Иллюзия любви, или птица в клетке

Теперь Билл проводил больше времени на свежем воздухе, как и рекомендовал врач. Юноша очень сильно удивился, когда Алекс предложил ему заняться садом, разбитым на заднем дворе. Омега сначала думал, что Льюис шутит, или издевается таким способом, однако мужчина говорил совершенно серьёзно. Альфа по-прежнему обращался с Биллом грубо и жестоко, но разведение цветов и работа с землёй немного успокаивали и приводили юношу в чувства. Брюнет с детства любил цветы, которые выращивал Энджи, заботливо ухаживая за их домашним садом, а сейчас он сам мог это делать. Омега очень сильно скучал по родителям, плакал, пока альфа не видел, разговаривал о них со своими растениями. Билл даже ни разу не был на кладбище. Алекс не разрешал, и приходил в бешенство только от одного упоминания о них. Никогда ничего не рассказывал о себе, а когда омега что-нибудь спрашивал, смотрел на него так, что того передёргивало, и желание пообщаться само собой отпадало. Билл знал лишь то, что его муж очень богатый и влиятельный человек, владеющий сетью ресторанов. Альфа иногда брал его с собой на вечеринки, но даже там с неохотой знакомил со своими коллегами. Их с мужем объединяла только постель, ничто другое Алексу было не интересно. Альфа не простил юношу после того случая с ножом. Он наказывал его за всё: не так посмотрел, плохо выгладил рубашку, недостаточно хорошо помыл полы, пережарил или недосолил мясо, или вообще мог ударить за то, что тот разбудил его на две минуты раньше. Билл чувствовал себя одиноким и беспомощным. Он снова пытался покончить с собой. Наглотался таблеток, пока альфа был на работе, а потом проснулся в больничной палате с белыми стенами, и ощущением вялости во всём теле. Врачи сказали, что не могли его откачать полтора часа и если бы это продлилось хотя бы ещё на двадцать минут, то спасать бы уже было некого. После этого Льюис сильно избил брюнета, да так, что тот две недели пролежал в постели и потерял всякий интерес к жизни. Омега не мог ни жить в этом доме, ни сбежать, даже умереть, и то, не мог. Юноша был настолько сильно подавлен и измучен, что сильно потерял в весе и начал седеть отдельными прядями. Пришлось пользоваться краской и приводить свои некогда шикарные волосы в порядок. И только лишь уход за цветами помогал омеге хоть как-то держаться.

