Теория притяжения

Лекс Лютор был довольно опасным благодаря власти, которая ему принадлежала. При желании уничтожить кого-то ему было достаточно отдать всего лишь одну команду нужному человеку, не вдаваясь в пояснения. Лютор тщательно подбирал людей для своего тесного круга, который состоял из эффективных, нужных личностей и одновременно пустых пешек в гигантском мире самовлюбленного миллиардера. Не было никого незаменимого, поскольку таких не существовало. Простая философия жизни Александра, которая много раз себя доказывала. Хотя все же одно исключение в порочном человеческом однообразии было — Лекс Лютор собственной персоной. Будь на Земле второй настолько умный, эгоистичный человек, то возникло бы неизбежное противостояние. Скрытое, осуществляемое третьими лицами, что назывались бы "остальными шахматными фигурами", но не менее жестокое сражение. Битва власти и за власть, что весьма странно звучит. Но Лексу более не за что было бороться на этой исхудалой, забытой всеми планете в секторе 2814, ведь всё остальное ему уже принадлежало. Кроме Супермена. Криптонец явился в его жизнь настолько неожиданно, что Александр поначалу не осознал, кто же перед ним. Искусная подделка новостей или сам бог? Оказалось — ни то, ни другое. И тогда Лекс пришел к четкому желанию заполучить супергероя любой ценой. Лютор всей душой желал досконально изучить пришельца: его строение, реакции на различные препараты, измерить болевой порог… чего только не хотел сделать с ним жестокий человек. Но всё оставалось лишь мечтами, ведь "бог" никогда не сдастся просто так. И единственным утешительным призом служило тело его мертвого врага, генерала Зода, что совершенно не соответствовало голодному любопытству Лютора. Разумеется, он проделал множество опытов, какие вожделел провести на Супермене, но не получил должного удовольствия. Да, он изучил особенности их организма, узнал даже слабости, но разве это был истинный предмет его любопытства? Настоящий источник знаний кружил над Метрополисом, подобно коршуну над несчастным путником в пустыне. Вот только Супермен не хищник, он нас оберегает — подумают многие, не слишком образованные люди, с точки зрения Лекса Лютора. Неужели кто-то действительно верит в безукоризненную верность пришельца? Айкью большинства обитателей этого мира, и без того находящийся на не самой лучшей оценке Александра, опустился еще ниже. Вы только подумайте: доверять свою жизнь этому смехотворному пришельцу с красным плащом! Поначалу Лекс смеялся, затем слепая ярость стала одолевать его в минуты тяжких рассуждений. Такая сила должна принадлежать кому-то серьезному, кто сможет использовать её разумно, а не этой выскочке с другой планеты. От этих мыслей Лютор злился еще больше, изредка разбивая что-то намеренно или специально, в припадках, о которых было запрещено говорить случайным зрителям. Нервный тик, по сравнению с этим, казался всем лишь невинным плодом сложного, омерзительного характера самого умного человека на Земле. Время летело стремительно, забирая с собой терпение Лютора, утро которого начиналось уже более года одинаково. Лекс просыпался, с трудом выбирался из гигантской кровати и шел к окну, по пути подхватывая свежесваренный кофе. На верхнем этаже своего особняка гений принимал вальяжную позу властителя вселенной и обозревал принадлежащую ему территорию. По правде говоря, парень был искренне убежден, что весь мир принадлежит ему. Просто он еще не совсем в курсе, но ему и не обязательно это знать. Удовлетворив жадный рассудок превозношением себя, Александр погружался в работу, изредка прерывая её различными спортивными играми, которыми он старался всё же не брезговать. Лютор не любил своё тело, считал его чересчур слабым, как и здоровье, подорванное ещё в детстве. Но как бы тщетно не пытался исправить положение, он оставался всё таким же худым и физически слабым. Стоит отметить, что Лекс больше всего ценил ум, а потом уже телесную оболочку, поэтому идея "усовершенствовать" себя спортом отошла на второй план после третьей изнуряющей тренировки. Они забирали слишком много энергии, которую гений предпочитал тратить на ум, нежели на бесполезные попытки стать сильнее. Вечера Лекс проводил не столь разнообразно, как можно было подумать. Даже если взять в счет различные встречи, то и те всегда имели одинаковый конец - Лютор добивался своего или добивал противника, что иногда было одно и то же. Мысли о Супермене стали для него чем-то новым тихим вечером, когда Метрополис только приходил в себя после ужасного сражения двух монстров другого мира. Лекс хотел заполучить победителя. Павший воин был не так интересен, как