Потанцуй со мной

*** Музыка — Doumoto Kouichi — Deep in your heart. *** Близость к сцене обнажает потные усилия танца, лишая его волшебной иллюзии. © Ольга Грушина. Жизнь Суханова в сновидениях. Сегодня тренер обещал нам особый урок. Не знаю точно, потому что он любит сюрпризы, но это касалось новой программы недавно разрешенной у нас. Догадаться, что за тема не так уж и сложно, но я, правда, надеялся, что мне это только кажется. Наш класс находился в такой же большой зеркальной комнате, как и раньше, только в этой на расстоянии друг от друга метра два-три, располагались шесты. Длинные, от пола до потолка и совершенно новые. Танцы на шесте, это, конечно, специализация не нашей школы, но эта программа была принята и введена, как обязательная для всех хореографов. Ничего не поделать, в этот раз придется тренироваться наравне со всеми. С Наруто я со вчерашнего дня не виделся. Замечал его пару раз в коридоре, но он, кажется, меня не видел, хотя это не важно. Я все еще был сильно зол на его насмешку. Зачем я его спас? Лестница все равно не высокая была. Так он может хоть ушибся бы и на занятия больше не ходил.  — Наруто, подойди, пожалуйста, — попросил тренер, когда мы все встали, готовые приступать к занятию. — Думаю, вы все уже догадались, что сегодня наше первое занятие на шестах. До этого дня в нашей школе эта сфера тренировок никогда не участвовала и в главной роли потому, что не было учителя. Наруто, — тренер положил ладонь на плечо блондина, а я опешил, — покажи немного из того, что нам предстоит выучить, — и учитель отошел. Не могу поверить, этот парень будет нашим тренером? Он же одного возраста со мной!  — Начнем с того, что вы все должны понять: невозможного нет, — Наруто улыбнулся и подошел к одному из шестов. — Я продемонстрирую вам один танец. Он насыщен трюками, а так же базовыми движениями. Постарайтесь запоминать, — Наруто вздохнул и снял с себя футболку, джинсы и обувь, оставшись в коротких облегающих черных шортах. — Да, вам тоже придется приобрести такие, — обратился он к классу и поправил тугую резинку шорт. — Они довольно не удобные, но если привыкнуть, то вы их даже и не заметите. Девушкам же придется приобрести другой комплект, хотя против такого я тоже возражать не буду, — он усмехнулся своей пошлой шутке, а со сторон в том ему усмехнулись ученики. Не вижу ничего смешного. Это ужасно!  — А зачем так мало одежды? — я обратил свое внимание на Ино. Эта глуповатая блондиночка всегда давала мне не плохую конкуренцию, но никогда не побеждала.  — Так удобнее. Когда на теле слишком много лишних вещей движения получаются скованными и кожа не привыкает к трению, из-за этого новички часто совершают кучу ошибок, — пояснил Наруто и подошел к шесту. Кивнув головой тренеру, он дал сигнал, чтобы включили музыку, а потом обхватил руками шест и коротко вздохнул. Волнуется? В прошлый раз он выступил без тени сомнения или стеснения. В этот раз музыка была не плавной. Она началась резко и даже неожиданно немного. Я не очень хорошо знаком с английским, но догадаться, что там начался отсчет, было не сложно. Четыре — подтянувшись на шесте, Наруто резко обхватил его ногами, подтягиваясь. Три — его руки передвигаются выше. Два — снова подтягивается. Один — и он уже под самым потолком, а мы — зрители — смотрим, разинув рты. За четыре счета подняться на три метра кажется нереальным. Начинается музыка и вместе с ней начинается что-то невообразимое. Он совсем не боится высоты! Извивается, держась только ногами, выгибается, переворачиваясь и держась лишь руками. Сколько в нем силы, чтобы держать тело в таком идеальном балансе и не использовать всех конечностей? Описать его движения дальше я не могу. Он не просто танцевал, он парил, кружил, извивался. Это все выглядело так, словно гравитация для него не существовала. Он был выше нее и каждый раз, когда казалось, что он падает, Наруто ловил себя, зависая в воздухе, делая идеальный шпагат, изгибаясь, как угорь, и все это сопровождалось кошачьей грацией и эротичностью доводящей сердце до конвульсий. Я никогда не видел ничего подобного. Земля для него не существовала. Смотреть подобное на видео и видеть это вживую, чувствовать жар чужого тела, его возбуждение и этот ритм музыки. Чувства совсем другие. Это напомнило мне о тех временах, когда я только учился. Увидеть профессионального танцора в деле было так же фантастично, как-то, что вытворял Наруто на шесте. И этому безумию мне предстояло научиться. Урок шел долго и, после танца, не так интересно. Кто-то занимался, кто-то ждал своей очереди, а я пока отсиживался в стороне, ожидая следующего урока, чтобы поменяться местами с группой. Наруто на меня внимания не обращал, и я уже было расслабился.  — За что ты меня ненавидишь? — неожиданно заговорили рядом, и я вздрогнул, открывая глаза. Наруто возвышался надо мной, скрестив руки на груди. Он все еще был раздет, что заставило мое сердце екнуть от желания врезать ему. К счастью я никогда не забывал о самоконтроле (или несчастью?).  — Хочется, — я ответил настолько холодно, насколько это было возможно. У меня не было желания настраивать своего «тренера» против себя. Пусть этот парень меня и бесит, но лучше слишком с ним не ругаться, а-то потом не отстанет.  — Это не ответ, — тихо пробормотал он, но я все равно услышал. Повернув голову, я обратил внимание на его лицо. Сведенные друг к другу брови, морщинка на переносице и плотно сжатые губы. Он определенно тоже сдерживал себя, чтобы не врезать мне. Это заставило меня усмехнуться.  — Потанцуй со мной, — неожиданно сказал он и опустил руки вдоль тела. Я опешил. Наверное, больше, чем врезать, мне не хотелось именно танцевать с ним. Мое тело невольно напряглось, но я заставил себя снова немного расслабиться. Говорить в таком напряженном состоянии довольно трудно.  — Зачем? — мне стало так неудобно сидеть в нынешней позе. Хотелось повернуться, передвинуться или чуть-чуть приподняться. Хоть как-то пошевелиться, но я терпел, оставляя тело неподвижным.  — Я совсем не понимаю твоих поступков, да и говоришь ты все время разное и отличающееся от действительности. Думаю, твое тело скажет мне гораздо больше, — Наруто говорил не спеша, но очень уверенно. Он всматривался в меня так внимательно, что невольно захотелось съежиться.  — Не танцую с парнями, — презрительно бросил я, понимая, что это уже перебор. Теперь он действительно разозлится. Черт, поворачивать людей спиной к себе у меня всегда получается лучше всего.  — Ясно, — я поднял глаза, но не встретил его взгляда. Наруто смотрел в сторону, и теперь я не мог понять злится он, ненавидит или презирает меня. О чем он думает? Ну же! Повернись ко мне. Посмотри на меня. Покажи своими глазами то, что чувствуешь. Я уже был готов вскочить и повернуть его голову силой, когда он заговорил:  — В любом случае, спасибо, что спас меня, даже, если сожалеешь об этом. Лестница была довольно высокая, если бы я упал то, наверное, простым ушибом не отделался, — он все же повернул голову и посмотрел на меня. Я, правда, старался найти в его глазах что-то негативное, но не увидел ничего, кроме благодарности. Он говорил искренне, и я почувствовал легкий стыд за себя. Ведь я действительно позволил себе сожалеть о том, что спас его.  — Вставай, — неожиданно сказал он, полностью переводя тему. Даже атмосфера сразу изменилась. Я опешил.  — Давай-давай, занимай свободный шест, и приступим к занятию. Ты единственный кто до сих пор отсиживается в стороне, — Наруто перевел свое внимание на школьников. Моя группа действительно уже приступила к занятиям, а другая группа ушла из тренировочного зала. Поднявшись на ноги, я занял свободное место. Ничего не помню из того, что он показывал. Надо срочно собраться и взять себя в руки.  — На турнике раньше подтягивался? — Наруто усмехнулся и указал мне взяться руками за шест. Я не ответил на вопрос, тем более что действительно никогда не увлекался ничем, кроме танцев. Забираться на шест оказалось не так уж и просто. Руки постоянно соскальзывали, а одежда жутко мешала, не давая ногам плотно зажать шест. Не удивительно, что требовалось как можно меньше одежды. Эта тренировка мне жутко не понравилась, и дело было вовсе не в сложности. Не знаю, задумывался ли он над этим, но помогая, Наруто очень часто касался меня. За руки, ноги, поясницу, бедра, плечи. Все это меня отвлекало настолько, что я трижды свалился с шеста.  — Слушай, тебе надо сосредоточится, — Наруто нахмурился и придержал рукой мое бедро, когда я чуть не соскользнул вниз. Я, правда, старался сосредоточиться и не думать о ненависти к нему, но хотелось просто наорать на него, чтобы не трогал меня. Каждое прикосновение отзывалось дрожью и потоком отвращения во мне.  — Я пытаюсь, — прошипел я и попытался забраться еще выше, но не вышло, ноги снова соскользнули и Наруто поймал меня за талию прежде, чем я запутался бы в собственных конечностях и упал на паркет.  — Плохо пытаешься, — от его слов я задрожал. Он стоял прямо передо мной, держа за талию, а я не мог даже выпустить шест из рук. Я мог ощущать порывы его дыхания, а теперь еще и знал, что у него невероятно голубые глаза. Такие… цвета ледяного моря. Шаг в него и пути назад уже нет. Ловушка захлопнута, а тебе остается лишь барахтаться в ней, понимая, что даже шевелиться уже не можешь. Кажется, мое состояние называется анемией.  — Может, все-таки станцуешь со мной? — повторил он свое предложение, а я уже был не настолько уверен в своем отказе. Он ведь еще ни разу не танцевал, как следует. Лишь обучающие уроки ничего не выражающие. Узнать насколько он хорош и на что способен — это дикий соблазн, вызвавший во мне множество противоречий.  — Соглашайся. Ты не пожалеешь, — почти прошептал он, придвинувшись, а у меня пересохло в горле из-за чего пришлось с шумом сглотнуть. Все прекратилось неожиданно. Он резко отошел и направился куда-то в сторону, а я, наконец, вспомнил, что мы в зале не одни. Кошмар! Этот человек монстр! Он обладает какой-то ужасной аурой, которая меня обезоруживает. Надо держаться от него подальше. Но думать и делать вещи разные. Я мельком глянул в его сторону и, поняв, что он смотрит на меня, постарался сделать вид, что тренируюсь. Если говорить начистоту, то любопытство меня буквально жалит изнутри. Хочу знать. Хочу увидеть. Хочу почувствовать. Я прикусил губу и подтянулся на шесте выше. Не могу ему уступить. Наверное, это ест мое нутро больше всего. Мой одногодка, мой ровесник, а может то, чего не могу я. Как же это раздражает. Если так продолжится, то я могу проиграть.  — Проиграть? — я удивленно замер на месте и ощутил во рту соленый привкус. Прокусил губу. Я никогда не проигрывал. Никто даже соревноваться со мной всерьез не пытался. Это глупо. Кто-то вроде него не может составить мне конкуренцию.  — Саске! — крик Наруто вывел меня из задумчивости, а в следующую секунду я понял, что падаю. Слишком отвлекся на собственные проблемы и забыл о тренировке. Это уже слишком. Со мной такого никогда не случалось!  — Ты что творишь? — Наруто держал меня на руках, в то время как сам сидел на паркете. Поймал меня? Быстрый.  — Теперь мы квиты, — пробормотал я, чувствуя ярость. Как я могу проиграть кому-то вроде него? Я ведь кроме имени больше о нем ничего и не знаю. Что это за соперник такой? Черт, я действительно назвал его соперником? Неужели я воспринимаю его так серьезно? Что со мной сегодня?  — Саске, ты чего? — я так задумался, что снова забылся. Наруто смотрел на меня слегка обеспокоенно. Из-за взгляда я не сразу обратил внимание на то, что его палец скользит по моим губам. Чего??? Резко вскочив, я оттолкнул Наруто от себя и, пошатнувшись, чуть не упал. Он что, приставал ко мне?  — Извращенец! — вырвалось у меня, а парень выглядел сильно удивленным. Даже потрясенным.  — Саске, у тебя губы в крови, — пораженно почти прошептал он, держа свои руки полусогнутыми и направленными ко мне, словно он собирался снова ловить меня. Губы? Точно я же их кусал. Наверное, слишком сильно прикусил, когда падал.  — Да, точно, — пробормотал я и стер ладонью кровь. Губу тут же начало жечь из-за содранной кожи. Черт.  — Думаю, на сегодня занятий достаточно, — неожиданно заговорил тренер, подходя к нам. — Не забывайте, что сегодня состоится вечер танцев. Всем приходить в костюмах, — учитель продолжал что-то еще говорить, но я слушал лишь в пол уха. Наруто все время смотрел на меня, а я старался не кусать и без того прокушенную губу. И чего я так занервничал? Устроил черт знает что. Он тогда смотрел на меня так испуганно, и даже спас, хотя это и могло быть всего лишь возвращением долга. Эта мысль меня кольнула в районе грудной клетки. Что за черт? А это меня, почему должно волновать?  — Саске, — Наруто явно что-то хотел сказать, но я был так зол сейчас, что не хотел слышать вообще ничего.  — Отвали, — прорычал я и, обойдя его и задев плечом, поспешил уйти из зала. Тем не менее, я успел бросить на него свой взгляд, от чего мне стало плохо. Наруто выглядел потерянным и совершенно ничего не понимал. Я хотел вернуться и сказать, что злюсь не на него, а на себя. Что же это за порывы такие? Может я где-то ударился головой?