***

Срезав несколько стеблей белых роз Билл направлялся в сторону дома. Он не видел, как за ним всё это время наблюдал парень. Незнакомец любовался омегой издалека, и когда брюнет подошёл к крыльцу, окликнул его. — Красивые цветы, — парень явно хотел привлечь к себе внимание. Билл остановился, замер, потом посмотрел в сторону незнакомца и промолчал. — Я ваш новый сосед, — не сдавался он. — Меня зовут Густав Шеффер. Юноша колебался. С одной стороны — уйти так, даже не поздоровавшись, было бы неприлично, к тому же, ему и самому хотелось с кем-нибудь поговорить, но с другой — если об этом узнает муж, то снова изобьёт, а ещё запрёт в доме и больше не разрешит выходить на свежий воздух. — Билл, — омега всё же подошёл и представился. — Приятно познакомиться, Билл, — улыбнулся Густав. Он был симпатичной бетой, со светлыми волосами, карими глазами и очаровательной улыбкой. — Я переехал пару дней назад. Ещё никого здесь не знаю. Проходил мимо и увидел вас, — парень продолжал улыбаться, а брюнет молчать. Билл хотел поговорить с новым соседом, но страх полностью завладел им. — А вы давно здесь живёте? — Несколько месяцев, — ответил тот, и опустил голову. — Я в субботу устраиваю праздничный ужин. Хочу пригласить всех соседей, чтобы познакомиться. Приходите. Я буду очень рад вас видеть. Можете прийти с мужем. Так вам будет комфортнее. — Боюсь, не получится, — тихо ответил юноша, всё так же боясь снова посмотреть на парня. — У нас с Алексом другие планы. — Я всё равно буду вас ждать, вот в этом доме, — бета указал рукой на двухэтажный серый особняк через дорогу. — Там я и живу, — брюнет молча кивнул. — Ну, я пошёл, — Шеффер хотел ещё пообщаться с красивым омегой, но не знал, как вывести юношу на разговор. — Приятного дня. — И вам, — попрощался брюнет. Юноша зашёл домой, переоделся и начал заниматься розами. Укоротив слишком длинные стебли, он состриг большие листья и шипы специальными ножницами, и поставил цветы в приготовленную вазу с водой. Букет вышел очень красивым. Омега наслаждался запахом, исходящим от бутонов, блаженно прикрыв глаза. Эти прекрасные нежные розы будто придавали ему сил. Вот только Билла всегда огорчало, когда цветы вяли, и их приходилось выбрасывать. Омега был на кухне и готовил ужин. Сегодня он решил побаловать своего супруга фаршированной щукой, запечённой в духовке, с лимоном и зеленью, и овощным салатом. Завернув рыбу в пищевую фольгу, брюнет положил её на противень и отправил в духовку, а сам принялся готовить салат. Вымыл под проточной водой свежие огурцы, помидоры, листья салата и зелень. Пока нарезал овощи и заправлял салат оливковым маслом, уже запахло рыбой. Билл любил этот запах, да и рыбу он любил больше, чем мясо, овощные салаты больше суши, а апельсиновый сок больше красного вина и вообще алкоголя. Приготовление ужина заняло у брюнета много времени, и когда пришёл Льюис домой, тот ещё только накрывал на стол. Алекс был каким-то хмурым и раздражённым. Он странно себя вёл и пытливо смотрел на юношу. Изобразив на лице улыбку, Билл старался держаться спокойно. — Как день провёл? — альфа неспеша ел щуку, сверля супруга неотрывным взглядом. Билл удивился, ведь мужчина никогда раньше этим не интересовался. — Как всегда: позавтракал, привёл себя в порядок, убрался в доме, полил цветы, очистил землю от сорняков, и приготовил ужин, — пожал плечами брюнет. — И всё? — Алекс хмыкнул. — Ну, да, — растерянно ответил юноша. — А разве ты не разговаривал с нашим новым соседом? Густавом, кажется? Омега нервно сглотнул. Откуда Льюис мог про это знать? Кто ему рассказал? В воздухе повисло напряжение. Брюнет медлил, не находясь, что ответить, и это сильно разозлило ресторатора. — Ну, что же ты молчишь, мой дорогой супруг? — Алекс положил столовые приборы на тарелку, и резко вытянув руку, грубо схватил юношу за волосы. — Отвечай, когда с тобой разговаривают! — Билл поморщился и инстинктивно вцепился в руку Льюиса, стараясь оттолкнуть её, но сделал только хуже. Мужчина намотал волосы супруга на кулак и сильнее потянул на себя. — Не хочу тебя видеть, — а в следующую секунду отшвырнул его на пол и вышел из кухни. Брюнет лежал на полу и глухо стонал. Голова ужасно раскалывалась, а нижняя губа саднила. При падении он ударился о дверцу шкафа, отчего в теле чувствовалась боль. Омеге было обидно, ведь он готовил ужин, старался для мужа, а альфа так поступил с ним. Это словно вошло у него в привычку. Издевательства повторялись снова и снова. Вот только Билл привыкнуть к этому не мог. Пролежав какое-то время, юноша поднялся с пола и сел за стол. Аппетит давно пропал, но он выпил стакан воды, морщась от боли и вкуса крови во рту. Хотелось плакать, но омега держался из последних сил. Билл ненавидел себя за слабость и бесконечные слёзы. Юноше хотелось, чтобы его хоть кто-то обнял и поддержал. Ему ужасно не хватало простого человеческого тепла. После смерти родителей, он больше не чувствовал любви. Раньше Энджи отдавался Биллу полностью, а теперь его никто не любит, никто не заботится и не интересуется им. Жестокая правда жизни. Не о такой семье он мечтал. Супруг совершенно не уважает его, а теперь, ещё и подозревает в измене. Ещё немного посидев, брюнет принялся убирать со стола. Руки тряслись от пережитого, отчего он разбил пару тарелок и порезался осколками. Шикая от боли, омега промыл рану под проточной водой и остановил кровь. Приняв вечерний прохладный душ и посмотрев в зеркало на своё измученное отражение, Билл подметил, что блеск в глазах уже давно пропал, и теперь они выглядят потухшими. В них уже давно не светилась радость. А между чёрных бровей залегла большая складка, говорящая об усталости. Билл действительно устал. Устал от такой жизни, и осознания, что ему никто не поможет и никто его не спасёт. Неужели сама судьба хочет видеть его мучения? Неужели ему суждено провести всю жизнь с нелюбимым мужчиной и так и не познать любви? Тяжело вздохнув, он взглянул на навесной шкафчик, где хранились всякие баночки и тюбики. Открыл прозрачную дверцу и взял синюю баночку с белоснежным кремом. Аромат клубники со сливками был очень приятен для обоняния, и омега мягко улыбнулся вдохнув его приятную лёгкость. Любимый крем хорошо освежал и увлажнял кожу, и был одной, из доступных ему, маленьких радостей. Расчесав волосы и ещё раз посмотрев в зеркало, юноша обречённо побрёл в спальню. Он умолял всех святых, чтобы Алекс уже спал. Тихо, затаив дыхание, омега приоткрыл дверь в комнату. Тишина и темнота встретили его. Льюис уже спал. Билл заметил это по равномерному дыханию мужчины. Стараясь не шуметь, юноша как можно аккуратнее лёг на свою половину кровати, накрылся одеялом, и только тогда смог немного расслабиться. Он беззвучно зевнул и через несколько минут заснул.