становятся всё сильнее, и вскоре Бэкхён уже откровенно трётся своим возбуждённым членом о член альфы, что разделяют лишь два слоя ткани нижнего белья. Сэхун как по команде отрывается от припухших губ и прижимается к чужой шее, едва начинает чувствовать отголоски слабого, но уже до потери разума любимого запаха. Его ладонь непроизвольно притягивает бету, который продолжает активно двигать бёдрами, за поясницу как можно ближе. Дав Сэхуну время насытиться своим запахом и оставить заодно несколько отметин на шее, Бэкхён укладывает его обратно спиной на постель, а сам чуть сдвигается, чтобы тереться о полностью вставший член теперь своей задницей. Мигом потянувшиеся к его телу руки он останавливает, предлагая Сэхуну только смотреть. Альфа пробует протестовать, но быстро понимает, что не может лишить себя удовольствия наблюдать, как Бэкхён, отклонив голову и прикрыв глаза, кусает и без того красные губы, мешая слетающим с них стонам стать громче. Бэкхён красивый до невозможности, до адского желания прикоснуться к уже вспотевшей желтовато-бронзовой в свете ночника коже и в тысячный раз ощутить, насколько она мягкая и нежная. Сэхун получает какое-то мазохистское наслаждение от того, что сдерживается, накапливая всё нарастающее напряжение и возбуждаясь всё сильнее. Альфа в диком предвкушении пожирает почти чёрными глазами так, что встретившегося с ним взглядом Бэкхёна прошибает словно электрической волной вдоль позвоночника, а в заднице начинает приятно ныть, выбивая из головы всякую мысль, кроме: — Хочу тебя. Бэкхёна почти ломает, когда Сэхун облизывает свои соблазнительные губы и охрипшим голосом шепчет: — Уже наигрался? Бета судорожно стягивает с них обоих бельё и замирает, глядя на альфу. Это давно стало потребностью — смотреть Сэхуну в глаза и находить на дне зрачков жгучее желание, помноженное на любовь в квадрате. Смоченные собственной слюной пальцы и пара движений по члену, чтобы распределить её и естественную смазку с головки по всей длине, потому что ждать дольше — уже преступление. И без того учащённое сердцебиение ускоряется вдвое, когда упругий ствол за один толчок входит наполовину. Бэкхён останавливается: у него звон в ушах и голова кругом идёт. Похоже, он действительно доигрался. — Я сейчас с ума сойду, если ты не начнёшь двигаться. Бэкхёну кажется, что любимый голос звучит в его собственной голове, словно они общаются друг с другом телепатически. Он тоже сходит с ума. Они сплетают пальцы рук, и Бэкхён, найдя точку опоры, приподнимается и садится обратно, мучительно медленно заставляя член альфы то почти выходить, то погружаться в него вновь. Внутри всё пульсирует, и внизу быстро становится очень горячо. Привыкшие к регулярному сексу и не нуждающиеся в длительной подготовке мужчины начинают получать удовольствие почти сразу. Но мало, слишком мало. Сэхун по-прежнему не знает, чего добивается муж, но его терпение уже на грани. Бэкхён не успевает ничего сообразить, как оказывается прижатым грудью к простыне с нависшим над ним Сэхуном, который в следующее мгновение наполняет его собой до основания. — Чёрт, — стонет альфа и, не медля больше ни секунды, принимается активно двигаться. Бэкхён подстраивается под его ритм, подмахивая и стараясь прижаться как можно сильнее. Альфа осыпает его спину и плечи поцелуями, обрисовывая воображаемые узоры, пока Бэкхён сжимает пальцами шелковистую простынь и теряется в ощущениях от волнами накатывающего удовольствия, что вспышкой рождается каждый раз, как головка члена проходит по набухшей простате. Сэхун хорошо чувствует, что Бэкхён близок к разрядке, и выходит из него совсем. Переворачивает, чтобы наконец видеть его лицо. Они оба учащённо дышат, пока смотрят друг на друга. У Бэкхёна на влажных от слюны губах гуляет довольная, хотя и усталая улыбка, а глаза полны вожделения. — Бэк... — Горло кажется сухим, и альфа сглатывает. — Бэк, что... — «Что происходит и почему ты так одуряюще пахнешь?» — хочется сказать, но слова гаснут в мокром поцелуе. Сэхун разводит ноги беты шире и входит, не глядя. Внутри Бэкхёна больше