Царица души моей

⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀ ⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀

✿ஜீ۞ஜீ✿•.¸¸.•*`*•.•ஜீ☼۞☼ஜீ•.•*`*•.¸¸.•✿ஜீ۞ஜீ✿

      В покоях становилось темно, однако свеча поддерживала свет, не давая мраку завладеть всем. За дверьми были слышны отдаляющиеся шаги сменяющегося караула. Король сидел у письменного стола и глядел куда-то вдаль, пронзая своим холодным взглядом скалистые стены. Владыка будто перелистывал невидимую книгу с ветхими, пожелтевшими страницами, читая главы своей жизни, которые остались в далёком прошлом.       Сколько прошло времени — неизвестно. Свеча растаяла, пламя утонуло в нём, тьма окутала королевские покои. Даже негромкий шум водопада за дверью, который отвлекал и в это же время ласкал слух, утих. Казалось, время замедлило свой ход, быть может, даже остановилось. Владыка бросил равнодушный взгляд на предыдущую свечу, которая растеклась лужицей воска и уже успела затвердеть. Пришлось идти в спальные покои, чтобы зажечь уже новую свечу.       Когда пространство у стола снова было освещено, эльф глубоко вдохнул, плавно переводя взгляд на небольшую круглую серебряную шкатулку, что стояла перед ним. Тонкие пальцы осторожно коснулись крышки, проводя по выступающим завиткам узоров. Серебро от колыхающегося огня свечи переливалось волшебным светом, завлекая и завораживая своей замысловатой игрой. Владыка смотрел на ларец не отрываясь, но не оттого, что был зачарован, а просто не мог решить ─ открыть его или же оставить.       Спустя несколько мгновений было принято решение. Защёлка на шкатулке издала звон. Медленно подняв крышку, эльф осторожно откинул её назад. Вот она, хранительница самых важных воспоминаний короля Трандуила. Ларец, оберегающий три сокровища, каждое из которых имеет своё значение. Может казаться странным, что у короля Трандуила, рождённого в первую эпоху, столь мало важных воспоминаний.       Первое сокровище самое главное. Оно напоминает королю о долге перед его народом и о сохранении верности своему происхождению, своей истории. Второе наводит на владыку безмерную печаль, служит напоминанием о совершённой ошибке, которая перевернула всю его жизнь. Последнее, третье оказалось в ларце воспоминаний недавно, оно сияет во тьме, даруя надежду на прощение.       Глубоко вздохнув, владыка потянулся за первым сокровищем. Рука его задержалась, пока тонкие пальцы искали свою цель. Вскоре показалось серебряное кольцо с маленькими вставками сапфиров. Кольцо, которое носил король Орофер, отец Трандуила. Эльф иногда прокручивал его, любуясь, как оно блестит под светом. Медленно подняв голову, он посмотрел на свечу, задерживая свой острый взор на пламени, что колыхалось от каждого порыва воздуха. Воспоминания накрыли короля, уводя за собой.       — Но почему, отец? Почему мы не можем мирно сосуществовать с эльфами из нолдор? — молодой эльфийский принц еле успевал за своим отцом, да ещё умудрялся задавать ему вопросы. Высокий статный король Орофер, очевидно, куда-то спешил. Почти белые волосы с золотистым отливом ровно лежали на спине эльфа, а по бокам было по одной маленькой косичке. Голубые, ясные глаза невозмутимо глядели вперёд, но также они говорили, что вопрос юного эльфа заставил короля задуматься. Владыка почувствовал тревогу, которая возникла у него на сердце всего лишь на мгновение. Его обеспокоило, что принц заговорил о дружбе с нолдор, хотя он ему с самого детства говорил, что эльфы из этого рода совсем им не друзья, а даже враги.       — Не говори мне об этих алчных предателях! — слегка разгневано бросил король на ходу. Он даже не посмотрел на сына, а всё так же торопливо шествовал по привычным лестницам Лихолесского дворца. Небольшой шлейф тёмно-синего кафтана тянулся за ним, раскинувшись на нескольких ступенях.       — Ты мне всегда рассказывал, что мы должны их ненавидеть, но никогда не говорил из-за чего такая ненависть, — юный принц не хотел отступать, и, несмотря на то, что его отец может вспылить по этому поводу, продолжал добиваться ответа. Трандуил тогда ещё выглядел совсем мальчишкой, в его бездонных, голубых глазах не было печали и усталости.       — Тебе двадцать лет, Трандуил! Можешь и сам узнать причину! — Орофер дошёл до развилки, гордо и резко повернулся, глядя на сына. Принц притормозил на лестнице, когда понял, что владыка поворачивается к нему. Эльф почувствовал на себе строгий взгляд отца. Не говоря ничего более, эльфийский король скрылся в одном из переходов. Принц тяжко вздохнул, так как не смог добиться, чего хотел. Эльф жаждал услышать ответ лично из уст отца, но, увы, король Орофер, как и во все времена, не торопился вспоминать о нолдор.       Больше не задерживаясь на ступенях, Трандуил рванул наверх прямиком в дворцовую библиотеку. Юный наследник был энергичен не только душой, но и телом. За ним невозможно было уследить, принц словно соревновался с ветром. Его золотистые волосы развевались за спиной от быстрого бега. На эльфе были обтягивающие штаны серого цвета, высокие сапоги схожего оттенка и серебристая лёгкая туника. Принц не любил надевать плотные кафтаны, как все остальные при дворе, ему нравилось всегда быть налегке.       И вот белоснежная ладонь осторожно прошлась по корешкам старых книг, стоящих на стеллаже в отдалённом углу огромной библиотеки. Казалось, вражда с нолдор так сильна, что даже книги о них хранятся в пыльном, забытом месте. И, наконец, нужная книга найдена! Тонкие розоватые губы на безупречном лице растянулись в довольной улыбке, в бездонных голубых глазах промчалась заметная радость.       Трандуил вышел из-за высоких стеллажей и присел за стол, кладя толстую книгу в твёрдом переплёте перед собой. Долго не думая, он открыл её и начал с интересом изучать информацию с первых страниц. Естественно, в самом начале говорилось о происхождении нолдор. Тогда ещё лицо принца было безмятежным, а его взгляд неуловимо бегал по строчкам текста. Эльф достаточно быстро читал и воспринимал прочитанное, благодаря этому через полтора часа он уже дошёл до части, где говорилось о Первой Братоубийственной резне между нолдор и тэлери. Битва произошла, когда нолдор Первого дома, возглавляемые Феанором, пришли к тэлери — мореплавателям, дабы попросить перевезти их на своих кораблях в Средиземье. Тэлери отказались поспособствовать Исходу нолдор. Тогда Феанор разгневался и напал на тэлери, чтобы отбить корабли. Много эльфов пало с обеих сторон. Однако тэлери сдерживали натиск, пока на помощь к Феанору не пришли эльфы-нолдор Второго дома, возглавляемые младшим братом Феанора, Финголфином.       Трандуил читал и не мог поверить, что всё настоль серьёзно. Теперь он понимал ненависть отца к нолдор, так как сами синдар, из которых происходила королевская семья Лихолесья, брала своё начало от тэлери. Надеясь, что подобная жестокость более не повторялась, принц перелистал страницы, но и тут его ждало разочарование. Спустя некоторое время эльфы-нолдор Первого дома, ослеплённые яростью и подгоняемые гордостью и клятвой, данной Феанором, вернуть Сильмариллы, напали на Дориат. Им стало известно, что один из Сильмариллов — драгоценных камней, сотворённых Феанором, — носит король Дориата Диор. Тогда произошла Вторая резня, где снова пало много синдар и нолдор. Следом случилась Третья, когда сыновья Феанора напали на беженцев из Дориата.       Прочитав всё это, Трандуил воспылал великой ненавистью к нолдор. Любовь Феанора к Сильмариллам оказалась сильнее, что привело к Братоубийственной войне.       Захлопнув книгу, юный принц вскочил с места и бегом направился в тронный зал, где находился король Орофер. Эльф сидел на троне, гордо вскинув голову, глядя своим ясным взором на быстро приближающийся стройный высокий силуэт Трандуила. По мрачному лицу сына владыка понял, что наследник узнал причину вражды между нолдор и синдар.       — Думаю, теперь ты понял, почему я и весь наш народ ненавидит эльфов-нолдор, — бархатный, спокойный голос Орофера прозвучал, как только юный принц оказался перед троном.       — Да! Теперь знаю! И я тоже ненавижу их и не желаю иметь с ними каких-либо дел! — эта уверенность и гнев молодого принца вырывались из самых глубин его души. Боль и печаль за свой народ заставляли его говорить подобные слова. Орофер с гордостью улыбнулся, видя, как его сын принимает те же принципы, которым воспитали и наказали придерживаться его самого.       — Возьми это кольцо и всегда помни о том, что эльфы-нолдор принесли горе нашему народу, беспощадно убивая наших братьев! — Орофер снял с пальца серебряное кольцо с россыпью сапфиров и протянул его Трандуилу. Принц с трепетом принял подарок отца и надел его, пообещав себе никогда не забывать обиду, что нанесли нолдор ему народу, будет помнить каждую пролитую каплю крови эльфов-синдар.       На этом воспоминание, которое держало в себе первое сокровище, растаяло. Трандуил вырвался из плена своих мыслей, в его лучезарных глазах сверкнула ярость, он сжал кольцо в ладони от слов отца, эхом прозвучавших в голове.       Лицо эльфа исказилось болью, когда он понял, что настало время достать из ларца сокровище, напоминающие о его величайшей ошибке. Рука владыки слегка дрогнула, прежде чем опустилась в шкатулку второй раз. Красный рубин в серебряной оправе, нанизанный на длинную серебряную цепочку, оказался в руках Трандуила. Как же долго он не мог решиться посмотреть на него, как же долго… Только один взгляд на него заставлял короля почувствовать невыносимые душевные муки. Та стена изо льда, которую он выстроил внутри себя, казалось, рухнула в этот момент. Рана открылась, боль хлынула из разрушенной дамбы, обжигая всё на своём пути. Не в силах вынести более этих жгучих чувств внутри, владыка сжал цепочку в руке, откидывая голову на высокую спину кресла. Его взгляд, переполненный болью, был направлен на высокий потолок. Казалось, сейчас он видит бесконечные звёзды, которые смотрят свысока на него и не могут ничем помочь.       — Госпожа очень счастлива, скоро начнёт сиять подобно солнцу над нашим королевством, — разговор на радостных тонах между Амариэл и Эриель проходил в цветущем саду Лихолесья, что находился неподалёку от подземного дворца короля. Эльфийки выглядели очень юными, на их лицах была только радость и игривость, а глаза от чувства лёгкости на душе сверкали подобно алмазам.       — Конечно, счастлива, — улыбнулась Амариэл. — Ещё месяца нет, как она родила Его Величеству сына. Маленький Леголас скрасит их жизнь ещё больше.       В этот момент Трандуил проходил совсем рядом с местом, где сидели эллет. Когда до его слуха донёсся разговор двух приближённых фрейлин его королевы, он скрылся за деревом и с улыбкой слушал, как две болтушки говорили о королевской чете.       — Прошу всех богов, чтобы тайна королевы навсегда осталась тайной, — проговорила Эриель с наигранной тревогой, слегка выпрямившись и приподнимая голову. Трандуил сначала не мог понять, о чём пошла речь. Что за тайна королевы? О чём его горячо любимая супруга забыла рассказать за прошедшие тысячу лет? Тем любопытнее королю стало слушать разговор дальше.       — Ты что?! — полушёпотом прошипела Амариэл, опаляя собеседницу возмущённым взглядом. — Королева Миримэ только нам с тобой доверила эту тайну. Я уже начинаю думать, что зря она посвятила в это двух глупых эллет, которым едва исполнилась тысяча лет, хотя мы её самые близкие помощницы.       — Я ничего плохого не хотела, — в спешке ответила Эриель. — Я-то знаю, как относятся к эльфам—нолдор в этих краях.       — Да тише ты! Кто-нибудь услышит! — на этот раз Амариэл прикрикнула, испуганно осматриваясь.       Дальнейший разговор эльфиек Трандуила перестал волновать совершенно. Из слов Эриель он понял, какую тайну скрывает его супруга. Сердце отказывалось верить в услышанное, а разум твердил обратное.       «Не нравится мне она. Слишком подозрительно выглядит, не похожа на синдар. Будь осторожнее, не попади в её коварные цепи», — Владыка невольно вспомнил слова отца, сказанные, когда он впервые увидел Миримэ.       «Как такое может быть? Наверное, фрейлины решили подшутить надо мной. Увидели, как я подслушиваю, и захотели проучить. Нет! Так ведь не шутят! Они знают, что поплатятся за такие выходки! Нет! Моя Миримэ не может быть из нолдор! Не хочу верить в это!» — пошатываясь от растерянности, Трандуил шёл по направлению во дворец и прокручивал подобные мысли у себя в голове.       Как он преодолел все лестницы и переходы, король не помнил. Ноги сами несли его в покои королевы. Поднявшись на последние ступени, эльф оказался напротив приоткрытой двери, откуда можно было наблюдать королеву, сидящую у колыбели с блаженной улыбкой на лице и баюкающую сына.       Высокая, стройная, грациозная — в каждом её движении можно узреть идеал. Прекрасные черты лица, глубокого изумрудного цвета глаза и, наконец, длинные, золотистые волосы, переливающиеся так, будто в них вплетены маленькие бриллианты. Именно цвет волос скрывал происхождение эллет и затуманил разум Трандуила, который отказывался верить в истинное происхождение своей супруги. Ведь среди нолдор редко рождались белокурые эльфы.       Владыка, сам того не замечая, улыбнулся с любовью, глядя на эту картину. Больше всего в жизни он любил своих королеву и новорождённого сына. Он чувствовал тоску и неполноту души, когда Миримэ была не рядом.       Ощущая, как от волнения холод подступает к сердцу, эльф собрал всю волю в кулак и, глубоко вздохнув, толкнул дрожащей рукой дверь.       — Мой господин, ты так долго стоял у двери, не решаясь войти, — тихий, мелодичный голос Миримэ ласкал слух. — Я чувствую боль в твоём сердце, потому что и моё не может успокоиться.       Эллет медленно повернулась и взглянула на супруга. Опустошённый, растерянный взгляд — вот что она увидела. Тревога охватила её, она поднялась с места и неуверенно прошла вперёд.       — Миримэ, — только смог вымолвить король шёпотом, почти неслышно.       — Мой господин, — эльфийка подошла к владыке вплотную. Она медленно протянула руку, прикладывая свою тёплую ладонь к ледяной щеке Трандуила. Ощутив холод, эллет одарила своего супруга непонимающим взглядом. В таком убитом состоянии Миримэ видела короля год назад, когда в Битве Последнего союза погиб его отец Орофер.       — Скажи мне, что ты не нолдор, — проговорил Трандуил голосом, полным горечи. — Скажи, что ты синдар, как и я, — эльф смотрел в глаза Миримэ, на которые начали наворачиваться слёзы. Владыка до последнего надеялся, что эллет улыбнётся и ответит, что она синдар, разрушая тем самым все сомнения. Но вместо этого эльфийка залилась слезами и покачала головой.       В этот момент Трандуил почувствовал боль в груди, будто его пронзили кинжалом. Для него земля будто сотряслась, исчезла под ногами, небеса обрушились, падая в бездну мрака. Он смотрел на королеву, но не видел ничего — всё заволокло туманом перед глазами.       — Почему ты так предала меня? — прошептал владыка, отнимая ладонь эллет от своей щеки.       — Я не хотела предавать тебя, — Миримэ пыталась успокоиться, дабы её заплаканный голос не разбудил маленького Леголаса.       — Зачем? Зачем ты осталась со мной, зная, как я отношусь к нолдор? Ты это специально сделала, чтобы отомстить? Как ты, вообще, осмелилась прийти сюда? — шептал эльф, еле сдерживая свои эмоции, пытаясь скрыть, что ему больно наблюдать, как у него на глазах страдает его любимая.       Королева вполголоса разрывалась от горьких слёз, понимая, что это закат любви Трандуила к ней. Ведь ненависть к нолдор в нём была сильнее, чем что-либо. Владыка хотел прижать эльфийку к своей груди, успокоить, но принципы, которых он придерживался касательно своего народа, стеной вставали между ним и Миримэ.       — Я родилась через месяц после гибели моего отца Аргона, а мать умерла спустя несколько месяцев от тоски по отцу. Много лет воспитывалась своим дядей Фингоном, а затем, когда и он погиб, мной было принято решение покинуть дом. Никто почти не знал меня в лицо, чему я была рада. В Лихолесье я попала не по своей воле, меня преследовали, и ничего более не оставалось, кроме как укрыться здесь. Как только я поняла, как синдар относятся к моему народу, захотела уйти, — ответила королева, видя, как холодеет взгляд владыки, хотя он всегда смотрел на неё с любовью.       — Получается, ты не только из нолдор, да и к тому же их принцесса! — возмущению Трандуила не было предела. Если бы не спящий Леголас, которого он боялся разбудить, закричал бы от услышанного. — Так почему же не ушла? — эльф, сдерживая свою злость, прошёл вперёд, пройдя мимо эллет, так как более не мог видеть её лица. Теперь король и королева стояли спиной друг к другу.       — Я полюбила тебя и не смогла уйти, — ответила Миримэ, переполняясь обидой оттого, что Трандуил так легко отказывается от неё.       — Ты солгала мне! Сказала, что происходишь из синдар! — грубым тоном бросил эльф. — Ну да, я забыл, — усмехнулся он, — нолдор всегда умели хорошо врать!       — Не говори так! — воскликнула с обидой Миримэ. Эльфийка была убита тем, что происходит, но, видя, как Трандуил защищает синдар, она не могла допустить оскорблений в сторону нолдор. Хотя Первый дом и был причастен в большей степени к страданиям Средиземья. — Ты обвиняешь меня в том, что я родилась нолдор? — эллет медленно повернулась, окинув взглядом величественный силуэт короля, который увидела через завесу слёз. Трандуил молчал, ощущая на себе напряжённый взгляд супруги, которая ожидала ответ.       — Я не хочу видеть тебя! Не могу смотреть в глаза той, которая обманывала меня на протяжении веков, зная, какие законы в этом королевстве! — уверенно выдал король, хоть в голосе его чувствовалась боль, когда он говорил эти слова.       — Выколи мне глаза! Изуродуй моё лицо и тело! Отрежь мои волосы! Вырви моё сердце, там будет написано твоё имя! — не выдержала Миримэ, когда услышала ответ Трандуила. Она громко заплакала, сжав в ладони серебряную цепочку с красным рубином у себя на шее. — Только не отказывайся от меня. Прошу, — шёпотом прибавила она.       Трандуил сотрясался от того, как Миримэ бьётся в муках, пытаясь доказать, что любит. Эльфа накрывало волной злости и боли одновременно. Каждое слово королевы ранило, будто без остановки вонзали острые кинжалы, стрелы, пропитанные ядом. Всё же, владыка ничего не ответил, сохранил молчание, показывая тем самым, что не желает слышать или видеть свою жену.       Эльфийка не уходила с места, с надеждой глядела на Трандуила, ждала, что он повернётся. Из глаз, не переставая, текли слёзы, напоминавшие чистые ручьи, которые сияли своими водами, как только на них падал солнечный свет. Ответ короля был ясен, словно день. Сокрушённая этим, пошатываясь на ногах, эльфийка подошла к колыбели. Маленький принц безмятежно спал, сжав ладошки в кулачки. Миримэ наклонилась и поцеловала его в лоб. Малыш, сам того не ведая, сжал волосы матери, когда та наклонилась. Видя это, эллет улыбнулась сквозь слёзы и осторожно освободила прядь волос. Поцеловав крохотную ладонь сына, эльфийка взглянула на принца. В этот момент её посетило тревожное чувство, будто она видит Леголаса в последний раз. Сердце матери не обманывает, но если судьба уже всё решила, этого не изменить.       Миримэ начала отходить к двери, поднимая взгляд на Трандуила, который всё ещё стоял к ней спиной и не думал поворачиваться. Королева решила оставить владыку наедине с самим собой, чтобы он подумал и изменил мнение о ней. Ведь не может так быстро пройти любовь? Это невозможно! Даже самая сильная ненависть не может перекрыть любовь за один миг. Нолдорская принцесса отказывалась верить, что всё кончено.       Как только эльфийка ушла из покоев, Трандуил медленно опустился на край кровати. Теперь-то он мог дать волю эмоциям, но вместо этого прикрыл глаза и молился, чтобы всё случившееся оказалось неправдой.       