Однажды в Берлине...

— Шевели ножками, сейчас фрау Вогель заметит наше исчезновение! И не сопи как ежик, беги давай! — двое парней бежали по автовокзалу, иногда задевая прохожих плечами, один не выдерживает быстрого темпа и все же останавливается, Гельмуту (прости, господи, за такое имечко) приходиться вернуться к отстающему Енсу, парень откровенно к бегу не приучен: согнулся в три погибели, одной рукой уперся в колено, второй потирает бок, смешно пытается отдышаться и сдуть мешающую прядь с лица: — У меня в боку колет, давай вернемся? — ну, что ждать от домашнего мальчика? Повестись на веселое приключение с побегом, ну да, школьная жизнь коротка, потом и вспомнить будет нечего, а так - целое приключение убежать от экскурсионной группы в шесть часов утра, и поехать в гости к деду Гельмута. Потом быстро одуматься и канючить, смотреть так умилительно-умоляюще, что хочется бросить все, но хрен! Рассудил Гельмут. Моя половая жизнь может оказаться тоже короткой, и закончиться даже не начавшись. Недавно Гельмут решил, что он однолюб. Вот не выцепит сейчас Енса, и туда сюда школу закончили, ищи свищи его потом! — Хватит ныть, как будто это моя идея была удрать с экскурсии! Черт, ладно, ладно, моя, но ты утвердительно мяукнул! Смотри, там наш автобус, кто последний - тот рассказывает, убедительно рассказывает предкам, что мы случайно перепутали автобус... а это тебе для ускорения! - Гельмута восхищает и бесит манера Енса одеваться как дешевая блядь из неблагополучного квартала. Низкая посадка штанов и широкая резинка так и просят сделать это, а если сильно хочется то можно. Один быстрый рывок и бежать не оборачиваясь! — Ай, Гельмут, урод! Я убью тебя! — вскипел от боли Енс. Ух, ты как стартанул! Не смог сдержать мысленного восхищения Гель, но пожалел что обернулся, когда над ухом просвистел вырванный из рук скучающего незнакомого подростка стакан с кофе. А нечего мух считать, молодец Енс! Длина ног, как оказалась, все же имеет значение в беге, Гельмуту хватило времени первому забраться на подножку автобуса, полюбоваться развевающимися волосами и красной мордочкой Енса, на злобный взгляд пришлось отреагировать оттопыренным средним пальцем, но это так - любя... — Думаешь мне слабо через твои колени перелезть? Хрен тебе! Бля, во расселся то, ты че представляешь, уфф, что у тебя вместо реальных двух вишневых косточек пара дынь, мечтатель?! — Енс отпыхивался от пробежки, засовывая рюкзак на полку, толкая глубже сумку друга. — Нормальные у меня яйца! — Гельмут среагировал быстро. — Колено убери, и сядь не как женщина у симпатичного гинеколога на кресле. Вот, уже лучше. — Ну хватит уже! Мы вполне удачно удрали, поцелуй меня лучше, хочешь, я тебе свою подушку для шеи отдам? — Сам сиди в своей подушке, на ней башка жирафа, и выглядит, как собаки драли. Хотя, нет, дай я на нее сяду, у меня из-за тебя жопа болит. Да че ты ржешь?! — пыхтел Енс. — Подвинься, я тебе на ушко скажу, да ближе, не укушу я тебя! Ты орешь на весь автобус, как в жопку ужаленный, о том, что у тебя эта самая жопка болит, еще и на подушку залез. Блиин, ну нафига ты мистера Жирафью шею выбросил? — Я с ним не того! И ни этого, а жопа у меня болит потому, что он мне трусорез сделал, да! Вот вы знаете что это?! — Енс обращался уже к парню, что сидел позади них, — это когда трусы пытаются с попы на голову натянуть, а это, между прочим, больно! И не такой я! Да!