Противоречия судеб.

Дождь, видимо, усилился, превратившись из обычного грибного в       настоящую грозу. Кара об этом догадывалась, потому что звук, врезающихся в пыльное стекло, капель доходил даже до лагеря людей, расположившемуся на самом последнем этаже теплицы. Звук был раздражительным и отдавался эхом. Девушка уставилась в пыльное окно, подперев рукой подбородок также стараясь на смотреть на Юу и Мицубу. Парень, в отличие от напарницы, с благодарностью принял чай, который Пилика принесла им, дабы немного скоротать время до прихода брата. Мицуба же высокомерно отвергла просьбу, очень огорчив сестру Кары. С каждой минутой ей все больше хотелось разбить лицом этой блондинки все оставшееся стекло на крыше теплицы, и не важно, сколько раз она упадет вниз.       Отхлебнув немного чуть теплого, едва сладкого чая, Кара поморщилась. Все же, Микаэль кормил ее лучше. Она бы сейчас от простого хлеба не отказалась. — Эти кровососы кормят другим? — усмехнувшись, спросил Юу, завидев ее реакцию. — Хуже. — ответила Кара, чтобы не показаться такой же высокомерной и надутой как эта Мицуба. — Но в последнее время я питалась получше. — созналась она и опустила глаза, пытаясь прогнать образ Микаэля, терзавшего ее изнутри. — Расслабься. — Юичиро откинулся на спинку дивана и как-то горько улыбнулся. — Я тоже был когда-то их скотом… — Правда? — Кара впервые увидела человека (именно человека), который понимает ее и который живет с этим, конечно, за исключением Рина и его младших сестёр. — Наш Юу когда-то жил в приюте и попал к вампирам точно так же, как и все люди, но потом ему удалось бежать, правда, большой ценой. — Мицуба демонстративно разглядывала свои ногти, а голос ее звучал слаще меда, покрывающего лед. — Сангу! Хватит. — Юу опустил глаза и, видимо поняв, что сделал ошибку, поправился более спокойным голосом. — Мицуба, перестань.       От Кары не укрылось, Юу непроизвольно сжал кулаки и хоть он выглядел спокойным, пальцы не разжал. «Воспоминания об этом месте никогда не дадут ему спокойно жить.» — подумала Кара. — «…Как и всем тем, кто был в подземном плену.» — Юу, а с какого ты прию… — начала было Кара, захотев расспросить его о прошлом, быть может, он знает Мику и его брата, как громкий крик, а затем и удар, пошатнувший дом на колесах, прервали ее. — Где она?!       Кара застыла, как вкопанная — да это же голос Рина! Вскочив с места, она пулей вылетела с маленького подобия комнаты, пересекла коридор, заваленный старой поломанной машинкой для стирки, гладильной доской и выбежала в кухню.       Рин стоял в дверях, весь запыхавшийся и мокрый. С его иссиня-черных волос прямо на пол лилась вода, а в руке он сжимал двуручный меч. Птицы рядом не было, из чего Кара пришла к выводу, проклятое оружие ее друга — этот самый меч, отделанный черным гранитом. — Я знал, что ты скоро придешь! — Рин кинулся к ней и сгреб в охапку, не оставив Каре ни малейшего пути к отступлению, да ей и не надо было.       Как когда-то она обнимала его ночью, напевая старые колыбельные и отгоняя плохие сны и неудачи, так теперь он обнял ее, заставив забыть почти обо всем, кроме Микаэля. Удивительно, но с тех пор, как Кара призналась самой себе в том, что любит вампира, сносить все тяжести стало будто легче, а мир был испытанным и искушающим ее одновременно. Будто бы она смотрела на него одновременно взглядом Микаэля и своим собственным. — Рада тебя видеть. — рыжая улыбнулась другу, едва выпутавшись из объятий и стараясь не думать об их последней встрече и о его мимолетном признании. Внутри оставалась надежда на то, что он сделал это в надежде на то, что вампир сжалиться… или же наоборот хотел вывести Мику из себя. — Что с тобой приключилось? — Рин обхватил ее лицо ладонями и внимательно рассматривал рассеченную губу, синяк на скуле, засохшую кровь на лбе… — Едва не убила Шиноа и себя заодно. — позади Кары вырос приветливо улыбающийся Юу. — Привет, Рин. — О, ты тоже тут? Рад, что вы уже познакомились. — Рин пожал руку Юичиро и коротко кивнул появившейся Мицубе.       Кара даже слегка позлорадствовала, стоило заметить поджатые губы и гневный взгляд блондинки, брошенный за такое скудное приветствие на ее брата.

