Я поймала бы солнце

Если ночью все кошки серы, Значит, серы и леопарды, Значит, тоже сверх всякой меры Тигры серы. И водопады Сталью серой несутся в пропасть. Змеи в сумерках тоже серы. Даже горы, забыв про кротость В небо выбросят серый пепел. И, когда добежим до края, Содрогнётся земля под нами, Я кошмары твои впитаю, Ты — удержишь над злыми снами. Мы петляем в дыму погони, Нас опять обдирают зубы, Осы злые свинцом калёным Листья режут и ветки рубят. Вот догонят — ужалят в спину, Дух измученный выбивая. Мне с тобою не страшно сгинуть, Я в аду прикоснулась к раю. Пепел серый завесил небо. Ночь ли? День? Кто об этом знает? Ты мой воздух — напиться мне бы, Ты мой жребий в пути по краю, Там, где серые леопарды Из кошмаров клыки оскалят. За грехи ты моя награда, Как страховка на серых скалах, Что трясутся, опять трясутся, Чтобы ухнуть куда-то в Бездну. Бег наш бешеный — безрассудство. Прочь из рая — наш путь воскреснуть. На пути я тебя не брошу, В сером мире — кошмарных джунглях. Если можно проститься с прошлым, Можно реже молиться рунам. Впрочем, рунам с тобой молиться, Если надо, я тоже стану. Серым, мёртвым, гниющим лицам Не позволю вгрызаться в раны. Знаешь, ночью все кошки серы. Ты в прицел разглядишь и кошку. Нам с тобой пробираться к цели, Жизнь свою собирать по крошкам.