Ваня! Брысь от телевизора!!!

      Уже к полудню страны разобрались во всем. Германия, как самый ответственный, решил не оставлять Италию одного и остался с ним. Америка наотрез отказался уходить, с ним пришлось остаться Англии и, за компанию, Франции. И вот все сидят за обеденным столом в гостиной. — Хочу есть! — Сообщил мелкий Россия и, насупив нос, поплелся к холодильнику. Страны проводили его беззаботным взглядом и остались сидеть на местах, но тут же поняли свою ошибку и с запоздалым вскриком ринулись на кухню. Россия сидел на полу и, как не в чем не бывало, открывал пакет с ядом для крыс. — Печенки! — радостно сказал он побледневшим странам. Италия, как самый чувствительный, упал в обморок, а Ваня, тем временем, уже доставал первое маленькое зернышко. Англия сориентировался быстро и выхватил у ребенка и пакет, и зернышко. — Нельзя! Это отрава! — слегка недоумевающий Россия посмотрел на опустевшую руку, потом на Англию. В глазах появились слезы, губы скривились. — Э-э… Не плачь! — Англия, ты довёл ребенка, как тебе не стыдно? … — сказал Франция и, подойдя к мальчику, взял того на руки. — Ну-ну, не плачь, братик Франция тебе что-нибудь вкусное приготовит. Что ты хочешь? Мелкий немного остыл и передумал устраивать истерику. Протерев глаза кулачком (в этот момент все страны просто умилились), он улыбнулся и сказал: — Хочу малиновый торт, во-от такой! — Россия расставил руки по бокам, показывая величину торта. — Но, Россия… Это не еда, сначала надо поесть что-то хорошее, например, суп, а потом уже можно будет сладкое. — ответил Людвиг, снова направляющийся в гостиную и несший на руках бессознательного Италию. — Тогда я буду борщ! — ребенок решительно слез с рук Франциска и, взяв за руку Америку, радостно продолжил — Пошли мультики смотреть!       Не слушая его возражения, Ваня пошел в комнату, не выпуская из ладони руку Америки. Сев на диван перед телевизором, Ваня нажал на «Пуск» и включил первый попавшийся канал. Там шел конец известного мультика про обезьянок, и наши герои застали только конечную песню. «В каждом маленьком ребенке И мальчишке и девчонке Есть по двести грамм взрывчатки Или даже полкило!» — Что? — Америка стал соображать, что весьма странно. Его слегка переклинило, когда он попытался понять: как это так? В России в каждом ребенке есть запасы взрывчатки, как же они ещё живы? «Должен он бежать и прыгать Все хватать, ногами дрыгать А иначе он взорвется, трах-бабах! И нет его!»       У Германии вдруг заболело сердце и перехватило дыхание, когда он услышал эти строки. А маленький Россия спокойно подпевал песне и даже начал под нее подтанцовывать, делая немного неуклюжие, но милые движения. «Каждый новенький ребенок Вылезает из пеленок, И теряется повсюду И находится везде! Он всегда куда-то мчится, Он ужасно огорчится, Если что-нибудь на свете Вдруг случится без него!»       На кухне что-то разбилось, и мелкий, не сказав ни слова, помчался туда. И увидел  он, что разбилась тарелка, и Франция с Англией хотят друг друга убить. Не выдержав резкой смены событий, Ваня применил безотказное действие: он заплакал. Англия первый очнулся и, подбежав к ребенку, начал пытаться его успокоить. — Россия, ну что случилось? Почему ты опять плачешь? Это из-за того, что мы поссорились? — в комнате засветилась макушка Альфреда. — Не~ет… Хнык, это все произошло без меня~я…— заныл он и ушел истерить к другим, то бишь, к Германии. Тот пришел на кухню только через несколько часов и с самым жутким выражением лица посмотрел на обоих. — И вот зачем? — только и спросил он и снова ушел, оставив двух блондинов в немом шоке. Германию довели — это факт. А Россия уже с милой улыбкой на лице сжимал в объятьях мишку Канады и довольный смотрел в экран телевизора. (Канада? O_o)       Уже наступил вечер, немного нервные