смазки, чем обычно, но альфа не замечает этого, целиком погрузившись в ощущения от скользкого языка, сплетающегося с собственным, и узких стенок ануса, в который он снова толкается. Бэкхён шепчет в перерывах между поцелуями, когда Сэхун припадает губами к его шее, всякие пошлости, которые почему-то в такие моменты постоянно вертятся в голове. Он цепляется руками за влажную спину, надавливая подушечками пальцев на блестящую кожу. Ему кажется, что он тонет в чём-то очень приятном, что обволакивает с ног до головы, а затем яркая вспышка, и они одновременно изливаются горячим семенем. Сэхун уже готов выходить, когда чувствует, будто на конце члена что-то растёт. Несколько мгновений он недоумённо прислушивается к ощущениям собственного тела, прежде чем осознание заставляет его широко распахнуть глаза и взглянуть на бету под собой. — Сюрприз, — хрипло выдыхает Бэкхён, прекрасно понимая причину его замешательства. — Но как? — Сэхун для убедительности подаётся бёдрами назад, сразу получая шипение в ответ. — Лучше не делай так. Ты ведь знаешь, что это неприятно. — Сцепка, Бэкхён! Как это вообще возможно?! — Альфа не сердится. Он всего лишь не понимает, какого чёрта происходит. — Т-ш-ш. — Бэкхён проводит рукой по взмокшим волосам мужа. — Ты помнишь, как летом у меня появилась слабость и я ходил к врачу? — У тебя гормональный сбой был, помню, конечно. — Бэкхён мягко улыбается. — Ну и что? — Ты ведь должен быть в курсе, что у каждого беты есть как гормоны альфы, так и гормоны омеги, но процент каждых очень низок. Однако часто бывает, что содержатся они не в равном количестве. То есть, условно, кто-то больше альфа, а кто-то — омега. Как я. — Этого ведь всё равно не достаточно. — Обычно — да. Но те таблетки, что мне пришлось пить... Я спросил, что будет, если продолжить их принимать. — Да не может такого быть, чтобы из-за каких-то таблеток... — Бэкхён выразительно на на него смотрит. — С ума сойти. — Это точно. Мне крышу тоже снесло неслабо. И я смог наконец почувствовать, как ты пахнешь. К тому же ты говорил, что тебе интересно, как это происходит, вот я и решил... — Хён. — М? Сэхун наклоняется и мягко целует приоткрытые губы. — Тебе не нужно в себе что-то менять. Я люблю тебя таким, какой ты есть настоящий, без всяких сцепок и прочей омежьей ерунды, слышишь? — Да я вовсе не... — У Бэкхёна перехватывает дыхание, и он останавливается, чувствуя выступившие на глазах слёзы. — Солнце моё, ты чего? — Альфа заботливо проводит пальцем по щеке, стирая мокрые капли. Бэкхён сам с себя смеётся. — Не знаю. Правда, не знаю. Он собирается добавить что-то ещё, но Сэхун крепко его обнимает, прижимая к себе. И следом они в унисон стонут, Бэкхён, чувствуя горячую сперму внутри себя, а Сэхун — на своём животе. Они прыскают и тихо смеются. — И надолго это теперь? — Альфа перебирает светлые волосы длинными пальцами и целует Бэкхёна в макушку. — Понятия не имею. Но меньше часа вряд ли. — Я имею в виду, как долго будет длиться эффект от таблеток. — Три дня, если я больше не буду их принимать, а я не буду, потому что слишком долго — это уже вредно. Хотел сделать что-то вроде подарка для тебя. Сэхун отстраняется, чтобы увидеть весёлые искорки в глазах напротив, и следом сминает мягкие с солоноватым привкусом губы, настраивая обоих на длительное и томительное удовольствие. Они только-только отходят от четвёртого пика, продолжая приглушённо что-то обсуждать, и совершенно не замечают зашедшего в комнату Исина. Сэхун спохватывается первый, наконец учуяв запах, и останавливается на полуслове, поворачивая голову. Бэкхён поворачивается вслед за ним, и резко замершие взрослые наблюдают, как мальчик с почти полностью прикрытыми глазами топает до их постели, без особого труда на неё забирается и ложится совсем рядом, кажется, собираясь досматривать сны уже в родительской спальне. Бэкхён вопросительно смотрит на Сэхуна, который деловито разводит руками: — Он теперь большой. — И смеётся следом. — Большой, — соглашается бета, вытягивая руку, чтобы погладить Исина по шелковистым волосам. — И самый замечательный.