Мой любимый адресат

Утро привычно началось со звона в башке. Пытаюсь поднять голову. Вроде бы и не сильно болит. Тогда какого… Звон повторяется. Постойте-ка, звон-то не в голове. Это ж в дверь звонят, балда! Я встал с постели, голова не гудела. Ну, почти не гудела. Шаркаю тапочками, как старый пень, лениво почесывая бок. Звонки в дверь не прекращаются. «Какие, блять, вы все наглые», - ворчливо бормочу себе под нос, поворачивая ключ в замке. Еба-а-ать, какая прелесть стоит на пороге моей квартиры! - Томас Каулитц? Вам посылка, - оповещает меня чудо-брюнет в кепке со стразами, желтой рубашке, джинсах и фиолетовых кедах. Через плечо перекинута почтальонская сумка. В руках записка. Надо отметить, что мордашка у него расчудесная: идеальные черты лица, прямо королевские. Вот только дешевые безвкусные шмотки совершенно портили всю картинку. Аккуратно подведенные черным карандашом раскосые карие глаз, модельный носик, пухлые губки, сверкающие манящим блеском. В брови пирсинг. - Интересно, - протягиваю я, теребя колечко пирсинга в губе. Он нервно сглатывает, не в силах оторвать взгляд от соблазнительных губ. - Распишитесь здесь, - теряя всю уверенность в глазах, лепечет красавчик. И тут в мою память возвращается эпизод вчерашнего вечера: я, пьяный в хлам, набираю номер, слушаю гудки, что-то заказываю, получаю утвердительный ответ… Судорожно пытаюсь вспомнить, что именно я заказывал. Взгляд падает на почтальонскую сумку и я вспоминаю, что… вызвал проститутку! Причем именно почтальона, потому что врач, учитель, школьник, сантехник и т.д., у меня уже был. Захотелось, блять, острых ощущений. И я, как истинный пошляк, по-своему истолковал слово «посылка». «Что ж, давай сюда свою аппетитную попку! Это будет охуенный секс» - А может, мой автограф будет смотреться намного симпатичнее на тебе, сладкий? – улыбаюсь самой блядской улыбкой, на которую только способен. - Ч-что?! – хлопая большими от удивления глазенками переспрашивает он, а мне уже не терпится насадить его на «мачту» - Харош, говорю, ломаться уже, - сменив тон, четко выговариваю я, хватая непонимающего парня за руку, и, запихивая в квартиру, запираю дверь. Вплотную подхожу к брюнету. Тот учащенно дышит, в глазах какое-то непонятное чувство. «Хочет меня!» - уверенные мысли ещё более решительно настраивают меня. Я начинаю откровенно лапать его, про себя отмечая модельную худобу паренька. Его крик буквально оглушил меня на некоторое время. - Что ты себе позволяешь, ублюдок? – заорал он так, что мне даже пришлось заткнуть уши ненадолго. – Убери от меня свои грязные лапы, козел. Отстань. Отвали, - не переставая брыкаться, кричал парень. - Так, стоп! – прикрикнул я. Тот моментально замолчал, но не сбавляя дыхания. – Какого хуя ты тогда здесь? За что я, блять, должен тебе бабки платить? Может, хотя бы в рот возьмешь, недотрога? – я стоял напротив него, а он, казалось, перестал дышать.. - Да что за хуйню ты сейчас несешь, гребаный извращенец? – снова закричал брюнет, не уступая мне в громкости. – Я просто разношу почту. Просто принес тебе извещение о посылке. Что тебе надо вообще? – он срывался на истерический визг. Тут до меня вдруг стала доходить вся степень дебилизма ситуации, и я зашелся диким ржачем. Меня просто сворачивало пополам от смеха. Я держался за живот, словно боясь, что он лопнет, и хохотал, хохотал, хохотал… - Заебал, мудак! – С этими словами мой новый «друг»развернулся и направился к двери, бормоча что-то о психах, извращенцах и что-то типа «зачем я только поперся на эту долбанную работу?!» Я, опомнившись, едва успел схватить его за руку, чтобы все объяснить. *** - Слушай, ты прости меня ещё раз, - мой знакомый снисходительно улыбнулся на реплику. – Я, правда, не думал, что так получится. Я не знал просто! – в который раз оправдывался я. Когда мы с ним вот так вот свободно беседовали на кухне, потягивая чаёк, что-то внутри меня словно оборвалось и дало волю новому неизвестному чувству. На душе было так легко. Даже голова совсем не болела. Тогда я, разумеется, ещё не предполагал, что проявляю нездоровый интерес к сидящему напротив меня брюнету. Впервые я, глядя на парня, пришедшего ко мне, видел в нем прежде всего человека, а не потенциального любовника. Его имя Билл. Такое простое, и в то же время величественное. Эти четыре буквы прочно засели в моем сердце даже спустя несколько дней после его ухода. В то утро мы просто сидели и болтали. Сначала о глупом инциденте. Потом, познакомившись немного ближе, обменялись номерами,. Тема плавно перетекла во временные рамки его рабочего графика. Он спохватился и побежал, явно опаздывая, извиняясь, в дверях сталкиваясь с длинноногой тощей уродиной с макияжем «а-ля буфетчица». Охуеть – не встать! Я что, забыл предупредить о том, что гей?