тот, кого все теперь называли героем. Однако, что уже было несомненно сказано, супергерой был недостижим, и этим самым стирал самомнение Лютора изнутри. Неизвестно, сколько бы еще вечеров Лекс угробил на разрушение своего разума, путем сладких грез о судьбе Супермена в его руках, если бы однажды вечером супергерой не пришел к нему сам. Лютор даже не заметил его, когда проходил мимо гостиной, целенаправленно направляясь к бару, где его уже должен был ожидать виски, предусмотрительно налитый служанкой. Он насвистывал какую-то безвкусную мелодию, одну из тех, которую принято считать лидером музыкальных чартов, когда вдруг услышал позади себя тяжелые шаги. Первая мысль была довольно неплоха — ринуться в соседнюю комнату и включить тревогу, но нечто подсказало гению обернуться. Либо внезапно пробудившаяся смелость, либо неимоверная глупость. Однако последний вариант можно было отметать сразу, ведь речь шла о самом Лексе Люторе. Кто-то усомнился в нем, как в блестящем сопернике, и этот кто-то был Кларк Кент. Почему Лютор так опасен? Потому что у него есть власть и не более. Но этого было вполне достаточно, чтобы перевернуть мир с ног на голову, чем сейчас и занималось большинство лабораторий Lex Corp, разрабатывая оружие, способное поразить умы мечтателей фантастов и ужаснуть их в той же степени. Кларк не пришел угрожать или пытаться это сделать. Он хотел сохранить баланс между просьбой и жестким приказом, но не надеялся, что это действительно подействует на нервную натуру всеми любимого филантропа. Супермен отметил, что Лекс позволил страху мелькнуть в глазах всего лишь на секунду, прежде чем вернуть себе непринужденный вид, словно ситуация была под полным его контролем. Однако доля едкого инстинкта самосохранения в нем взяла свое, и Александр немного отступил назад, стремясь увеличить расстояние между собой и пришельцем. Кларк же стоял неподвижно, слегка наклонив голову вперед и безотрывно смотря в глаза человеку. — Я пришел поговорить, — спокойно и серьезно произнес Кент. Появление врага, столь сильного и могущественного, в доме, могло привести в ужас даже самого стойкого человека, и Лекс Лютор, как бы ни старался себя обмануть, не был исключением на этот раз. Он чувствовал страх, с которым мог еще справиться, но тело предавало его, поддаваясь легкой дрожи в руках. Александр сделал шаг назад, пытаясь подавить нервное хихиканье. Такая реакция на вещи, которые пугают, не раз играла с ним плохие шутки в детстве, но избавиться от нее ему так и не удалось. — Бог снизошел до меня, — голос был слишком истеричен даже по меркам Лютора, но Лекс этому обрадовался. Он не выбивался из образа, который должен был увидеть супергерой. — И о чем же ты хочешь говорить? Именно со мной? Кларк посчитал, что умному человеку не нужно вдаваться в подробные объяснения. — Ты взял на себя слишком много, Лютор, - Кент говорил красиво, практически с идеальным произношением. Это тоже многих завораживало, но здесь Лекс был предусмотрительнее. Он не позволил себе отвлечься от главной темы и вновь уйти в мечты. — Твоя компания производит нелегальное оружие. Гений улыбнулся, взгляд на мгновение скользнул по телу пришельца, жадно изучая костюм. Следующие сказанные слова он выделил особенно, предавая ему странное значение. — Тебя это волнует? Хочешь об этом поговорить? Могу посоветовать психолога. Да что там! — Лекс в широком жесте развел руками. — Я тебе своего личного отдам! Нужно признаться, что Кент не ожидал увидеть перед собой подобного человека. Его широкая улыбка блистала болезненной искренностью и едва ли не безумием. Супермен не исключал возможности, что наедине Лекс совершенно другой, не тот пример для подражания на людях, а более живой, настоящий и... пугающий этим самым. Разумеется, напугать Александр мог кого угодно, но не криптонца. Однако подобное легкое ощущение вызывал. — Похоже, тебе он нужнее, — позволил себе кроткую усмешку супергерой, а затем снова надел непроницаемую маску серьёзности. — Я не знаю, какие цели ты преследуешь, но тебе стоит немедленно прекратить. — А то что? — улыбка Лекса стала до противного сладкой. — Свернешь мне шею? Или это только для родственников? Ну, или кто тебе эти колонизаторы самоучки... — И это тоже не твое дело, — сухо произнес Кларк и, для добавления эффекта своей речи, шагнул вперед, безотрывно глядя в глаза человеку. — Тебе следует знать, что если ты не остановишься сам, то я помогу тебе. Сотру с лица Земли лаборатории и склад, например. Лекс сделал шаг синхронно с божеством перед ним, но этот шаг — назад. Впрочем, голос человека продолжал звучать так же нагло. — Смотрю на человеческие