Альбомы нашей жизни

Любовь — это держать обещание несмотря ни на что.© Мало что в мире обладает такой же силой, как исполненное обещание.© Когда Марисса утром вышла из особняка Бустаманте, Пабло уже ждал ее облокотившись на черный Porsche 918 Spyder с откинутой крышей, сложив руки на груди. Подойдя к парню, она собиралась уже поздороваться, как: — Ты опоздала на семь минут, Спирито, — констатировал факт блондин, смотря на наручные часы, — впрочем, ты никогда не отличалась пунктуальностью. От такого наглого тона Марисса закипела от злости. — Если ты не знал Бустаманте, то для леди принято опаздывать. Так что закрой варежку. Пабло улыбнулся, от чего на его лице появились знакомые для рыжей с детства ямочки. Сердце пропустило удар. — Ты права — для леди, но какое это отношение имеет к тебе? Сказав это, блондин засмеялся и начал уворачиваться от сумки девушки. — Ах ты мерзкий, наглый, грубый супермен! Каждый последующий эпитет в сторону Пабло сопровождался очередным ударом сумкой. Пабло вся эта ситуация забавляла, и он, смеясь, носился по лужайке, уворачиваясь от тяжелого предмета. Когда блондин получил 34 удара по плечу, 11 — по ногам и 53 — по пятой точке, Марисса наконец таки успокоилась. — Думаю на сегодня хватит. — Хватит? Спирито, ты ненормальная! У меня задница горит, как я по твоему сидеть буду? Пабло тер свою заднюю часть, направляясь к машине. — Меня это не волнует, — резко бросила рыжая. Недовольно бормоча себе что-то под нос, Пабло запрыгнул на водительское кресло и открыл пассажирскую дверь для девушки. Марисса неуверенно посмотрела на парня, не решаясь сесть. — Спирито, чего застыла? Или ты не ездишь в машинах с сногсшибательными парнями? Рыжая закатила глаза. — Паблито, милый, у тебя слишком завышена самооценка. Неужели ты и вправду думаешь, что я доверю свою драгоценную жизнь тебе? У тебя хоть права есть? Пабло улыбнулся. — Конечно есть. — Откуда? Пабло вновь улыбнулся. — Хотя, дай угадаю, — рыжая закатила глаза, поправляя очки. — Тут конечно же не обошлось без твоего папочки. Когда ты — сынок мэра, водительские права у тебя с рождения. Ты хоть что-нибудь можешь делать сам, Бустаманте? Пабло замолчал. Марисса поняла, что задела ненужную тему и почему-то почувствовала себя неловко. Закинув сумку на заднее сидение, она села в машину. Пабло завел кабриолет и дал по газам. Ехали молча. Девушка неуверенно изредка смотрела на блондина. Тот молча вел машину, следя за дорогой. Молчание затянулось, и Марисса уже начинала думать, что он просто проигнорировал ее вопрос. Его лицо стало серьезным, а рука сильнее сжала руль. Рыжей показалось, что возможно она перегнула палку. — Даже больше, чем ты себе можешь представить. Марисса растерялась, не совсем понимая о чем сейчас говорит блондин. — Что? — Я говорю, что отец не во всем мне помогает. На водительские права я сдал сам, когда мне было пятнадцать. Моя мать поручилась за меня, и пройдя все тесты на отлично на равных условиях, я получил права с определенными ограничениями. Так что на будущее, не смей больше считать меня бесхребетным папенькиным сынком. С этими словами Пабло припарковался возле школы, и, заглушив мотор, повернулся к рыжей. Марисса чувствовала себя неудобно, она и предположить не могла, что все именно так. Она почувствовала на себе его взгляд и медленно обернулась. Марисса Пиа Спирито умела признавать свои ошибки, даже перед Пабло. — Прости, — тихо буркнула она. Пабло слегка улыбнулся. — Проехали. Блондин забрал с заднего сидения свою сумку и чехол с гитарой. Марисса последовала его примеру и тоже вышла из машины, забирая свои вещи. Было еще слишком рано, Пабло так гнал, что они добрались до школы за рекордное время. Никто не видел, что вечно ругающаяся парочка этим утром приехала вместе. Когда ребята поднялись по центральной лестнице, намереваясь разойтись каждый по своим половинам, Марисса сказала: — Спасибо, что подвез. Пабло остановился, расплываясь