***

      Кара стояла в рядах отряда Лунного Демона, зябко ежась под тонким плащом. Все же, белые одежды вампиров ей нравились больше: они лучше согревали, не заставляли смущаться при каждом порыве ветра и вообще, выглядели элегантно и даже немного эпично, что было как раз кстати, а еще они хранили воспоминания о том, как Микаэль впервые принес ей такое платье, как даже раз вместе с новым нарядом у изголовья кровати она нашла алую розу. Алую, как кровь.       Любопытно, почему у заступников человечества, играющих роль чистых и самоотверженных, темная, немного вульгарная форма, а у вампиров белая, как нетронутая роза. Вампиры несут свет своим появлением, а люди ассоциировались у Кары с дворнягами, играющими в сторожевых.       Всего час назад она сидела в маленьком, но уютном доме на колесах и попивала мерзкий чай из чашки, а сейчас она стоит посреди центра города и ждет непонятно чего. В принципе, выбора у нее не оставалось, стоило Рину открыть рот и рассказать о том, что Кара якобы собиралась присоединится к их отряду и помочь в деле, о чем девушка не помнила, но открыть рот и заявить о том, что на самом-то деле она рассчитывает найти Микаэля, забрать Рина, его сестер и скрываться от обеих рас, если уж она не сумеет найти брата Мики. А потом? На месте и подумает. Главное для нее — спасти обе семьи. И свою и семью Микаэля.       Тихий шепот пронесся среди рядов и дошел до Кары, стоящей вместе с отрядом Юу и Рина в тылу. — Идут. — подтвердил ее догадки Рин, коротко кивая Юу.       Кара невольно позавидовала. Мальчишки так прекрасно ладят друг с другом, будто бы с детства знакомы. Они даже были немного похожи — вздернутый нос, прямой подбородок, нахальная улыбка, темные кудри… Только вот глаза у Рина были льдисто-голубыми, а у Юу, совсем как и у Кары — изумрудно-зеленые, цвета первой травы, выросшей среди чернозема после целого месяца обильных осадков.       Кара встала между ними, откликнувшись на жест Рина, она подошла к нему вплотную. Сзади она чувствовала, как ее прожигают взгляды Шиноа и Мицубы, но она была под защитой брата и все остальное было фиолетово.       Прошло, наверное, не менее получаса, когда Кара заслышала звук шагов. Что-то в нем заставило мурашки поползти по спине Кары. Она слышала, как переминаются с ног на ногу солдаты, как вдыхают ледяной воздух и выдыхают пар, но она не слышала, как дышат вампиры. Над их белой шеренгой не вздымалось ни одного облачка пара.       Кара замерла. Еще никогда она не боялась вампиров так. Их стеклянные, будто кукольные лица, обезображенные усмешкой, такой же отвратительной, как и погода. Темноволосые, красноглазые и бледнолицые — они надвигались подобно роботам, смотрящим на соперников как на настоящий… скот.       Девушка с надеждой рыскала между рядов вампиров взглядом в надежде увидеть его. Хоть прядку, подол плаща, узнать, что с ним все хорошо и людишки не добрались до него. — Мика! — вырвался у нее крик, и Кара резко прикусила язык, да так, что кровь потекла по подбородку.       Блондин, словно услышав ее сквозь дикую песню дождя, остановился, но его взгляд лишь скользнул по Каре и остановился совсем рядом. Кара словно чувствовала, как будто его что-то ударило в грудь и сама едва не задохнулась. Она хотела было броситься через ряды людей прямо туда к нему, как… — Мика? Ты… жив? — молвил голос рядом с ней.