Трудности понимания.

Наруто взглянул на часы, первым, инстинктивным движением, и только потом снял трубку сотового. - Бля, да вы что, охуели, в такое время звонить? - и нажал отбой, кинув телефон подальше, брат даже не проснулся. Он перевернулся на другой бок, накрылся с головой одеялом и тут же подскочил как ужаленный. В темноте на полу с трудом нашёл телефон, просмотрел входящие. Ну, точно, как он мог быть таким придурком! Наруто выскочил из комнаты и вызвал последний набранный номер. - Извиниииии! - тоскливо пропищал он в трубку. - Я просто спросонья и... Ему было мучительно стыдно, наверное, как никогда раньше. Перед родителями друзей почему-то всегда стесняешься больше всего, а Итачи он относил к разряду родителей. - Извини, я сам не сообразил, что не надо звонить так поздно. - Да ничего страшного, рассказывай, что нашёл, - Наруто устало потёр глаза. - Почти ничего, если честно, давай, я тебе завтра на флешке отдам? Посмотреть сможешь? - Да, только не очень поздно... - Тогда, может, я до работы заеду? Ну, прямо к школе? - Наруто мысленно представил себе картину того, как он встречается около родной школы со старшим братом лучшего друга, и тот ему что-то передаёт. - Эээ... не надо. Давай где-нибудь ещё? Хочешь, я к тебе забегу? - Может, я к тебе подъеду, к твоему дому? - Ммм... ладно, записывай адрес. Завтра в 8 часов, ок? - Ок, Наруто-кун... - в голосе прозвучала странная недосказанность. - Что такое? - Сладких снов, - и Итачи повесил трубку прежде, чем Наруто успел сказать "Тебе тоже". А утром Итачи уже стоял у подъезда, когда Наруто слетел вниз и всем телом толкнул тяжёлую железную дверь. Выглядел он немного потерянным, несчастным. Блондин даже головой покачал. Хотя на лице Итачи и нельзя было так просто различить эмоции, Наруто было очевидно, что Учиха переживает за брата. Когда Узумаки подошёл ближе, брюнет неожиданно улыбнулся ему, протянул руку. На чёрной коже перчаток - Наруто слегка покоробили эти перчатки, для них было недостаточно холодно - лежала аккуратная маленькая флешка. Наруто взял ее в руки и тоже улыбнулся. - Спасибо. - Там мало, практически ничего. Даже официального сайта не нашёл, только пара упоминаний на других сайтах. Кстати, на специализированных тоже про эту секту никакой информации, будто и не существует ее вовсе. А ты можешь мне объяснить, как это связанно с Саске? - Мне в школу надо. - Давай, я подвезу. В машинах Наруто чувствовал себя ужасно неуверенно. Особенно в таких дорогих как эта. Он осторожно сел, удерживая спину слишком прямо, сложил руки на коленях, как на дурацких общих фотографиях, и голос его сразу стал тише. - Ну, в общем, этих сектантов видели в нашем районе. И ты, возможно, замечал где-нибудь картинку, что-то типа не то, чтобы логотипа, но они её везде вставляют. - Мальчик и на нём змея? - сказал Итачи, не отрывая взгляда от дороги. - Да, ты на мальчика внимание обратил? Он бледный такой, волосы чёрные и глаза. Чем-то похож на Саске. - Но не он же... - Ну да, просто в этой секте много таких мальчиков. Наруто всё думал, задать или нет интересующий его вопрос, и всё же решил задать. - А ты хорошо видишь без очков? - Да, хорошо. Просто я много работаю на компьютере и с документами, поэтому к вечеру глаза часто устают. Это специальные очки, снимают нагрузку на зрение. - Понятно... - Наруто слегка улыбнулся тому, что его вопрос не был проигнорирован. - Ой, останови! - вскрикнул он, заметив, что они уже почти подъехали к школе, осталось только преодолеть какой-то странный пятачок прямо перед ней, на котором когда-то стояли гаражи, а теперь совсем ничего не