в довольной улыбке. — Ого, благодарность от Спирито, неужели сегодня пойдет снег? Марисса недовольно закатила глаза. — Мариссита, я отплатил тебе долг. Теперь, думаю, я тебе ничего не должен. Марисса опешила, а спустя секунду сладкий сон всех учащихся колледжа, нарушил гневный крик сеньориты Спирито. — БУСТАМАНТЕ! ТЫ ЧТО, ДУМАЕШЬ СМОЖЕШЬ ТАК ЛЕГКО ОТДЕЛАТЬСЯ? Следующую половину дня Пабло Бустаманте посвятил тому, чтобы по возможности не попадаться на глаза разгневанной рыжей фурии. На уроке танцев они снова репетировали вальс. Марисса была все еще зла на Пабло, поэтому не знала куда себя деть и как себя с ним вести. Рыжей было неловко смотреть на парня, поэтому она все время смотрела в пол, периодически наступая блондину на ноги. — Спирито, если ты и дальше будешь смотреть вниз, я уйду отсюда с плоскостопием. Недовольный Пабло вел девушку в танце стараясь уберечь свои ноги от травм. Марисса все также смотря в пол, тихо буркнула под нос: — Так тебе и надо. Пабло закатил глаза. — Марисса, смотри на меня. В танце главное не только правильно передвигать ногами. Взгляд тоже важен. Посмотри на меня. Медленно и неуверенно девушка подняла голову. Шоколадные глаза уставились в небесно голубые. Марисса поняла, что падает. Ее сознание падало в омут этих глаз. Она на автомате передвигала ноги позволяя Пабло вести ее в танце. Блондин мило улыбнулся. — Вот видишь, так полегче? Марисса улыбнулась в ответ, не отрывая взгляда от глаз блондина. Сейчас она забыла о том, что злилась на него. Сейчас она всего лишь пыталась осознать, что парень, который обнимал ее за талию был все тем же мальчиком, который дразнил ее в детстве. Она не могла поверить, что за пять лет он мог так измениться. Общие воспоминания из детства проносились в мыслях обоих. Когда урок был окончен, Пабло осознавал, что отпускать рыжую бестию из своих объятий очень не хотелось. Проведенные вместе выходные напоминали о далеком детстве. Он вспоминал, что рыжая девочка всегда разукрашивала его однотонную серую жизнь в яркие краски, и пусть не всегда для него это было приятно, пусть он злился на нее, она была именно тем светлым лучиком, который разгонял тьму. Всю следующую неделю ребята держали нейтралитет. Не сказать, чтобы они прям стали лучшими друзьями, однако стычки прекратились и колледж во главе с сеньором Дуноффом дышал спокойно, удивляясь тому, что сумасшедшая парочка не начала очередной апокалипсис. Все понимали, что затишье не может продолжаться вечно. Буря началась в середине следующей недели, посреди главного холла. Небольшая группа людей собралась вокруг первой модницы школы и новенького мексиканца, которые о чем-то горячо спорили. Пабло, завидев такую сцену направился к центру событий. Разгневанная Мия Колуччи, размахивая руками, пыталась врезать Мануэлю Агирре по его «гнусной ацтекской физиономии», на что сам парень лишь широко улыбался, копируя первую красотку школы. — Ах, ты мерзкий, обезьяноподобный ацтек! Да как ты смеешь? — Ой, посмотрите, юная мисс « у меня вместо мозгов крем для загара» забыла расчесаться прежде чем выйти в свет. После этих слов, лицо Мии побелело и исказилось ужасом. — Что? Как? Быстро! Принесите мне зеркало! Блондинка начала яро обмахивать себя руками, чуть ли не падая в обморок. Пабло не мог больше смотреть на то, как этот новенький издевается над его подругой. — Я смотрю, издеваться над девушками у вас в Мексике считается нормальным, — начал блондин, заслоняя Мию собой, — так вот здесь так не принято Агирре, поэтому советую тебе оставить Мию в покое и идти куда шел. — Иначе что, Бустаманте? Нажалуешься папочке? Количество зрителей увеличилось, так как все предвкушали очередную драку. Пабло сжал кулаки. — Нет, всего лишь лишу тебя возможности ходить. — Может проверим? — Вы посмотрите, мексиканский мачо рвется в бой. Друзья, поддерживающие Пабло, засмеялись. — Он хотя бы мачо. — Послышался знакомый голос. Марисса, завидевшая