законы тебе, как и раньше, плевать. Атмосфера заметно накалялась, но Кларку было не привыкать. Он вначале своей "карьеры" встречал множество упорных людей, так что Кент не мог себе даже представить, насколько парень перед ним отличается от большинства. — Я защищаю людей, в отличие от тебя. Зачем столько оружия, Лютор? Хочешь развязать войну и выйти победителем? Спешу тебя разочаровать, я этого не позволю. — Войну? — сделал невинное лицо Александр. — С кем? Есть предложения? А то я даже не знаю, кого выбрать. Кларк вновь подступил к нему, все еще безотрывно глядя в бесстыжие глаза гения, без какого-либо чувства неловкости. Ему необходимо было решить вопрос с Лютором сейчас, либо использовать грубую силу, но позже. И второй вариант Супермену нравился уж не слишком. — Есть предположение, что тебе плевать с кем. Лишь сам факт её наличия. Но это все не важно, потому что с сегодняшнего вечера ты закрываешь свой мини черный рынок. — М-м-м-м, — протянул Лекс на этот раз не отступая, хоть ноги у него были ватные и едва ли не дрожали. — Я даже не знаю... не знаю, о чем пошутить в первую очередь! Да ты же назвал меня военной проституткой! Ну, в смысле, что мне все равно с кем... воевать! Ха-ха... ха. Смех у него выходил слишком нервным, в придачу к этому Кларк видел, как участился его пульс, а взгляд Лютора на минуту пропустил разряд колкой эмоции, которую супергерой распознать не успел, но ей определенно не стоило появляться на обозрение какого-либо живого существа. По крайне мере, Лекс очень не хотел, чтобы это кто-то видел. — Кажется, я ничего смешного не сказал, — все так же монотонно продолжил Кент. — И даже не пытался шутить. Твоя лавочка по производству оружия закрывается. Сомневаюсь, что на тебя может подействовать власть, значит, подействую я. — И опять мы возвращаемся к тому, что тебе плевать на право собственности землян! — Лекс даже назидательно пригрозил пальцем инопланетянину, надеясь этим жестом заставить страх под тонким слоем сознания замолчать. — Священное для американцев, между прочем. Или новый бог — новая святость? Кларк ненавидел слово "бог". Оно словно делало из него некое чучело для поклонения. Не то, чтобы Супермен не осознавал, что благодаря своей силе он имеет право претендовать на это звание, но это не мешало ему его не любить. А из уст Лютора оно звучало едва ли не ругательством. Но Кент, разумеется, ему об этом никогда не скажет. — Нелегальное оружие — это преступление. И вместо того, чтобы сидеть в тюрьме, я предоставляю тебе шанс самому избавиться от улик, от оружия и любых разработок, касающихся этого. Супермен решил попробовать страхом убедить парня и сделал резкий шаг вперед, подходя практически вплотную. Он лишь усмехнулся, увидев, как нервно дернулся кадык человека перед ним. Но Лютор остался непреклонен, застыл на месте, не двинувшись. Его смелый, хоть и встревоженный, взгляд не уступал в дуэли с карими очами супергероя, несмотря на дрожащее тело и кричащий инстинкт самосохранения. Лекс Лютор не привык сдаваться кому-то, и пришелец не стал исключением. Только не в его доме, напротив картины, которую всегда обожал отец, и люто ненавидел сам Александр. — И как же ты узнаешь, что я исполнил твой приказ? — Лекс слегка склонил голову, опять заулыбавшись, словно это могло помочь справиться с нервами. — Поверишь мне на слово? — Я узнаю, Лютор. Тонкости тебе знать не обязательно. Так что, справишься сам или тебе помочь все сжечь? Глаза Кларка вспыхнули алыми огнями для пущего эффекта. Может быть, это окажет действие на самоуверенного человека, так нагло пожирающего его одним взглядом. Лютор боялся, но и вожделел — подобное сразу видно, но именно в Александре это желание было настолько сильным, что граничило с бредом. Расчет сына Криптона был верен — Лекс отшатнулся так резко, что налетел на стол, который весьма неудачно оказался у него за спиной. Парень почти упал на пол, но чудом сумел удержаться на ногах, дрожь в которых значительно усилилась. — Хочешь начать с меня? — голос был уже не такой волевой и напоминал подростковый. Словно ребенка загнала в угол толпа хулиганов, а он все еще пытался ухватить свое и показаться смелым. Подобное Лютор делал не раз в школе, однако успехом не закончилась ни одна из попыток вырваться на свободу без синяков. Лекс панически боялся физической боли, которой ему хватило в детстве, и сейчас, находясь в паре метров от главной угрозы, знакомое ощущение вернулось к нему настолько неожиданно, будто было подобно резкому звону выстрела. Александр чувствовал, как тело сдавалось и дрожало все больше, пульс бешено бился, но мужчина не позволял разуму предать