осталось. - Ладно, - Итачи покорно остановил машину, Наруто выскочил из неё так, как будто его там пытали. - Спасибо, что подвёз! - Итачи обернулся на заднее сидение, на котором только что сидел блондин, и заметил, что на полу что-то лежит. «Что-то» оказалось толстой, неподписанной тетрадью в клетку. На первой странице был неумело нарисован Саске, а потом заштрихован так, что даже бумага прорвалась. Дальше шли стихи. В школе Ирука-сенсей представил им новенького. Новенький стоял как дурак посреди класса, как будто специально, чтобы каждый мог посмеяться над его дурацкой одеждой. Парень и впрямь был одет более чем странно. Звали его Сай (Наруто решил, что надо будет потом посмотреть по журналу фамилию), и он перешёл из другой школы очень внезапно, в связи с семейными обстоятельствами. Эта формулировка всех чрезвычайно заинтересовала, и по классу уже шелестел лёгкий шёпот догадок. Сай стоял перед всем классом и улыбался, отчего выглядел очень глупо, но при этом, кажется, нравился Ируке и Куренай. - Так, Сай. Давай, садись. Вот, например, с Наруто. - Извините, - возмутился Узумаки. - Но это место Саске. - Но Саске сейчас нет, - мягко возразил Ирука, слегка подталкивая Сая к парте. - Но когда он придёт, ему будет неприятно, что на его месте кто-то сидит. - Когда Саске придёт, Сай пересядет на другое место, а сейчас Саске нет. - А Вы не можете сразу посадить его на другое место, чтобы не было никаких лишних проблем? - Наруто, это негостеприимно - сажать Сая в самый конец класса, он ведь только пришёл. - То есть, сажать новеньких в дальний конец класса – плохо, а то, что они занимают места тех, кто здесь учится с самого начала - хорошо? - из глаз Наруто вот-вот должны были посыпаться искры, Ирука весь напрягся, от прежнего воплощения доброты и мягкости толком ничего и не осталось. - Я не понимаю, зачем его вообще взяли! - Наруто! - Ирука-сенсей, ответьте мне только на один вопрос, если бы Саске заболел, Вы бы поступили так же? - Да. - Наруто сел, его переполняло бешенство, которое было, однако, бессильным. Ему хотелось что-нибудь разнести. Сай опустился рядом, принялся сосредоточенно доставать из портфеля свои вещи, раскладывать их аккуратно по парте, в конце зачем-то достал альбом. - Запишите, пожалуйста, тему нашего урока. Военно-Промышленный комплекс. Давайте запишем определение ВПК... - монотонным голосом начала Куренай, Шика сзади зевнул. - Ну вот нахренааааа... - лениво протянул он, потягиваясь. И тут ему первый раз не повезло. Класс, до этого жужжавший, как улей, резко замолчал именно в тот момент, когда Шика произносил свою коронную фразу. Второй раз ему не повезло в том, что Ирука ещё не успел уйти из класса по своим делам. Куренай наверняка просто проигнорировала бы подобное, но не Умино. - Кто это сказал? - спросил он строго. - Эпик фейл... - вздохнул Акимичи, что-то в очередной раз пережёвывая. - Я сказал. Точнее, сказал не я, но я согласен. - Вдруг, в полной тишине, встал со своего места Наруто. - Мы нихрена, извиняюсь за выражение, не понимаем, что пишем. Всё, что у нас остаётся после ваших уроков - это боль в правой руке и закончившиеся ручки с тетрадями, исписанными какой-то непонятной информацией. Почему вы даже не объясняете нам, что такое АЭС, ГЭС и тому подобное? Я знаю, где находятся крупнейшие ГЭС, потому что у нас была по этой теме контрольная, но я не знаю, что это такое. Я хренею от такого образования. Спасибо за внимание. Класс молчал. Молчал напряжённо, сдержанно, потом Сакура тяжело вздохнула на первой парте. - Простите, Ирука-сенсей, Куренай-сенсей, но Наруто прав. - Д..