назревающую ссору направилась к остальным, однако услышав последнюю фразу блондина, вскипела от злости, намереваясь поддержать Мануэля. Пабло на секунду растерялся, однако в следующую минуту, уже принял уверенный вид. — Марисса, не лезь сюда. — Почему это? Такие люди как мы недостойны вашего суперменовского внимания? — Прекрати. — Пабло начинал злиться. — Только и знаете, что задираете тех, кто не такой как вы. — Ты не знаешь Пабло! — Послышался голос сеньориты Колуччи, которая забыла о своей прическе и выступила из-за спины блондина. — Мия, не лезь, — Пабло попытался остановить девушку. — Да кто ты такая, хамка, чтобы судить о нас? Ты себя в зеркало видела? Заявилась сюда посреди учебы и качаешь свои права! — Кто бы говорил, — Мануэль не собирался оставлять Мариссу в беде, — богатенькие детишки своих богатеньких родителей, которые идут по головам к своей цели. — Заткнись, Агирре. — Пабло начинал выходить из себя. Марисса тоже не оставалась в долгу. Сейчас она была очень зла на Бустаманте. И даже не за то, что он грубил ей и Мануэлю, а скорее всего за то, что он встал на защиту этой куклы. Раньше он так защищал только ее, когда в младшей школе ее дразнили пацанкой. Почему-то Мариссе было не приятно видеть как Пабло защищает кого-то другого, и она начинала все больше злиться на него. Посыпались гневные тирады, только теперь Мануэль спорил с Мией, а Пабло с Мариссой дружно поливали друг друга грязью. Неизвестно сколько бы еще длилась эта перепалка, если бы не староста, завидевший потасовку и немедленно разогнавший всех по своим комнатам. Весь следующий месяц Марисса и Пабло продолжили прерванную эстафету «Кто кого первый достанет». Марисса отравляла жизнь блондину, Пабло подставлял рыжую — все вернулось на круги своя. Посреди учебного года к ним перевели новенького. И все внимание Мариссы переключилось на Хоакина Ариаса Парондо. Для нее он казался высшим эталоном красоты. Все свое время теперь сеньорита Спирито посвящала тому, чтобы завладеть вниманием этого парня и стать его девушкой. Бустаманте был забыт и отложен на полку « Надо будет-вернуться к этому позже.» Сам же Пабло, наблюдая за стараниями девушки завладеть вниманием новенького немного напрягался. С одной стороны его радовало то, что Марисса наконец-то перестанет отравлять ему жизнь. С другой же, его жутко бесило, что этот новенький завладел вниманием Мариссы так быстро да еще и ее этот взгляд на него: полный обожания. Фу! Пабло жутко бесился. Блондин часто видел как Марисса зажимается с этим типом по углам и почему-то ему жутко хотелось врезать по его наглой физиономии. На уроках танцев Марисса все время пялилась на Хоакина. Пабло это жутко бесило, ведь девушка напрочь забывала думать о том, куда ставить ноги. Все его старания: закрыть собой обзор на ненавистного новенького заканчивались неудачей. Сантьяго, узнавший о стычке в холле, поставил Мию и Мануэля в пару. И теперь мексиканец и блондинка танцевали в паре, гневно сверля взглядами друг друга. Иногда Пабло казалось, что у учителя садистские наклонности. Так прошел еще месяц. Однажды, когда Пабло возвращался из душа, на не него кто-то налетел, едва не сбив с ног. Мягкие ледяные руки коснулись его голого торса, вызвав мурашки по всему телу. Посмотрев на того, а точнее на ту, что на него налетела, он пораженно уставился на девушку: — Спирито? Что ты делаешь на мужской половине, да еще и в такое время? Рыжая машинально пыталась отвести взгляд от голого живота парня, чертыхаясь про себя за свою невнимательность. — Бустаманте, не ори так! Хочешь что бы меня поймали? Пабло сложил руки на груди. — Что ты здесь забыла? Пришла опять пакостить? Марисса скептически подняла бровь. — Бустаманте, твоя завышенная самооценка меня поражает. Очнись! Ты не пуп земли. Больно надо на тебя время тратить. Я иду пожелать Хоакину спокойной ночи. От имени новенького у Пабло свело скулы. А благоговейное выражение