Амнезия

      Первая любовь. Самое прекрасное чувство. Она поняла это, когда рядом с ней был Андрей. В то время мой самый главный противник.       Хотя тогда я ни с кем из них не был знаком. С Дашей я познакомился всяко позже. Наверное, года через два после её первого признания в любви. А об Андрее я узнал только от неё:       — Он такой классный парень. Заметил меня одинокую в летнем лагере. Позвал погулять да ещё и поцеловал впервые в моей жизни. Помню, как я убивалась, думая, что мы больше не увидимся. А нет, мы встречались ещё почти полтора года.       Не спорю, я знал, что когда мы начали встречаться, она была одна. И в довольно плачевном состоянии. Тени, залегшие под красными глазами, впалые щеки. Но все равно Даша была прекрасна. К тому же ещё и с пацанским нравом. Носила мужские футболки, увлекалась различными командными видами спорта. Но что нравилось мне в ней больше всего — это тяга к компьютерным играм, что не удивительно. Тогда это было единственным спасением от тоски. Я ведь нашёл её в шестнадцать лет. Сравнить ее можно было лишь с брошенным котенком, а сейчас в моих объятиях грелась величественная кошка.       — Но почему вы расстались? — узнавать, так все и сразу. У меня секретов не было. Мне было семнадцать лет, и я впервые начал встречаться с девушкой. Да и то со стороны мы не выглядели парочкой, скорее уж хорошими друзьями. Но мне это было не обидно.       — Мы не расставались. Просто произошло то, чего я боялась. Я его потеряла навсегда, — плечи Даши затряслись в моих руках, голос дрожал, словно ей было страшно. — Когда он ехал куда-то вместе со своим отцом, произошла авария. Отец, конечно, пострадал, но ему только наложили гипс на руку. А Андрей… Он был в коме несколько недель. Я все на нервах не отходила от него, пока была такая возможность. И вот в ночь с двадцать пятого на двадцать шестое сентября он умер. И знаешь, что больнее всего? То, что я сидела на месте, не в силах ничего сделать. Я молча наблюдала, как он умирает. На похороны я не пришла. Не смогла оторвать голову от подушки, заливая её горькими слезами.       Она не знала, чем помочь Андрею, а я не знаю, как помочь сейчас. Зато теперь все стало на свои места. Теперь я понял, почему я нашёл Дашу в таком состоянии.       — Дашуля, — говорил я то, что было на душе. — Я тебя не покину. Никогда, слышишь, никогда ты не останешься одна.       — Обещаешь?       Наконец-то я увидел в её глазах счастье. Я смог стать для неё кем-то большим, нежели тот Андрей.       — Обещаю.       Она потянулась к моим губам. И в этом поцелуе было больше эмоций, чем в моих словах. Ну и чёрт с ним! Мой первый поцелуй, нежный, неумелый, но такой горячий. Наверное, как я сам, раз уж смог растопить её ледяную душу.       — Да спасёт нас и нашу любовь святоша-бобер, — хихикнул я, плотнее прижимая к себе Дашу.       И её смех был искренним. Она была счастлива. А значит и я тоже.       — Спасибо, Олег, я никогда не забуду того, что ты для меня сделал. Я люблю тебя.       — И я тебя тоже, — прошептал я ей на ухо.       Мы сидели в парке и наблюдали за тем, как солнце медленно садилось за дома и скрывалось за горизонтом. И к сожалению, время летело слишком быстро.       Я проводил Дашу до дома, а сам всю ночь прогулял, размышляя о том, что она рассказала. Сидеть и смотреть как умирает твой любимый человек, наверное, очень больно. Я наверняка не смог бы такое пережить, а она смогла. И теперь моей задачей было помочь ей вновь обрести себя. Хотя чтобы Даша улыбалась, я готов на всё.       Ноги сами привели меня к той самой лавочке, на которой мы просидели целый вечер.       — Она тебя любит, — повторял я сам себе все время. Просто не верилось, что на мою первую любовь ответили взаимностью.       Мы встречались два года. Я помогал Даше учиться, а она баловала меня вкусной домашней едой. Отношения казались идеальными. Да они, в общем-то, и были такими.       Но жаль, что это не могло длиться вечно. Даша окончила школу с золотой медалью (кому спасибо?) и уехала на обучение в Москву. А с финансовой стороны у меня в семье было не очень, и я не мог уехать вместе с ней, поэтому нам пришлось распрощаться.