да, он прав.. - даже вечно тихая Хината покраснела и закивала головой. - Да! Да! - Неслось со всех сторон, единственными, кто молчали, был Шикамару и Сай. Ино показала Шике кулак, но Нара прекрасно понимал, что с такого расстояния она его не достанет. - Эй, ты первый это сказал, почему сейчас молчишь? - прошипел Чоджи. - Мне не нужны проблемы, а мой голос сейчас уже ничего не изменит. Куренай менялась в цвете от мертвенно-бледного к зелёному и красному, а Ирука молчал. Он и сам был на этих уроках и прекрасно понимал, что ученики правы, но Юхи была молоденькой учительницей, и это был её первый класс, поэтому он чувствовал, что нужно как-то её поддержать. Умино ударил ладонями по столу, производя громкий звук, и прикрикнул: - Замолчите все! Вы срываете урок, - этим действием он рисковал потерять весь свой авторитет над таким проблемным 9-м "А", авторитет, который был построен не на силе и власти, а на понимании. Ученики понимали, что то, что он делает - важно, и старались ему помочь, а он понимал их со всеми их проблемами, мнениями, желаниями и нуждами, и старался помочь им. И вот сейчас он рисковал показаться тираном, самодуром, кем угодно. Просто потому, что они, эти дети, были талантливы и умны, и они не привыкли к такой форме работы и... - Да, так мы ничего не решим, - заметил Шикамару. - Куренай-сенсей, главное, что Вы теперь понимаете, что нам не нравится? - Да... - прошептала Куренай испуганно. - Я постараюсь, чтобы следующий урок был интереснее. - На лицах учеников появились торжествующие улыбки, Наруто так вообще готов был сиять как начищенный самовар, но вот только сиять совсем не хотелось. Во-первых, из-за Саске - пока этот маленький гад ни вернётся домой, Узумаки не сможет по-настоящему расслабиться. Во-вторых, из-за новенького, который увлечённо рисовал какую-то фигню в альбоме, совсем как девчонка. В результате Наруто только покивал, в знак того, что всем доволен, и принялся вести оживлённую переписку с Сакурой, но Сакура отвечала медленно и вяло, в связи с тем, что совершенно по-детски пиналась через проход со своей заклятой подружкой Ино. У Ино было преимущество, которое состояло в том, что она была на каблуках, да и ноги у неё были длиннее, зато Сакуре было не так жалко свои джинсы, как Яманако её колготки, а подошвы кедов были значительно грязнее, чем у туфель. В результате, от обиды, Ино со всей силы наступила Сакуре каблуком на ногу так, что бедная Харуно аж взвыла от боли. Куренай предпочла сей факт проигнорировать, зато класс, которому решительно нечего было делать, сумел на пару минут отвлечься от обсуждения новенького и Саске, и поржать. - Женские бои без правил, - равнодушно констатировал Шикамару. - До конца осталось 10 минут. Шика вообще всё мерил минутами до конца, Наруто это порой раздражало. Одно дело - мерить подобным что-то скучное или плохое, но Нара умудрялся измерять время до окончания всего самого лучшего, что только случалось в школьной жизни. Да и в жизни вообще. А на перемене Наруто обнаружил, что пропала тетрадь. Самая важная тетрадь. Нет, не та, в которой записано домашнее задание, такой, по определению, быть не могло. Не предметная тетрадь, даже не совсем личный дневник. Просто тетрадь, в которой он записывал всё самое важное, тетрадь, в которой иногда рисовал от нечего делать или писал стихи, когда приходило вдохновение. А иногда он писал там письма, которые не отправлял, никогда в жизни не отправил бы. Всё дело в том, что Наруто был не злопамятен, но вспыльчив. Держать долгую обиду на друзей он не умел, хотел, но не мог. Зато сгоряча мог наговорить такого, чего не простили бы уже ему. Поэтому