страны сидели за столом и ели. Россия уплетал борщ с радостной улыбкой. Съев вторую по счету тарелку, он запросил десерт, все ещё нахваливая стряпню Франции. Тот, растроганный такими похвалами, все подкладывал ему добавки и глупо улыбался, с злорадством глядя на Артура. Вскоре Россию отправили спать, но маленький Ваня не хотел. И так вертелся, и сяк — никак не может заснуть! И решил пощелкать телевизор. Долго искать ему не пришлось, наткнулся на интересный фильм под названием «Вий». В полной тишине, темноте и одиночестве смотрел мальчик этот фильм. На часах уже было два часа ночи, и ему вдруг стало страшно. Мела в тумбочке не было, и он в отчаянии решил сходить на кухню за ним.       Осторожно, шугаясь каждого звука или скрипа, шел маленький Ваня по коридору. Путь от комнаты до шкафа с мелом был успешной пройден, а дальше ему не дал пройти один нюанс — то бишь Франция. Было темно, ничего не видно, а перед Ваней стоял некто в длинной ночной рубашке, с растрепанными волосами. Посреди коридора. Миг, и на весь дом пронесся истеричный крик. Создавалось ощущение, что кого-то режут без наркоза. Проснувшиеся страны пулей выбежали из своих комнат, по направлению к все ещё оравшему Ване. Передозировка страха была настолько большой, что ребенок, не выдержав, упал на пол без чувств. Франция тоже оказался на полу, держась за сердце и тяжело дыша. Германия был первый, кто выбежал в коридор и увидел «бездыханное» тело мальчика. — Россия! — он подбежал к нему и стал осматривать, — Жив, — констатировал Людвиг  и стал набирать в «Скорую помощь». Тут подбежали Англия и Америка, и в то же мгновение их взгляды устремились к Франции. — Ах ты изврат! Педофилией решил заняться?! — Воскликнул Англия и с яростью взглянул на него. — Чего вякнул?! Да я воды просто выпить хотел, а он как закричит! Я сам испугался! — Да тебя уже все боятся! — Что ты… — Заткнулись! Англия, лучше отнеси его в комнату, а я пока встречу «Скорую помощь»… — Англия фыркнул, но взял бесчувственное тело России и пошел по направлению к его комнате. Там все ещё шел Вий, но был уже самый конец. — Хм, так вот чего он так испугался… Эта героиня действительно немного похожа на Францию, наверное, он их просто перепутал… — Стра-ашно… — Америка уже немного подрагивал и пытался держаться ближе к бывшему опекуну. Долго «Скорую» ждать не пришлось, врачи откачали Ваню и посоветовали ему больше не смотреть ужастиков и, тем более, ночью. Страны уже хотели уйти, как Америку и Англию остановили маленькие ладошки России. — Не уходите, пожалуйста, мне страшно… — Ваня жалобно на них посмотрел, состроив умилительные щенячьи глазки. — Иначе снова заплачу. — Тут же коварно разрушил он идиллию и мило улыбнулся. Поняв, что уснуть иначе им не дадут, Альфред с Артуром поплелись к кровати мелкого, которой с той же улыбочкой держал их обоих за руки. Забравшись на кровать, они просто легли. Россия накрылся одеялом, а двое блондинов лежали с открытыми глазами. Спать им не хотелось. Да и они лежали как-то далеко друг от друга.       Маленькому России такое расположение дел не понравилось, и он спиной придвинулся вплотную к Англии, взял его руки, положил их на себя и придвинул к себе Америку, обняв его. В итоге, все трое лежали вплотную друг к другу. — Так удобнее… — сказал Ваня и уткнулся носом в грудь Америки, умиротворено засопев. Лица стран находились в считанных сантиметрах друг от друга. Англия тоже улыбнулся и полушепотом обратился к бывшему воспитаннику. — Ты был таким же, веселый энергичный и нытик… — Неправда! — в тон ему ответил Альфред свободной рукой поглаживая волосы Вани. — С виду такой большой, а сейчас он такой маленький… Все мы в детстве были такими, ты тоже таким был, так что не надо мне тут ля-ля… — Милый, значит? Не уж-то влюбился? — Shut up!       Так они и заснули.