Это мы - бесконечность

Андрей Волков. «Волосы такие мягкие. Мягкие. И пахнут приятно. Я бы всегда дышал ими. Только этим запахом… Кожа гладкая, светится, будто изнутри. Словно луна. Да, она как луна… всегда одинокая, белая, нежная, недосягаемая… А губы…» Я провел большим пальцем по ее губам, из-за чего почувствовал напряжение. «Этого мало, мне нужно еще…» Я водил руками по ее шее, ключицам, лицу. Очерчивал пальцами брови и скулы…, а потом проснулся. Объектом всего деяния оказались простыня и лежащая рядом Ксюша. Странно, но я расстроился. Что мне снилось? «Девушка с белой кожей и темными волосами» «Так вот же она, перед тобой, идиот» «Нет, от нее пахнет по-другому» «Во сне нельзя почувствовать запах» «А что если это был не сон?» НЕ СОН?! Я подскочил от своих мыслей. Разве это мог быть не сон? Я знаю, что воображение может сыграть злую шутку надо мной, но чтобы все было настолько реально — это в первый раз. Снова лег. Нельзя допустить, чтобы фантазии управляли мной. «Глаза. Ее глаза особенные» Опять подскочил. Пора завязывать с этим сном, нужно собираться. Скоро ужин и дискотека. Натянул футболку и джинсы, вышел из домика. Нужно поговорить с Женей на счет вчерашнего. Конечно, хорошо, что он проигнорировал дружный отрядный смрад, но все-таки хотелось бы узнать, почему. Поднимаясь по ступенькам, увидел Вишневскую на отрядном месте. «Она меня преследует?» Женя лежал на кровати среди кучи одеял. В вожатской был такой бардак, что возникали сомнения, живут тут люди или еще кто-нибудь. — Ты знаешь чем люди отличаются от свиней? Он проигнорировал мой вопрос, подняв стакан, который находился в руке, в воздух. — Будешь? — Что это? — Кола. Что-то мне подсказывало, что там не только кола. 
 — И что, ты не боишься, что тебя застукают? Ты нормальный вообще? Вожатый закатил глаза. — По лагерю ходит святейший Вячеслав, который контролирует и сливает вожатых директору. — Я возмущенно поднял руки. — Между прочим, виноват в этом ты. Зачем ты сдал его в прошлом году? Нормально же все было. — Он начал спаивать мелких девочек. Ну как, им, кажется, по 13 лет было. Они бы точно рассказали родителям обо всем, что происходит в лагере, и всех бы прикрыли. — Из-за тебя его чуть не выгнали. — Но, как я вижу, подлизал директору он неплохо… Я присел на кровать. — Ну и что с тобой? Что за вид? Почему не с отрядом? — У меня такие же вопросы к тебе. — Женя выпил остатки содержимого в стакане и присел рядом. — Андрей, ты споил свой отряд. Я ни слова не сказал. Но ты сам пришел разбираться. Забавно. — Где Ника? Почему я ее два дня уже не видел? Женя глубоко вздохнул. — Она хочет перевестись на другой отряд, или уволиться. — Что? Какого хрена? — Я терпеть не могу распределение по отрядам. Старшие совершенно случайно присоединяют нас к отрядам, и к напарникам. Фиг знаешь, с кем будешь работать. А мы с Никой вместе. Были. Расстались, примерно, месяц назад. — Воу… вы еще хорошо держались. — Только с виду. На самом деле так срались по ночам в вожатской…, а потом она начала уходить к кому-то другому… Кстати на счет хождения по ночам: ты спишь с Ксюшей? Я улыбнулся. — Хм… Андрей, угомони свои инстинкты. Наломаешь дров, потом не разгребешь. — У меня, в отличие от тебя, все под контролем. — Да что ты говоришь! А Вика? С ней что? Ты ее так гнобишь, что я вообще в шоке, как она до сих пор не вскрылась где-нибудь в лесу. «Женя, не все же сразу.» На самом деле, я не понимал, какого хера мы тут с ним сидим и душевно щебечем. — Значит я веду всех на ужин, а ты собираешься, трезвеешь и зажигаешь на дискотеке, понял? — Ну, для этого трезветь не обязательно. Я встал, уже открыл дверь, как вдруг услышал: — Она не заслуживает такого отношения. Вы же взрослые люди. Разберитесь между собой. — Не лезь не в свое дело. — Какого хрена он говорит мне что делать? — Я просто пытаюсь помочь… — Себе помоги, а потом к другим суйся. Я хлопнул дверью. Пусть знает, что нехер мне помогать. У меня все под контролем. На звук обернулась Вишневская. «Глаза. Ее глаза особенные» «Это она?» «Какого черта?» «Да пошло оно всё!» — Чего вылупилась? Она сразу отвернулась. Что она вообще там делает? «Рисует, наверное.» «Хм, опять меня, ха-ха.» Я улыбнулся. Что ж, пора поднимать этих сонных мух! — БЕЕЕЗДНААА! ВСТАЕМ, СОБИРАЕМСЯ, ИДЕМ НА УЖИН! Из