Прошло несколько часов, прежде чем Трандуил открыл глаза. Сначала он подумал, что всё это ему приснилось, и облегчённо вздохнул. Несколько мгновений спустя он вскочил с кровати, понимая, что это произошло на самом деле. Дрожь прошлась по телу, и эльф в тревоге осмотрелся. В покоях стало непривычно темно, холодно. Трандуил первым делом подошёл к колыбели сына, когда понял, что принц плачет. Он взял его на руки, пытаясь успокоить.       — Что же я натворил? — в страхе проговорил он, чувствуя приближение большой беды. — Миримэ, что же наговорил тебе?       — Ваше Величество, — в покои вбежала Амариэл, и голос её был полон тревоги. — Я прибежала сразу, как только услышала плач принца. Где госпожа?       Трандуил, пребывая в негодовании, не знал, что ответить. Он чувствовал сердцем: произошло что-то плохое. Внутри будто всё перевернулось, казалось душу вырвали.       — Присмотри за Леголасом, — только сказал король, передавая сына эльфийке. Владыка как можно скорее выбежал из дворца. Он бежал в лес, туда, где Миримэ любила проводить время. Уже на пути Трандуил понял, что лес охвачен тёмными силами — стало неспокойно и мрачно. Находится здесь даже королю стало тревожно. Дойдя до нужного места, владыка никого не обнаружил. Небольшой камень под раскидистым деревом был пуст.       — Миримэ, — в страхе выдавил из себя Трандуил, оглядываясь по сторонам. — Миримэ! — громко позвал он, но никто не ответил. Король прошёл вперёд, осматривал всё вокруг. Ничего…       — Миримэ, вернись! Прошу тебя! — прокричал эльф. Голос его срывался от волнения, а на лице играл страх. Владыка беспомощно шёл, оглядываясь на каждый шорох, пока не увидел среди иссохшей листвы красный рубин в серебряной оправе. Трандуил мгновенно присел, раскидал листву, поднимая цепочку с земли. Глаза его расширились при виде знакомого камня.       — Моя Миримэ, — в ужасе выговорил он и только тогда заметил, что некоторые листья перепачканы кровью. Резко приложив ладонь к земле, Трандуил призвал силы леса, чтобы увидеть, что произошло. Король заметил со свистом летящую перед глазами стрелу. Она вонзилась в златовласую эльфийку, которая упала на колени прямо перед ним. Хоть это было всего лишь видение, владыка смотрел в родные глаза, красные от слёз. Миримэ, будто увидела его, улыбнулась, как всегда улыбалась своему королю. Сжимаясь от боли, она протянула руку вперёд, но будто невидимая стена остановила её. Трандуил, не сдерживая своих слёз, потянулся к супруге, но и его останавливала стена. Вокруг эллет кружилась чёрная дымка, пытаясь подобраться к ней.       — Я люблю тебя, мой владыка, и Леголаса тоже. Пусть он знает об этом, — из последних сил проговорила она и потянулась к рубину на шее.       — Нет! Не снимай его! — запаниковал эльф, понимая действия эллет. В следующее мгновение цепочка с кулоном оказалась на земле, а тёмная дымка, наконец, добралась до нолдорской принцессы, захватывая её в свои объятия. Сильный порыв ветра поднял листья, прогоняя видение короля.       — Миримэ! — протяжно закричал Трандуил голосом, полным горя и мук.       Владыка резко открыл глаза, не в силах терпеть более это. Прошло почти три тысячи лет, но боль в сердце всё не утихала. Трандуил положил цепочку с рубином рядом с кольцом, глубоко вздохнул, пытаясь прийти в себя.       Вскоре Трандуил выпрямился, возвращая выражение невозмутимости и холода. К последнему сокровищу эльф потянулся, но резко остановился, когда ладонь оказалась совсем близко к ларцу. Всё же, брать в руку он его не стал, хотя долго думал. Вместо этого, владыка сложил кольцо и рубин обратно в шкатулку, закрыл её и резко отодвинул в сторону.       — Хватит с меня воспоминаний! Всё произошло так, как было предначертано судьбой! — бросил король. Он вскочил с кресла и направился к выходу. Только потянул на себя дверь, как с той стороны на него свалилась принцесса Исилиэль. В какой-то миг Трандуил увидел перед собой родные глаза, но лишь на мгновение. Владыка, потеряв равновесие, упал на пол, крепко прижимая к себе эллет.

✿ஜீ۞ஜீ✿•.¸¸.•*`*•.•ஜீ☼۞☼ஜீ•.•*`*•.¸¸.•✿ஜீ۞ஜீ✿

⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀ ⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