Заложник своего безумия

      Ветер мягко перебирал листья в кронах деревьев великой чащи Тум-Тум. Всё ещё влажные после ливня растения ярко блестели в закатных лучах солнца. Где-то невдалеке шумела река. Алиса шла рядом со Шляпником, глубоко вдыхая и наслаждаясь его присутствием.       Спасён.       На голове у Шляпника снова был его знаменитый цилиндр, который тот надел с величайшей осторожностью. Сейчас Террант поминутно сбивал шляпу на бок, пока неловко чесал в затылке. Его явно беспокоило что-то. Алиса и сама не чувствовала полного облегчения: всё-таки она была очень виновата перед ним. Бросить его на целых три года... Такое нелегко простить.       - Террант...       - Алиса...       Они сказали это одновременно и тут же оба замолчали, остановившись и неловко переминаясь с ноги на ногу. Повисла напряжённая тишина.       - Скажи ты первый, - предложила Алиса.       - Нет, право, я лучше выслушаю тебя, - возразил Шляпник.       - И всё-таки лучше ты.       - Ладно. - Мужчина сдался. Сдвинув брови, он несколько раз открывал и закрывал рот, пока наконец не начал: - Я очень виноват, Алиса. Я... Я чуть не убил тебя и... - Он замолк, собираясь с силами. На его лице бушевала неописуемая смесь эмоций, настоящая буря чувств. - Красная Королева... Она... Она изготовила любовное зелье. Она добавила его мне в чай и... Я был под её чарами, я выпил его. Ничего не было, но я чуть не переступил черту. Я... Я потерял сознание, и это меня остановило, а иначе бы я... Ох, Алиса...       Девушка стояла, оглушённая. Она прекрасно поняла, к чему клонит Террант. Ей стало дурно. Она понимала, что он не виноват, но её мутило от осознания того, что могло бы быть, если бы Шляпник не упал в обморок.       Алиса попыталась представить эмоции Шляпника сейчас и не смогла. Лишь одно было совершенно ясно: чувствовал он себя отвратительно. Ох, Террант, сколько же пришлось пережить тебе... Алиса тихо охнула от сжавшей горло жалости. Она мягко коснулась его руки и заглянула в глаза.       - Ты не виноват, Террант. Тебя заколдовали. Ты сильный, очень сильный, а я... Я действительно виновата. Я же обещала, что не забуду тебя, но... Прости меня. Шляпник...       Она опустила голову. Стоит ли она его прощения? Из головы не уходили мысли о том, сколько времени он её ждал. Три года, целых три, долгих три года... А она в это время даже не вспоминала о нём.       - Я люблю размышлять о словах на литеру "М". В последние годы у меня не оставалось ни сил, ни желания этого делать, но ведь теперь всё будет иначе, верно? Нам будет так хорошо вместе...       Алиса удивлённо посмотрела на Шляпника. Тот улыбался, почти как Чеширский кот, а из его глаз постепенно уходила печаль. Поняв, что девушка на него не злится, Террант ощутил великолепный подъём. Поражаясь безумцу, Алиса осторожно улыбнулась в ответ.       Внезапно, поддавшись какому-то неопределённому порыву, девушка обняла его за шею, тесно прижимаясь и утыкаясь носом куда-то в плечо. Вина, облегчение, радость, переживания - все чувства смешались в бешеный водоворот, переливаясь через край и требуя выхода. Он неуверенно обнял её за талию, как бы опасаясь, можно ли касаться девушки там. Затем он прижал её к себе смелее, вдыхая запах её волос и перебирая одной рукой золотистые пряди. Алиса подняла к нему своё счастливое лицо.       - Я говорила это тебе тогда, когда ты был под злыми чарами, так что, думаю, самое время повторить снова. Я люблю тебя, Террант Хайтопп, и тысячу раз сожалею о том, что не сказала этого сразу.       Шляпник даже перестал дышать, опасаясь, что спугнёт наваждение и Алиса со своими словами растворится, как дым. Но девушка была рядом, она на самом деле призналась ему. Наклонившись к самому её уху, мастер прошептал:       - И я люблю тебя, Алиса Кингсли.       Девушка вздохнула, утыкаясь ему в шею. Он нежно приподнял её за подбородок и задержался, вглядываясь в бездонные омуты глаз.       Глаз, которые он так сильно и трепетно любил долгие-долгие годы.       Террант коснулся её губ лёгким, невесомым поцелуем. В первую секунду Алиса замерла в нерешительности, затем осторожно ответила ему, как бы спрашивая разрешения целовать его дальше. Время для них обоих перестало течь в своём привычном русле, путаясь и смешиваясь с пространством вокруг, цепляясь за мысли и теряясь где-то далеко на задворках сознания.       Наконец-то всё было правильно.