домиков послышались тихие недовольные кудахтанья. Господи, как же я люблю свою работу. На ужине она опять залипла в одну точку, забыв про остальных. Казалось, будто она сейчас заплачет. Кстати, ее пьяные слёзы мне очень понравились, нужно когда-нибудь увидеть и трезвые. Ксюша опять лезет ко мне. Ну не в столовой же! Уже во второй раз убрал ее руку со своего паха. –Нет, это не значит, что я не хочу. Это значит, что ночью кое-кому будет жарко. Увидев, как она прикусила свою нижнюю губу, сразу вспомнил о других губах, из сна. В горле пересохло. Я посмотрел на девушку напротив. Она ответила мне долгим и серьёзным взглядом. Может действительно нужно с ней поговорить? «Да нет, что за бред.» С одной стороны всё, что происходит — глупо. С другой — она заслужила. Так то. «Надо её понюхать…» «Что?!» «Что?» Мерзость. Выйдя из столовой, увидел пропущенные на телефоне. Мама. — Алло, да, мам, я не слышал когда ты звонила. — Андрей, дядя Сережа передал тебе сумки? — Нет, завтра он приедет и передаст. У тебя все хорошо? — Конечно, сынок. Представляешь, твой папа сегодня перепутал наши зарядки от телефонов, и полчаса не мог сообразить, почему «не втыкается»! Ну вот, опять. — Мама, папы нет. Уже давно. Ты помнишь? — Что? Что ты такое говоришь? Он уехал за продуктами десять минут назад… — Марина рядом? Дай ей трубку. Послышался крик матери и торопливые шаги медсестры. — Д-да? — Я не понял, когда в последний раз моя мать пила лекарства? — Эмм, д-да в-вот же, у-утром. — Давно она считает, что папа уехал в магазин? — Т-так же, с-с у-утра. — Значит она не пила лекарства. Контролируйте лучше! — Х-хорошо, из-звин-ните. Марина, наша вечно заикающаяся медсестра, передала трубку маме. — Ма, пообещай мне кое-что. — Что такое, сынок? — Пожалуйста, пей лекарства, что тебе дает Марина. — Знаешь, Андрюша, мне иногда кажется, что это не просто лекарства. Они заставляют меня спать… — Это для тебя же. Всё, давай. Люблю тебя. — И я тебя. Выключив телефон, я обернулся. — Ёб твою мать, ты меня преследуешь? На меня большими глазами смотрела Вишневская. — Что? Нет! Я шла в вожатскую, а тут ты! — Мимо проходить не учили? — Только если мимо таких идиотов, как ты! — Вожатская там. Топай! — Я знаю! Ар-р-р. Она рычит? РЫЧИТ? На меня? Вишневская? Чтооо? В недоумении я простоял примерно с минуту. Кажется, наша киса выпустила коготки. Парни стояли в кругу, повторяя движения за Женей. Девочки пока сидели на скамейках. Когда стемнело, и больше людей вышли танцевать, я заметил, что нет щекастой девочки из 4 домика. Где она может быть? Вроде ее не забирали. 
«Нет, точно не забирали.» Музыка громко играла, поэтому мне пришлось кричать. — Же… Евгений Сергеевич, помните такую темненькую девочку? Из 4 домика? Где она? — Вика в вожатс… — Да я не про Вику, — «Она Вишневская, а не Вика.”– девочка, с ней ходит, волосы черные еще. — Амина! — Он осмотрелся. — А хрен знает! Иди, поищи! — В смысле? — Мне идти что ли? Второго вожатого пока нет! Справляйся ты! Стоило ли вообще о ней вспоминать? Где я ее буду искать? Стоп, а что Вишневская делает в вожатской? Ладно, пойду в четвертый домик, для начала. Там, конечно же, никого не оказалось. Разбросаны вещи, мусор на столе… — А казалось бы, чем человек отличается от свиньи?.. Скорее всего Амина с Вишневской. Прогуливают вместе. Не удивлюсь, если с каким-нибудь парнем. Дверь с лязгом открылась. Вообще, как оказалось, я люблю пинать двери. К сожалению, кроме испуганной Вишневской, тут никого не было. «О, и конечно же, она рисует.» «Художница, блять.» «Лицо себе нарисуй получше.» «Т-ссс…» Она опрокинула воду на себя. Как же это… поэтично. — Кто у нас тут грязная девочка? Она поджала губы. Наверняка, у себя в голове, материт меня. — А ты больно чистый! «Ну да, я как бы моюсь.» «Интересно, как она матерится?» «Не слышал раньше, чтобы из этого маленького ротика выходил хоть один мат.» — Карма, Вишневская, карма… — Это ты украл мой рисунок? Украл? Рисунок? — Нахера мне твои рисунки нужны? Башкой своей тупой думай хоть иногда, когда говоришь. — Я знаю, что это ты! — Мне плевать, что ты там знаешь. Тебя слишком много. «Что?» «Ты это сказал?»
 «Вот идиот…» — В смысле? «В смысле тебя действительно много.» «В воображении, мыслях, реальности…» «Везде она со своим мнением и…» «…и взглядом.»