себя. Кларк, разумеется, тоже все это видел невооруженным глазом, а потому лишь ухмыльнулся, перед тем, как снова ответить знакомым тоном: — Это напоминание, что я могу сделать. Так ты все же послушаешь меня или будет по-плохому? Лекс держал самообладание из последних сил, стараясь не рухнуть на пол от внезапного бессилия. Вдруг ложный бог примет это за поклонение, а во вселенной нет ни одного существа, перед которым Лютор встал бы на колени, даже если его будут пытаться сломить. Пусть тело слишком слабое (этот раздражительный фактор преследовал Лекса всю жизнь), но дух его никто не сломит. — Я не веду переговоры с террористами, — непринужденный образ гения рушился из-за подрагивающего голоса, в котором еще пыталась звучать веселость. — А то ты ведешь себя именно так, ИГИЛ мой инопланетный. Брюс был прав насчет Лютора. Здоровым этого коварного индивида было назвать довольно сложно, а вот наглым, увертливым и целеустремленным — с лихвой. Кларку начинал надоедать пустой разговор, и он принял решение действовать чуть жестче. Супермен позволил себе еще один шаг, надеясь, что это окончательно добьет Лютора, и тот прекратит попытки перечить супергерою. — Если кто здесь и террорист, то это ты. Моя главная цель — безопасность этой планеты, и она невозможна, пока твое оружие еще существует. Ты сам справишься с уничтожением этого или мне присоединиться? — Только я и моё оружие мешаем миру во всем мире? — обеспокоенно спросил Лекс, и со смехом закончил. — Да ты мне льстишь! Времени было в обрез, поэтому Кларк перешел к не самым приятным элементам в своем плане. Он взял Лютора за горло и немного приподнял над полом, позволяя ему вставать только на носки, ведь он все же не был жестоким тираном. Во взгляде сверкнуло слабое красное свечение, как напоминание человеку о силе криптонца. — Я в последний раз предупреждаю тебя. Избавься от оружия. — Иначе ты избавишься от меня? — хрипит злодей, вцепившись пальцами в руку супергероя. — Ведь богу позволено судить людей. — Я не бог, как бы ты отчаянно ни хотел меня таким видеть. Спрашиваю ещё раз: ты прекратишь сам? — Тебе не надоело это спрашивать? — Лекс улыбался, слабо посмеиваясь. — Или тебя заклинило просто? Кларк понял, что бесполезно было пытаться заставить человека послушать его. Лекс Лютор слишком нахальный, и это позволяло ему преодолеть страх. Возможно, он даже не отказался бы от своих слов, будучи избитым едва ли не до смерти. Такое качество неплохо подходило супергероям, но обычного человека, в совокупности с жадностью и любопытством, оно делало жестоким, циничным. Хотя могло создаться ощущение, что вся жизнь Лекса была направлена на воспитание в нем этих качеств. Парень боялся, когда перед ним находился Супермен, но интерес был намного сильнее, и именно он являлся главной движущей силой в нем на данный момент, да и, что уж говорить, ближайшие десять лет точно. Александр заворожено смотрел на него, продолжая улыбаться. Кенту захотелось убрать эту болезненно ехидную улыбку, и он разжал пальцы, благодаря чему Лекс, не выстояв на дрожащих ногах, рухнул мешком на пол. — Я предупреждал, — холодно произнес Супермен и отступил назад, пока парень потирал горло и кривился от неприятной встречи с ровной каменной кладкой. — От меня убегает супергерой! — крикнул сдавленно Лекс. — Как прелестно! Когда он сумел прийти в относительную норму, Супермена уже не было рядом. Господь исчез так же быстро, как и появился, оставив человека наедине с его ужасом. Но компанию Лютеру составлял не только страх. О, нет. Была и злость. Всепоглощающая злость. Парень с трудом поднялся на ноги и на мгновение даже подумал, что не стоило связываться с таким могущественным существом, но гордость всегда побеждала в черной душе Александра. Он никогда не подчинится воле богов, даже если они будут окружать его. — Будь ты проклят, недобог, — рыкнул Лекс и поправил сбившийся галстук. Разумеется, Кларк слышал не слишком лестное обращение, но был уже порядочно далеко, без какого-либо желания лицезреть Лютора еще раз. К сожалению, двойная жизнь не позволяла ему осуществить это, и через неделю он будет обязан присутствовать на благотворительном вечере проклятого контрабандиста, который всем кажется благородным филантропом. Брюс скажет, что стоит держаться, иначе секрет Кента узнают все. И он окажется прав, но до чего же сложно будет хотя бы пройти мимо Лекса. Супермен обреченно вздохнул, приземляясь на крыше одного из небоскребов и обводя взглядом любимый город. Он заострил свое внимание на лаборатории Лютора, где кипела целая жизнь в подпольных цехах. Остановится ли Лекс Лютор сам? Ха, разве на это можно было надеяться?