лица рыжей выводило парня из себя. Руки непроизвольно напряглись. «Опять этот идиот!» Как же он бесил парня. — Оу, как это мило, — съязвил блондин. — В таком случае считаю своим долгом позвать старосту, ведь я прилежный ученик. Пабло состроил ангельское личико, радуясь реакции девушки. Рыжая кипела от злости. — Только пикни и до конца своих дней будешь ходить со сломанным носом. — Где-то мы уже это проходили. Со стороны входа послышались шаги. Ребята испуганно переглянулись. Ситуация была двусмысленная. Полуголый парень стоит в коридоре с одетой в короткие шорты и майку девушкой. Могло влететь обоим. Однако изменить они ничего уже не могли. Когда из-за угла показался староста Марисса, обхватив руками лицо Пабло прильнула к его губам. Блондин опешил от такого и на секунду растерялся. Настойчивые губы девушки сделали свое, и Пабло начал отвечать на поцелуй, положив руки на талию девушке. Прошло всего лишь несколько секунд. Однако для них они были целой вечностью. Недовольный голос старосты нарушил момент: — И как это понимать? Пабло и Марисса отлетели друг от друга. Ребята тяжело дышали, как будто бы кросс пробежали. Блондин растеряно смотрел на Мариссу не до конца понимая, что только что произошло. — Простите, сеньор староста, я просто так сильно люблю Пабло, что не могла удержаться и не пожелать ему спокойно ночи. Бустаманте ошарашено уставился на рыжую не до конца осознавая ее слова. Резкий толчок в бок, со стороны девушки привел его в чувство. — Да, она права, мы очень любим друг друга. Начал подыгрывать девушке Пабло. Мужчина подозрительно на них уставился. — Я помню вас. Это же вы та парочка, которую я как-то застал на женской половине. Смотрю рубашкой у вас все не закончилось. Марисса машинально порадовалась тому, что он их помнит. — Да вы правы! Именно тогда я осознала какой Пабло замечательный. Вы же простите нас? Сами знаете любовь она ведь такая. Марисса состроила старосте глазки, а Пабло только молча поражался умению его старой подруги выпутываться из любой ситуации. — Это в последний раз когда я вас отпускаю сеньорита. В следующий раз сразу поведу к директору! — О, спасибо вам огромное, сеньор. Вы самый лучший и понимающий староста на свете. — Ну ладно, хватит, — мужчине была приятна лесть, — я отведу вас в вашу комнату, а вы идите в свою и не дай Бог увижу вас на женской половине! Пабло молча кивнул, наблюдая как староста уводит Мариссу. Парень прислонился к стене пытаясь осмыслить, что только что произошло. Его губы до сих пор помнили прикосновения губ Мариссы. Это не было похоже ни на один из поцелуев, которые у него были раньше. В нем он чувствовал желание и страсть, робость и покорность, нежность и властность одновременно. Господи, он никогда бы не подумал, что Марисса так целуется. Осознание следующего поразило его еще больше. Господи! Он поцеловал подругу своего детства! В мозгу тут же появился образ маленькой рыжей девочки. Нет, нет, нет! Это не правильно! Так не должно быть! Это же Марисса! Он знает о ней все, он провел с ней все детство, почему он испытывает такие чувства к ней?! Да, тогда у него дома ему захотелось ее поцеловать. Но то было минутное помешательство. Что происходит?! В этот момент, в другой комнате, лежа у себя в кровати сеньорита Спирито пыталась убедить себя что все сделала правильно! Когда она увидела старосту ничего лучшего ей в голову не пришло. Возможно, если они сойдут за влюбленных староста смягчит наказание. Схватив блондина за лицо Марисса поцеловала его, и это было главной ошибкой. Она забыла, что Пабло далеко уже не тот маленький мальчик, которым был в детстве, и Марисса понимала это каждый раз когда смотрела в его глаза, на его руки в танце, на его обнаженный торс, а сейчас, целуя его губы и чувствуя его руки на своей талии, она понимала, что Пабло далеко уже не мальчик. «Господи! Это не правильно! Это же Пабло! Я помню его, когда он еще колготки носил!» Нет, она