t r o u b l e

the neighbourhood – little death

2:24 ноябрь. однокомнатная квартира, окна открыты настежь. ветер, как званый гость, заходит в квартиру изучая её миллиметр за миллиметром. сэхуну не холодно. он в своем бездонно пустом космосе, подобен сатурну. его тело соткано с галактической пыли, вместо сердца черная дыра, а в глазах гаснут созвездия млечного пути. скрипнули двери, нарушая идеальную атмосферу пустоты. - закрой окно, холодно, – бубнит чонин. - иди нахуй. - это направо или налево? - в окно, заодно закроешь за собой. чонин на это ничего не отвечает, просто садиться рядом, разворачивает сехуна к себе спиной и крепко обнимает. от этой нежности, спазмом сводит низ живота. еще чуть-чуть и его изнутри разорвут ебучие бабочки. крыльями, будто ножом, гладко рассекают каждую клеточку тела. чонин целует шею, и шепчет строчки песен нейборхуд. «touch me, yeah. i want you to touch me there. make me feel like i am breathing. feel like i am human », звучит как признание в вечном. вечной, блядь, никому не нужной любви. так уже длиться примерно 6 месяцев. 6 месяцев недолюбви. без клятв и громких слов, без романтики и мыслей о совместном будущем. у них все просто. секс под альтернативный рок и бесконечные ночи, просижены в обнимку друг с другом. сэхуна все устраивает, чонин не хочет разрушать эту жалкую пародию любви. все хорошо, пока он может быть с сехуном. пока сехун «его». так проходит еще пару месяцев, а потом чонин встречает кенсу. с ним легко. даже легче чем кажется. в его глазах нет пустоты, в них бескрайняя любовь к чонину. кенсу признается в своих чувствах, в этот момент ким решает, что пора уже завязать с пиздопротивными недоотношениями. он принимает чувства, обещая себе поставить точку, в последней строчке его эссе « блядоебучий о сехун».

Placebo – My Sweet Prince в тот же день он идет к сехуну. его встречает томный голос молко брайна с затяжным my sweet prince, и сехун лежащий на диване в одной растянутой, серой футболке. чонин стоит в дверном проеме и кажется вообще забыл зачем сюда пришел. сердце ломает ребра, в горле спутался ком слов и предложений, взгляд сфокусирован на острых ключицах, на которых цветет синеватым пятном фиалка. он снимает курточку, затем футболку и ложиться рядом. — my sweet . . . — все что успевает прошептать сех, перед тем как ким его нежно целует. — prince — выдыхает он в полуоткрытые губы хуна. все так, блядь, до боли не правильно. сехун изгибается и молящим стоном просит не останавливаться. ким и не собирается, а лишь ускоряет темп и целует страстно, позволяя расцветать цветам на алебастровой коже о. «блядь, какой же ты красивый», — последнее, что думает чонин, перед тем как сказать: «я больше не приду. это был наша последняя встреча. прощай.», а в след он услышал сухое «о к е й». « какая же ты бесчувственная сука о сехун»