Потанцуй со мной

Танец — это вертикальное выражение горизонтального желания.© Пролог. Жар зала опалял меня изнутри. Тело тяжелело с каждым движением, и я хотел вырваться из него, словно змея из старой кожи. Голова кружилась, и весь зал превратился в одно блестящее размытое пятно. Мой единственный свет двигался сейчас вместе со мной. Он плыл так легко и ритмично, а я изо всех сил стремился не уступить, чувствуя легкость в этом стремлении. Мы не следовали музыке, это музыка следовала за нами. Мы кричали телами, заглушая любые звуки вокруг. Я растворялся и пылал изнутри, но вопреки всему желал продлить эти секунды до бесконечности. Глава 1. *** Арабеск . Так называется поза, когда опорная нога танцовщика стоит либо на полной стопе, либо на полупальцах, либо на пуантах, а рабочая нога поднята с вытянутым коленом на 30, 45, 90 или 120 градусов. Аттитюд . Опорная нога находится в том же положении, что и в арабеске, но рабочая нога поднимается с согнутым коленом, а корпус танцовщика должен быть прогнут в спине. Музыка — Imagine Dragons – I'm So Sorry *** Совсем скоро должно было состояться танцевальное дефиле, на котором юные таланты будут избраны для выхода на большую сцену. Я являюсь одним из этих участников и даже более того. Не стану скромничать, но в нашей элитной школе я лучший танцор из мужского класса и именно на меня возложены все надежды. Этот год должен стать моим дебютом и первым шагом в большой мир. Я намерен вырвать этот шанс любыми возможными и невозможными способами. От мыслей меня отвлек смех в другом конце зеркальной комнаты. Я тут же устремил свой взгляд в ту сторону, потому что голос мне показался совершенно незнакомым. Рядом с поручнем стоял Хаку, а рядом с ним совсем незнакомый мне парень. Это он громко смеялся, чем и привлек мое внимание, а потом, согнув руки в локтях, сделал два плавных выпада бедром в левый бок. К чему это я не понял, но раз он здесь, значит тоже хореограф. Прикрыв рот рукой, Хаку тихо рассмеялся, словно смущаясь какой-то пошлой шутке. Никогда этот парень мне не нравился. Длинноволосый, бледнокожий и слишком смазливый для парня. Когда в студию вошел тренер, мое внимание тут же соскользнуло с парней. Урок шел, как обычно, но, примерно, до середины. Я отсиживался в стороне и самостоятельно отрабатывал пару движений пока тренер занимался с менее умелыми учениками. Мое внимание было рассеяно, а тело сосредоточено на пластике. Слух же на уровне рефлекса ловил нужную музыку и ритм в ней, поэтому, когда урок был остановлен, я остановился на автомате. К словам я старался не прислушиваться, но все же не смог отогнать от них свое внимание.  — Пару дней назад к нам перевелся новый ученик, — учитель говорил с каким странным восторгом. — Наруто, подойди, — позвал он, и перед классом вышел тот самый новичок. Встряхнув золотистыми волосами, он широко улыбнулся, приветствуя всех. Пока тренер говорил что-то еще, он с интересом оглядывал нас всех и качался, переступая с пятки на носок и обратно, иногда пританцовывая. На мне его взгляд задержался дольше всего, проявляя открытый интерес и что-то еще. Заметив, что я тоже смотрю на него, парень улыбнулся еще шире, а потом был отвлечен словами тренера. Я нахмурился. Он меня знает?  — Наруто, ты не мог бы нам немного продемонстрировать свою технику? — поинтересовался учитель, уже отходя в сторону и протягивая руку к проигрывателю.  — Конечно. Можете даже как-нибудь усложнить для большего интереса, — голос парня был не таким, как я ожидал. Он был груб, резок и по-мальчишески хрипловат, что сразу ставило крест на вокале.  — Думаю, для первого раза лучше слишком всех не шокировать, — как-то смущенно подметил тренер и включил трек. Музыка полилась плавно, но волнительно, что совсем не соответствовало его дикому образу. На мгновение мне показалось, что он отступит, но потом я понял, что ошибся. Музыка резко стала быстрее и чуть ярче. Он мгновенно поймал этот ритм и закружил, приближаясь к своим зрителям, а потом резко остановился, потянувшись к нам руками, вытянув вперед правую ногу, и, сгибаясь пополам, ненадолго осел назад. Крутанувшись в этой позе и резко выпрямившись, его руки скользнули вверх по воздуху, а потом, сделав быстрый арабеск градусов на сорок, словно выкинув его, выгнулся в спине назад, поднимая согнутую в колене ногу. Сначала я подумал, что он хочет сделать аттитюд, но почти не угадал. Он действительно сделал это движение, а потом плавно перевернулся, встав руками на пол, а ноги сохраняя в прежней позиции в воздухе. Когда он начал падать даже у меня екнуло сердце, но он неожиданно притормозил прямо в воздухе и, перевернувшись через голову, опустился на грудь, выгибаясь, как рыба и, оттолкнувшись руками о пол, плавно вернулся в вертикальное положение. Я не слышал, как закончилась музыка, и потому немного растерялся, когда он остановился на половине движения и, улыбаясь, заговорил с тренером. Никогда не считал танцы чем-то столь эротичным, но в каждом его незначительном движении я видел порок и сексуальность. Такое чувство, что своими танцами он стремился извратить весь мир хореографии. Неожиданно меня жутко взбесила его выходка, и потому я был несказанно рад, когда это прекратилось. Никто не злился так же, как и я. Они были чем-то восхищены, а тренер его похвалил. За что? Разве я что-то упустил? Он сделал какой-то невероятный трюк? Он же все изуродовал! Но моя ярость осталась при мне. Стиснув зубы, я обул кеды, подбирая с пола рюкзак и куртку, и направился к выходу. Урок был окончен, и мне хотелось уйти, чтобы успокоиться. В одно мгновение этот парень вызвал во мне ненависть и отвращение.  — Постой! Постой! — я бы и не заметил того, что обращались именно ко мне, пока сильная рука не схватила мое плечо. — Ты ведь Учиха Саске? — обернувшись, я обнаружил того самого новичка. Тяжело дыша, он сжимал в ладони ткань моей куртки, словно боясь, что я сбегу. Глупое сравнение.  — Да, — почти прошипел я и одернул руку. Он тут же отпустил меня и растерянно провел пальцами по вспотевшему лбу. Теперь каждое его движение было странным. Таким медленным и неправильным.  — Я… я много слышал о тебе, — растерянно и, кажется, смущенно говорил он. — Мое имя Узумаки Наруто. Давно хотел с тобой познакомиться. Я слышал, ты лучший…  — Да, лучший, и потому кому-то вроде тебя не стоит ошиваться рядом, — с ненавистью прошипел я. Каждое его движение было отвратительно мне. Каждый звук вызывал дрожь ненависти вдоль позвонка. Я был невероятно зол на него за тот ужасный танец и продолжал злиться, все еще замечая эти извращенные движения в его теле. Парень опешил, удивленно смотря на меня.  — Не лезь ко мне, — прошипел я и, развернувшись, поспешил уйти, пока не сорвался, чтобы врезать ему. Кто он мне вообще? Зачем мне так злиться? Черт, это бесит меня еще больше. Как он смеет так извращать то, что для меня больше жизни? Я с пеленок занимаюсь танцами и за всю жизнь не испытывал такого унижения, как сегодня. Мне было стыдно за его способности и за то, как он их использует.  — Какого черта? — от неожиданности я даже сообразить ничего не успел, но через секунду обнаружил себя вжатым спиной в стену. Действительно, какого черта?! Наруто смотрел на меня с негодованием и растерянностью, но это не мешало его рукам гневно вжимать меня в стену.  — Что? — наверное, я был еще слишком растерян, раз задал столь идиотский вопрос.  — Я спрашиваю, какого черта ты так себя ведешь? — терпеливо, видимо, повторил он мне, потому что до этого я не услышал ничего кроме «какого черта?».  — А что, есть какие-то проблемы? — насмешливо поинтересовался я, и криво усмехнулся, после чего схватил его за руки и отдернул от себя.  — Да есть. Это не вежливо, — прорычал он, трясясь от негодования. Я усмехнулся, подметив самому себе его вспыльчивость.  — И что? — флегматично поинтересовался я. Что ему вообще от меня нужно?  — Почему ты так взъелся на меня? — вздохнув, поинтересовался он и, кажется, постарался взять себя в руки. Тем не менее, ярость все еще играла в его глазах.  — А почему бы тебе не поприставать к кому-нибудь другому? — с раздражением поинтересовался я и сразу получил презрительный взгляд. Это заставило меня опешить. Никто и никогда не смел смотреть на меня с таким неуважением. Было неодобрение, ненависть, злость, но презрение… Как он смеет так на меня смотреть?  — Отлично. Я понял, — он коротко закивал и сделал пару шагов назад. — Не буду больше беспокоить вас, мистер задница, — фыркнул он и, развернувшись, шагом направился к лестнице.  — Стой! — я был так зол на него сейчас, что был готов избить до полусмерти. — Стой, я сказал! — я успел схватить его за рукав рубашки уже на лестнице. Промахнувшись ногой мимо нужной ступеньки, он резко развернулся под моим рывком и удивленно округлил глаза, смотря на меня с недоумением, злостью и страхом. Что? Почему он так удивлен и напуган? Я осознал его взгляд буквально через мгновение, когда понял, что мы оба падаем на ступени. Мне потребовалась всего секунда, чтобы резко упереться ногой в ступень и, схватив Наруто обеими руками, рывком потянуть его на себя. Упав на пол, я не сразу обратил внимание на то, что он так же упал мне на колени и, судорожно сжимая руками мою куртку, испуганно дышал.  — Ты как? — теперь я обратил внимание на то, что и сам дышу довольно сбивчиво. Мы одновременно подняли головы, смотря друг на друга. И в это мгновение ни у одного из нас не было никаких эмоций по отношению друг к другу. Он выглядел таким напуганным и растерянным, что я чуть не засмеялся, но он меня опередил. Закрыв глаза, он рассмеялся, трясясь на мне.  — Что? — я удивленно изогнул брови, чувствуя сильное желание знать его мысли. Что его так рассмешило?  — Просто ты выглядишь таким удивленным. Я подумал, что, наверное, выгляжу еще хуже и мне стало смешно, — пояснил он, все еще посмеиваясь. Мне жутко захотелось улыбнуться, и я не стал сдерживать расползающиеся губы, а потом тоже тихо рассмеялся. Похоже, сказывался стресс. Когда я снова посмотрел на Наруто, он уже не улыбался, а озадаченно смотрел на меня. Я сделал что-то не так?  — Я… — он явно хотел что-то сказать, а потом осекся. — Эм… — убрав от меня руки (я только сейчас заметил, что он до сих пор держался за меня), Наруто попытался встать, почему-то краснея. О чем он думает?  — Я… ох… — выдохнув и поджав губы, он резко сорвался с места и убежал вниз по ступеням, оставляя меня растерянно хлопать глазами. Что же я сделал не так?  — Саске!  — Саске, ты в порядке?  — Не ушибся? Меня тут же со всех сторон обступили школьники. Кто-то пытался помочь встать, кто-то куда-то отвести. Дальше я уже не мог все правильно обдумать, потому что моим вниманием полностью овладела толпа. Как бы отсюда выбраться?