не могла к нему что-то чувствовать. Это не правильно. До утра они оба так и не смогли нормально уснуть. Всю следующую неделю ребята избегали друг друга. Марисса, в те редкие моменты, когда все же сталкивалась с Пабло цепляла его как раньше, давая понять, что ничего такого не произошло и это ничего не значит. Пабло решил поддерживать ее игру и тоже делал вид, что все в порядке. Рыжая все так же встречалась с Хоакином, который очень часто намекал ей на близость. Марисса давно знала все о сексе и подобных вещах, однако не была уверена, что Парондо именно тот, с кем бы она хотела познать это впервые. Она хотела, чтобы в первый раз с ней был тот человек, которого она будет по настоящему любить, в ком будет видеть свое счастье. Однако после очередной тирады Хоакина она сдалась. И именно сейчас, сидя у себя в комнате, она выбирала белье. — Ты уверена, что хочешь этого? — спросила Лухан. Марисса в очередной раз откинула не понравившийся ей лифчик. — Лухи, я уже все решила. Давай не начинай. — Я все равно считаю, что торопиться не стоит. Более того, ходят слухи, что твой Хоакин помимо тебя крутит еще и с этой пришибленной Колуччи. — Я не верю слухам. — Марисса, — подала голос со своей кровати Луна. — Такие вещи не делаются наспех. Настоящий парень, если он тебя по-настоящему любит, будет ждать пока ты не будешь готова. — Луна, я же сказала — я готова. Мариссу начинало уже все бесить. В последнее время в ее мысли часто пробирался Бустаманте, и это ее бесило еще больше. Возможно, если она наконец-то переспит с Хоакином, она прекратит думать об этом супермене. — Подумай, ведь обратно потом все не вернешь. — Все, вы меня достали! Схватив сумку и кинув в нее понравившийся комплект белья, Марисса вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. Пабло сидел в комнате отдыха перебирая струны гитары и иногда записывая слова на листке. Он часто сочинял в моменты, когда в его жизни происходили какие-то очень важные события, которые выводили его из равновесия. Всю эту неделю его мысли возвращались к поцелую с Мариссой и он все больше запутывался во всей этой ситуации. В очередной раз зачеркнув строчку на листке, Пабло отложил гитару, закрывая лицо руками. В следующую секунду его кто-то истерически тряс за плечо. — Пабло ты должен нам помочь! Перепуганная Луна Фернандес пыталась вывести парня из транса. Пабло пораженный уставился на подружек рыжей, не совсем понимая, что они от него хотят. Насколько он знал, Лухан вообще на дух его не переносила, а Луна, тихая мышка, так и вовсе боялась с ним заговорить. Что же такого случилось, что эти две ненормальные просят его помощи. Они перекрикивали друг друга и блондин ничего не мог понять. — Вы можете успокоится?! Я вас не понимаю. Девушки на секунду замолчали, переводя дух. Начала Луна. — Ты должен остановить Мариссу. Пабло непонимающе уставился на девушек, машинально соображая, что эта рыжая бестия натворила на этот раз. — В смысле? — В прямом, тормоз, — продолжила Лухан, — она собирается совершить самую ужасную ошибку в своей жизни. — И как это связано со мной? — не понимал Пабло. — Ты должен ей помешать. — Но почему именно я? — не понимал блондин. — Не хочу вас огорчать, но вы обратились не по адресу. Я — это последний человек, которого Марисса Спирито будет слушать. — Пабло, это очень важно. Ты знаешь ее с детства. — Ладно, ладно, давайте по порядку. Что произошло? — Она отправилась на свидание с Хоакином. Услышав имя ненавистного новенького, Пабло слегка напрягся. — И что? — А то, что Марисса собирается переспать с ним! От услышанного Пабло передернуло, а глаза налились злостью. Блондин не понимал своей реакции, наверное, это все потому что он помнит ее еще маленькой девочкой! Да! Поэтому он так остро реагирует! Очень трудно представить маленькую Мариссу, занимающуюся с кем-то сексом. В голове возник образ новенького. Руки блондина напряглись, однако в следующую секунду он