он взял себе за привычку записывать все гадости, да и все свои чувства и эмоции в этих письмах, чтобы не высказать их в глаза. Потом было интересно эти письма читать, забавно, иногда грустно, иногда он злился сам на себя за необдуманность и несдержанность и радовался, что не сказал написанного. С друзьями он мирился, а исписанные листы тетради оставались, копились, но места было ещё много. А вот теперь эта тетрадь пропала. Наруто чувствовал, как в нём медленно поднимается паника. "Я же знал, знал, что не надо ее таскать с собой в школу!" Знал, понимал весь риск. Что кто-то мог случайно найти, открыть, прочитать, даже увидеть картинки, которые он там рисовал - и всё, полный финиш, хоть в другую школу переходи. Но всё равно упорно таскал, потому что иногда хотелось писать прямо на уроках, или прямо в школе ругался вдрызг с Саске, а ведь тот сидел совсем рядом, как велико искушение высказать всё, глядя прямо в это красивое равнодушное лицо! Но нельзя было, Саске, наоборот, был не вспыльчив, но злопамятен. Он мог совершенно спокойно выслушать оскорбления, стерпеть обиду, а потом просто отомстить. Как-нибудь, причём именно тогда, когда меньше всего ожидаешь. И ещё он мог просто замолчать. То есть не разговаривать с Наруто неделями, месяцами даже, если обижался. Правда, иногда всё-таки таял, прощал, но извиняться приходилось ужасно долго и муторно, и это после самых небольших обид, Узумаки с ужасом думал о том, как Саске отреагировал бы на полное "излияние." А теперь вот эта чрезвычайно важная тетрадь пропала. Точнее, хорошо, если она пропала. Нет, плохо конечно, но хорошо, что её не украли. Вернее, хорошо, если не украли. Хотя кому нужно её красть, могли просто взять и... У Наруто в голове мысли путались, он смотрел на сумку, как Шикамару на любую форму деятельности, и мысленно ругал себя за то, что так и не придумал, что сделать с разошедшейся окончательно и бесповоротно молнией. Он-то ошибочно полагал, что ничего из его сумки не вывалится, даже если она не застёгнута, а вот вывалилось, точнее, хорошо, если вывалилось. Точнее, плохо, конечно... Мысли пошли по второму кругу, и Наруто тряхнул головой, пытаясь собраться. Тетрадь проверяла выдержку и порядочность Итачи. Где-то часа в два оказалось, что ни того, ни другого у Учихи, судя по всему, нет. А ещё у него не было инстинкта самосохранения, потому что читать дневник было почти физически больно. Найти этому рациональное объяснение не получилось. Итачи просто листал изрядно потрёпанную тетрадь и читал. Читал и не мог сам себя остановить, хотя сердце неестественно сжималось, словно в тисках, и он неконтролируемо прикусывал губы, прочитывая неровные строчки, расшифровывая корявый почерк. Стихи читать было просто невозможно, отчасти оттого, что именно на них сердце сжималось ощутимее всего, а отчасти потому, что самые важные слова были нервно заштрихованы ручкой или замазаны замазкой. Зато можно было читать письма. Было много писем к Сакуре, эта девочка ходила на занятия вместе с Саске и Наруто и училась в их классе, Итачи слышал её имя пару раз. Были письма к родителям и братьям, и ещё к каким-то людям, одноклассникам или друзьям. Но самыми главными, самыми важными были письма к Саске. Начинались они очень злобно, агрессивно, порой откровенно непечатно. Начала были злыми, жестокими, в середине выплёскивалась боль и обида, а в конце... Когда Итачи впервые увидел эти четыре слова, он даже закрыл глаза и потряс головой, надеясь в глубине души, что это обман зрения. Но это было правдой, аккуратные четыре слова были выведены с особой старательностью "Я ведь люблю тебя."