вспомнил, что это нормально, ведь Марисса встречается с тем парнем, что такого необычного? Его личные чувства тут не при чем. — Не хочу открывать для вас Америку, но люди спят вместе, когда они встречаются, — сказал Пабло, все еще стараясь успокоить разбушевавшуюся бурю внутри себя и побороть желание найти сейчас же парня и расквасить его рожу об стенку. — Да, но Марисса — девственница! Услышав это, глаза парня расширились от ужаса, он на секунду застыл пытаясь переварить услышанное. Нет! — Что?! — Блондин схватил Лухан за плечи, слегка встряхнув. — Где они? Лухан, быстро скажи где они?! — В прачечной. Пабло сорвался с места, оставив взволнованных девушек смотреть ему в след. « Только бы успеть!» Пабло несся по коридорам школы, сбивая с ног людей, молясь о том, чтобы только случилось чудо, и он успел. Он не мог поверить, что она все еще девственница. Нет, он не мог позволить ей так просто совершить такую ошибку. «Дура! О чем она только думала?» В голове возникло воспоминание из детства. Маленький шестилетний Пабло стоит на пороге дома и ждет Мариссу, с которой они вместе должны пойти в первый класс. Взволнованная Соня Рэй, наклонившись к мальчику, обхватила руками его за плечи. — Пабло, — обратилась к нему женщина, — присматривай за моей Мариссой. Ты ведь знаешь ее, она импульсивная и легко может попасть в неприятности. Я прошу тебя, не дай ее в обиду, хорошо? Женщина улыбнулась ему. Тогда Пабло чувствовал себя по-настоящему взрослым. И он бы никогда не признался себе да и Соне тогда, что даже бы без ее просьбы, он бы не оставил Мариссу в беде. — Я обещаю. Перепрыгивая через ступеньки Пабло бежал из-зо всех сил. Сейчас он знал, и он мог признаться себе, что дело вовсе не в обещании данном десять лет назад, он просто не позволит никому обидеть ее. Он никому не позволит сделать ей больно, потому что он за нее в ответе, потому что он всегда будет рядом, потому что Марисса — это его человек. Она — его Марисса. Марисса поняла, что совершает ошибку, когда Хоакин уже расправился с пуговицами, и теперь его руки плавно поглаживали ее живот. « Господи, что я делаю? Это не правильно! Нет!» Девушка начала отодвигаться от парня. — Ты чего? — спросил Парондо, пытаясь поцеловать рыжую. — Эм, Хоакин, я думаю что я не готова. — Да брось, мы же уже все решили. Парень прижал девушку к стене, целуя ее шею. — Я серьезно! Отпусти меня! Марисса попыталась оттолкнуть парня от себя, однако силы были не равны. Спортсмен прижался к ней сильнее. Девушка почувствовала как ей в бедро что-то упирается, и страх заполнил ее с головой. Она начала кричать пытаясь высвободиться из цепких рук парня, умоляя, чтобы он прекратил и отпустил ее. На глазах выступили слезы, она поняла, что бессильна. Нужно было послушаться подруг. Она уже почти смирилась со своей участью, когда почувствовала как нажим ослаб, а в следующую секунду увидела как Хоакин отлетел к противоположной стене. Марисса машинально хлопала глазами, пытаясь сфокусировать взгляд. Посреди прачечной стоял разъяренный Пабло Бустаманте, который гневно смотрел на скорчившегося на полу Парондо. В следующую секунду блондин навис над парнем и, взяв его одной рукой за шиворот, начал бить того по лицу. — Мразь! Ублюдок! Она кричала, тварь! Она плакала! Она умоляла тебя прекратить! — каждое слово Пабло сопровождалось очередным ударом по лицу. Когда лицо Хоакина напоминало кровавую кашу, Марисса опомнилась и подбежала к блондину. — Не надо, Пабло, прекрати! Ты убьешь его! Ты слышишь? Пабло не слышал. Его разум был затуманен яростью и болью. Болью за то, что пришел так поздно, болью за то, что какой-то ублюдок посмел причинить ей боль. — Пабло, ты слышишь? Прекрати! Голос девушки отрезвил блондина. Он медленно повернулся к рыжей, осматривая ее с ног до головы. Рубашка была расстегнута, под ней виднелся черный кружевной лифчик, волосы растрепаны, юбка задрана. Сердце Пабло сжалось, и он быстро подошел к девушке, обхватив ее лицо руками. — Ты как? Он… он…. Пабло не мог задать этот вопрос. Слишком уж сильно он боялся услышать ответ. — Нет, — сказала Марисса сквозь слезы, — не успел. Облегченно вздохнув, Пабло обнял девушку, крепко прижимая ее к себе. Марисса не могла больше сдерживаться. Слезы покатились сами собой. Она крепко обняла блондина, пряча лицо у его на груди. — Дура! — не выдержал Пабло. — Боже, Мари, какая же ты дура! Марисса плакала на груди у Пабло, зарываясь лицом в такой знакомый аромат. Сейчас она как никогда понимала, что если бы не он, она боялась даже подумать, что могло бы произойти. Запах, знакомый с детства, успокаивал ее, возвращая ее в те времена, когда Пабло заступался за нее в школе. Эту ситуацию трудно сравнить со школьной обидой, однако сейчас она знала одно: Пабло всегда был рядом, и она не хотела его отпускать. Сейчас они не были школьными врагами или лучшими друзьями. Сейчас они были теми детьми, которые в детстве делили обиды поровну и защищали друг друга. Со стороны противоположной стены послышались стоны. Хоакин очнувшись пытался встать на ноги. Он говорил что-то несвязное, угрожая Пабло, однако блондин не слушал его. — Прости меня, — сказал Пабло, прижимая к себе девушку, — прости, что пришел так поздно. Рыжая молча сжала руками его рубашку на спине. — Пабло, забери меня отсюда, — Марисса больше не плакала, она просто боялась отпустить блондина. Подхватив девушку на руки, Пабло вышел из прачечной. Всю дорогу до ее комнаты он нес ее, прижимая к себе как драгоценную ношу. Когда он открыл ногой дверь, перепуганные Луна и Лухан кинулись к подруге. — Боже, Пабло, что с твоей рукой? — испуганная Луна смотрела на покрасневшую правую руку блондина. Из костяшек сочилась кровь, однако Пабло было не до этого. Он бережно положил Мариссу на ее кровать, укрыв одеялом. Она была напугана. Блондину трудно было поверить, что Марисса, та самая боевая, дерзкая и ничего не боявшаяся Марисса сейчас дрожала как осиновый лист. Она не должна быть такой, нет! Он заставит заплатить этого подонка за все. Пабло провел рукой по ее волосам. — Присмотрите за ней, — кинул он девушкам.- Мне нужно идти. Если меня увидит здесь староста, будут большие проблемы. Парень направился к двери. — Пабло, — остановил его хриплый голос. Он обернулся. Голубые глаза встретились с карими. — Спасибо. Пабло поджал губы, испугавшись, что не выдержит и наорет на нее. Накричит за то, что была такой дурой, что не думает о последствиях, что ведет себя как ребенок. Он молча кивнул и вышел за дверь. Марисса свернулась калачиком под одеялом. Девочки не стали задавать вопросы, понимая что сейчас не лучшее время. Лежа в кровати Марисса вернулась в воспоминание семилетней давности: Один из одноклассников толкнул ее назвав малолетней хамкой. Марисса упала, больно ударившись спиной. Слезки подступали к глазам, однако она не привыкла плакать. Рыжая девочка уже готова была встать и дать сдачи, однако тут в щеку мальчика прилетел чей-то кулак. Мальчишка упал, держась за щеку. Маленький Пабло Бустаманте протянул руку Мариссе. Девочка нехотя приняла руку поднимаясь на ноги. — Зачем ты это сделал? — спросила девочка. — Я буду защищать тебя, — спокойно сказал блондин. Рыжая недовольно надула губки. — Это все потому что я девчонка? — юная сеньорита Спирито сложила ручки на груди. — Нет, — спокойно сказал Пабло и улыбнулся, — потому что ты моя подруга, мой человек. Ты — часть моей жизни. А трогать то, что принадлежит мне — никто не имеет права! Блондин самодовольно улыбнулся. Тогда Марисса лишь фыркнула подумав, что у мальчика развилась мания величия и собственнические замашки. Сейчас же рыжая наконец таки поняла, что-то, что сказал Пабло было далеко не детским лепетом. Те слова сказал не восьмилетний мальчик, а взрослый мужчина. Засыпая Марисса думала о том, что лучшим моментом в ее жизни, был тот, когда она стала частью жизни Пабло Бустаманте.